Вини уже в четвёртый раз смотрел в зеркало.
Если кто-то решит, что он так готовится к свиданию, которое устроила хозяйка булочной Куини, то глубоко заблуждается. Всё потому, что для Вини это было совершенно обычное состояние.
— Не нужно предвзятости по отношению к мужчинам, — с улыбкой говорил он Гвен, прищурив глаза. — Право на красоту есть не только у женщин.
У других людей утро выглядит так: почистить зубы, умыться, переодеться, посмотреться в зеркало, позавтракать и уйти из дома. Утро Вини выглядело иначе: вскочить с кровати и посмотреться в зеркало; по пути в ванную продолжать смотреться в зеркало; снять пижаму — посмотреться; надеть брюки — снова посмотреться; накинуть куртку — обязательно осмотреть себя со всех сторон; перед самым выходом… ну конечно, посмотреться в зеркало напоследок.
Можно сказать, что мало кто из парней настолько дорожил своим внешним видом.
Несколько лет назад, когда Вини только попал на воспитание в семью Стейси, добрая Гвен ещё не знала его достаточно хорошо. Видя подобное самолюбование, она по ошибке свалила в одну кучу гомосексуальность и гендерную дисфорию. После чего эта наивная девушка храбро попыталась принять такую вот «сестрёнку», например, щедро предлагая поделиться косметикой или даже платьями…
Вини чуть не рассмеялся до слёз.
— Прошу тебя, я не считаю себя женщиной, — терпеливо объяснял он. — Гендерная дисфория может привести к гомосексуальности, но не каждый гей страдает от дисфории. Я прекрасно осознаю, что я мужчина, просто мне нравятся люди моего пола, а не противоположного. Насчёт платьев — спасибо, не надо. Косметикой иногда можно побаловаться ради забавы, но в повседневной жизни — нет. Постой, оставь мне гигиеническую помаду, спасибо! Да, не синюю, дай мне ту, розовую, хорошо?
Гвен, прилежная ученица, чья жизнь была до этого момента предельно простой, была в полном замешательстве. Она осталась в сомнениях, сбитая с толку и совершенно потерянная. И всё же, проявив усердие отличницы, она в конце концов отправилась в библиотеку, набрала толстенных книг по теме и, внимательно изучив всю информацию, наконец-то во всём разобралась.
Стоит отметить, что до этого из-за глубоко укоренившихся стереотипов она с трудом принимала лишь «трагические» версии вроде той, что «Бог по ошибке поместил женскую душу в мужское тело». И только после того, как она столкнулась с честным заявлением Вини «Я мужчина, но люблю мужчин», она по-настоящему осознала суть вопроса. С тех пор Гвен навсегда запомнила тот момент, который её так потряс.
В дальнейшем общении Вини и правда совсем не вёл себя как девушка. Если не считать того, что он был чуть более хрупким на вид, внимательным, аккуратным, следил за собой и любил яркую модную одежду — в остальном он был обычным подростком. Он активно занимался спортом, иногда прогуливал уроки, по неосторожности совершал глупые ошибки, ссорился с друзьями, а потом мирился, засыпал на скучных лекциях, разрисовывал учебники и подрабатывал, чтобы заработать на карманные расходы.
— Вини… я внимательно… эм, изучила и обдумала всё. Извини за тот день. Геи действительно ничем не отличаются от обычных людей.
Примерно через три месяца после того, как Вини стал полноправным членом семьи Стейси, Гвен наконец нашла время, чтобы извиниться. Вини тогда с огромным удивлением посмотрел на неё: он и не думал, что Гвен настолько принципиальна. Более того, она была готова ради человека, не связанного с ней кровным родством и живущего временно, изучать, наблюдать и пробовать понять незнакомую сферу? Это был первый раз, когда Вини в доме Стейси осознал: они правда хотят меня усыновить.
Тогда он искренне улыбнулся и впервые, как с родным человеком, вернулся к своей настоящей натуре. Он замахал руками и с азартом пошутил:
— На самом деле, с того самого момента, как моё половое самосознание внезапно проснулось, я с болью обнаружил, что во мне нет ни капли крови Годзиллы. Простите, что разочаровал вас! Не могу превратиться в монстра и захватить мир, какая жалость!
Какая ещё Годзилла! Вини всегда обладал комедийным талантом. Когда он пускал в ход всю свою мимику, жесты и актёрское мастерство, чтобы рассмешить людей, устоять было невозможно. Гвен не смогла сохранить образ леди и, продержавшись секунду, расхохоталась.
С того дня эти двое, не связанные кровью брат и сестра, по-настоящему сблизились. И именно с этого дня в глазах Гвен Вини, который не боялся быть собой, стал символом мужества.
Впрочем, мы отвлеклись. Вернёмся к предстоящей встрече.
На самом деле Вини не возлагал больших надежд на знакомство, устроенное Куини. Во-первых, он сейчас был занят тем, что налаживал отношения со своим новым знакомым Стивом, и не планировал переключаться. Во-вторых, из краткого описания Куини было совершенно непонятно, нравится ли этому «ровеснику» парни? Он даже предположил, что тот согласился на встречу только из уважения к Куини. Боже, он вовсе не хотел создавать кому-то неудобства. Поэтому он был уверен, что усилия Куини, скорее всего, будут напрасны.
Конечно, даже если ничего не выйдет, это не будет виной Куини. Эта пара владельцев булочной была невероятно доброй и гостеприимной, и Вини чувствовал, что они искренне заботятся о нём. Поэтому ради благодарности за их теплоту он готов был прийти. А если тот «ровесник» не станет возлюбленным, то они, по крайней мере, могли бы подружиться.
Он тщательно привёл себя в порядок, посмотрел в зеркало и, гордо подняв подбородок, прошептал: «Я лучший». После чего, под напутствие Гвен «Удачи, парень», отправился на встречу.
Когда он вошёл в булочную, всё оказалось ровно так, как он и предполагал. Никаких шансов на мечту о свидании с красавчиком! Но реальность всё же немного отличалась от его ожиданий.
Дело в том, что у Куини и Вини в некоторых аспектах эстетики были общие взгляды. И хотя она не одевалась так пёстро, как он, в её гардеробе редко встречались скучные чёрные или серые тона. Поэтому, войдя в булочную, Вини на мгновение застыл. Ожидаемо, Куини была в нежно-фиолетовом платье с белой накидкой, что придавало ей вид утончённый и благородный, а мягкая улыбка делала её невероятно приятной в общении.
Однако это было не главной причиной, по которой Вини замер. Причина крылась в том, что рядом с ней, неуютно сжавшись, сидело что-то… чёрное и пушистое? Или, скорее, чёрный шар, источающий густую тень? Контраст был весьма резким.
— Вини, милый! — глаза Куини загорелись, она тепло поприветствовала его и тут же перешла к демонстрации любви к мужу: — Вини, обязательно попробуй новинку Якоба! Он просто чудо, в этот раз он использовал совершенно другой рецепт…
Вини подсознательно посмотрел на неподвижный «чёрный комок» и пришёл в замешательство. Не зная, стоит ли делать вид, что он ничего не заметил, или сразу поздороваться, он замешкался.
— Ой, я забыла представить! — спохватилась Куини. И в этом не было ничего удивительного: порой казалось, что она и правда читает мысли. Не успел Вини обдумать ситуацию, как она радостно произнесла: — Его зовут Крэндес Бэрбоун, он очень хороший мальчик.
Вини перевёл взгляд на «чёрный комок»: чёрные волосы, строгий жилет, он стоял в тени, а лицо его казалось серым и безжизненным. Честно говоря, внешне он был неплох: правильные черты лица, красивые глаза. Но ужасная стрижка «под горшок» и забитый, испуганный вид портили всё впечатление.
Для примера: с того момента, как Вини вошёл, и до представления Крэндес замер в одной позе, как мышь, встретившая кота и от страха забывшая, как убегать. Он стоял, ссутулившись, опустив голову, стараясь стать невидимым. Казалось, он хотел бы исчезнуть прямо сейчас.
Вини, однако, не выказал никакого недовольства. Будучи сиротой, он слишком хорошо знал это состояние. Он видел его у многих детей, живших в приютах: самоизоляция после пережитого насилия, отчаянная попытка скрыть неуверенность и страх, за которыми скрывалось скрытое отчаяние. И последнее было самым страшным.
— Рад знакомству, Крэндес. Можно называть тебя Крэндес? — Вини немного присел, чтобы не возвышаться над ним, соблюдая дистанцию, как при общении с бездомным животным, и тихо поприветствовал его.
Куини рядом закусила губу, в её глазах заблестели слёзы. Она плохо справлялась со своим даром и слишком остро чувствовала чужую боль.
Воздух будто застыл. Прошло добрых тридцать секунд, прежде чем Крэндес едва заметно вздрогнул.
— З-здравствуйте, сэр, — едва слышно, затаив дыхание, ответил он.
Даже несмотря на тихий ответ, это не было хорошим началом. Не стоит ожидать, что подросток с глубокой психологической травмой вдруг станет весёлым и нормальным. Даже когда Вини проявлял максимум терпения и дружелюбия, Крэндес продолжал стараться исчезнуть.
— За столь короткое время он не сможет мне довериться, — после недолгой беседы Вини отошёл и тихо сказал Куини. Он перестал улыбаться и серьёзно произнёс: — Его состояние выглядит тяжёлым. Тебе стоит отвести его к психологу, а не… не знакомить со мной как с парнем? Господи, Куини! Я не хочу тебя винить, но до прихода сюда я не думал, что ты способна на такое безрассудство. Как ты могла решить, что мне стоит с ним встречаться?
— Нет-нет, только как с другом, — оправдывалась Куини. — Дорогой, ты всегда такой открытый, я подумала, ты сможешь на него повлиять.
— Но я не врач, Куини, — вздохнул Вини. Эта хозяйка, которая была старше него, порой рассуждала как маленькая девочка. — Психологические проблемы должен решать профессионал. Если ты не знаешь врача, я помогу поискать…
— Постой, психолог — это кто? — растерянно спросила Куини.
Вини молча уставился на неё. Впрочем, к её пробелам в знаниях он уже привык, поэтому терпеливо пояснил:
— Это сложно, но, говоря просто, врач, который лечит людей с душевными проблемами. Думаю, Крэндесу это необходимо.
— Не нужно! — поспешно прервала его Куини. — Ему станет лучше.
— Куини! — настойчиво произнёс Вини. — Его ситуация сложна, если запустить, последствия будут непредсказуемы. Извини, но если ты продолжишь упорствовать, мне придётся позвонить в службу защиты детей, чтобы они занялись этим.
— О, нет! — Куини мило захлопала глазами и быстро нашлась: — Э-э… правда не нужно. Я хотела сказать… у Крэндеса есть свой… личный психолог.
— Есть? — Вини подозрительно прищурился. — Кто это?
— Э-э… — Куини замялась и выдала первое, что пришло в голову: — Ньют… Ньют Скамандер!
— Впервые слышу, кажется, не очень известный, — прищурился Вини. На самом деле он знал не так много психологов, но его смутило, как быстро Куини изменила показания.
— Он англичанин, — тут же нашлась Куини, заметив подозрение Вини. — Я не знала, что он психолог, а когда ты объяснил, я поняла. Он очень крутой, написал книгу, у него особый подход к пациентам.
— Да? — с любопытством спросил Вини. — Например?
— Он с ними разговаривает, следит за каждым их шагом, защищает и заботится. А когда некоторые… э-э… пациенты особенно возбуждены, танцует брачный танец… — Куини старательно и запинаясь объясняла ситуацию.
— Что? — глаза Вини расширились от изумления. Помолчав, он пробормотал: — Звучит… очень… э-э… профессионально, но метод лечения… весьма своеобразный, не находишь?
http://bllate.org/book/35884/4444850
Готово:
