Гуань Цзинъин умел приспосабливаться к любым условиям, но этот семейный дуэт — Цю Вэнь и его дочь — вымотал его до полного изнеможения, как морального, так и физического.
Нельзя сказать, будто они совсем ничего не смыслили в законах человеческого общества — общее представление у них имелось. Вот только представление это было настолько отрывочным, что майор никак не мог взять в толк, где граница их познаний: понимают ли они суть вещей до конца или просто где-то краем уха слышали о них.
К тому же Цю Вэнь умудрился возненавидеть все душевые лейки и водопроводные краны в доме, хотя само ощущение чистоты после купания ему явно пришлось по душе.
Напоследок зомби-король проявил трогательную заботу: втиснулся к Цзинъину на матрас и, легонько похлопывая его по груди, принялся напевать колыбельную, твердо вознамерившись убаюкать «малыша».
Гуань Цзинъин лишь молча смирился с неизбежным. Оставив бесплодные попытки сопротивления, он просто закрыл глаза и выбросил все мысли из головы.
Спалось ему на редкость сладко — без единого сновидения.
Проснувшись на следующее утро, майор обнаружил, что лежит в объятиях Цю Вэня, уютно устроив голову на его предплечье. Сам же зомби-король, нацепив наушники, увлеченно смотрел какую-то дораму. На экране плачущая женщина как раз влепила мужчине звонкую пощечину, и Цю Вэнь наблюдал за этой драмой с предельно серьезным, даже скорбным видом.
В нос Цзинъину ударил нежный, действительно приятный аромат геля для душа. Он растерялся, не зная, как себя вести, но его замешательство не укрылось от хозяина квартиры. Цю Вэнь мгновенно уловил участившееся сердцебиение своего подопечного.
— Проснулся, хороший мой? — ласково спросил он. — Хочешь еще немного полежать?
— Нет, мне... мне уже пора на службу, — пробормотал Гуань Цзинъин.
При каждом вдохе сладковатый запах геля, казалось, становился лишь гуще, бесцеремонно заполняя легкие. В самом средстве не было ничего примечательного — обычная парфюмерная отдушка. Сам майор терпеть не мог подобные ароматы, хотя частенько улавливал их от сослуживцев. Те иногда еще и одеколоном брызгались, так что удивляться вроде бы нечему... Но сейчас этот запах кружил голову.
— У тебя щеки покраснели. И горячие какие, — Цю Вэнь коснулся его лица прохладной ладонью. — Заболел?
Понятие «смущение» в его картине мира попросту отсутствовало. Единственный человек, которого он вырастил, — его дочь Бинхэ — никогда не стеснялась. Лицо у нее багровело, а температура тела подскакивала только от ярости. Но у майора не было причин злиться. Он ведь только-только открыл глаза, а нормальные люди не начинают свой день со вспышек гнева.
У мертвеца не было собственного тепла, так что его ледяное прикосновение заставило Цзинъина невольно вздрогнуть.
— Точно заболел! — всполошился Цю Вэнь.
Не успел тот опомниться, как зомби-король подхватил его одной рукой и легко поднял в воздух. При росте под метр девяносто три и крепком, тренированном телосложении майор еще ни разу в жизни не оказывался в положении хрупкой ноши.
Движение мертвеца было настолько стремительным, что Цзинъин даже не успел уследить за ним глазами. При этом держали его бережно и на удивление удобно — сразу чувствовалось, что у Цю Вэня за плечами многолетний опыт убаюкивания капризных детей.
— Нет-нет-нет! Погодите! Поставьте меня! — взмолился Гуань Цзинъин, не в силах вынести подобного потрясения. — Со мной все в порядке! Я не болен! Мне просто... неловко!
— Неловко? — переспросил Цю Вэнь, опуская ногу, которой уже собирался вышибить дверь в коридор.
Гуань Цзинъин облегченно перевел дух. От неожиданности смущение как рукой сняло.
— Да, именно. Я не привык к столь близкому телесному контакту.
Цю Вэнь озадаченно моргнул:
— А?
— Я... мне не доводилось раньше просыпаться в чьих-то объятиях, — попытался объяснить майор.
— Что, рука у меня слишком жесткая? Неудобно лежать было? — Цю Вэнь наконец опустил его на пол и озабоченно пощупал собственное плечо.
Он не обладал столь внушительной мускулатурой, как профессиональный военный Цзинъин, но и хлипким его тело назвать было нельзя.
— Бинхэ в детстве обожала спать у меня на плече.
— Ключевое слово — «в детстве». Она выросла и перестала так делать, — попытался воззвать к логике Гуань Цзинъин.
— Верно. Как подросла, стала спать на коленях у своей тетушки Ши Цзай, — охотно согласился зомби-король. — Хочешь, я и тебя к Ши Цзай пристрою?
— Да при чем тут это?! Вы все не так поняли! — почувствовал майор, как его разусь снова капитулирует перед этой абсурдной логикой.
В этот момент Цю Вэнь внезапно шагнул к нему. Расстояние между ними стремительно сокращалось. Гуань Цзинъин попятился, но позади уже была закрытая дверь. Мертвец продолжал наступать, сохраняя на бледном лице абсолютное, пугающее бесстрастие.
— Господин... Господин Цю, — выдавил из себя Гуань Цзинъин.
Каждая мышца в его теле натянулась, как струна. Когда грудь мертвеца оказалась в считанных сантиметрах от его собственной, майор не нашел ничего лучше, как медленно сползти вниз по дверному полотну. Смущение нахлынуло с новой, куда более сокрушительной силой. Сердце бешено колотилось в груди.
В ушах звенело, мысли путались, и в этот момент щеки снова коснулись ледяные пальцы.
— И правда горит! Ого! — восхитился Цю Вэнь и бесцеремонно ущипнул майора за и без того подтянутую щеку.
Гуань Цзинъин лишь безмолвно возвел очи к небу.
— Пап? Вы чего тут делаете? — сонная Цю Бинхэ, невесть когда выбравшаяся из своей комнаты, стояла в дверях. Протирая заспанные глаза, она с искренним недоумением разглядывала развернувшуюся перед ней сцену.
У Гуань Цзинъина перехватило дыхание. Он лихорадочно соображал, как со стороны выглядит их поза и как, черт возьми, это объяснить. Фантазия у Бинхэ работала дай бог каждому — она ведь совсем недавно умудрилась заподозрить Ма Цзина в нежных чувствах к ее отцу.
— Представляешь, твой названый братец жутко стесняется, когда к нему подходят близко. У него аж лицо загорелось, — абсолютно искренне поделился открытием Цю Вэнь. — Иди сама потрогай.
Майор мысленно застонал.
— Да ладно?! — Бинхэ мигом стряхнула остатки сна и подскочила к нему, без лишних церемоний прижав ладонь к его щеке. — Ух ты! Реально горячий!
Заметив, что девушка намеревается прижаться к его лбу собственной головой для проверки температуры, Гуань Цзинъин среагировал на опережение и просто закрыл ее лицо ладонью.
— Мне пора умываться и идти на службу.
— Ну вот... — разочарованно протянула Бинхэ.
Майор, уже сделав шаг в сторону ванной, вдруг остановился. Переведя взгляд с отца на дочь, он нерешительно добавил:
— Я... я сначала приготовлю завтрак.
Не оставлять же этих двоих голодными.
Выпустив Бинхэ, он вихрем промчался мимо них, спасаясь бегством от этого непредсказуемого семейства.
Проводив его взглядом, Цю Вэнь с уважением покачал головой:
— Какая прыть! Сразу видно — здоровый, крепкий малый.
— Тоже так хочу уметь, — с завистью вздохнула дочь.
Когда Гуань Цзинъин варил лапшу, он услышал аплодисменты Цю Вэня. Он выглянул наружу и увидел, что Цю Бинхэ имитирует его недавнюю позу побега, а Цю Вэнь хлопает ей в ладоши.
Стоя у плиты и помешивая закипающую лапшу, Гуань Цзинъин услышал из гостиной взрыв аплодисментов. Он осторожно выглянул на шум и застыл: Бинхэ с усердием копировала его недавний позорный побег, а восторженный отец изо всех сил хлопал ей в ладоши.
В этот момент майора накрыло волной такой экзистенциальной растерянности, какую он не испытывал еще никогда в жизни.
К счастью, тишину его мыслей нарушил сигнал терминала. Доктор Чжоу Инъин прислала сообщение с предложением забрать Цю Вэня и Бинхэ на небольшую прогулку. Она прекрасно понимала, что у майора служба расписана по минутам, а держать двух деятельных мертвецов взаперти круглые сутки — идея сомнительная. Разумеется, под «прогулкой» подразумевалась строго охраняемая территория правительственного квартала; покидать пределы базы Цю Вэню категорически запрещалось.
Гуань Цзинъин в краткой беседе заручился их согласием и со спокойной душой передал обоих Чжоу Инъин. Рабочее время он рассчитывал провести с максимальной пользой — восстановить пошатнувшееся душевное равновесие.
***
Экспедиционный отряд
— Слушай, ну и каково это — жить под одной крышей с сестрой и настоящим зомби? — Ма Цзин, чья рука красовалась в новеньком гипсе, проигнорировал ледяной взгляд коллеги и бесцеремонно придвинулся ближе. — Под лопаткой не чешется, когда спать ложишься? Не боишься, что эта тварь тебя посреди ночи сожрет?
Гуань Цзинъин помрачнел еще сильнее. Не рассказывать же этому треплу, что сегодня утром он проснулся в нежных объятиях того самого зомби. Мало того, стоило майору надеть парадный мундир, как Цю Вэнь принялся ощупывать его с ног до головы, оценивая качество ткани и кроя. Бинхэ, хоть и вела себя поскромнее отца, тоже не удержалась — подошла поправить воротник и пощупать шеврон.
Они наперебой расхваливали его выправку и требовали, чтобы он принял пару «героических поз», а когда майор наотрез отказался кривляться, оба изобразили на лицах глубочайшую скорбь. Но Гуань Цзинъин при всем желании не мог заставить себя томно приподнять козырек фуражки и одарить их хищно-обольстительной ухмылкой.
— Они очень... жизнерадостные, — сухо процедил майор.
— Да ну? — Ма Цзин заговорщически поиграл бровями. — А твоя сестричка...
Гуань Цзинъин угрожающе прищурился.
— Да ладно тебе, не смотри на меня так, я же тогда просто не разобрался в ситуации! — Ма Цзин поспешно откинулся на спинку стула. — Но если серьезно: ты действительно собираешься оставить девчонку среди ходячих трупов? Даже не попытаешься вернуть ее к нормальным людям?
— Среди мертвецов сейчас безопаснее, чем среди некоторых живых, — Гуань Цзинъин перевел взгляд на лежащую перед ним папку с отчетом. — По всем правилам У Ю не должен был выбраться с базы живым, а уж его нападение на твой отряд и вовсе не поддается никакой логике.
Ма Цзин притих.
— На окраинных базах еще лет десять назад начали вопить о несправедливом распределении ресурсов, да и с мутацией У Ю явно не все чисто, — майор мерно постучал пальцами по полированной столешнице. — И ты, и я — мы под прицелом у этих фанатиков. Любой из нас может словить пулю в любой день. Как я могу в такой обстановке оставить ее здесь?
— И вообще, умерь свой пыл, — жестко добавил Цзинъин. — Сразу предупреждаю: держись от Бинхэ подальше. Твоя репутация бабника общеизвестна, так что героем ее романа ты не станешь.
— Слышь, ну ты и язва! — Ма Цзин возмущенно хлопнул здоровой ладонью по столу. — Что плохого в том, чтобы просто пообщаться, узнать друг друга получше? Вдруг у нее ко мне тоже... симпатия проклюнется?
— Разве что в качестве изысканного обеда для ее «дядюшек» и «тетушек», — майор выразительно указал на дверь.
Делать было нечего. Поняв, что при дальнейшем упорстве он рискует получить от командира вполне реальных люлей, Ма Цзин благоразумно ретировался.
Едва переступив порог приемной, он нос к носу столкнулся с Чэн Дунцзе. Ма Цзину в последнее время вообще казалось, что этот парень материализуется рядом с ним слишком часто.
— О, Сяо Чэн! Пришел отчет командиру сдать?
Юноша выглядел бледным. Он вымученно улыбнулся:
— Да... Прости, я случайно услышал ваш разговор.
«Этот кобель все еще пускает слюни на главную героиню?! — Дунцзе мысленно закипал. Он незаметно проверил через Систему уровень симпатии Ма Цзина к Бинхэ: по-прежнему сорок три балла. Зато шкала привязанности к самому Дунцзе уверенно держалась на отметке в шестьдесят очков. — Казалось бы, победа за ним, но этот бабник все равно продолжает крутиться вокруг соперницы!»
— А, ты про терки с окраинными базами? — Ма Цзин легкомысленно отмахнулся. — Да брось, это давно секрет Полишинеля. Услышал и бог с ним.
— Я про... про Бинхэ, — негромко уточнил Чэн Дунцзе. — Слышал, как ты расспрашивал о ней.
— Тсс! Тихо ты! — Ма Цзин испуганно замахал руками, призывая собеседника к молчанию. — Мы прямо под дверью у майора стоим! Смерти моей хочешь?!
Чэн Дунцзе судорожно вздохнул, его голос заметно дрожал:
— Скажи честно... она тебе нравится?
— Ну а зачем бы я еще интересовался? — хмыкнул Ма Цзин. Подумаешь, врезала ему разок. Настоящего мужчину такие мелочи не останавливают. Бинхэ — высокая, яркая, а главное — непосредственная, без фальши. То, что она сразу пустила в ход кулаки, лишь доказывало: девчонка не из простых и на шею первому встречному вешаться не станет.
В наше суровое время таких искренних девушек днем с огнем не сыщешь. Настоящее сокровище!
«Да этот урод просто помешался на ней! — Дунцзе почувствовал, как от злости у него начинает спазмировать желудок. — Как можно быть настолько твердолобым натуралом?!»
— Может... может, когда смена закончится, я схожу к ней? Хочешь, пойдем вместе? — Чэн Дунцзе выдавил из себя подобие улыбки, хотя его лицо кривилось так, словно он вот-вот разрыдается. — Скажем, что случайно столкнулись?
Ма Цзин наконец соизволил обратить внимание на странный вид приятеля:
— Погоди, Сяо Чэн. У тебя лицо какое-то... кислое. Случилось чего?
— Нет, все в порядке, — парень попытался изобразить безмятежность, но губы его не слушались.
— Так, — Ма Цзин озадаченно поскреб затылок. — Проблемы дома? А, стоп, ты же сирота... Значит, сам куда-то вляпался?
Ему и в голову не могло прийти, что вся эта трагедия разыгрывается исключительно ради его внимания.
— Если у тебя самого завал, не забивай голову моими делами. Говори прямо, подсобить чем? — Ма Цзин искренне считал Дунцзе отличным парнем, если бы не эта его вечная привычка излишне драматизировать по пустякам.
— Спасибо, помощь не нужна. Я в полном порядке, — бесцветным голосом ответил юноша.
В этот момент ему безумно хотелось придушить этого твердолобого болвана прямо здесь, в коридоре. Но приходилось терпеть.
***
— Господин Цю, умоляю, прикройте зубы, — взмолилась Чжоу Инъин, заметив, что зомби-король снова неестественно приоткрыл рот.
Чтобы не привлекать лишнего внимания прохожих, доктор Чжоу сотворила маленькое чудо косметологии: щедро покрыла лицо, шею и кисти рук Цю Вэня плотным слоем тонального крема. Проблему иссиня-черных ногтей решить не удалось, но их решили выдать за модный готический маникюр.
Посиневшие губы мертвеца пришлось закрасить стойкой помадой естественного оттенка в несколько плотных слоев. Из-за этого косметического великолепия Цю Вэнь теперь чувствовал себя крайне неуютно: ему казалось, что его губы превратились в два магнита с одинаковыми полюсами, которые упрямо отталкиваются друг от друга. Он то и дело забывал их смыкать, разговаривая с полуоткрытым ртом.
— Рот словно не мой, — пожаловался Цю Вэнь. — И кожа чешется. Все это мазило на лице какое-то липкое.
— Ну а что мне оставалось делать? — развела руками доктор Чжоу. — Без грима вы слишком уж колоритны. Сразу видно, что из зомби.
В обычных жилых кварталах на окраинах на это, может, и закрыли бы глаза — нынешняя молодежь из чистой бунтарской вредности обожала краситься под живых мертвецов. Но на территории правительственного комплекса царил строгий дресс-код, и появление настоящего зомби без должной маскировки грозило переполохом.
Кое-кто из высшего руководства базы, конечно, знал о визите столь необычного гостя, но широкую публику будоражить не стоило. Лишняя конспирация не повредит.
Бинхэ тем временем с любопытством разглядывала преобразившегося родителя:
— Пап, а ведь здорово вышло! Вылитый живой человек.
— При жизни я примерно так и выглядел, — добродушно отозвался Цю Вэнь.
Доктор Чжоу внезапно замерла. В ее глазах на миг промелькнула глубокая, щемящая грусть.
Цю Вэнь озадаченно моргнул, не понимая причин такой перемены в ее настроении.
— Слишком рано ты погиб, — вздохнула Бинхэ. — С другой стороны, благодаря этому ты законсервировался в самом расцвете сил. До сих пор видный мужчина.
Ростом зомби-король действительно обделен не был.
— Думаешь? — кокетливо уточнил Цю Вэнь, явно польщенный комплиментом.
Увидев эту сцену, Чжоу Инъин погрустнела еще сильнее.
Цю Вэнь задумчиво потер подбородок:
— Хотя хорошего мало, конечно. Насколько я помню, меня ведь кто-то укокошил.
На лице доктора Чжоу отразилось такое страдание, словно она сейчас разрыдается.
— С вами все в порядке? — искренне забеспокоился мертвец.
— Да-да, все хорошо... Просто давайте закроем эту тему, — поспешно заговорила девушка. Одно упоминание о гибели Цю Вэня отзывалось в ее сердце глухой болью. Сами виновники ее расстройства болтали о смерти как о погоде, но разыгравшееся воображение Чжоу Инъин уже дорисовывало жуткие картины его прошлого, от которых на глаза наворачивались слезы. — Пойдемте лучше развлечемся! Здесь неподалеку есть зал голографического опыта, сыграем во что-нибудь?
В эпоху постапокалипсиса свежие продукты и топливо ценились на вес золота, зато индустрия виртуальных развлечений шагнула далеко вперед. Для измученного выживанием человечества это был самый доступный и дешевый способ хоть ненадолго сбежать от суровой реальности.
Ассортимент симуляторов поражал воображение: от яростных баталий и мирного фермерства до детального воссоздания ушедшей эпохи, когда человечество еще безраздельно владело планетой.
Инъин привела своих спутников в зал голографического опыта и арендовала просторную изолированную кабину. Вся игровая сессия должна была проходить за закрытыми дверями, скрытая от посторонних глаз.
— Ну, во что сыграем? — спросила Чжоу Инъин, настраивая терминал. — Можем выбрать что-то привычное для вас.
Привычное?
Перед ними загорелся полупрозрачный голографический интерфейс. Цю Вэнь пробежал глазами по списку категорий. Наткнувшись на раздел хорроров, он на мгновение задумался, а затем уверенно ткнул пальцем в соседнюю вкладку:
— Давай симулятор свиданий.
— Мужской или женский вариант? — деловито уточнила Инъин.
Надо же, как все сложно.
— Пускай будет женский, — великодушно рассудил зомби-король. В конце концов, его спутницами были две молодые дамы, так что выбор казался очевидным.
Доктор Чжоу принялась листать каталог женских отоме-игр. Едва на экране появился очередной постер, отец и дочь в один голос воскликнули:
— Вот этот! Давай его!
Инъин с сомнением уставилась на обложку, пестрившую невероятным количеством смазливых мужских персонажей всех мастей.
— Тут как-то... слишком много действующих лиц. Сюжет будет путаным.
— Зато выбор богатый! — веско возразила Бинхэ. Оптом — значит выгодно.
Отец солидарно закивал.
Чжоу Инъин пробежала глазами краткое описание и смущенно прикусила губу:
— Эм... тут возрастной ценз суровый. Строго восемнадцать плюс...
— Мне уже есть восемнадцать, — Бинхэ послушно подняла руку.
— И мне тем более, — поддакнул Цю Вэнь. — Я когда помер, мне уже за тридцать перевалило.
— Пожалуйста, не надо о смерти! — взмолилась Инъин, нервно переведя дыхание. — Вы уверены? Раньше в подобные игры доводилось играть?
Цю Вэнь и Цю Бинхэ кивнули — они видели в своей жизни предостаточно историй любви.
***
Спустя четыре часа из кабины виртуальной реальности вышли два абсолютно опустошенных существа с остекленевшим взглядом.
— Объясните мне... зачем тот парень начал срывать с себя одежду? — дрожащим голосом спросил Цю Вэнь.
— Ну... такова специфика взрослого контента, — Чжоу Инъин сама пребывала в легком шоке. Благодаря современным технологиям эффект погружения был стопроцентным. Вот только эти двое умудрились превратить романтический симулятор в беспощадный спарринг без правил.
Будь виртуальные ухажеры из плоти и крови, Цю Вэнь своими тяжелыми ударами стер бы их в порошок еще на этапе первого свидания.
— Но зачем раздеваться ради любви? — мертвец все никак не мог уложить это в своей голове. — Во всех книгах, что я читал, влюбленные мило общались, будучи при полном параде.
— Так, стоп, давайте притормозим, — Чжоу Инъин почувствовала, что разговор сворачивает куда-то не туда. Посмотрев на часы, она поняла, что смена Гуань Цзинъина как раз подошла к концу.
Девушка набрала номер майора. Тот ответил почти мгновенно.
— Что-то случилось? С господином Цю возникли проблемы? — раздался в трубке его встревоженный голос.
— Цзинъин, скажи мне честно... наш почтенный предок вообще хоть раз в жизни сталкивался с продукцией категории «восемнадцать плюс»? — шепотом спросила Инъин, осознав, что у Цю Вэня полностью отсутствуют базовые представления о плотской любви.
На том конце провода повисла тяжелая пауза.
— Ну... вчера он уверял меня, будто мужчины тоже способны вынашивать потомство, ссылаясь на какую-то авторитетную литературу, — осторожно произнес майор.
Доктор Чжоу медленно повернулась к зомби-королю:
— Господин Цю, а что именно за книги вы читали?
— Самые обычные, научные! — обиделся тот. — Там черным по белому было написано, что у некоторых видов живых существ в неблагоприятных условиях возможен партеногенез или спонтанная смена пола. И картинки там были чудесные, цветные.
Чжоу Инъин обреченно вздохнула и прижала трубку к уху:
— Кажется, наш ветеран читал детскую иллюстрированную энциклопедию о живой природе.
Гуань Цзинъин: «...»
Чжоу Инъин: «...»
Девушка в отчаянии закрыла лицо ладонью:
— Боже, кажется, я совершила страшный грех.
— Что ты уже натворила? — напрягся майор, чья фантазия тоже начала рисовать нехорошие картины.
— Затащила твоего «папашу» и Бинхэ в симулятор свиданий с пометкой «для взрослых», — выдохнула Инъин. — Теперь понятия не имею, как лечить их травмированную психику и объяснять основы физиологии.
Не успела она закончить мысль, как со стороны коридора раздался знакомый, приторно-вежливый голос:
— Инъин?
Врач мгновенно нахмурилась. Обладая весьма вспыльчивым и прямым характером, она на дух не переносила лицемеров и определяла их за милю.
— Чэн Дунцзе? Ма Цзин? — Инъин сухо кивнула подошедшим и торопливо сбросила вызов, попрощавшись с майором.
К ним приближались двое коллег. Ма Цзин, сияя голливудской улыбкой, приветливо помахал Бинхэ здоровой рукой.
Отец и дочь синхронно напряглись, мгновенно перейдя в режим глухой обороны.
— Госпожа Бинхэ, я хотел искренне извиниться за свои утренние слова. Был неправ, каюсь, — Ма Цзин заискивающе заглянул девушке в глаза.
Цю Вэнь неодобрительно сощурился:
— Какая фальшивая мимика.
— Господин Цю, умоляю, не подумайте ничего дурного! — Чэн Дунцзе коршуном бросился наперерез, заслоняя собой Ма Цзина. Его лицо исказила натянутая, вымученная улыбка. — Он действительно пришел только ради извинений.
Дунцзе выглядел настолько хрупким, беззащитным и растерянным, словно готов был рассыпаться от малейшего дуновения ветра.
Увидев этот перформанс, Чжоу Инъин скорчила такую брезгливую гримасу, что ее лицо едва не завязалось узлом. Однако юноша упорно игнорировал ее красноречивые взгляды.
В довершение образа обиженной невинности он тихонько, прерывисто всхлипнул.
Бинхэ тут же жалобно шмыгнула носом в ответ.
Чего?!
Все присутствующие удивленно уставились на девушку.
Чэн Дунцзе растерялся. Захлопав ресницами, он робко выдавил:
— Госпожа Цю... что вы делаете?
Бинхэ в точности скопировала его взгляд, изобразив на лице предельную растерянность:
— Ничего. Не обращай внимания.
На самом деле она просто прилежно конспектировала актерское мастерство. Раз уж ее недавняя попытка разжалобить майора с треском провалилась, отец посоветовал найти живой пример для подражания — кого-то, кто выглядит профессионально несчастным.
И вот перед ними предстал ходячий эталон уязвимости в лице Чэн Дунцзе. Разумеется, Бинхэ не могла упустить такой шанс и старательно перенимала каждое мимическое движение.
«Эта девка что, издевается надо мной?! — Чэн Дунцзе в бешенстве обратился к Системе.»
«Маловероятно. Уровень симпатии главной героини к вашему персонажу остался неизменным» — беспристрастно отозвалась Система.
«Да она точно надо мной издевается! Ты издеваешься надо мной?! — Дунцзе не верил сухим цифрам.»
— Вы... вы меня передразниваете? — Дунцзе обиженно свел брови к переносице.
Признаваться в плагиате Бинхэ не собиралась — великие мастера творят незаметно. Она повторила его жест, слегка нахмурившись:
— Вовсе нет.
В поисках поддержки юноша умоляюще посмотрел на Цю Вэня. К своему ужасу, он обнаружил, что зомби-король тоже вовсю пытается выпучить свои красивые, холодные фениксовые глаза, силясь изобразить на бледном лице вселенскую скорбь.
Из-за специфического разреза глаз смотрелось это, мягко говоря, жутковато и комично одновременно.
Стоявшая поодаль Чжоу Инъин поспешно отвернулась к стене, зажав рот ладонью. Ее плечи мелко подрагивали от беззвучного хохота.
«Зачем она это делает? Пытается строить из себя жертву перед Ма Цзином? Или раскусила мой образ и просто глумится?»
«Логика действий главной героини не поддается анализу» — признала Система свое поражение.
Желая прояснить обстановку, Дунцзе бросил быстрый взгляд на Ма Цзина. Тот перехватил его взор, на секунду задумался, а затем вдруг прижал руки к щекам и заверещал карикатурно-тонким девичьим голоском:
— Ой, а чего это ты на меня так смотришь?
Выдав эту тираду, Ма Цзин заливисто расхохотался. Он свято верил, что стал свидетелем забавного дружеского подкола: мол, Сяо Чэн и Бинхэ настолько близки, что разыгрывают друг друга, кривляясь. Ну а он, как верный товарищ, просто решил подыграть.
Чэн Дунцзе лишился дара речи.
Теперь он окончательно убедился, что Бинхэ не замышляла ничего дурного. Вот клоунада в исполнении Ма Цзина — это было действительно унизительно.
— Ой, ну вы и юмористы, умора! — Ма Цзин утер выступившую слезу, не упустив случая сделать Бинхэ комплимент. — Раз уж мы так удачно встретились, давайте сходим куда-нибудь...
Договорить ему не дали. Цю Вэнь молча шагнул вперед, сцапал незадачливого ухажера за шиворот здоровой рукой и без малейших усилий оторвал от земли.
«Да ладно! — у Дунцзе внутри все так и запело от восторга. — Неужели этого хама наконец-то проучат? Неужели главный злодей сотрет его в порошок прямо сейчас?!»
Потребовались колоссальные усилия воли, чтобы стереть со своего лица предвкушающую ухмылку.
— Держись от Бинхэ подальше. Ты невоспитанный и грубый тип, — холодно процедил Цю Вэнь, даже не удостоив его привычным ласковым обращением «малыш». Этот навязчивый человек вызывал у него стойкую антипатию.
Пройдя пару шагов, зомби-король аккуратно водрузил Ма Цзина на пол подальше от дочери.
— Свой тут.
Так оно спокойнее будет.
И все? Никакого мордобоя?
Чэн Дунцзе почувствовал укол разочарования. Впрочем, маску преданного друга он не сбросил, запричитав с неподдельной тревогой:
— Господин Цю, постойте! Между вами наверняка вышло недоразумение! Ма Цзин на самом деле чудесный, добрейшей души человек!
Цю Бинхэ тоже изобразила растерянность и тревогу, но, не зная, что сказать, быстро успокоилась.
Чжоу Инъин к этому моменту уже сидела на корточках, содрогаясь в конвульсиях беззвучного хохота.
http://bllate.org/book/35961/4689479
Готово:
