Глава 10
Город Жунчэн, усадьба семьи Линь
Второго дядю Линь глубоко поразило то, что Линь Цзыянь притащил в усадьбу постороннего посреди ночи. В этот вечер здесь намечались смотрины — дядя лично отбирал «мастеров» для решения семейных проблем. Цзыянь всегда числился среди послушных, благоразумных детей, и в обычных обстоятельствах ни за что не стал бы мешать столь важному делу.
Второй дядя Линь окинул Се Суя оценивающим взглядом, перевёл взор на племянника, который отчаянно тушевался и не знал, куда деть руки, и после короткого раздумья отложил бумаги.
— Дя-дя... — заслонив собой гостя, робко выдавил Цзыянь. Голос его предательски дрожал.
Пусть Се Суй ещё в машине и просил дать ему возможность самому поговорить со старшими, юноша прекрасно понимал: его дядя упрям как осёл. К тому же Се Суя пригласил старший брат, Линь Цзысинь, а сам Цзыянь шёл как сообщник. Спрятаться за чужую спину сейчас было бы верхом малодушия.
— Это... это мастер, которого пригласил брат Цзысинь...
Второй дядя Линь не дал ему договорить.
— Глупости!
Высокий, подтянутый мужчина в строгом чёрном кителе-чжуншань стремительно подошёл к ним. На вид второму дяде было не больше сорока пяти, однако его виски уже густо припорошила седина.
Резкая складка прорезала его переносицу. Смерив обоих недовольным, острым, как у ястреба, взглядом, он ледяным тоном процедил:
— Цзыянь, какого чёрта вы с Цзысинем устраиваете здесь балаган? Мало нам проблем, так вы решили ещё и от себя добавить?
Устроив нагоняй племяннику, дядя повернулся к Се Сую и презрительно усмехнулся:
— Полюбуйся на этого «мастера»... Даже если у него и есть крупица таланта, сколько ему лет? Чего можно добиться в таком возрасте? Обыкновенный хвастун, нахватал верхушек и возомнил себя бог весть кем.
Череда несчастий в семье и кризис в бизнесе подвели дела клана Линь к опасной черте. В такой патовой ситуации даже самый терпеливый человек сорвался бы, и у дяди просто не осталось сил терпеть детские капризы. Особо сильное раздражение вызывал тот факт, что юнца сосватал именно Цзысинь — этот непутёвый смутьян.
Се Суй от такой вспыльчивости слегка опешил. Он и подумать не мог, что в мире метафизики, прямо как в больницах, процветает столь махровый эйджизм.
Но пасовать перед нападками Се Суй не собирался.
— Разве последние пару месяцев не доказали обратное? — парировал он, не скрывая сарказма. — Все те почтенные, умудрённые сединами «мастера», которых вы нанимали, оказались полнейшей бездарностью. Не стоит судить о вещах лишь с высоты своего возраста и апломба, дядя. Мир крутится не вокруг ваших представлений о нём. Почему бы не дать шанс молодому поколению?
На самом деле этот разговор давался Се Сую со скрипом — куда тяжелее, чем чтение токсичных комментариев на стриме. Ведь перед ним стоял живой, влиятельный человек, по возрасту и манерам точь-в-точь как его бывшее начальство на телевидении.
Общение с авторитетными фигурами всегда пробуждало в Се Суе лёгкую социофобию. Накатывала нервозность, и его психика моментально выстраивала глухую оборону — ядовитый сарказм вкупе с маской абсолютного, ледяного равнодушия. Именно из-за этой привычки он в своё время и рассорился с руководством канала.
От подобной дерзости у Линь Цзыяня подкосились колени.
Его второй дядя возглавлял крупнейшую судостроительную компанию клана Линь и в семье всегда обладал непререкаемым авторитетом. Господин Се оказался чертовски смелым парнем, раз решился высказать такое прямо в лицо.
Услышав дерзкую, бьющую по самолюбию отповедь, Второй дядя Линь ошеломлённо усмехнулся:
— Какая спесь! Ну хорошо, малец, посмотрим, на что ты годен на деле. Заходи.
Резко развернувшись, он зашагал в дом.
Цзыянь шумно выдохнул и с нескрываемым восхищением воззрился на Се Суя.
А ведь его брат отыскал по-настоящему крутого специалиста. Крутого во всех смыслах. Даже если таланты Се Суя в экзорцизме уступали тем дифирамбам, что пел Цзысинь по телефону, одного умения срезать упрямого второго дядю Линь одной фразой хватало, чтобы завоевать искреннее уважение.
Стоило молодым людям переступить порог, как они тут же оказались в центре внимания.
В просторной гостиной уже собралось приличное общество. Сплошь солидные, седовласые старцы с одухотворёнными лицами — настоящие мудрецы. Самому молодому среди них на вид было не меньше сорока.
Появление юнцов вызвало у собравшихся явное недоумение. Их оценивающие, колючие взгляды казались почти осязаемыми, отчего Се Сую стало не по себе.
Второй дядя Линь не стал церемониться с Се Суем и небрежным жестом указал на свободный стул в углу.
Когда все расселись, хозяин дома негромко откашлялся и перешёл прямо к делу:
— Думаю, уважаемые господа понимают, ради чего мы здесь собрались. Каюсь, за последние два месяца я перепробовал множество услуг так называемых «мастеров». Но подавляющее большинство из них оказались бездарными шарлатанами, польстившимися на солидный гонорар.
Второй дядя Линь обвёл присутствующих суровым взором, рубя сплеча:
— Сразу предупреждаю: если среди вас затесался проходимец, уходите сейчас же. Это ваш последний шанс. Если я поймаю кого-то на обмане позже, простыми извинениями вы не отделаетесь.
— Семье Линь не хватает звёзд с неба, но денег у нас достаточно. Упрятать мошенника за решётку для нас — пустяк. Сразу после подписания контракта я переведу на ваш счёт аванс в размере пятисот тысяч юаней. Полмиллиона... За хищение такой суммы в особо крупном размере дают до десяти лет лишения свободы. Подумайте хорошенько, стоит ли игра свеч.
В комнате вместе с Се Суем сидело восемь кандидатов. Не успело отзвучать последнее слово хозяина усадьбы, как двое сидевших напротив Се Суя заметно занервничали.
Не выдержав тяжёлого, давящего взгляда второго дяди Линя, они поспешно прикрыли лица широкими рукавами даосских одеяний и трусливо ретировались.
Их пример оказался заразительным: ещё трое участников заколебались. На их лицах отразилась мучительная борьба — они взвешивали, хватит ли у них силёнок безболезненно прикарманить полмиллиона. После недолгого, напряжённого молчания эта троица переглянулась, дружно поднялась, отвесила хозяину вежливый поклон и тоже покинула зал.
В просторной гостиной остались лишь Се Суй и двое глубоких старцев лет шестидесяти.
На ушедших дезертиров Се Суй даже не взглянул — всё его внимание поглотила озвученная сумма.
«Вот так сюрприз... Судостроительный бизнес настолько прибыльный? Полмиллиона для него — словно пара копеек, швыряет не глядя»
С этими деньгами да плюс теми двадцатью тысячами, что обещал Цзысинь, приют на долгое время будет обеспечен. Отец наконец-то сможет вздохнуть свободнее.
Малышу с пороком сердца и девочке с гемангиомой печени можно будет немедленно провести операции. Да и тому ребёнку со страшными ожогами больше не придётся медленно угасать... Останься он на телевидении, он бы и за несколько лет каторжной работы без сна и отдыха не скопил бы столько денег. Пожалуй, увольнение стало лучшим событием в его жизни! Не выгнали бы его с канала, он бы не занялся стримингом, никогда бы не пересёкся с Цзысинем и уж точно не получил бы этот заказ.
Се Суй мгновенно взбодрился. Сжав пальцами деревянные подлокотники резного кресла, он устремил на второго дядю Линя горящий решимостью взгляд.
«Какая щедрая благотворительность. Этот заказ я из рук не выпущу»
Необычная реакция юноши не укрылась от внимания хозяина. Тот вновь с любопытством окинул парня оценивающим взором.
В смелости этому наглецу точно нельзя было отказать.
Второй дядя Линь оглядел оставшихся. Помимо Се Суя, в креслах восседали двое почтенных даосов: один звался Сюаньсюем, другой — Цяньчэнем.
Даос Сюаньсюй выглядел как сошедший с картинки образцовый заклинатель: расшитая мантия, шёлковый волосяной венчик-мучэнь в руке, за спиной — персиковый меч и древний компас-лопань. Несмотря на абсолютно белые волосы и бороду, лицо его сияло здоровым румянцем без единой морщинки. Он так и пылал энергией, затмевая своей бодростью даже сорокапятилетнего хозяина дома.
Даос Цяньчэнь, напротив, казался самым заурядным стариком, каких сотнями можно встретить на уличных лавочках в любом спальном районе. Поношенная серая телогрейка, изборождённое глубокими морщинами лицо. Разморенный теплом от жарко натопленных батарей, он дремал, откинувшись на спинку стула и прикрыв веки.
Этого старца прислал близкий друг второго дяди Линя. За два месяца бесплодных поисков мужчина окончательно разочаровался в официальных храмах: тамошние зазывалы, торгующие билетами на входе, понимали в магии не больше обычных торгашей.
— Отлично. Раз вы решили остаться, перейдём к формальностям, — Второй дядя Линь кивнул на лежащие перед ними бланки. — Как только подписи будут поставлены, деньги уйдут на ваши счета. И этой же ночью мы отправимся в родовую усыпальницу.
Сюаньсюй и Се Суй споро придвинули к себе документы и вывели аккуратные автографы, указав номера своих банковских карт. Старик Цяньчэнь даже не шелохнулся, словно окончательно провалившись в глубокий сон.
Хозяина усадьбы уже хотел было разбудить соню, как тот вдруг зашевелился.
Однако Цяньчэнь не потянулся к ручке. Он неторопливо разомкнул веки и уставился прямо на Се Суя.
Его затянутые мутной пеленой глаза были испещрены тонкими красными прожилками, но взгляд этого дряхлого старика давил тяжелее, чем аура властного бизнесмена.
— Юноша, якшаться с нечистью — удел отступников. Тот, кто держит при себе бесов, неизбежно разрушает собственную судьбу, растрачивает жизненные силы и губит посмертную карму. Но я вижу, что твой удел необычен. Из тебя вышел бы прекрасный даос. Не желаешь ли ты стать моим учеником? Я наставлю тебя на путь истинный.
У Се Суя внутри всё похолодело от слова «удел». Он едва не вскочил со стула, но вовремя взял себя в руки.
Будь он в своём прежнем состоянии, сильные заклинатели действительно раскусили бы его в два счёта. Но сейчас его истинную суть надёжно укрывали сорок девять преданных призраков и мощный маскирующий барьер. С такой защитой даже главы Трёх талисманных школ не смогли бы ничего почуять с первого взгляда... К тому же, угадай этот старик его проклятую судьбу, он бы скорее попытался его уничтожить, нежели зазывать в ученики. Что за бред.
«Старый хрыч просто берёт меня на пушку»
— Благодарю, но мне это не интересно. Меня вполне устраивает моя нынешняя жизнь, — сухо отрезал Се Суй.
К его удивлению, даос не стал настаивать. Он лишь тихо, с грустной улыбкой вздохнул:
— Жаль. Видно, не судьба нам сойтись.
Старик повернулся к растерянному хозяину дома:
— Изначально этот ничтожный монах согласился помочь лишь потому, что звёзды сулили мне встречу с преемником здесь, в Жунчэне. Раз юноша ответил отказом, мне незачем больше обременять вас своим присутствием.
Опираясь на колени, он поднялся со стула, явно намереваясь уйти.
Второй дядя Линь не на шутку перепугался. Из всех присутствующих он делал основную ставку именно на Цяньчэня, остальные шли лишь для массовки. И надо же было такому случиться: старик оказался птицей столь вольного полёта, что готов был уйти из-за мимолётного каприза!
— Почтенный, но как же наша родовая молельня? Прошу вас, задержитесь хотя бы ненадолго. Если вас не устраивает вознаграждение, я готов удвоить сумму! — перед даосом надменный коммерсант лебезил как мальчишка, растеряв весь свой лоск и суровость.
— Дело вовсе не в деньгах... — убрав руки за спину, Цяньчэнь в последний раз скользнул взглядом по Се Сую. — Мой путь лежит мимо этих мест. А за усыпальницу не переживайте: поручите дело этому молодому человеку. Его сил с лихвой хватит, чтобы разрешить вашу беду.
Старик небрежно отмахнулся от дальнейших уговоров и, не оборачиваясь, зашагал к выходу.
Второй дядя Линь бросился за ним следом, чтобы проводить хотя бы до ворот. Усадьба располагалась в глуши, уехать отсюда на попутке было нереально, так что требовалось выделить гостю машину с водителем.
Унизительное заискивание хозяина перед беглым старцем больно ударило по самолюбию Сюаньсюя. Лицо даоса исказила гримаса злобы. Напрямую выказывать недовольство щедрому нанимателю он не посмел, а потому перенаправил весь свой яд на Се Суя.
— Надо же, какой сюрприз, — язвительно протянул Сюаньсюй, косо поглядывая на парня. — Оказывается, наш юный коллега балуется некромантией. И из какого же ордена вы вышли, позвольте полюбопытствовать?
Се Суй подавил тяжёлый вздох. Лимит его терпения на сегодня был исчерпан, а социальная батарейка разрядилась до нуля.
«Мы все здесь просто наёмные рабочие, пришедшие заработать денег. Ушёл один — твою долю всё равно никто не удвоит. К чему эти дешёвые интриги и ревность?»
Се Суй повернулся к Сюаньсюю и с самым постным, безразличным выражением лица монотонно отчеканил:
— Окончил факультет журналистики и массовых коммуникаций Университета Наньюэ. Диплом получил три года назад. Ещё вопросы будут?
http://bllate.org/book/36012/4555798
Готово:
