— Лжец, ты сделал это намеренно! Ты испортил Бессмертного Владыку Таньхэна, он ведь никогда раньше не улыбался!
Цзи Уяо откинулся назад и, небрежно растягивая слова, произнес:
— Он человек, а не бездушная вещь. С какой стати мне следить за тем, улыбается он или нет?
— Но если бы не ты, Бессмертный Владыка Таньхэн… — Книга Судебной Души замялась.
Цзи Уяо холодно фыркнул:
— Если бы не я, Шэнь Ин сейчас скитался бы с собаками, выпрашивая объедки. У него бы выкачали всю кровь, а потом его подобрал бы какой-нибудь старый нищий, чтобы вместе с ним просить милостыню.
— У всего есть свое предопределение, — пробормотала Книга Судебной Души.
Цзи Уяо эти слова показались до крайности нелепыми и смешными:
— Тот, кто идет по пути культивации, стремится изменить судьбу, бросить вызов небесам. В противном случае лучше было бы сразу умереть. Ты ведь видела Шэнь Ина до этого, он похож на того, кто готов слепо подчиниться судьбе?
Книга Судебной Души невольно вспомнила тот день, когда Шэнь Ин вынес её из Тайного царства: аура, исходившая от него, была настолько подавляющей, что книга даже пошевелиться боялась.
— Знал ли Шэнь Ин перед прохождением через бедствие, что его ждет этот путь?
Книга Судебной Души ответила сникшим голосом:
— Знал.
Цзи Уяо продолжил допрос:
— И какое желание загадал Шэнь Ин?
— Он сказал, что хочет изменить… Ой, у-у-у… Ты меня обманул! — Книга Судебной Души, чьи уста были запечатаны запретной техникой, осознала, что Шэнь Ин выуживал из неё информацию.
Цзи Уяо долго смотрел на неё, а затем тихо рассмеялся:
— Раз Шэнь Ин знал, что его ждет, но всё равно согласился, значит, это дело для него крайне важно.
Бам! Окно, видимо, было закрыто неплотно, и порыв ветра ворвался в комнату, заставив занавеси с обеих сторон затрепетать. В комнате внезапно стало холодно.
Цзи Уяо тихо произнес:
— Это из-за его наставника?
Книга Судебной Души задрожала. Хотя сезон не располагал к холодам, она почувствовала, как ледяной озноб пробирается в самые кости.
Цзи Уяо повторил:
— Книга Судебной Души способна менять предначертанное. Он хочет изменить судьбу своего наставника?
Книга в панике закричала:
— Нет, нет, нет, нет… это не так!
На лице Цзи Уяо не дрогнул ни один мускул, но вокруг него словно возник незримый барьер, а за его спиной вспыхнул самый крупный язычок пламени.
— Цзи Уяо, о чем ты думаешь? Почему так холодно? Остановись, прошу тебя!
Если бы здесь был кто-то с уровнем культивации выше, чем у Цзи Уяо, он бы увидел, какой хаос творится в его море сознания: взметнувшееся до небес пламя превращало всё вокруг в пепел, и эти мучения повторялись вновь и вновь.
— Очнись! Цзи Уяо, о чем ты думаешь?
Духовный огонь в тревоге метался вокруг Цзи Уяо. Под серебряными пуговицами на его рукаве проступили темно-красные узоры — это была печать заклятия. Бусины, что он носил, автоматически активировались, чтобы защитить хозяина, но через мгновение вся эта мощь была подавлена им самим.
Бам, бам, бам.
За дверью послышался голос Шэнь Ина:
— Наставник, я заметил, что здесь что-то не так. Наставник, вы ранены?
Книга Судебной Души, услышав голос Шэнь Ина, хотела с визгом броситься прочь, но длинная рука Цзи Уяо схватила её и прижала к себе, закрыв ей «рот».
Он с трудом проглотил подступившую к горлу кровь и отозвался:
— Со мной всё в порядке, я просто практиковал культивацию.
Шэнь Ин опустил руку, но не ушел.
Цзи Уяо нахмурился и приказал:
— Мне не нравятся те вьюны-пилозубы у подножия горы. Иди и разберись с ними.
— Слушаюсь.
Шэнь Ин глухо ответил и медленно отступил. Он опустил взгляд, и длинные ресницы скрыли все эмоции в его глазах. Сейчас, лишенный всякого выражения, он был точь-в-точь как повзрослевший Шэнь Ин.
Он ведь отчетливо слышал в комнате наставника посторонний голос. Неужели наставник привел кого-то? Шэнь Ин сжал ладони так сильно, что ногти вонзились в кожу, но мгновение спустя, в полном смятении, разжал их.
Почему он злится? Да и какое право он имеет злиться? Ведь он всего лишь ребенок, которого наставник подобрал на улице, и если бы не наставник, он бы давно умер. Но он… он постоянно терял контроль над собой. Он эгоистично хотел, чтобы у Цзи Уяо был только один ученик — он сам, и чтобы наставник проводил время только с ним.
Если у наставника появится другой ученик… он не смел даже думать об этом. От одной мысли о таком он чувствовал, что больше не сможет держать себя в руках.
Когда шаги за дверью затихли, Цзи Уяо обессиленно расслабился. Книга Судебной Души, вырвавшись из его объятий, уже собиралась изрыгнуть проклятия, но увидела, как изо рта Цзи Уяо хлынула кровь, прямо на неё. Книга с глухим стуком упала на пол и замерла.
— Что это за техника такая, что даже кровь стала ядовитой?
Только сгусток Духовного огня в панике летал туда-сюда:
— Он выплюнул кровь! Я правда её чувствую! Уже рассвело? Почему никто не зовет лекаря!
Цзи Уяо собрал последние силы, чтобы спрятать Духовный огонь в Духовное Пространство, и провалился в забытье.
Глава 12
Небо постепенно темнело, повсюду завывал ветер. Вокруг стояла непроглядная тьма, а в уголках теней копошилось нечто черное, подобное чудовищам, пожирающим людей.
Цзи Уяо, поставив на кон всю свою культивацию, мчался вперед, но как бы он ни разгонялся, этого было недостаточно. Не успеть, никак не успеть.
Сердце Цзи Уяо охватила паника, но даже когда горло обожгло кровью, он не мог ускориться. Воздух вокруг стал обжигающе горячим, растения начали скручиваться, а листва — желтеть и сохнуть. Здесь должны были цвести белоснежные Цветы Ляньсан, но теперь всё было устлано лишь обломками веток и сухими листьями. Цзи Уяо метался на месте, не в силах найти выход.
Внезапно сзади налетел порыв ветра, раздался грохот, и пламя взметнулось ввысь. Жаркие языки огня поглощали тьму, стремительно распространяясь и сжигая всё на своем пути. Оранжевый свет отразился на его теле, словно золотая сеть.
Цзи Уяо, остолбенев, поднялся на ноги, не отрывая взгляда от пожарища. В огне виднелись борющиеся фигуры. Запах горелой плоти вызывал физическую тошноту. Пламя ширилось, повсюду обрушивались здания, кругом был один пепел. Цзи Уяо хотел броситься вперед, но его ноги ослабели, лишившись всякой силы. Он лишь мог с трудом опуститься на колени, словно что-то намертво пригвоздило его к земле.
В охваченном пламенем переулке он увидел фигуру. Окруженный огнем, человек упрямо стоял на месте, издав последний, предсмертный крик:
— А-Яо, беги!
Как только эти слова были произнесены, тело человека было поглощено огненными языками. Кровь в жилах Цзи Уяо вмиг застыла. Не имея сил даже пошевелиться, он издал отчаянный вопль:
— Старшая сестра!
Он изо всех сил потянулся вперед, рука пробила невидимую преграду, и внезапно он почувствовал легкость — оковы, сковывавшие его, исчезли.
— Тебе приснился кошмар.
Светало. Свет проникал сквозь окно, и вдалеке было слышно пение птиц. Духовный огонь подплыл ближе и замер у изголовья кровати. Сейчас он вел себя очень тихо.
— Я как ни звал тебя, ты не просыпался. Это был кошмар?
Цзи Уяо молчал. Спустя некоторое время он коснулся кончика Духовного огня:
— Просто дурное предзнаменование.
Духовный огонь слегка подражал в воздухе и продолжил:
— Но тебе грустно. Я чувствую, что тебе грустно.
— Мне не грустно, — Цзи Уяо перевел тему. — Где Книга Судебной Души?
Духовный огонь подлетел к стороне:
— О, она здесь.
Книга Судебной Души, окруженная Духовным огнем посреди комнаты, выпрямилась, увидев, что Цзи Уяо смотрит на неё:
— Не хочу я тут оставаться! Ты — великий демон! Я хочу найти Бессмертного Владыку Таньхэна, я хочу найти Бессмертного Владыку Таньхэна!
Цзи Уяо уже пришел в себя. Он подпер голову рукой и едва заметно повел пальцем — Книга Судебной Души невольно полетела прямо к нему.
— А-а-а-а, что ты делаешь! Отпусти меня!
Цзи Уяо, которого раздражал шум, слегка нахмурился:
— Заткнись.
Книга Судебной Души посмотрела за спину Цзи Уяо и увидела, как сгусток Духовного огня, словно разъяренный зверь, настороженно наблюдает за ней. Видя, что книга притихла, Цзи Уяо заметно смягчился. Он взял её в руки и перевернул страницу. На ней проявились слова:
Шестнадцатилетний Шэнь Ин достигает Стадии Золотого Ядра и отправляется в странствие с великим демоном Цзи Уяо, однако узнает, что его наставник — злодей, не гнушающийся никакими преступлениями. Шэнь Ин разрывается от внутренних противоречий, следя за злодеяниями демона, в конце концов решает вершить правосудие во имя небес, наносит Цзи Уяо тяжелое ранение и гибнет от рук демона.
Цзи Уяо ткнул пальцем в слова гибнет от рук демона и вдруг тихо рассмеялся.
Книга Судебной Души заикалась:
— Ты… ты чему смеешься?
В тоне Цзи Уяо сквозило высокомерие и пренебрежение:
— Я смеюсь над тем, что ты — божественный артефакт, а предсказываешь так неточно.
Книга в негодовании запрыгала:
— Вранье! Как это неточно? Исходя из характера Бессмертного Владыки Таньхэна, всё будет именно так!
Чем больше нервничала книга, тем спокойнее становился Цзи Уяо:
— Разве ты знаешь его лучше, чем я?
— Еще бы! Бессмертный Владыка Таньхэн тогда поклялся частицей своей божественной души! Тут не может быть ошибки.
— Хм. — Цзи Уяо склонил голову набок. — А что, если я сейчас выйду и убью его? Тогда твое пророчество само собой не сбудется.
Книга Судебной Души забормотала, пытаясь спорить:
— Просто ход событий будет другим, но причинно-следственная связь останется той же! Ты всё равно убьешь его.
Цзи Уяо безразлично ответил:
— О? А если я отправлю его в Город Десяти Обличий, и он погибнет от рук тех демонов — это все еще можно будет считать сбывшимся пророчеством?
Книга пришла в ужас:
— Ты… ты… как ты можешь так поступить!
Цзи Уяо беззаботно ответил, в его голосе звучала легкомысленность:
— Я ведь злодей, чего от меня еще ожидать?
Тук-тук.
Раздался стук в дверь, и послышался голос Шэнь Ина:
— Наставник?
— А, Бессмертный Владыка Таньхэн! — Книга Судебной Души, словно увидев спасение, тут же бросилась к двери.
Цзи Уяо холодно усмехнулся и сделал пасс в сторону книги, на ходу меняя её облик.
— Войди.
Шэнь Ин только открыл дверь, как увидел, что что-то бросилось прямо на него. Он машинально подставил руки, чтобы поймать летящий предмет, и в его объятиях оказался маленький ребенок в нагруднике. Тело Шэнь Ина напряглось, он инстинктивно хотел отбросить это существо.
— А-ва-ля-ва-ля…
Книга Судебной Души открыла рот, собираясь обвинить Цзи Уяо в злодеяниях, но обнаружила, что не может произнести ни слова членораздельно. Она смотрела только на себя, не заметив, как изменилось лицо Шэнь Ина. Его темные глаза смотрели на неё с холодом. Шэнь Ин скованно перевел взгляд на Цзи Уяо:
— Наставник, что это такое?
http://bllate.org/book/35584/4400841
Готово:
