Раньше они просто молчали из вежливости ради Ли Хэна и ничего не говорили, но теперь Ли Хэна не было рядом, и Бу Цинлань даже не стал утруждать себя соблюдением видимости приличий. Прямо закатив глаза Ли Шэню, он выдал:
— Это вообще-то я должен у тебя спросить, ты сюда зачем припёрся? Что, без ежедневных братских нагоняев жить уже не можешь, специально пришёл за порцией тумаков?
— Какого чёрта, ты, мать твою… — Ли Шэня аж перекосило от ярости. Он подумал: «Какая-то шавка, которую пригрел Ли Хэн, смеет передо мной нос задирать и воображать невесть что, совсем стыд потерял!»
Он уже собирался разразиться руганью, как стоявшая рядом девушка дёрнула его за рукав:
— Ли Шэнь, прекрати уже, заткнись хоть на минуту! Если будешь и дальше так себя вести, я развернусь и уйду, больше слова за тебя не замолвлю.
Ли Шэню пришлось с досадой захлопнуть рот.
— Здравствуй, братишка, ты ведь Цинлань, верно? Меня зовут Ли Юй, — девушка улыбнулась Бу Цинланю и заговорила очень мягко и дружелюбно. — У Ли Шэня просто отвратительный характер, он ужасно раздражает и вечно говорит не то, ты не принимай это близко к сердцу.
Бу Цинлань всё понял. Он знал, что у Ли Хэна есть младшая сестра, старше Ли Шэня, которая работает профессиональной скрипачкой. Раньше она постоянно моталась по всему миру на гастроли с оркестром и дома бывала редко, из-за чего они с Бу Цинланем до сих пор ни разу не пересекались, так что эта встреча действительно выдалась редкой.
Поскольку Ли Юй показалась ему вполне милой и приятной — куда лучше, чем Ли Шэнь, — он кивнул в ответ и вежливо поздоровался:
— Сестра Юй.
Поздоровавшись с братом и сестрой, Бу Цинлань больше не стал тратить время на любезности и сразу поднялся наверх в свою комнату, не желая оставаться внизу и лишний раз раздражаться видами Ли Шэня.
А оставленный им позади Ли Шэнь взбешённо запыхтел:
— Твою мать, совсем берега потерял! Что за чмо, ещё смеет мне, блин, фиу-фиу крутить!
— Ты можешь перестать вечно так себя вести? Какую свинью он тебе подложил, что ты уже в который раз к нему цепляешься? — нахмурилась Ли Юй. — Ты пришёл извиняться или скандалить?
Ли Шэнь лишь презрительно фыркнул:
— Да он же просто шлюха, что торгует задницей, дешёвая подстилка на потеху мужику! С чего это перед ним ещё распинаться?
Ли Юй вовсе не понравились эти слова, и она уже собиралась сделать ему выговор, как входная дверь отворилась. Вошёл Ли Хэн. Сняв пальто и заметив их обоих, он слегка удивился:
— Вы двое как здесь оказались? Сяо Юй, ты уже вернулась в страну? Почему не предупредила заранее?
— Да вот, у нашего оркестра график гастролей внезапно изменился, и я освободилась пораньше. Разве я не соскучилась по тебе? А папа с мамой заодно попросили меня притащить сюда младшего брата, чтобы он перед тобой извинился — боялись, что вы тут снова сцепитесь, оставшись вдвоём.
Ли Юй улыбнулась, подошла и взяла Ли Хэна за руку:
— Братик, ты по мне скучал? Мы ведь так долго не виделись.
— Ладно уж, раз вернулась, как следует отдохни какое-то время, — Ли Хэн был искренне рад появлению сестры, он с улыбкой похлопал Ли Юй по плечу. — Смотри-ка, а ты ведь даже похудела немного. Умоталась на гастролях?
Перекинувшись пара слов, Ли Шэнь тоже поспешно подбежал ближе. Только что он вёл себя надменно и заносчиво, но теперь, увидев брата, превратился в мышь перед котом: ссутулившись, заискивающе и неуклюже, он забормотал извинения:
— Брат, прости меня, пожалуйста, не сердись больше. На этот раз я правда был неправ, клянусь, больше никогда так не поступлю.
Ли Хэн сидел на диване и, бросив на Ли Шэня бесстрастный взгляд, холодно произнёс:
— Исправишься? Разве ты способен исправиться? Каждый раз поёшь красиво, а как только закончил — снова берёшься за старое и творишь дурь.
— Я правда больше не буду! Честно, больше никогда не стану заниматься такой хернёй, брат! — лицо Ли Шэня исказилось от паники, он был готов хоть небеса в свидетели призывать. — В этот раз точно в последний! Братик, ну прости меня ради бога!
— Хорошо, я прощаю тебя, — бесстрастно ответил Ли Хэн. — Но можешь даже не мечтать получить от меня хоть чёнтну копейку в будущем, и на деньги компании тоже даже не рассчитывай. О восстановлении в должности не может быть и речи, забудь об этом раз и навсегда.
Услышав это, Ли Шэнь замер так, будто в него ударила молния:
— Брат, ты что, и правда решил бросить меня на произвол судьбы? А как же долги, которые я наделал? Что мне с ними делать?
— Свои долги выплачивай сам, как знаешь. Продай свою коллекцию суперкаров, особняк и яхту, наскреби по сусекам, на крайний случай заложи имущество. Хватит во всём полагаться на семью и ждать, пока мы станем подтирать за тобой задницу, — отрезал Ли Хэн. — Сколько тебе лет? Чуть что — сразу бежишь плакаться к родителям и ко мне, перекладывая решение своих проблем на чужие плечи. На что ты похож? Посмотри на себя, ты вообще мужик или кто?
— Да в смысле?! — Ли Шэнь вытаращил глаза от изумления и неверия. — Если я продам и дом, и машину, где мне жить? На улице под мостом?
— Я уже поговорил с родителями, замки в доме сменили, а все твои кредитки заблокированы. И даже не думай являться домой к предкам за деньгами, — предупредил Ли Хэн. — Советую тебе поскорей выкинуть эту дурь из головы и бегом, пока не поздно, отправляться на поиски работы. А если не найдёшь, в следующем месяце можешь смело идти на паперть просить милостыню.
Ли Шэнь в панике схватился за телефон и попытался дозвониться до родителей, но к его ужасу услышал ровно то же самое:
— Просто послушайся своего брата! Он ведь плохого не посоветует!
Тут Ли Шэнь окончательно понял, что попал в безвыходное положение. Он долго прыгал на месте, пытаясь разжалобить брата то уговорами, то горькими слезами, но Ли Хэн остался непреклонен. Решив, что этот гадёж он слушать больше не намерен, он попросту выставил его за дверь.
Хотя Ли Юй, собираясь сюда, тоже была ужасно зла на непутёвого брата, стоя на балконе и наблюдая за тем, как тот уходит с убитым и потерянным видом, она всё же не смогла до конца подавить в себе жалость. Вернувшись в комнату, она под руку прильнула к Ли Хэну и не удержалась от вопроса:
— Братик, Сяо Ди ведь никогда раньше не жил один. Точно всё будет в порядке?
— А что с ним сделается? Такой лоб вымахал, а ты с ним как с трёхлетним ребёнком носишься! Его паршивый характер — результат того, что вы с родителями его вконец разбаловали, — фыркнул Ли Хэн, а затем строго посмотрел на сестру. — Сяо Юй, я тебя предупреждаю: если вздумаешь из жалости дать ему денег, я с тебя шкуру спущу, понял?
Ли Юй рассмеялась:
— Поняла-поняла, слушаюсь старшего брата.
Ли Хэн остался доволен и удовлетворенно кивнул. Они вернулись в столовую, где тётушка Фэн уже расставила на столе множество блюд, и поднялись наверх позвать Бу Цинланя. Втроём они сели ужинать.
Отношения между братом и сестрой были очень тёплыми, а поскольку Ли Юй долго разъезжала по миру с оркестром и они давно не виделись, ей, разумеется, хотелось высказать всё накопившееся. Но при этом она обладала на редкость приятным нравом: рассказывая о себе, она не забывала вовлекать в беседу Бу Цинланя, опасаясь, что тот почувствует себя лишним. Общение с Бу Цинланем шло легко и непринужденно — на любой вопрос находился ответ, и вскоре за столом установилась самая дружеская и непринужденная атмосфера.
— Братик, в следующие выходные наш оркестр дает сольный концерт на Чанъаньцзе! Твоя сестричка теперь, между прочим, первая скрипка, круто же? — говоря об этом, Ли Юй не скрывала гордости в улыбке.
— Ого! Выросла наша девочка! — с улыбкой кивнул Ли Хэн, в душе чрезвычайно гордясь сестрой. — Какая же ты у нас умница! Это непременно надо отпраздновать, проси что хочешь, всё куплю.
— Ой, перестань, ты меня как маленькую балуешь! Мне ничего не нужно, у меня всё есть, — смеясь, ответила Ли Юй и, достав два билета, протянула их Ли Хэну. — Вот, это билеты на наш сольный концерт в следующие выходные. Я специально оставила их для тебя, приходи обязательно, если будет время.
Ли Хэн прекрасно понимал, какое огромное значение имеет этот концерт для сестры, и ему очень хотелось пойти. Однако, достав телефон и проверив расписание, он с досадой обнаружил, что как назло именно в те дни намечалась сдача важного проекта — работы предстояло столько, что выкроить свободную минуту не было ни малейшей возможности. С виноватым видом он посмотрел на Ли Юй:
— Эх, прости меня ради бога, у меня как раз в те дни на носу сдача крупного проекта, боюсь, физически не вырвусь.
— Вот как… — Ли Юй заметно погрустнела, но понимала, что работа у брата на первом месте, поэтому настаивать не стала.
Она моргнула и вдруг перевела взгляд на Бу Цинланя, с улыбкой спросив:
— Цинлань, а у тебя есть свободное время? Если ты свободен, не хочешь сходить?
— Я? — опешил Бу Цинлань. — Ну, в те дни… свободное время у меня как раз есть.
Время-то было, вот только сам вопрос застал его врасплох. Бу Цинлань мысленно озадаченно почесал в затылке: неужели сестра Ли Хэна такая компанейская? Приглашает на свой концерт любовника собственного брата? Что за свободолюбивый и на редкость широкий у неё взгляд на вещи? Или билеты на концерт настолько плохо продаются?
Он и понятия не имел, что Ли Юй уже давно мысленно записала его в «невестки». Ни о какой дежурной вежливости тут речи не шло — уровень её энтузиазма зашкаливал за все сто баллов. В конце концов, её старший брат столько лет шатался холостяком, и наконец-то появилась хоть какая-то надежда, что он остепенится. Ли Юй была вне себя от радости: какая разница, кто он такой, главное, что брату нравится!
— Отлично! Всё равно Цинланю одному делать нечего, так хоть развеется, — рассудил Ли Хэн. Он прикинул, что сам всё равно будет занят по горло и не сможет уделить Бу Цинланю должного внимания, а поездка с сестрой пойдёт тому на пользу. Он хлопнул Бу Цинланя по плечу, и в его глазах блеснула мягкая улыбка. — Выручай, Цинлань, сходи за меня, поддержи Сяо Юй.
Бу Цинлань, услышав это, невольно удивился. Он покосился на руку Ли Хэна, лежащую у него на спине, и на совершенно невозмутимое выражение лица мужчины, из-за чего в его душе поднялась странная, трудно описываемая смесь чувств.
Впрочем, делать ему всё равно было абсолютно нечего, да и симфоническую музыку он любил — раньше он каждый месяц летал в Берлин и Вену на пару концертов, так что сходить послушать было вполне можно. К тому же, раз уж Ли Хэн сам озвучил эту просьбу, у него оставалось ещё меньше поводов для отказа.
Поэтому Бу Цинлань аккуратно убрал билеты и сказал Ли Юй:
— Спасибо, сестра Юй, тогда до встречи на следующей неделе.
Ли Юй осталась крайне довольна.
После ужина она не стала задерживаться надолго и, когда пришло время, сама села за машину и уехала домой, сославшись на то, что завтра с утра ранние репетиции, а жить у Ли Хэна далековато и неудобно.
Проводив сестру, Ли Хэн поднялся наверх в спальню и, едва переступив порог, увидел Бу Цинланя: тот лежал пластом на диване, полностью растеряв все жизненные силы. Слегка удивившись, Ли Хэн подошёл, присел рядом и, коснувшись его ещё влажных после душа волос, мягко спросил:
— Что такое? Ты чем-то расстроен?
И то верно, с чего бы это вдруг Бу Цинланю так внезапно захотелось вернуться и пожить здесь?
— Хэн-гэ, — Бу Цинлань придвинулся ближе и уткнулся лбом ему в колени, уныло пробормотав: — Скажи, я ведь и правда веду себя ужасно невоспитанно?
— Ну что ты, малыш, — ласково произнёс Ли Хэн. — Опять всякую ерунду себе напридумывал? Ты у меня замечательный. Кто это тебе наговорил глупостей?
Помолчав с минуту, Бу Цинлань тихо сказал:
— Мне вчера приснился сон… Я видел маму. Она сказала, что сейчас я веду себя крайне неблагодарно и позорю её память, что ТАМ ей от этого очень больно и горько, и душа её не находит покоя. Чуть из могилы не поднялась от злости на меня.
http://bllate.org/book/35638/4408195
Готово:
