Едва Лу Минчэнь произнёс последние слова, как Су Юй будто поперхнулась — резко отвернулась и, прикрыв рот ладонью, закашлялась. Помощник Юань тут же подскочила, чтобы похлопать её по спине.
Лица присутствующих мгновенно изменились. Все переглянулись, а затем незаметно перевели взгляды на Су Юй и Гу Наньчи.
Речь явно не могла идти о Гу Наньчи — значит, речь шла только о Су Юй.
Лу Минчэнь никогда прямо не называл Су Юй невесткой семьи Лу, но его позиция — позволить ей остаться в доме — была предельно ясной.
Гу Наньчи заметил, что в нескольких взглядах скрывается одобрение: «Молодец, храбрый парень!». Он не был глупцом — лицо его покраснело, и, почесав затылок, он поспешил уточнить:
— Господин Лу, между мной и Су Юй пока ничего такого нет.
Су Юй наконец пришла в себя и, всё ещё кашляя, добавила:
— Дядя Лу, у старшего товарища Гу есть девушка по сердцу, не стоит вас вводить в заблуждение.
Она произнесла это поспешно, и в голосе прозвучала неподдельная близость. Пока никто не успел усомниться, Гу Наньчи тут же вмешался:
— У меня нет девушки по сердцу.
Эти двое подростков, ещё не вышедших в общество, казались слишком юными в глазах бывалых людей, и их попытки оправдаться лишь подтверждали очевидное — любой видел, что тут не обошлось без чего-то большего.
Подобное поведение — будто кто-то пытался «подкопаться» под чужую стену — считалось крайне недостойным. Все уже решили, что семья Гу вот-вот наживёт себе врага в лице семьи Лу, но Лу Минчэнь медленно положил руку на колено и кивнул:
— Не волнуйтесь. Я уважаю выбор Су Юй и не стану возражать.
Он не походил на человека, который шутит. Су Юй на мгновение замерла — ведь всего несколько дней назад он сам запретил ей слишком сближаться с Гу Наньчи.
Присутствующие были удивлены. Кто-то начал сомневаться в правдивости слухов. Помощник Юань тоже на секунду растерялась.
Она отвечала за связь с Лу Чжаном и не собиралась судить об их чувствах. Но она точно знала: Су Юй осталась в доме Лу потому, что Лу Чжан настоял на этом. А раз Лу Минчэнь дал согласие, значит, он сочёл Су Юй полезной.
Другие восхищались благородством и сдержанностью главы корпорации Лу, но помощник Юань отлично понимала: он никогда не вёл убыточных дел.
Она посмотрела на Су Юй и почувствовала лёгкое замешательство. «Если Лу Чжан узнает об этом, — подумала она, — он непременно рассердится».
...
Рядом с рестораном находился пятизвёздочный отель, входящий в группу компаний Лу. Для Лу Минчэня здесь всегда держали специальный люкс. Когда наступила глубокая ночь, все постепенно разошлись. Лу Минчэнь не спешил возвращаться в особняк Лу, и Су Юй в итоге осталась с ним.
С верхнего этажа открывался просторный вид — ночная панорама города словно лежала у ног.
Помощник Юань не могла надолго задерживаться: дома её ждал ребёнок. Но раз уж Лу Минчэнь рядом, Су Юй точно ничего не грозит. Успокоившись, помощник Юань оставила Су Юй в номере, решив, что та подождёт возвращения Лу Минчэня, а потом он сам отвезёт её домой.
В номере было всё необходимое. Су Юй сидела одна на диване, слушая звуки телевизионного шоу. В какой-то момент в комнату вошёл официант и поставил на столик бокал дорогого вина.
Су Юй не притронулась к нему — она ждала возвращения Лу Минчэня.
Щелчок открывающейся двери донёсся до неё, но Су Юй решила, что это снова кто-то из персонала, и молча продолжила размышлять. Безопасность в этом отеле была на высшем уровне: чтобы попасть на этот этаж, требовалась специальная VIP-карта, так что переживать ей не стоило.
Только когда кто-то сзади вынул у неё из рук пульт и приглушил телевизор, Су Юй наконец очнулась — вернулся Лу Минчэнь.
— Дядя Лу, вы вернулись, — сказала она.
Лу Минчэнь негромко отозвался.
Каждый раз, когда она его не видела какое-то время, она радостно сообщала: «Вы вернулись!» — и глаза её светились. Ожидание его стало для неё привычкой, а для него — привычкой возвращаться домой и сразу видеть её.
Она не должна быть такой послушной, такой, что слушает всех подряд. Жить одной ей было трудно, но Лу Минчэнь понял, что и сам не может её отпустить. Ребёнка, за которым он два года заботливо ухаживал, нельзя было сравнивать с другими.
Су Юй должна была знать, как девушке следует относиться к мужчинам — с осторожностью. Она была умна, в ней жила внутренняя стойкость, но многому он так и не смог её научить.
Лу Минчэнь не считал, что проявляет к ней чрезмерную снисходительность. Он полагал, что даёт ей ровно столько, сколько нужно, и со временем она обязательно станет самостоятельной.
Неприятным сюрпризом стал только Гу Наньчи.
Лу Минчэнь, держа пиджак на локте, вернул ей пульт и спросил:
— Устала?
Су Юй покачала головой, затем неуверенно добавила:
— Дядя Лу, а что вы имели в виду сегодня?
— Ничего особенного, — спокойно ответил Лу Минчэнь. — Гу Наньчи — не тот человек, кому можно доверить свою судьбу. Но если ты действительно этого захочешь, я не стану мешать.
«Но ведь в тот вечер вы говорили совсем иначе!» — хотела возразить Су Юй, но проглотила слова. Она не ожидала, что он так резко изменит позицию.
— Старший товарищ Гу достоин лучшей девушки, — сказала она. — Мы с ним не пара.
Она не знала, что на самом деле думает Лу Минчэнь, но интуиция подсказывала: лучше не воспринимать его слова всерьёз, иначе неизвестно, когда снова вызовешь его гнев.
— Слово «лучшей» — это унижение самого себя, — Лу Минчэнь бросил пиджак на диван и открыл бутылку вина на журнальном столике. — Больше не хочу этого слышать.
Он говорил не строго, но в этот момент Су Юй вновь увидела прежнего Лу Минчэня. Она слегка прикусила губу и, осторожно протянув тонкую белую руку, осмелилась сказать, когда он взял её ладонь в свою:
— Недавно я услышала странные слухи... Говорят, вы уже одобрили моё будущее с братом Чжаном, и я в итоге выйду за него замуж... Дядя Лу, вы сегодня хотели опровергнуть эти слухи?
Раньше она почти ни с кем не общалась, поэтому узнала об этом слухе лишь недавно — когда Лу Минчэнь велел ей расширить круг общения. Лин Линь упомянула об этом мимоходом, и, расспросив подробнее, Су Юй поняла, что недоразумение длится уже давно.
Если она начнёт встречаться с кем-то при одобрении Лу Минчэня, слухи сами собой рассеются — ведь никто не станет «надевать рога» собственному сыну.
Кроме этого, она не могла понять, зачем Лу Минчэнь публично заявил, что уважает её выбор, хотя явно против её отношений с Гу Наньчи.
И почему именно сейчас? Она не понимала. Ведь он никогда не обращал внимания на чужое мнение.
Бокал вина имел насыщенный рубиновый оттенок. Лу Минчэнь отпустил её руку, скрестил ноги и, хотя его взгляд был устремлён на неё, не ответил на вопрос, а лишь сказал:
— Думай, как хочешь. Тётя Чжан, наверное, уже спит. Сегодня ты останешься здесь. Завтра за тобой приедет помощник Юань.
Аромат вина заставил Су Юй почувствовать себя неловко. Лу Минчэнь хорошо переносил алкоголь, но обычно не любил пить.
— Дядя Лу, вам нехорошо? Почему?
Лу Минчэнь слегка покачал бокал и равнодушно произнёс:
— Да?
Су Юй не видела его лица, но почувствовала холодок в голосе. Она не осмелилась сказать «да» и решила, что сегодня лучше его не злить. Если захочет — расскажет завтра утром.
Она сидела, опустив глаза, даже не шевельнувшись, как вдруг её снова схватили за запястье, и она, споткнувшись, упала ему на колени. Сердце её заколотилось от испуга.
— Ты раньше пила вино? — спросил Лу Минчэнь.
От него неожиданно пахло алкоголем, и у Су Юй покраснели уши. Она крепко сжала губы и тихо ответила:
— Почти не пила.
— «Почти»? Значит, всё же пробовала?
Су Юй не понимала, почему он сегодня такой расслабленный — будто больше не хочет притворяться. Положив ладони ему на грудь, она ещё сильнее покраснела и смущённо призналась:
— Тайком пробовала шелковичное вино, которое брат Чжан принёс домой. Оно мне не понравилось.
Лу Минчэнь вложил ей в руки свой бокал и велел допить остатки. Су Юй скривилась, но не посмела возражать и начала мелкими глотками отпивать вино.
На том месте, где её губы коснулись края бокала, остался след от его губ.
Лу Минчэнь отвёл взгляд, одной рукой обхватил её талию и ответил на звонок, который уже второй раз молча вибрировал в кармане.
Это был Лу Чжан.
Су Юй услышала голос Лу Чжана и подняла глаза на Лу Минчэня, но тот тут же прижал её к себе, и несколько капель вина упали на её белое платье, оставив яркие пятна.
Тёплый свет в номере создавал уютную атмосферу, но сегодня Лу Минчэнь вёл себя совсем иначе, чем обычно. Су Юй не могла объяснить это чувство, но интуиция подсказывала: лучше не вмешиваться в разговор отца и сына.
Лу Чжан не стал тратить время на приветствия — сразу спросил, где Су Юй. Очевидно, он знал о её свидании с Гу Наньчи, и его настойчивый, почти враждебный тон заставил Су Юй поёжиться.
Лу Минчэнь, не отпуская её талию, ответил коротко:
— В номере.
Лу Чжан, похоже, немного успокоился, решив, что Су Юй уже вернулась в особняк Лу, и сразу перешёл к делу:
— Я возвращаюсь домой.
Он был всего на месяц старше Су Юй, но всегда вёл себя как её опекун. Для Лу Чжана она оставалась той самой растерянной девочкой, которая десять лет назад бегала за ним следом. Он не одобрял даже того, что за ней кто-то ухаживает, не говоря уже о романе.
Лу Минчэнь спокойно ответил:
— Попробуй.
Лу Чжан усмехнулся — он знал, что фраза «попробуй» от отца не была простой угрозой.
Лечение глаз Су Юй стоило немалых денег. Если Лу Минчэнь отрежет ей финансирование так же, как лишил его сына, вся предыдущая терапия пойдёт насмарку. Именно этого боялся Лу Чжан, иначе давно бы вернулся сам.
— Я выполнил все ваши условия. Не думаю, что разочаровал вас.
— Да? — Лу Минчэнь произнёс это безразлично. — Хэ Гуй из семьи Хэ, Чэн Ли из рода Чэн, старшая дочь исполнительного директора компании и твоя личная секретарша — с этими людьми ты, конечно, знаком.
— Знаком, но мои отношения с ними не нарушают условий, которые вы мне поставили, — Лу Чжан не стал отрицать. — У вас самого полно женщин вокруг. Почему вы позволяете себе осуждать моё общение с обычными подругами?
Пальцы Лу Минчэня медленно постукивали по тонкой талии Су Юй.
— Несколько дней назад ты провёл целую ночь в частной квартире со старшей дочерью исполнительного директора, а теперь у тебя непонятные отношения с секретаршей. Ты всерьёз считаешь, что выполнил мои требования?
Сердце Су Юй ёкнуло. Она знала, что Лу Чжан пользуется популярностью у женщин больше, чем кто-либо из её знакомых. Когда она впервые увидела Чэн Ли, то испугалась, что Лу Минчэнь узнает об их связи. Но она не ожидала, что Лу Чжан пойдёт так далеко — до самого последнего шага.
Лу Чжан холодно ответил:
— Я не считаю, что обычное общение мешает моей работе. Более того, всё это я делаю ради скорейшего выполнения задач.
Он не считал себя виноватым, и в его обычном тоне не было ничего особенного — казалось, это лишь один из многих подобных эпизодов.
Су Юй почувствовала дурное предчувствие: вызов в голосе Лу Чжана явно не понравится Лу Минчэню.
Рука Лу Минчэня замерла, и он спокойно произнёс:
— Мне всё равно, как ты думаешь. Су Юй, возьми трубку.
— Не втягивай Су Юй в наши дела! — Лу Чжан вспыхнул, но вдруг замолчал. — Ты в номере Су Юй? Что ты там делаешь ночью?
Су Юй вздрогнула, когда Лу Минчэнь назвал её по имени. Она думала, он шутит, но он действительно вынул у неё бокал и вложил в руку телефон. Её сердце готово было выскочить из груди.
В трубке ещё звучали гневные вопросы Лу Чжана к отцу, а она сидела на коленях Лу Минчэня, совершенно окаменев.
— Брат Чжан, что случилось? — выдавила она, не зная, что сказать дальше.
Услышав её голос, Лу Чжан сдержал гнев.
Он смягчил тон и спросил:
— Где ты сейчас? Что делаешь? И что он делает в твоём номере?
http://bllate.org/book/3599/390578
Готово:
