Олимпийская деревня расположилась в соседнем городе — совсем недалеко, каких-то сорок минут на машине или час на автобусе. Вернувшись от Юй Яня в родные стены, Ло Чжиду затеял генеральную уборку, после чего отправился в санаторий к Сэ Ланю, где весь остаток дня с удовольствием чесал за ушком кота Булу.
Юноша сходил с отцом на повторное обследование и с облегчением узнал, что рак железы не прогрессирует. Сэ Лань выглядел заметно бодрее и даже успел связать по шарфу для сына, Лю Чу и малыша Булу.
В палате тикало старенькое радио, а на экране пузатого телевизора шла трансляция церемонии открытия Зимних Олимпийских игр. Взрывались яркими конфетти заснеженные арены, мелькали юные, пылающие азартом лица атлетов. Сэ Лань умиротворенно наблюдал за происходящим и мягко произнёс:
— В той делегации мелькнул мальчик, до чего похожий на моего Дуду... Я уж грешным делом подумал, что и ты там.
Рука Чжиду, почесывавшая подбородок Булу, на миг замерла, и юноша перевёл взгляд на экран. Никого из похожих на себя он не разглядел, зато сразу выхватил из толпы сдержанную, но неизменно привлекающую взоры фигуру.
— Папа, смотри! — юноша оживленно ткнул пальцем в экран. — Это же Бог Юй!
Сэ Лань мягко кивнул:
— Твой любимый фигурист-одиночник?
Ло Чжиду с улыбкой качнул головой:
— Нет, папа, ты путаешь. Моим кумиром всегда был Сулиэр, он из Снежной страны. А это Юй Янь — потрясающий спортсмен, он выступает за наш Китай!
Вскоре пришёл Лю Чу. Прижав к груди новенький шарф, он засыпал Сэ Ланя комплиментами, после чего все трое омег устроились перед телевизором следить за церемонией.
— Дядюшка Сэ, вы не волнуйтесь, — заверил старшего Лю Чу. — Мы с Дуду вместе поедем на арену, я с него глаз не спущу и в обиду не дам!
Сэ Лань медленно наклонил голову:
— Вот и хорошо...
Силы быстро покидали его — к концу трансляции Сэ Лань совсем смежил веки от усталости. Переглянувшись, ребята выключили телевизор и заботливо поправили одеяло. Ло Чжиду подался вперёд, пытаясь прижаться к отцу — он так давно не ощущал теплоты родительских объятий, так скучал по ним...
Но Сэ Лань уже погрузился в сон, так и не заметив порыва сына. Чжиду замер и с легким вздохом, глотая нахлынувшую грусть, отступил.
Зато Булу, гордо носящий на шее миниатюрный шарфик, принялся тёрться поочерёдно о ноги обоих хозяев. Лю Чу присел на корточки и погладил кота:
— Наш Булу — самый лучший! Вот вернёмся с соревнований и привезём тебе лакомств из самой Олимпийской деревни!
— Мяу-у-у...
На следующее утро Ло Чжиду и Лю Чу, прихватив по два плюшевых зверя каждый, отправились в путь. Мужские короткие программы у бет-одиночек были назначены на вторую половину дня, так что у них оставалось немного времени, чтобы прогуляться по улицам Города H.
Город дышал атмосферой Олимпиады: повсюду пестрела символика Игр, а удобные маршруты общественного транспорта позволяли легко добраться в любую точку. Не будь на улице столь лютого мороза, прогулка принесла бы ни с чем не сравнимое удовольствие.
Закутанные в пушистые шарфы и куртки, юноши пускали клубы пара в морозный воздух и в итоге решили добраться до арены пораньше. Ло Чжиду убрал телефон, на который снимал влог, и спрятал закоченевшие пальцы в карманы.
— Внутри согреемся, — Лю Чу вытянул шею, но до начала соревнований их не пустили бы даже с билетами.
— Пойдём в сувенирную лавку, — предложил Чжиду. — Там точно работает отопление.
В магазине яблоку негде было упасть. Ло Чжиду взял с полки журнал, посвящённый сноубордингу — на обложке красовался снимок сильнейшего райдера сборной Китая.
Лю Чу заглянул юноше через плечо и тихонько пробормотал:
— В зимних видах спорта одни богачи. В фигурном катании деньги есть, а у сноубордистов и подавно кошельки трещат.
Чжиду мельком пролистал страницы с биографией спортсмена: история выступлений Чжоу Минвэя, список стран, где тот катался...
— Альфа, — юноша вернул глянцевое издание на место без малейшего интереса.
Лю Чу не удержался от смешка:
— Дуду, да не бойся ты! Какой бы крутой ни был этот альфа, он всего лишь на бумаге. С журнала он не выпрыгнет и тебя не напугает.
Ло Чжиду шутливо надул губы:
— Он уже оскорбил мой эстетический вкус!
Лю Чу хихикнул и потянул его за рукав за угол стеллажа:
— О, а вот и атрибутика фигурного катания! Это точно по твоей части.
На полке оставался последний экземпляр журнального буклета, да и тот витринный, с изрядно помятыми страницами. Юноши склонились над ним вместе.
— Надо же, — покрутил головой Лю Чу. — А твой Брат Нога пользуется бешеной популярностью!
Ло Чжиду весело прищурился:
— Чучу, ну и прозвище ты ему придумал...
— А что не так?
— В точку попал.
Он опустил взгляд на обложку, с которой на него смотрело безупречное лицо Юй Яня.
Да уж, этому бете даже с печатной страницы удавалось веять обжигающим холодом.
Лю Чу внимательно всмотрелся в снимок:
—... Брат Нога выглядит куда привлекательнее всех этих альф вместе взятых, так что удивляться нечему. Ты бы знал, Дуду: я тут на днях заглянул в сеть, так там про обычных знаменитостей все забыли. В Мяубо сейчас каждый второй — страстный фанат фигурного катания, причём судят исключительно по внешке!
Ло Чжиду открыл приложение Мяубо и вбил имя напарника в поиск, но официального аккаунта так и не нашёл.
Лю Чу обомлел:
— У Брата Ноги даже нет профиля в Мяубо?! Я-то думал, у него там уже миллионная армия фанатов.
Ло Чжиду вспомнил строгий, консервативный стиль общения Юй Яня в Мяосине и всё понял:
— Брат Янь вообще ведет крайне скрытный образ жизни.
Бета пропадал на катке с утра до ночи, то тренируясь сам, то отрабатывая элементы с ним, и Чжиду едва ли пару раз видел его с телефоном в руках.
— «Брат Янь»? — переспросил Лю Чу, приподняв бровь. — Это когда ты успел сменить обращение?
Ло Чжиду увёл друга подальше от шумящей толпы покупателей и смущённо улыбнулся:
— Человек подарил нам VIP-билеты, как-то неловко продолжать звать его «Бог Юй» — звучит слишком отстранённо.
Лю Чу с понимающим видом кивнул:
— И то верно. Пора привыкать, это же твой личный Брат Нога.
К полудню наконец начался контроль билетов.
Не зная точного расположения мест, юноши обратились к волонтеру. Девушка вежливо улыбнулась и указала направление:
— У вас билеты в VIP-сектор. Вы можете выбрать места в общей зоне или в специализированных секторах. У нас есть отдельный сектор А, сектор Б и сектор О. Настоятельно рекомендую сектор для омег!
— Как предусмотрительно, — заметил Лю Чу.
Переглянувшись, они без колебаний отправились в омега-сектор трибуны VIP.
Вокруг находились исключительно омеги, так что за безопасность можно было не переживать: никакой альфа не мог случайно захлестнуть пространство агрессивными феромонами. На крупных соревнованиях, когда азарт зашкаливал, некоторые альфы теряли контроль над собой, что наносило находившимся рядом омегам сильный дискомфорт.
На зеркальной глади арены уже раскатывались первые спортсмены.
Ло Чжиду сразу же принялся искать взглядом знакомый силуэт Юй Яня.
Лю Чу толкнул его в бок:
— Смотри, Дуду! Это же твой кумир?
Ло Чжиду вгляделся в лёд, и его глаза вспыхнули радостным огнем:
— Точно! Император Су!
Легендарный ветеран мужского одиночного катания категории «бета» из Снежной страны — Сулиэр! До этого Чжиду видел его только на экранах.
Спортсмен ничуть не изменился: всё те же золотисто-каштановые волосы, ослепительно белая кожа и небрежная, чуть ленивая улыбка на губах. Он просто скользил по льду, но от него невозможно было оторвать взгляд — настоящая звезда арены.
Увидеть кумира своего детства на расстоянии нескольких метров было ни с чем не сравнимым ощущением.
Китайские болельщики тоже горячо любили Сулиэра. Когда тот во время разминки безупречно исполнил тройной прыжок, арена взорвалась дружными аплодисментами.
Зачарованный Ло Чжиду следил за каждым движением кумира, как вдруг опомнился и достал телефон, включив запись видео.
— Всем привет, мои дорогие! Угадайте, где я нахожусь?
Лю Чу подмигнул в камеру и весело подхватил:
— Разумеется, на Зимней Олимпиаде! Вместе со своим самым красивым другом ждём начала турнира по фигурному катанию!
Ло Чжиду с улыбкой перевёл объектив на лёд:
— Я вижу Сулиэра! Это мой кумир! Надеюсь, вы тоже его любите!
Вдруг по трибунам прокатилась волна оживлённого гула.
В кадр попала знакомая высокая фигура в чёрном тренировочном костюме.
Ло Чжиду замер, а затем просиял:
— А вот и Бог Юй!
Восторженные крики зрителей заглушили голос юноши. Юй Янь на коньках уверенно выкатился на арену, оттолкнувшись от борта.
Заметив его, Сулиэр лениво вскинул руку в приветственном жесте.
А на трибунах подхваченный всеобщим азартом Лю Чу уже вовсю скандировал:
— Встреча титанов! Главный соперник нашего Брата Ноги — сам Император Су!
http://bllate.org/book/35913/4626681
Готово:
