Глава 1. Глава первая
Ранней осенью небо было чистым и бездонным. На спортивной площадке второй средней школы несколько классов только что закончили урок физкультуры, и какой-то юноша пересекал поле поперек.
На нем была ярко-красная футболка и черные спортивные бриджи. Когда он бежал, одежда трепетала на ветру, а черные аккуратные волосы раскачивались из стороны в сторону. Он выглядел таким пылким, словно движущийся огошок, и заставлял проходящих мимо учеников то и дело поворачиваться и с любопытством оглядываться.
Чан Цзяюй вихрем взлетел на третий этаж, свернул за угол в коридор, через заднюю дверь вошел в класс и плюхнулся на свое место.
— Фу-ух.
Он откинулся на спинку стула, небрежно подхватил стоявшую на краешке парты бутылку с минеральной водой и, запрокинув голову, сделал несколько больших глотков. Пил он немного торопливо, так что из уголка рта пролилось несколько капель, которые он небрежно стер пальцем.
Напившись, Чан Цзяюй поставил бутылку обратно на стол и со вздохом произвел:
— Умру от жажды, ну и погода сегодня.
Вскоре в класс вошел кто-то другой, уселся рядом с Чаном Цзяюем и, резко закинув руку ему на шею, с ухмылкой произнес:
— Чего это ты меня не подождал?
Почувствовав исходящий от Бай Суна запах пота, Чан Цзяюй недовольно сморщил нос и оттолкнул чужую руку:
— Бай Сун, держись от меня подальше.
Бай Сун знал о его легкой брезгливости и о том, что от него самого сильно пахнет, но ничуть не рассердился. С нагловатой улыбкой он поднялся и устроился на своем месте прямо перед Чан Цзяюем.
Он тоже сделал пару глотков ледяной воды из собственной бутылки и, вспомнив о чем-то, повернулся к Чан Цзяюю:
— Эй, ты сегодня вечером снова пойдешь с нами тусить?
В этот момент Чан Цзяюй, опустив голову, смотрел на пришедшее в телефоне сообщение и с бесстрастным лицом кивнул.
Чан Чжэньфэн: Сынок, возвращайся вечером домой. У папы во второй половине дня выходной, я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое.
Тц, да он просто хочет заставить его вернуться и встретиться с этой женщиной, — угрюмо подумал про себя Чан Цзяюй.
Чан Цзяюй: Не пойду, я иду гулять с одноклассниками, вернусь очень поздно.
Закончив набирать текст, он добавил в конце смайлик «^_^» и нажал кнопку отправки.
Милашеством довести Чан Чжэньфэна до белого каления.
Увидев в левом верхнем углу экрана телефона значок галочки, подтверждающий успешную отправку, Чан Цзяюй бросил телефон в парту, сделал еще несколько жадных глотков воды и поднялся, чтобы сходить в туалет.
— Подожди меня, я тоже сорвусь.
Бай Сун тут же вскочил на ноги, подбежал к Чан Цзяюю и вышел с ним из класса плечом к плечу.
Окончив последний урок самоподготовки, Чан Цзяюй, Бай Сун и еще несколько приятелей вместе вышли за ворота школы.
Пока они обсуждали, что поесть и куда отправиться после еды, один парень предложил:
— Давайте лучше завалимся в какой-нибудь бар неподалеку? Там и выпивка, и закуски, и красотки на любой вкус, благодать!
Остальные дружно захохотали, а Бай Сун ударил его кулаком по спинам:
— Ну ты даешь, братуха.
Тот парень принялся тыкать в них пальцем по очереди и со смешком произнес:
— Только не говорите, что сами не хотите. Хватит прикидываться святошами.
Подростки в этом возрасте отличались сильным любопытством и неукротимым стремлением испытать все, что выходит за рамки дозволенного. В барах, кроме подавшего идею парня, никто из них еще не бывал, но после такого подстрекательства возражений не последовало, и они дружно, обнявшись за плечи, двинулись в путь.
Усевшись за круглым стеклянным столом, они тут же привлекли внимание одетого в форму официанца, который с улыбкой поспешил их встретить. Поскольку заведение недавно открылось, каждому столу полагался бесплатный алкоголь стоимостью до ста юаней. Эти подростки почти никогда не пили, поэтому без долгих раздумий попросили четыре бутылки пива, а затем докинули в заказ еще пять бутылок и всяких снеков.
Не прошло и десяти минут, как пиво, фруктовое пиво, фрукты и закуски оказались на столе. Когда официант удалился, Бай Сун принялся разливать напитки по стаканам со словами:
— А сервис-то довольно шустрый.
Другой парень отозвался:
— Новое заведение же, иначе нельзя. К тому же надо завлекать клиентов бонусами, потерпеть убытки на первой волне — это вполне нормально.
— Ладно-ладно, — Бай Сун покосился на него и всунул ему в руку стакан с фруктовым пивом. — Знаем мы, что твоя семья крутится в бизнесе, хорош толкать свои деловые речи, пей давай.
С тех пор как Чан Цзяюй увидел то сообщение от Чан Чжэньфэна, настроение у него было паршивым, да и продуктивность на самоподготовке оказалась никакой — он осилил едва ли половину теста по математике. Когда Бай Сун сунул ему в руку бутылку пива, Чан Цзяюй даже не обратил особого внимания и сразу сделал глоток.
— Тьфу, — Чан Цзяюй чуть не выплюнул выпитое. Проглотив пиво, он почувствовал, что в горле разлилась сплошная жгучая горечь, а на глаза едва не навернулись слезы. — Ты угощаешь меня пивом, так почему не предупредил?
Бай Сун состроил жалобную физиономию:
— Так ты и не спрашивал.
Его кривляния и деланная наигранность рассмешили Чан Цзяюя. Улыбнувшись, он сделал еще один глоток. На душе было паршиво, а пиво оказалось слишком резким — ну, будем считать это лечением яда ядом.
Осушив бокал, Чан Цзяюй почувствовал, как желудок и горло охватил обжигающий жар, а в голове слегка зашумело. Он не знал, было ли это признаком опьянения от алкоголя, но всё же взял стакан фруктового пива и отпил пару глотков — жжение в горле немного утихло, однако в мыслях по-прежнему царил некоторый туман.
Немного перекусив и выпив, они принялись за карты: проигравший должен был выбрать между правдой и действием. Перед началом игры каждый написал на бумажке свое условие для наказания. У Чан Цзяюя немного гудели виски, и он, особо не раздумывая, вывел: позвонить любимому человеку и признаться в присутствии всех. Бай Сун попытался заглянуть через плечо, чтобы подсмотреть, что тот пишет, но Чан Цзяюй оттолкнул его голову, аккуратно свернул записку с пометкой о дерзком задании и бросил ее в небольшую картонную коробку.
В первом раунде проиграл тот самый парень, который предложил пойти в бар. Он выбрал правду. Развернув бумажку, он прочитал вслух:
— Кто был твоим первым объектом фантазий при мастурбации?
Все вокруг покатились со смеху, и только Бай Сун прикрыл рот рукой, хихикая. Чан Цзяюй потряс тяжелой, сонной головой и спросил его:
— Это ты написал, да?
Бай Сун кривил губы в улыбке, излучая триумф победителя.
Тот парень сперва тоже немного смутился, но шумная и фривольная атмосфера бара позволила ему быстро отбросить защитные барьеры.
— Это была… одна девчонка с дополнительных занятий.
— О-о-о, — пронеслось по столу многозначительное гудение.
— Да хватит вам охать, давайте быстрее, следующий раунд.
Во втором раунде проиграл Чан Цзяюй. Вообще-то его карты были вполне неплохи и вряд ли привели бы к проигрышу, но затуманивший мысли алкоголь затормозил все процессы. У него были отличные шансы отбиться, но он банально их не разглядел и в итоге сдал две жалкие одинокие карты другому парню.
— Что выбираешь? Правду или действие? — Бай Сун сочувственно похлопал его по плечу.
Чан Цзяюй потер виски и с головной болью произнес:
— Пусть будет действие.
Вытянув записку, остальные громко расховались.
Выбрать в зале незнакомого мужчину и потребовать поцелуй.
Чан Цзяюй от злости даже усмехнулся, покачал головой, тронул уголок губ и недовольно бросил:
— Это кто написал?
— Неважно, чья это идея, — хором заголосили остальные. — Назвался груздем — полезай в кузов! Никаких задних ходов!
При виде слов на бумажке у Чан Цзяюя затылок покрылся мурашками, но раз уж зашло так далёко, отступать и показывать трусость казалось верхом беспринципности — иначе эта компания потом припомнит ему случай при любом удобном случае.
К вечеру народу в баре заметно прибавилось. Шумная атмосфера и духота заглушили лишние сомнения Чан Цзяюя, и под одобрительные крики друзей он поднялся на ноги. Из-за того, что просидел на месте слишком долго да еще и выпил, его шаги слегка пошатнулись.
Оперевшись руками о спинку дивана, он поднял голову и окинул взглядом интерьер и посетителей бара.
Тц, и почему все вокруг выглядят такими мерзкими типовками, — мысленно проворчал Чан Цзяюй.
— Не тяни время, без выполнения задания не отпустим, — снова подстегнул его сзади Бай Сун. Чан Цзяюй махнул рукой назад и угодил ему прямо в плечо; Бай Сун шутливо охнул и валился обратно на диван.
Сквозь мерцание неоновых огней Чан Цзяюй внезапно заметил у барной стойки крупного мужчину. Периодически меняющиеся цветные лучи скользили по его фигуре, постепенно вырисовывая сильный силуэт.
Его брови, переносица и линия челюсти казались более резкими и выраженными, чем у любого другого мужчины, которого когда-либо встречал Чан Цзяюй. На мгновение в голове образовалась пустота — он просто не мог подобрать подходящих слов, чтобы описать этого человека.
Мужественный, — вдруг всплыло в голове Чан Цзяюя слово. Точно, мужественный. Даже на руке, державшей стакан, четко проступали рельефные суставы и вены, а то, как он опустив голову потягивал выпивку, выглядело безумно круто.
Не раздумывая долго, под влиянием хмеля Чан Цзяюй направился туда. Шумные возгласы друзей стихали вдалеке, лицо жгло от жара, а сознание становилось все более туманным.
Когда он остановился рядом с мужчиной, тот все еще сидел опустив голову. Впрочем, раз уж он решился пойти на таран, страх вдруг куда-то испарился.
Чан Цзяюй заговорил:
— Привет.
Услышав приветствие, незнакомец тут же поднял голову. Уставившись на это суровое лицо, Чан Цзяюй почувствовал, как сердце бешено заколотилось, и с легким трепетом произнес:
— Извините, можно я вас поцелую?
Стоявший неподалеку официант чуть не выронил челюсть, едва не уронив бутылку из рук.
Рука мужчины, сжимавшая стакан, замерла. В его глазах на секунду мелькнуло изумление, а глубокий взгляд казался совершенно непостижимым.
Выпалив эти слова, Чан Цзяюй покраснел до корней волос. В голове шумело, а чей-то внутренний голос нашептывал: давай, действуй.
Он действительно так и поступил.
Ухватив мужчину за воротник, Чан Цзяюй пробормотал:
— Раз ты молчишь, считаю это согласием.
Тот по-прежнему не делал никаких попыток сопротивляться. Юноша без колебаний подался вперед и прямо в губы припал к его рту.
От этого мужчины веяло жесткой мужской энергетикой, но губы его оказались неожиданно мягкими. На мгновение Чан Цзяюй ощутил абсолютную пустоту в голове, а по телу прокатилась волна, похожая на удар током.
Спустя три секунды он тут же отпустил воротник, торопливо бросил сдавленное спасибо и, крутанувшись на месте, бросился обратно.
Сквозь тусклое освещение бара друзьям с их ракурса было совершенно не разобрать, был ли поцелуй на самом деле.
— Ты небось просто сымитировал всё, да?
Чан Цзяюй толкнул Бай Суна:
— Отвали, отвали, было дело, я не вру.
Пошумев еще немного, компания успокоилась.
Вскоре кто-то взглянул на часы и объявил:
— Блин, уже девять часов, если не вернусь, родители с ума сойдут.
Время и впрямь было недетское, и остальные тоже заговорили о необходимости расходиться.
Скинувшись поровну и расплатившись, они гуськом выбрались из бара.
Оказавшись на улице, они услышали гудки автомобилей, и городской мир вновь вернулся в привычное русло.
Чан Цзяюй и Бай Сун поймали такси. Через десять минут Бай Сун вышел у своего дома, махнул на прощание рукой, и машина продолжила путь к месту назначения Чанов.
Лоб Чан Цзяюя покрылся испариной. Нащупав кнопку стеклоподъемника, он надавил на нее, и в салон ворвался прохладный ночной ветер, обдав раскрасневшееся лицо подростка.
Спустя мгновение слегка протрезвевший Чан Цзяюй широко раскрыл глаза, выпрямился, на секунду замер и глухо выдал: «Какого черта». Водитель от неожиданности дернулся и машинально глянул в зеркало заднего вида.
Чан Цзяюй откинулся назад на сиденье и закрыл лицо руками.
Чудесно. Свою невинность в качестве целомудренного парня он успешно слил в унитаз прямо сегодня, да еще и по собственной инициативе.
Но самое, самое главное — он подарил его незнакомцу, о чьем имени и личности не имел ни малейшего понятия...
В оставшуюся часть пути Чан Цзяюй серьезно обдумывал все плюсы и минусы разрыва отношений с этой шайкой непутевых друзей.
http://bllate.org/book/35848/4439750
Готово:
