Шэнь Чэнъе вежливо отклонил чужую заявку в друзья и написал: [Извините, пока не планирую заводить питомца].
Если у котёнка нет хозяина, он вырастит его сам.
Судя по всему, либо настоящий хозяин ещё не видел сообщения, либо... у Сяо Цзиня изначально не было хозяина.
Шэнь Чэнъе надеялся на второе.
Разобравшись с сообщениями в телефоне, он отложил его в сторону, лег на кровать и закрыл глаза.
Сегодня похолодало, погода выдалась довольно промозглой.
Он налил котёнку тёплой воды — интересно, выйдет ли тот попить.
Перед тем как уйти в спальню, он закрыл все окна, опасаясь, что холодный ветер просквозит котёнка.
...Эх, было бы здорово, если бы котёнок соизволил выйти и поспать в домике, ведь этот домик он выбирал очень тёплым.
Подумал Шэнь Чэнъе перед сном.
Проснувшись, он едва вышел из спальни, как сразу почувствовал что-то неладное.
Котёнок вовсе не прятался за диваном, а вольготно разлёгся прямо в лежанке.
И сам кошачий домик стоял уже не на прежнем месте, а у окна.
Шэнь Чэнъе ступал легко, сердце его встрепенулось, и ему захотелось подойти к окну и взглянуть на котёнка.
Это ведь первый раз, когда котёнок не прячется от него...
Сделав два шага, он увидел распахнутое настежь окно и нахмурился.
Когда только это окно успели открыть?
Прошлой ночью бушевал сильный шторм, даже в спальне он чувствовал, как прохладный ветер то и дело пробирается сквозь щели в раме.
Котёнок... спал всю ночь при полностью открытом окне?
Дурное предчувствие кольнуло сердце, он поспешил вперед и коснулся котёнка рукой.
Котик тихонько пискнул, безвольно приподнял лапку, слабо взмахнул ею и тут же опустил.
Что-то не так.
Шэнь Чэнъе почувствовал, что температура тела котёнка совершенно ненормальная.
Даже при том, что у него не было опыта содержания кошек и он не знал, какова нормальная кошачья температура, жар, исходивший от ладони, ясно говорил об одном: котёнок заболел, у него лихорадка.
С мрачным лицом Шэнь Чэнъе закрыл окно.
Он быстро умылся, отправил на работу сообщение о том, что берёт ещё один отгул.
Затем вернулся в комнату, переоделся в мягкие повседневные худи и брюки, которые обычно не надевал на работу, подхватил лежавшего в домике малыша, дошёл до прихожей, прихватил связку ключей с зонтом и распахнул входную дверь.
Нужно срочно везти его к ветеринару.
Срочно.
Та Линь дремал на переднем сиденье машины Шэнь Чэнъе и сонно приоткрыл глаза, когда автомобиль тряхнуло на кочке.
Он и сам не понял, как заснул вчера вечером. Помнил лишь, что в лежанке было очень уютно, а сквозь прозрачную стену было забавно наблюдать, как маленький человечек внизу бегает туда-сюда под уличным фонарем, держа зонт, и отбрасывает длинную-предлинную тощую тень.
Она напоминала всё удлиняющиеся бороды старейшин их клана.
Когда он ещё не покинул родные земли, будучи совсем малышом, он тоже часто в дождливые дни сворачивался калачиком в защищенной от ливней пещере и слушал, как снаружи позвякивает дождь.
Капли барабанили по лужам, по мисочкам, по соломе.
Он жался к Та Си и Та Синю, слушая, как старейшины неторопливо рассказывают сказки.
Под это бормотание веки тяжелели, он переворачивался на другой бок, сладко засыпал, а проснувшись, обнаруживал, что сказка старейшины ещё не закончилась, и в теплой пещере уютно потрескивали горящие дрова.
Та Линь чувствовал себя так, словно вернулся в ту самую пещеру.
Вот только стоило ему уснуть... вместо уютного потрескивания дров и неспешных историй вокруг стояла глухая зима.
Когда зимой выпадал снег, земля вокруг белела на много ли вокруг, и старейшины строго-настрого запрещали малышам бегать на улицу поиграть.
Однажды Та Линь с Та Си тайком выскользнули наружу, выпрыгнув в лазейку сбоку от массивных ворот клана, и вовсю кувыркались в пушистых сугробах.
Горы усыпаны глубоким снегом — кувыркайся сколько душе угодно, хоть с головой в сугроб зарывайся.
Сначала им было очень весело, но в азарте догонялок... Та Линь внезапно понял, что они потеряли дорогу назад.
Куда ни глянь — кругом белым-бело, а привычные ориентиры вроде валунов и пней скрылись под толстым слоем снега. Снег на их шубках растаял, а потом превратился в ледяную корку, сковавшую тела. Они с Та Си бегали битый час, но заблудились еще сильнее.
Вокруг простиралась лишь слепящая белизна.
...Они бежали очень долго, до тех пор, пока обессиленные не упали прямо в снег.
Та Си заснул первым, а Та Линь отчаянно пытался вылизать его, чтобы разбудить, но Та Си никак не открывал глаза.
Та Лишу пришлось вцепиться зубами в загривок Та Си и с огромным трудом, превозмогая усталость, тащиться вперед.
Когда его собственное зрение расплылось настолько, что он перестал что-либо видеть, подоспели старейшины клана. Позже Та Линь узнал, что их спасла расцветка: Та Си был угольно-чёрным, а сам Та Линь — золотым, и на снегу они всё же были заметны. Старейшины бросились на поиски, едва обнаружив их пропажу, и потому смогли вовремя отыскать заблудившихся глупышей.
Обратно их несли на руках.
Та Си, уснувший первым, уже через два дня снова скакал козликом, а вот Та Линь слег с тяжелейшей болезнью на целых тридцать ночей.
Это была его первая столь серьёзная болезнь, казалось, что ломит каждую косточку, и от этого невыносимо хотелось умереть.
Его бросало то в жар, то в зной, во рту пересыхало, всё тело пронизывала боль — болела голова, ноги, каждый сустав. Каждый день в забытьи он чувствовал, как ему в рот вливают какое-то горькое снадобье.
После того случая старейшины сурово предупредили его и Та Си, что в снежные дни выбегать наружу категорически запрещено, ибо это смертельно опасно.
Для кошачьих детенышей подхватить простуду — всё равно что побывать на пороге загробного мира; чуть оплошаешь — и отправляйся на свидание с Кошачьим Богом.
...Сейчас Та Линь чувствовал себя точно так же: тело совершенно обмякло, во рту пересохло, раскалывалась голова, а приоткрыв глаза, он не мог разобрать ни единого предмета.
Кажется, он действительно отправляется на свидание с Кошачьим Богом.
Но ведь он совсем не бегал тайком играть в снег!
Странно.
Он не понимал, где находится.
Но уловил знакомый запах.
Запах того самого двуногого слуги, который пытался выкрутить ему лапу.
Смутно подумал Та Линь.
Этот тыквоголовый...
Наверное, сможет утолить жажду? Пусть даже несладкая тыква — сойдёт и она, принеси-ка ему кусочек...
Та Линь снова потерял сознание.
— Это результаты общего анализа крови и тестов на инфекционные заболевания. Судя по показателям, это ни чумка, ни какая-либо другая инфекция. Можно с уверенностью сказать, что сильнейшая лихорадка вызвана переохлаждением и сквозняком, — произнес доктор Сун, стоя перед Шэнь Чэнъе со свежими бланками анализов.
Шэнь Чэнъе кивнул.
Привезя Сяо Цзиня, он сразу рассказал врачу, что котенок проспал всю ночь у распахнутого настежь окна.
Тогда доктор Сун сразу предположил, что причиной недуга могло стать переохлаждение, но Шэнь Чэнъе всё равно тревожился.
Поэтому он попросил провести полное обследование.
Когда Сяо Цзинь был здоров, в нем бурлила энергия — он умудрялся прогрызть сетку на седьмом этаже и убегать на улицу, а теперь, когда заболел... он сжался в крошечный комочек на его руках, выглядя одновременно трогательным и несчастным.
Даже когда его положили на столик в ветеринарной клинике для капельницы, вся его фигурка казалась донельзя хрупкой и худенькой.
— Судя по зубам, он совсем молоденький, от силы месяцев шесть, да и по телосложению похож на пяти-шестимесячного котенка, — продолжил доктор Сун. — Мелоксикам мы уже ввели, это специализированное жаропонижающее для животных, а капельница содержит питательный раствор, предотвращающий обезвоживание. В ближайшее время ему будет трудно принимать пищу самостоятельно.
Шэнь Чэнъе снова кивнул.
Выражение его лица оставалось суровым.
Он винил себя.
Заведя котенка впервые в жизни, он проявил такую беспечность. Зная, что ночью бушует гроза и температура падает, зная, что Сяо Цзинь умеет сам открывать окна, как он мог не подумать, что малыш простудится?
Перед сном ему стоило лишний раз проверить всё и защелкнуть оконные фиксаторы.
— Вы тоже сильно не переживайте. Сердечный ритм и дыхание у котенка в норме, температура постепенно снижается. Понаблюдаем еще немного, когда капельница закончится.
— Ему нужно остаться в стационаре? — спросил Шэнь Чэнъе.
— Хм... Котёнок ведь не привит, верно?
— Похоже, что нет.
— Тогда я не советую оставлять его у нас. В отделении для животных много больных пациентов, а у непривитых котят иммунитет очень слабый. Даже при том, что каждую палату дезинфицируют, риск заражения всё равно остается, — пояснил доктор Сун. — Можете забрать его домой, обеспечить тепло, вовремя давать лекарства и прийти на повторный осмотр завтра.
— Апчхи! —
Лежавший под капельницей котёнок вдруг чихнул.
Оба перевели взгляд на него и заметили, как котенок со стоном приоткрыл глаза.
— Сознание возвращается, а раз очнулся — значит, кризис позади. Скоро можно будет снова измерить температуру, к концу капельницы жар должен полностью спасть.
— Да, хорошо.
Шэнь Чэнъе повернулся и нежно погладил котенка по голове кончиком пальца.
Котёнок выглядел немного растерянным, но, почувствовав прикосновение, не стал прятаться, его взгляд постепенно фокусировался.
— Этот котёнок очень красивый. Мне кажется, он похож на золотую шиншиллу, но если присмотреться — не совсем. Вы не знаете, какой он породы?
Шэнь Чэнъе покачал головой:
— Я подобрал его во дворе своего жилого комплекса.
— Ого, понятно. — Доктор Сун улыбнулся. — Когда котенок полностью окрепнет, я рекомендую привезти его на вакцинацию. Прививки укрепят его иммунитет, и он перестанет так часто болеть.
— Хорошо.
— А после прививок котенку исполнится примерно восемь месяцев, тогда можно будет подумать о кастрации.
— Кастрации?
— Да. Период от половой зрелости до первой течки — самое подходящее время. Стерилизация снижает риск заболеваний репродуктивной системы, уменьшает нежелательное поведение в период гона, да и характер становится более стабильным. Теоретически кастрированные коты живут дольше.
— Эм... Кастрация — это значит, у котёнка... — Шэнь Чэнъе никогда раньше не держал кошек и с подобными нюансами столкнулся впервые.
Доктор Сун с улыбкой пояснил:
— Верно, это хирургическая операция по удалению яичек, после которой он превратится в спокойного котика.
— Мяу... Мяу!
Не успел Шэнь Чэнъе ответить, как очнувшийся котёнок подал голос.
Голосок прозвучал слабенько, но интонация выдавала крайнее недовольство.
— Ого, проснулся. Неужели расслышал, что мы тут про кастрацию заговорили? — пошутил доктор Сун.
Мяуканье котенка стало только яростнее.
— Мяу-мяу! #￥%……% Мяу!
— Мяу-у-у — #@%#￥ Мяу! Мяу-у!
http://bllate.org/book/35702/4417651
Готово:
