Шарлот мешкался.
Имия подошел ближе.
Шарлот, проявив удивительную сознательность, даже сам захлопнул клетку.
Имия: «……»
Шарлот: «……» Q^Q
Все эти люди, которым по несчастливой случайности довелось попасть в руки Имии, разве не были до глубины души благодарны ему? Разве не молили лишь об одном — сохранить им жизнь?
И только Шарлот не мог толком убрать пол, не умел донести грязную одежду до стиральной машины, да еще имел наглость реветь белугой прямо там, где споткнулся.
К счастью, стоило Имии оказаться в комнате, пропахшей ингибитором, как перед самым взрывом его эмоции чудом разгладились.
Этот ингибитор был предназначен специально для таких Альф уровня SSS, как Имия, и действовал превосходно.
Пережив странный цикл от «вспомню — бешусь» до «увижу, понюхаю — чувствую, как успокоилось сердце», Имия отпер клетку и вытащил за шкирку этого неспособного к сопротивлению Бета-инвалида.
Бета всхлипывал, раз за разом шмыгая носом.
Имия наклонился ближе и с удивлением обнаружил, что в качестве носового платка Бета использовал его собственную одежду.
Хотя у него было дурное предчувствие, но, увидев это воочию, он едва не ослеп от гнева, а ярость взметнулась вверх. Увы, от Шарлота теперь повсюду разило ингибитором, и если только Имия не задерживал дыхание специально, злость даже не могла найти выхода.
Какая же жуткая ситуация.
Имия: «……Ты…»
Шарлот: «……» TLT
Шарлот вытер сопли испачканной в одежде рукой: «……» T^T
Имия намеревался содрать с него собственную одежду, но, воочию увидя, как этот смертник утирает нос рукавом, он разом перехотел возвращать вещь, оскверненную Бетой.
Имия выбросил это пропахшее ингибитором создание вместе со своими грязными пожитками из комнаты, после чего занялся уборкой.
Чем дольше он убирался, тем сильнее Имие хотелось то ли плакать, то ли смеяться. Впрочем, он всегда привыкал брать ответственность на себя и искать причины в собственных поступках:
Он и впрямь получил по заслугам.
Мало того что не рассчитал количество патронов, так еще и додумался поливать кота водой, заварив всю эту кашу.
Закончив уборку и ложась на кровать, пропитанную запахом ингибитора, Имия уставился в потолок с чувством легкой растерянности:
Чем он вообще занимался… весь сегодняшний день?
Выброшенный Имией из темницы, Шарлот, разумеется, не обрел свободы — темница являлась частью больших апартаментов, объединявших личную комнату и кабинет Имии.
Поэтому, оказавшись снаружи, Шарлот вновь оказался заперт в личных покоях Имии.
Не теряя надежды, Шарлот подергал ручку двери, но та даже не шелохнулась.
Если бы ее удалось открыть, Шарлот решил бы — даже если придется ползти (и это вовсе не метафора: без костылей у лишенного возможности ходить Шарлота просто не оставалось других вариантов), — он бы уполз как можно дальше от Имии.
Но Имия наверняка учел этот момент и вовсе не планировал отпускать его.
Прислонившись к стене, Шарлот перевел дыхание и, придя в себя, вновь заметил пятна, оставленные им на полу во время ползкта.
Стараясь по возможности все убрать, он забился в уголок, который казался ему относительно безопасным, и отключился.
Он выбился из сил.
Устал, проголодался, устал, проголодался, как же хочется есть…
Как же хочется арбуза…
Ночь прошла без сновидений.
Обычно Имия спал в темнице. Проснувшись по утру согласно внутренним биологическим часам, он чистил зубы в ванной при темнице.
Его режим отличался строгим постоянством, он обладал колоссальной самостоятельностью и все делал по четко заведенному порядку.
В результате, когда до него дошло осознание всей вчерашней нелепицы, он уже засунул в рот зубную щетку, бывшую в употреблении.
На мгновение Имия испытал странное чувство дискомфорта, но раз уж чистить начал — пришлось стиснуть зубы и довести дело до конца.
Облачившись в форму и уложив волосы, он вновь предстал безупречным скульптором-молодым командиром.
Учитывая, что назойливый Крис и журналисты вместе с репортерами были размещены в казармах рядовых солдат,
Имия не собирался позволять Шарлоту слоняться где попало, чтобы не создавать лишних проблем.
Однако, выйдя из темницы и намереваясь огласить Шарлоту свои правила, он обнаружил, что Бета снова пропал.
По сравнению с относительно небольшой темницей, в личных апартаментах, где имелись рабочая зона, зона отдыха, обеденная зона и приемная, мест для укрытия было куда больше.
В отличие от темницы, разгромленной Шарлотом и ингибитором,
личные покои сияли чистотой, словно в них никогда никто не заходил.
В мусорном ведре не было даже бумажки.
Имия не собирался тратить время на поиски «кота» — сегодня утром ему предстояло совещание, а речь еще не была готова.
Но, заметив на обеденном столе оставленный помощником завтрак,
Имия все же замер. Пусть вероятность была мала, неужели этот гад уже сбежал?
Тут же Имия отбросил эту мысль: он увидел, что от его завтрака осталась ровно половина.
А, его тайком объели.
Его постигла та же участь, что и припасенные в темнице сладости.
С основным блюдом все было в порядке — его разделили поровну.
А вот креветки были ободраны сверху: тушки сгрызли, оставив лишь головы.Если сказать, что Шарлот не умеет ценить добро, то он всё же догадался оставить половину, но если сказать, что он знает толку в хорошем, зачем оставлять столько креветочных голов — неужели ждал, пока кто-то за ним уберёт?
Имия почувствовал сильнейшее раздражение (раз), и чем дольше он смотрел, тем сильнее его всё бесило, доводя почти до аллергии на глупость:
Ты ведь не думаешь, что тайком воровать чужую еду — это какая-то милая черта?
Слово, совершенно неподходящее по смыслу, сорвалось с языка само собой.
Имия нахмурился, не понимая, с чего вдруг у него в голове возникли такие мысли, и в душе поднялась беспричинная досада. Эта неподконтрольная эмоция лишь сильнее его разозлила:
И всё же, до жути тупо — это до жути тупо, с какой стати называть это милым?!
Стоило прозвучать этому риторическому вопросу, как Имия ощутил ещё большее раздражение (два). Какого чёрта он вообще использовал слово милый для описания подобного?!
Разве в нормальном понимании воровство еды можно назвать милым?!
В этом мире найдётся столько слов для описания, но именно это взбесило его больше всего (три).
Ещё сильнее раздражало (четыре) то, что комната была пуста и отвечать ему никто не собирался.
Из-за этого разгорячённый эмоциями Имия выглядел клоуном, разыгрывающим здесь театр одного актёра.
Не собираешься отвечать, значит? Изначально я не хотел с тобой возиться.
Имия сделал широкий шаг и принялся искать кота.
Поскольку пространство военного корабля было ограничено, личные покои Имии, несмотря на его статус командира, были обустроены компактно и без перегородок.
Поэтому он с первого же взгляда заметил странный бугор на постели.
Имия откинул одеяло.
Под ним лежали сплошные грязные вещи: одежда, штаны, пододеяльники и целая гора мусора.
Его кровать!
Пусть большую часть времени он спал в секретном отсеке, это всё же была его кровать!
Чтобы навести порядок, Шарлот вытер пол чистой одеждой из шкафа.
А чтобы в комнате стало ещё чище, он просто спрятал весь мусор под одеяло.
В итоге кровать Имии мгновенно превратилась в самое грязное место во всей комнате.
У Имии запульсировало в висках.
Шарлот испуганно забился в платяной шкаф, подглядывая наружу через щель в дверцах.
И что ему оставалось делать? Имия велел привести помещение в порядок, но сам Шарлот не мог ни открыть дверь, ни добраться до прачечной, так что у него не было другого выхода, кроме как спрятать грязные тряпки.
А что насчет воровства еды? Какое тут набивание цены или миловидность — он просто-напросто умирал с голоду! То, что он не сожрал абсолютно всё, говорит лишь о том, что паек у Альф немаленький.
Он утащил чужую еду с таким решительным настроем, словно собрался в последний путь перед смертью...
Если бы дошло до суда, он действовал бы из соображений выживания, и его бы оправдали.
Разве в этом его вина?
Десять секунд спустя Имия распахнул дверцу шкафа, и Шарлот вывалился оттуда прямо вместе со сваленным внутри одеялом.
Имию уже трясло от злости, переходящей в смех, особенно когда выпавший Шарлот, мать его, додумался утащить за собой его чистое одеяло, чтобы мягче приземлиться.
Отлично. Теперь он носит его одежду, прячется в его шкафу, подстилает его одеяло и устраивает помойку на его кровати.
Имия присел на корточки:
Ну-ка объясни, почему ты даже элементарную чистоту поддержать не в состоянии...
Будь Шарлот здоров, он бы уже давно сбежал.
Но сейчас, когда у него были сломаны и руки, и ноги, ему оставалось лишь мрачно и извиваясь уползать прочь на глазах у ненавистного человека, хотя ползал он быстро и весьма умело.
Однако стоило Шарлоту сделать пару движений, как Имия наступил ему на лодыжку.
Шарлот с отчаянием вцепился в пол.
Тц, и правда, ни с места.
Шарлот преисполнился экзистенциального ужаса:
Раз уж всё зашло так далеко, притворюсь-ка мёртвым.
— Тц, — Имия схватил Шарлота за воротник, приподнял этого притворяющегося мёртвым паршивца и заставил встать на одну ногу. — Слушай сюда.
Имия приказал:
К моему возвращению комната должна быть идеальна убрана. Особенно та дрянь, что ты спрятал под одеяло. Всё до единой вещицы — выстирать мне!
Шарлот закивал:
Угу-угу-угу-угу...
Имия протянул руку.
Шарлот втянул голову в плечи, зажмурившись до тоненьких щёлочек, и опасиво покосился на него.
Имия ухватил худые, ни капли не пухлые щёки тощего кота и принялся мотать его лицо из стороны в сторону:
Куда подевалась твоя воинская дисциплина? Получив приказ от старшего по званию, что нужно ответить?
— Есть, сэр!
Имия:
Громче.
— Есть, сэр!
У Имии оставались неотложные дела — на разборки с дурацкими проблемами Шарлота и так ушло слишком много времени, — поэтому он бросил на него пару свирепых взглядов и ушёл.
Шарлот остался в комнате один в полном недоумении:
Хоть ещё в день провала побега выяснилось, что Имия тот еще псих, но то, что происходило потом...
Всё это казалось таким странным!
Сразу после ухода Имии Шарлот снова безуспешно попытался сбежать и принялся скрести дверь.
http://bllate.org/book/35678/4413580
Готово:
