— Насколько же ты красив? — приподнял бровь Е Линьчэн. — Дай сравнение!
Цзы Юй прижала ладонь к груди и с обожанием в глазах произнесла:
— Красив, словно солнце в полдень и луна в ночи. Нет никого, кто мог бы сравниться с тобой.
Е Линьчэн довольно кивнул, оперся рукой о кровать и отстранился от неё чуть дальше. Их поза по-прежнему выглядела страстной, но тела вовсе не соприкасались.
Цзы Юй наконец перевела дух и опустила руку с груди.
Именно в этот миг Шэнь Гуаньюань добрался до крыши главного здания. Сняв одну черепицу, он заглянул внутрь — и увидел на ложе двух переплетённых людей. Тёмные одежды Е Линьчэна сплелись с её красно-белым платьем, словно две извивающиеся змеи.
Лицо Шэнь Гуаньюаня мгновенно потемнело. Не раздумывая ни секунды, он резко втопил ногу в прочнейшую крышу.
— Хрясь!
Черепица вместе с пылью рухнула вниз. Е Линьчэн, мгновенно среагировав, подхватил Цзы Юй и отпрыгнул в сторону. Взглянув вверх, он увидел, как сквозь облако пыли медленно опускается человек с ледяным взором и убийственной аурой.
Эта картина была Нин Цзы Юй знакома. Только в прошлый раз она сама стояла рядом с тем, кто проламывал чужую крышу, а теперь настала очередь её собственной.
— Третий принц? — произнесла она, ничуть не удивлённая. Ведь Е Линьчэн уже предупредил, что кто-то там наверху. — Просто отметила она, приподняв бровь.
Но Е Линьчэна это потрясло. Он ведь шутя сказал, что на крыше кто-то есть! Как так получилось, что там действительно оказался человек? Да ещё и… и проломил крышу! Если бы он не среагировал так быстро, его бы наверняка придавило — и кости в талии переломало бы!
— Простите великодушно, — с насмешкой произнёс Шэнь Гуаньюань. Его глаза метали колючие иглы, вонзаясь в Е Линьчэна и Цзы Юй. — Просто проходил мимо, поскользнулся ногой. Помешал вашей романтической встрече.
Цзы Юй лишь улыбнулась и промолчала. А вот Е Линьчэн, хитро прищурившись, дерзко притянул её к себе и, обняв покрепче, весело блеснул белоснежными зубами:
— В следующий раз, Ваше Высочество, будьте осторожнее! Крыши ведь не так уж прочны — лучше ходите по земле.
Шэнь Гуаньюань медленно сделал пару шагов вперёд, протянул длинную руку и схватил Нин Цзы Юй за запястье.
— Вы завтра только собираетесь венчаться, а сегодня уже так близки? Не слишком ли это непристойно?
Тело Цзы Юй напряглось. Е Линьчэн же тут же схватил Шэнь Гуаньюаня за руку и, ухмыляясь, бросил:
— Мы с Цзы Юй никогда не церемонились. Всё, что должно было случиться, уже случилось. И это, похоже, вас не касается.
— О, правда? — Шэнь Гуаньюань холодно окинул взглядом его аккуратно застёгнутую одежду. — Если между вами уже всё произошло, почему вы до сих пор не разделись?
Цзы Юй почувствовала неловкость и слегка сжала руку Е Линьчэна. Тот крепче обнял её, словно успокаивая.
— А почему не разделись? — усмехнулся Е Линьчэн. — Всё из-за вас! Вы как раз вовремя явились — мы только начали раздеваться, как вы проломили крышу.
— Думаешь, я поверю такой чепухе? — спросил Шэнь Гуаньюань.
— А нам-то какое дело, верите вы или нет? — вмешалась Цзы Юй, поворачиваясь к нему с холодным спокойствием. — Нам, супругам, что ли, нужно ваше одобрение в постели?
Шэнь Гуаньюань скривил губы в усмешке, но взгляд оставался ледяным. Он пристально смотрел на неё, будто пытался прожечь дыру.
— Нин Цзы Юй, зачем ты всё это затеяла? Фальшь остаётся фальшью. Она никогда не станет правдой.
— Да? — улыбнулась Цзы Юй. — Вы всегда такой самонадеянный, будто видите насквозь всё на свете, с высоты взирая на простых смертных. Но даже вы можете ошибаться.
— Я не могу ошибаться, — с презрением отозвался Шэнь Гуаньюань. — Неужели ты всерьёз думаешь, что…
Он не договорил. Перед ним вдруг встала девушка на цыпочки, резко дёрнула Е Линьчэна за ворот и прижала свои губы к его рту.
Остальные слова застряли у него в горле. Лицо Шэнь Гуаньюаня исказилось от ярости. Он резко шагнул вперёд, с силой разорвал их объятия и врезал Е Линьчэну кулаком в лицо.
Е Линьчэн, ещё не оправившийся от неожиданного поцелуя, теперь получил ещё и удар. Тот оказался настолько сильным, что он, ничего не ожидая, выплюнул кровь и, вытирая уголок рта, с недоумением посмотрел на разъярённого мужчину:
— Она меня поцеловала, а вы бьёте не её, а меня?!
Шэнь Гуаньюань не проронил ни слова. Из его рук, как дождь, вырвались нити судьбы, полные убийственного намерения, и устремились прямо к Е Линьчэну!
— Нет! — закричала Цзы Юй в ужасе. Она ясно чувствовала смертельную угрозу в этих нитях. Е Линьчэн был ранен и точно не успеет увернуться.
В мгновение ока она бросилась вперёд — и её скорость оказалась даже выше, чем у нитей судьбы. Она крепко обхватила Е Линьчэна и повернулась спиной к атаке, полностью заслонив его собой.
Зрачки Е Линьчэна сузились. Он не верил своим глазам: Нин Цзы Юй стиснула зубы, и на её лице читалась решимость пожертвовать собой.
Её руки крепко держали его, будто боясь, что он исчезнет, если она хоть на миг ослабит хватку.
Грудь его наполнилась теплом. Он вдруг почувствовал невиданную уверенность и покой. За все годы скитаний по Поднебесью никто никогда не обнимал его так. Он и мечтал-то лишь о том, что однажды оставит меч, уйдёт в отставку и найдёт девушку, которая будет ждать его дома с тёплым ужином и подарит такой вот объятие. Этого было бы достаточно на всю жизнь.
И вот теперь это чувство пришло к нему раньше срока.
Сердце Е Линьчэна наполнилось лёгкостью, какой он никогда прежде не знал. А Цзы Юй была напряжена до предела. Она слишком хорошо знала силу Шэнь Гуаньюаня — с ним не могли тягаться даже обычные смертные. Даже Шэнь Ци Хуай не имел шансов против него, не говоря уже о полумёртвом Е Линьчэне. Он пришёл ей помочь — нельзя было допустить, чтобы он погиб.
Однако долгое ожидание боли так и не оправдалось. На спину ничего не обрушилось.
Цзы Юй моргнула и медленно обернулась.
Шэнь Гуаньюань стоял в пяти шагах от неё. Его белые волосы растрепались, лицо скрывала тень, и выражение было невозможно разглядеть. Но нити судьбы исчезли, убийственная аура рассеялась, и он казался необычайно тихим.
— Он для тебя дороже собственной жизни? — тихо спросил он.
Цзы Юй наклонила голову и усмехнулась:
— Конечно. Ведь он мой муж. Не хочу овдоветь так рано.
— Ты его не любишь, — сказал Шэнь Гуаньюань. — Твои действия бессмысленны.
— Вот тут-то вы и ошибаетесь, — весело ответила Цзы Юй. — Вы всегда думаете, что понимаете людей насквозь. Но разве вы по-настоящему понимаете женские сердца? Разве короткое знакомство мешает полюбить? Мне он уже очень нравится, и, возможно, со временем я полюблю его ещё больше.
Е Линьчэн глубоко взглянул на неё и крепче прижал к себе.
Цзы Юй сдержалась и сосредоточилась на Шэнь Гуаньюане:
— Кстати, есть кое-что, за что хочу извиниться. Раньше вы сказали мне «прости», так что теперь моя очередь — по правилам вежливости.
Простите, что осмелилась питать к вам чувства, не зная себе цены.
Сердце Шэнь Гуаньюаня кольнуло болью. Он поднял на неё глаза, слегка нахмурившись.
Она была права: смертная, влюбляющаяся в божество, — это и вправду безрассудство. Но почему сейчас эти слова причиняли такую боль?
— Не скажешь «ничего»? — приподняла бровь Цзы Юй.
Шэнь Гуаньюань не смотрел на неё. Его взгляд был устремлён в пол, будто ему было совершенно всё равно.
Цзы Юй улыбнулась:
— Ну и ладно. Вы же всегда избегаете лишних хлопот и не станете тратить слова попусту. Значит, я сочту, что вы меня простили, и мы квиты. Поздно уже, пора и вам возвращаться. Завтра много дел предстоит.
— Нин Цзы Юй, — голос Шэнь Гуаньюаня стал низким и тяжёлым. — Ответь мне на один вопрос: твои чувства так легко берутся и так же легко отпускаются?
Разве не говорила ему няня Чжэн, что Цзы Юй влюблена в него? Прошло ведь совсем немного времени — и она уже всё бросает?
— Вы что за человек? — рассмеялась Цзы Юй. — Раньше вы всё ворчали, что я цепляюсь за чувства, не умею отпускать, слишком привязана. А теперь, когда я научилась быть решительной, вы всё равно недовольны?
Или вы просто такой же, как и все мужчины — не хотите принимать чьи-то чувства, но и не терпите, когда вас бросают?
Шэнь Гуаньюань замолчал.
Цзы Юй с ещё большей иронией в глазах схватила Е Линьчэна за руку и, не оглядываясь, направилась к выходу:
— В любом случае, в этой комнате теперь не переночуешь. Ваше Высочество, оставайтесь сколько угодно. Линьчэн, пойдём искать другое место для сна.
— С удовольствием, — кашлянул Е Линьчэн. — Только потом помассируй мне грудь — всё ещё болит.
— Хорошо.
Они вышли, оставив за собой разгромленную комнату и Шэнь Гуаньюаня, стоявшего посреди хаоса, словно потерянный.
Шэнь Гуаньюаню казалось, будто в груди у него пылает огонь — жжёт, мучает, и он не знает, как его потушить. Он посмотрел в сторону, куда ушли двое, и почувствовал растерянность.
Раньше Нин Цзы Юй была в его ладони — он и оберегал её, и полностью контролировал. Он всегда знал, о чём она думает и что собирается делать.
А теперь она уплыла в широкие воды, и он не знал, куда она направляется и что замышляет.
Это ощущение было ужасным. Долго думая, он наконец подобрал слово, чтобы описать его — ревность.
Неужели он ревнует? Шэнь Гуаньюань посмотрел на свою ладонь. Как он может ревновать? Ведь он — божество, лишённое семи чувств и шести желаний.
Но стоило представить, как чужие руки касаются тела Нин Цзы Юй, как его сердце пронзило тысячью муравьёв, и он захотел устроить резню. Она — его. Кто посмел её трогать?!
Прищурившись, он взглянул на небо и вдруг озарился.
Цзы Юй не смогла выспаться. Во-первых, Е Линьчэн настоял на том, чтобы спать вместе с ней, и она всю ночь не сомкнула глаз. А во-вторых, её не отпускали глаза Шэнь Гуаньюаня.
Раньше она обожала смотреть в его глаза — они были прекрасны, чисты и прозрачны, словно бесцветный драгоценный камень без единого изъяна.
Но сегодня в его взгляде было столько эмоций, что эти прекрасные глаза стали пугающе выразительными — такого раньше никогда не бывало.
О чём думает Шэнь Гуаньюань?
Пока она размышляла, за окном уже начало светать. Согласно договорённости, сегодня нужно готовиться к свадьбе.
Цзы Юй встала и бросила взгляд на Е Линьчэна, который мирно похрапывал рядом. Раздражённо пнув его ногой, она сбросила его с кровати.
Е Линьчэн мгновенно проснулся, ловко приземлился на ноги, не упав, и тут же выхватил кинжал, настороженно оглядываясь.
Эта привычка напомнила ей саму себя — и сердце её смягчилось.
— Никто не пришёл тебя убивать, — тихо сказала она. — Успокойся.
Он расслабился, взглянул на неё и тут же снова стал тем же дерзким повесой:
— Жена, ты с самого утра пугаешь мужа? Какая непоседа!
Цзы Юй закатила глаза:
— Тебе ещё спится?!
— С тобой рядом спится великолепно! — ухмыльнулся он. — Ещё и во сне красавицу видел. Хочешь узнать, что снилось?
— Не хочу! — Цзы Юй соскочила с кровати и пошла умываться.
— Какая ты бесчувственная, — проворчал Е Линьчэн, оглядывая её помятое платье. — Ты что, в этом собираешься выходить замуж?
— А в чём ещё? — пожала плечами Цзы Юй. — Уже нет времени готовиться.
— У тебя нет, а у других есть.
— А? — удивлённо обернулась она.
Е Линьчэн подошёл к двери и распахнул её. Снаружи тут же подали что-то в руки.
— Примерь, подходит ли, — сказал он, входя обратно с подносом и подталкивая её подбородком.
На красном лакированном подносе лежала стопка алого шёлка. Ткань блестела и выглядела очень роскошно.
Цзы Юй подошла ближе и расправила верхний слой.
— Ш-ш-ш! — из её рук развернулось длинное алое платье. На широких рукавах были вышиты цветы лотоса, на подоле — резвящиеся утки-мандаринки, а по краю воротника — узоры, символизирующие богатство и удачу.
Цзы Юй замерла. Она подняла следующий слой — это оказалась накидка с вышитыми утками-мандаринками. Сняв накидку, она увидела на подносе ещё множество деталей — похоже, весь свадебный наряд был здесь, ничего не упущено.
Она сглотнула и подняла глаза на Е Линьчэна:
— Это ты всё подготовил?
Е Линьчэн приподнял бровь. Наконец-то настал его звёздный час! Он приложил два пальца ко лбу и, с вызовом глядя на неё, дерзко усмехнулся:
— Я, Е Линьчэн, хоть и не князь и не генерал, но тоже не последний человек. Как можно так небрежно относиться к свадьбе?
Цзы Юй посмотрела на него, как на идиота, взяла поднос и ушла переодеваться в соседнюю комнату.
Лицо Е Линьчэна вытянулось. Он приоткрыл дверь и спросил стоявшего снаружи Ташао:
— Мои слова что, недостаточно круты были?
http://bllate.org/book/3585/389531
Готово:
