Сюй Рао почувствовал, что теряет равновесие, и едва не издал тихий сток, но тут же закусил губу. Его взгляд, робкий и блуждающий, скользнул по закатанному рукаву мокрого пиджака Альфы, по выступившим костяшкам на его руках, по его близкому, почти доведённому до черты профилю. Он украдкой пожирал мужчину взглядом с почти одержимым трепетом, не решаясь лишь заглянуть Альфе в глаза.
Охлаждающий эффект немного притупил жгучую боль, и натянутые до предела нервы Сюй Рао чуть-чуть отпустило, однако на смену прихлынула другая, куда более бурная волна эмоций, заставившая его на время забыть о телесных страданиях.
– Подержи так, пока не приедет врач, – бросил Бо Чэнцзи, не прекращая своих манипуляций. В его голосе сквозило едва уловимое напряжение.
Поначалу он не придавал случившемуся особого значения, но омежье лицо оказалось донельзя раскрасневшимся: щёки, ушные раковины — вся его нежно-белая кожа пылала так, будто его сварили или пропарили насквозь.
Румянец был до того бесстыдным и наглым, казалось, будто Бо Чэнцзи занимается вовсе не оказанием первой помощи, а вытворяет с омегой нечто тайное и предосудительное.
Даже после замечания Бо Чэнцзи омега и не думал брать себя в руки и лишь тихонько, мягко простонал: «М-м», издав звук донельзя двусмысленный.
Бо Чэнцзи поначалу не питал никаких лишних мыслей и даже собирался отчитать омегу, чтобы тот не фантазировал лишнего — подумаешь, всего лишь первая помощь, чего тут стыдиться?
Но в следующую секунду он поднял взгляд и нечаянно бросил его на ещё более белую кожу на внутренней стороне бедра омеги, отдёрнув голову так быстро, будто его самого ошпарило.
Манжеты рубашки забрызгало водой, и они липли к запястьям. Охваченный чувством сродни досаде, Бо Чэнцзи с мрачным лицом дёрнул рукав повыше, сосредоточив всё своё внимание исключительно на месте ожога.
Сюй Рао ничего не заметил: он целиком погрузился в собственные переживания. Впрочем, стоило ему привыкнуть к присутствию Альфы, как жжение от раны вновь взяло верх, и боль быстро вытеснила всякие мысли о смущении.
Пока Бо Чэнцзи вновь не подал голос, разрушив хрупкую атмосферу:
– Почему ты так спешил?
Сюй Рао ошеломлённо приподнял веки, не сразу сообразив:
– Что?
– В банкетном зале ты шёл слишком быстро, – глядя на него, Бо Чэнцзи выказал нотки испытующего взгляда. – Если бы не твоя спешка, возможно, удалось бы избежать столкновения.
Сюй Рао прикусил губу. Он ведь не мог прямо заявить, что пытался прикрыть Шэнь Вэя, чтобы избавить новоиспечённого мужа от неловкой встречи с бывшим возлюбленным.
– Я… я хотел в уборную, – нашёл Сюй Рао жалкое оправдание. Впрочем, назвать это ложью было нельзя — по крайней мере, сейчас ему и впрямь немного хотелось в туалет.
Бо Чэнцзи явно не поверил, но допытываться не стал: в конце концов, дела Сюй Рао его совершенно не касались.
Заметив, что тот не стал развивать тему, Сюй Рао испытал некоторую растерянность, но зацикливаться на этом не стал.
Тишина вернулась, пространство наполнялось лишь мерным шумом воды. До тех пор, пока в дверь не постучали, и голос Хань Сяоци не пробился из коридора, разрушая гнетущую и странную неловкость.
Судя по всему, он уже был в курсе этого мелкого инцидента. Держа в руках плед, который ему передал официант, Хань Сяоци осведомился:
– Врач уже в пути, можно будет перейти в комнату отдыха. Как обстоят дела, насколько всё серьёзно?
Бо Чэнцзи невозмутимо чуть подался в сторону, надёжно заслоняя собой омегу. Закрыв кран, он протянул руку за пледом:
– Там много волдырей, точнее сможет сказать только врач, когда осмотрит.
На самом деле в зеркале всё отражалось предельно чётко, но Хань Сяоци знал границы дозволенного и лишний раз смотреть не стал.
– Комната отдыха: первый поворот налево, самая первая дверь, – бросил он напоследок и зашагал прочь.
– Мм, – не оборачиваясь, промычал Бо Чэнцзи. Вытянув из диспенсера несколько бумажных салфеток, он аккуратно, стараясь не задевать ожог, промокнул излишки воды на ногах омеги.
Брюки по-прежнему нелепой гармошкой сборились у щиколоток: снимать их было слишком хлопотно, а натянуть обратно — и вовсе немыслимо. Расстелив мягкий плед, Бо Чэнцзи протянул его омеге, и бесстрастным тоном произмолвил:
– Накройся сам, только не задень рану.
Кивнув, Сюй Рао принял плед и бережно укутал ноги от бёдер до колен. Подняв голову, он с влажным блеском в уголках глаз тихо промолвил:
– …Всё.
Бо Чэнцзи подхватил его на руки длинным сильным взмахом. На сей раз Сюй Рао не испытывал прежней паники, однако стоило потокам холодной воды иссякнуть, как жгучая боль вернулась, непрерывно терзая нервы — назвать это приятным опытом было никак нельзя.
Комната отдыха оказалась всего в нескольких шагах. Дверь была распахнута, и Бо Чэнцзи аккуратно уложил омегу на диван. Омега слегка запрокинул голову, морщась от боли, а на его белоснежной с румянцем коже выступили крупные капли холодного пота, придавая ему поистине жалобный вид.
Волна былого раздражения вновь накрыла Бо Чэнцзи. Он отвёл глаза, едва не выпалив: «Строить из себя несчастного бесполезно, я тебе не обезболивающее».
Сдвинув брови, он крутанулся на месте и тут же столкнулся нос к носу с подоспевшим врачом, за которым следом шёл Шэнь Вэй. На лице последнего читалось самое искреннее беспокойство:
– Дай взглянуть, сильно обожгло?
– Я и сам толком не знаю, – Сюй Рао попытался выдавить успокаивающую улыбку, но она вышла донельзя бледной. Отодвинув плед с пострадавшей ноги, он добавил: – Но мне больно.
В два счёта подступившие врачи обступили омегу и принялись за осмотр. Спустя мгновение Бо Чэнцзи молча развернулся и вышел из комнаты отдыха.
В зоне для курения он заметил Хань Сяоци. Тот лениво прислонился к стене, меж его пальцев тлела алая точка сигареты. Заметив приближение Бо Чэнцзи, он многозначительно изогнул губы и протянул пачку:
– Будешь?
– Нет, – наотрез отказался Бо Чэнцзи. Он бросил курить уже довольно давно: поначалу тяги особо не было, а потом… в определённый период он дымил слишком часто, и возвращаться к этому больше не хотелось.
– Ещё не поздно поздравить тебя, – голос его звучал ровно, не выдавая и намека на искреннюю радость. – Добился чего хотел.
Хань Сяоци мягко улыбнулся, выказывая предельную скромность:
– Вот ещё.
Бо Чэнцзи криво усмехнулся, оставив реплику без комментариев.
– Правда, не добился, – пожал плечами Хань Сяоци и, словно что-то вспомнив, приподнял бровь: – Ой… я, кажется, забыл упомянуть: он любит омег.
Бо Чэнцзи приподнял веки, глядя на собеседника так, будто перед ним стоял помешанный безумец.
Хань Сяоци улыбнулся, храня молчание.
Они так и стояли молча, словно соревнуясь в упрямстве, пока Хань Сяоци первым не докурил и не отбыл восвояси. Шёл он весьма непринуждённо, без малейшего намёка на терзания, и на прощанье лишь с улыбкой бросил:
– Я пошел, буду ждать твоих хороших новостей.
Тем временем рану Сюй Рао уже забинтовали, и он наконец смог натянуть брюки. Врач пояснил, что ожог второй степени: площадь небольшая, но место неудачное, поэтому стоит регулярно делать перевязки и беречься от инфекции.
Все наставления врача Сюй Рао аккуратно выслушал, кивая на каждый пункт, и под конец нерешительно уточнил:
– Шрамы останутся?
Шэнь Вэй поспешил заверить его первым:
– Не переживай. Как только рана затянется, попользуешься мазями, о которых я говорил, и никаких следов не останется.
Когда врач-мужчина удалился, Шэнь Вэй сбивчиво пояснил:
– Ты, должно быть, уже догадался, кто это был. Я не могу вдаваться в подробности, но мы с ним давно и окончательно порвали, я никогда не делал ничего такого, за что мне было бы стыдно перед ним.
– На самом деле тебе незачем передо мной оправдываться, я ведь и не думал ни о чём таком, – мягко произнёс Сюй Рао. Наверное, из-за его мягких, выразительных глаз всё, что он говорил, неизменно вызывало доверие и приносило душевный покой.
Впрочем, столь дипломатичный ответ лишь вызвал у Шэнь Вэя лёгкое недовольство:
– Тоже верно, всё равно я тебе не нравлюсь.
Сюй Рао и не думал отпираться и добродушно ответил:
– Как друг ты мне очень даже нравишься.
– Ладно, проехали, – перевёл тему Шэнь Вэй. – Лучше скажи, что с тобой произошло? Почему под ноги не смотришь?
Сюй Рао горько усмехнулся:
– И правда несчастный случай, я сам не ожидал.
Его травма обернулась эдаким спасительным маневром, но, по сути, виновата была лишь его собственная неосторожность.
Шэнь Вэй уже собирался прочесть ещё одну лекцию, как вдруг раздалось два стука в дверь, и оба повернули головы. В проёме показался Хань Сяоци и, обращаясь к Шэнь Вэю, произнёс:
– Извините, что прерываю. Как закончите, я подожду тебя снаружи.
У Шэнь Вэя тут же кислая мина упала на лицо. Сюй Рао едва сдержал улыбку и участливо посоветовал:
– Иди скорее, наверняка что-то срочное.
Нехотя поднимаясь на ноги, Шэнь Вэй не преминул напомнить:
– Обратный рейс уже готовят. Тебе будет тяжело ходить, так что звякни мне потом, я кого-нибудь пришлю за тобой.
– Хорошо, – бросил Сюй Рао, провожая его взглядом. Шэнь Вэй вышел к ожидавшему в коридоре Хань Сяоци, и оба, тихо о чём-то переговариваясь, скрылись за поворотом.
В комнате отдыха воцарилась тишина. Пока они болтали, внимание было рассеяно, но теперь, когда он остался один, пульсирующая жгучая боль в ноге показалась еще невыносимее.
Даже с учётом того, что болевой порог у Сюй Рао был высоким, сейчас терпеть становилось невмочь. Закрыв глаза, он бессильно откинул голову на диван, беззвучно шевеля губами и шепча про себя: «Как же больно», — и помимо воли гадая, куда же делся Бо Чэнцзи и вернётся ли он за ним.
Впрочем, если бы и не вернулся, ничего страшного: сегодня он и так получил от Бо Чэнцзи больше заботы, чем стоило, нельзя быть слишком жадным… Ладно, враки это всё, в самых дальних тёмных уголках своей души Сюй Рао всё же тайком надеялся, что Бо Чэнцзи доведёт начатое до конца и было бы совсем замечательно, если бы он взял его на ручки ещё раз.
Желания Сюй Рао оправдались не до конца: его привёз сюда Бо Чэнцзи, а значит, и возвращать его домой должен был именно он — из упрямого чувства долга.
И потому Бо Чэнцзи вернулся, но неведомо где раздобыл инвалидное кресло, судя по всему, отчаянно пытаясь избежать любого близкого контакта с Сюй Рао.
Хотя омега выглядел спокойным и безобидным, не представляя ни малейшей угрозы, Бо Чэнцзи почему-то находил его чрезвычайно опасным и требующим максимальной бдительности.
В данный момент этот самый «опасный» омега тихонько лежал на краешке дивана, а на его ладно скроенном бледном лице блестели две прозрачные капли — то ли от пота, то ли от слёз.
Бо Чэнцзи даже не пришлось окликать его: не успел он подойти к дивану, как омега ошеломлённо распахнул глаза, словно страшась выдать свои чувства, и мелькнувшая на его лице радость была столь мимолётной, что мужчине почти показалось.
Ничего не говоря, Бо Чэнцзи закатил кресло в комнату и указал на него взглядом.
Сюй Рао немного растерялся. Поморгав с тупым выражением лица, он вдруг почувствовал, что идти на самом деле не так уж и больно, и с натянутой улыбкой произнёс:
– После того как рану перевязали, я уже вставал попробовать, вроде бы могу ходить…
С этими словами он попытался подняться и, сделав вид, будто всё в порядке, хромонул пару шагов, доказывая, что в кресле-каталке он вовсе не нуждается. Бо Чэнцзи прервал его искусное представление и бесчувственным тоном отрезал:
– Тогда садись сам.
– Ох… – получив порцию холодных ноток, Сюй Рао замолк и понуро приковылял обратно.
Церемония бракосочетания подошла к концу, круизный лайнер пришвартовался к берегу. Сюй Рао отправил Шэнь Вэю сообщение, оповестив, что о нём позаботился «добрый человек», чтобы тот перестал переживать.
http://bllate.org/book/35826/4436451
Готово:
