Лента комментариев на несколько секунд жутко затихла.
Сидевший рядом и до этого не особо довольный Сяо Чэнь уголки губ тронула легкая улыбка, он откинулся на спинку стоявшего позади дивана и лениво посмотрел на Сунь Яньцяо.
Когда хейтеры сталкиваются с такой бесхитростной простотой, как у Сунь Яньцяо, их выживание предсказать трудно.
В то время как черные фанаты испытывали легкий микроинфаркт, мысленно приговаривая, что под продажностью они имели в виду совсем не такой смысл, Сунь Яньцяо в полном недоумении продолжил наносить смертельные удары с хирургической точностью: — Разве вы все не нуждаетесь в деньгах?
Черные фанаты: — ...
Черные фанаты мгновенно потеряли все аргументы.
Черт, мы же просто хейтеры, а ты уже переходишь все границы.
Сунь Яньцяо не удержался от вздоха: {Ладно-ладно, вы все богатеи, а NPC здесь только я? Мой карман чище моего лица, так получается?}
47 напомнил: — Малыш, ты ведь не какой-нибудь обычный NPC, малыш, ты у нас злой второстепенный персонаж, ну-ка покажи им свирепый вид.
Сунь Яньцяо подыграл дурачествам 47: {Ауу~}
Он безумно свирепый!
Сяо Чэнь приподнял бровь: ауу?
[Сунь Яньцяо отыгрывает меня!]
[Мне кажется, я еще более продажный, чем Сунь Яньцяо! Перед храмом старца Лу Юэ я иду на попятную, зато в храме Бога Богатства стою на коленях часами. Бог Богатства, обрати на меня внимание!]
[Ого, а почему мне кажется, что искренность Сунь Яньцяо даже немного милая?]
[Погодите, вы что, забыли, что Сунь Яньцяо только с виду такой гордый, а на деле стелется перед всеми? Я еще не видел никого более раболепного, чем Сунь Яньцяо.]
[Точно!!! У меня может не быть денег, но у меня должен быть стержень.]
[Честно говоря, дайте мне денег, и я забуду про гордость (робко).]
Благодаря предыдущим словам Сунь Яньцяо, Ваньвань расслабилась и продолжила вести трансляцию. Психологическая устойчивость Сунь Яньцяо была на высоте, и казалось, что с таким поведением ей вовсе не о чем беспокоиться.
Ваньвань тут же выбрала из ленты следующий комментарий: — Яньцяо, кое-кто пишет, что с виду ты держишься жестко, а на деле стелешься. Кстати, возможно, ты еще не знаешь, но перевод денег от Сяо Чэня попал в горячие тренды, все очень интересуются этой темой.
Сяо Чэнь издал тихое шипение и не слишком радостно поинтересовался: — Почему такая мелочь вообще попала в тренды? Вы что, купили это?
Ваньвань испуганно отпрянула назад, замахав головой, как погремушкой: — Нет-нет, мы бы никогда не стали покупать подобные скандальные тренды.
[Умора, сестра Ваньвань ни за что не возьмет на себя эту вину. Она не просто не берет вину, она еще и шпильку вставляет.]
[Ваньвань: я тут же отошла в сторонку, а брать на себя вину — это совсем за другие деньги.]
[Почему Сунь Яньцяо не отвечает прямо? Совесть чиста, раз деньги получил? А Сяо Чэнь и впрямь большой оригинал, раз ему нравится кто-то вроде Сунь Яньцяо. Еще и десятку перевел.]
— Сяо Чэнь что, и правда перевел тебе десять тысяч?
Сунь Яньцяо: — ? Нет, вообще-то.
[Камеры всё засняли, неужели он не в курсе? Еще и отпирается. Если я не ошибаюсь, в следующую секунду он достанет чат с удаленной историей переводов и покажет всем, чтобы доказать свою невиновность.]
[Предыдущий оратор, твой анализ просто супер, мне кажется, так оно и есть.]
[Сижу в засаде и жду, пока ему дадут пощёчину.]
[Ты же сам назвал его молодым господином, стелешься вот так, и еще смеешь утверждать, что не брал его деньги.]
Сунь Яньцяо невозмутимо достал телефон, причем каждое его движение словно в точности совпадало с предсказаниями пользователей сети. Некоторые уже собирались выставить такое бесстыдное поведение Сунь Яньцяо на всеобщее осмеяние в интернете.
Сунь Яньцяо развернул телефон камерой к экрану: — Вы слишком недооцениваете финансовые возможности Сяо Чэня, он скинул мне сто тысяч.
Говоря это, он одновременно скроллил экран, желая, чтобы пользователи сети хорошенько разглядели каждый ноль.
Сунь Яньцяо с чистым сердцем устроил Сяо Чэню небольшую рекламную кампанию: — Сто тысяч — это лимит для WeChat-переводов, но никак не лимит молодого господина.
Черные фанаты: — ?
Сколько? Сколько ты сказал?
— Именно поэтому я и зову его молодым господином.
Внезапно снова услышав это обращение, Сяо Чэнь почувствовал, как на виске задергалась жилка.
Кончики ушей Сяо Чэня слегка покраснели: — Разве я не запрещал тебе называть меня молодым господином?
Сунь Яньцяо послушно ответил: — Тот, кто платит деньги — папочка, раз сказал не называть, значит, не буду.
Сяо Чэнь: — ...
Это уже чересчур, серьезно чересчур.
[Охренеть, ради ста тысяч какая к черту гордость? Я еще успеваю назвать его молодым господином?]
[Я могу отказаться от своей гордости.]
[Молодой господин такой властный, я в восторге!!! Молодой господин, как назовете, так и я назову, я принимаю, принимаю!]
[Дайте мне сто тысяч, и я папой назову!]
[Громыхнуло в небесах, преданный слуга является во всей красе.]
[Будь я на месте Сунь Яньцяо, я бы орал молодым господином еще громче него!]
[Хватит ругать Сунь Яньцяо ТАТ, а то у меня ощущение, будто меня тоже кроют матом.]
Глядя на заполнивший весь экран поток молодых господ и папочек, Сяо Чэнь впервые в жизни испытал такой культурный шок.
Никакое это было не выживание черных фанатов под угрозой смерти, это он сам балансировал на грани жизни и смерти.
Чжоу Бапи был готов радоваться до небес — он же говорил, что Сунь Яньцяо — это просто сокровище, только что проигрышная партия в один миг превратилась в победную.
Зрители не только перестали ругаться, ахах, так еще и показатели просмотров его шоу взлетели до небес.
[Невероятно, что за таким человеком, как Сунь Яньцяо, вообще кто-то может идти толпой. Человек ради денег готов от родного отца отречься.]
[Вот именно, Сунь Яньцяо, неужели отец за столько лет воспитания не потратил на тебя и десятку? Называть отца чужого человека — у тебя совесть вообще чиста?]
Глава 7: Старший брат, собирающий мусор
[Да шутит он! Хотя шутка и неуместная, но зачем же раздувать из мухи слона.]
Среди зрителей уже нашлись посторонние люди, которые начали заступаться за Сунь Яньцяо.
Однако ругающих Сунь Яньцяо по-прежнему оставалось очень много, и Сяо Чэнь никак не мог взять в толк, почему Сунь Яньцяо притягивает к себе столько ненависти.
[Просто слов нет, как вообще можно быть таким человеком, ради денег действительно хоть родного папашу продать готов.]
[Сунь Яньцяо, докатиться до такой жизни — это же полнейший мусор. Знает ли твой отец, что ты за тварь?]
Сунь Яньцяо поправил очки и с абсолютно искренним выражением лица произнес: — Мой отец действительно никогда меня не воспитывал, я сирота, и тех десяти тысяч, что тратятся на воспитание детей, о которых вы говорите, я в глаза не видел.
— Роль отца для меня гораздо менее отчетлива, чем образ Сяо Чэня.
Ни до попадания в книгу, ни после у него не было кровных родственников.
http://bllate.org/book/35862/4441595
Готово:
