Его голос звучал мягко, с оттенком лёгкого удивления, а Цзэн Юй молча слушал.
— Ты самый милый из всех, кого я встречал…
Хотя Цзянь Лэ не умел отказывать, с самого детства он видел столько подобных признаний, что у него уже выработался собственный шаблон отказа.
Но на этот раз он ему не пригодился.
— Хм-м…
Насмешливое фырканье третьего лица прервало не до конца сказанные слова Цзянь Лэ.
Цзэн Юй с легким удивлением перевёл взгляд за спину Цзянь Лэ, а тот, услышав звук, только повернул голову, как Чжоу Линсюань уже закинул руку ему на шею.
Одной рукой Чжоу Линсюань поиграл ключами от машины, на его лице застыла полуулыбка. Опустив взгляд на омегу, который был ниже его на голову и едва доставал ему до груди, он окинул того оценивающим взглядом, отчего парень заметно погрустнел.
Чжоу Линсюань легко фыркнул и посмотрел вниз, на Цзянь Лэ:
— Чего это ты замолчал? Договаривай давай, мы же собирались поехать поесть.
Стоило только Чжоу Линсюаню подойти, закинуть Цзянь Лэ руку на шею и заговорить с такой привычной, близкой интонацией, как Цзэн Юй кое о чём догадался и вопросительно, с изумлением посмотрел на Цзянь Лэ.
— Чжоу Линсюань, не хватай меня так за шею!
Цзянь Лэ сначала смахнул его руку, а затем снова перевёл взгляд на Цзэн Юй, виновато прищурившись.
— Ты предпочитаешь бет, а вот Цзянь Лэ омег совсем не любит, так что у тебя нет шансов.
Едва заговорив, Чжоу Линсюань сразу же обрушил последнюю надежду Цзэн Юя.
Поняв исход своего признания, Цзэн Юй слегка побледнел, кивнул, бросил на Цзянь Лэ долгий взгляд и убежал.
Чжоу Линсюань повёл Цзянь Лэ к машине и на ходу произнёс:
— Цзянь Лэ, а ты куда популярнее меня среди поклонников! Сколько омег от тебя без ума.
Цзянь Лэ, уже и не помня, в который раз Чжоу Линсюань заставал его врасплох подобными признаниями, только беспомощно вздохнул:
— Я и сам не знаю, почему я им нравлюсь.
Будь здесь Чэнь И, он бы наверняка поднял на смех эти слова Цзянь Лэ, в которых так и сквозило притворное недовольство при явной выгоде, однако Чжоу Линсюань, глядя на затылок Цзянь Лэ, подумал про себя:
Конечно, дело в том, что ты красивый, к тому же вечно из себя строишь благодетеля и относишься к окружающим слишком хорошо — до такой степени, что у людей начинают возникать всякие мысли.
Особенно если говорить об избалованных омегах. Не говоря уже о других, взять хотя бы Чэнь И: то ему фрукты нарежь непременно красивыми кусочками, то сделай так, чтобы рядом не было ни малейшего постороннего запаха, а если он есть, то непременно заглуши его тяжёлым парфюмом.
Каждый раз, когда Чжоу Линсюань видел, как Чэнь И заставляет Цзянь Лэ пшикаться духами, словно антисептиком, ему становилось смешно. Когда они выпивали в баре или Чэнь И клеился к незнакомым бетам, он вовсе не казался таким брезгливым, зато стоило пойти куда-нибудь с Цзянь Лэ, как у него тут же появлялись тысячи требований, характер скверный, чуть что не по нему — сразу лицо кирпичом. Кроме Цзянь Лэ с его дурацким характером всеобщего благодетеля, кто ещё стал бы так носиться с Чэнь И?
— Садись.
Чжоу Линсюань открыл для Цзянь Лэ дверцу машины.
— А-Сюань, у тебя есть какое-то дело?
Цзянь Лэ пристегнулся ремнем безопасности.
— Есть одна небольшая просьба, нужна твоя помощь.
Сидящий в машине Чжоу Линсюань повернул голову, скользнул взглядом по Цзянь Лэ, вернул глаза на дорогу и завёл мотор.
Глава 8
Всё было до банальности просто: как и в случае с И Чэном, родители начали наседать на Чжоу Линсюаня с женитьбой. Отца Чжоу совершенно не устраивали все те манерные омеги, с которыми тот крутил романы на стороне, и он подобрал ему подходящую по происхождению и благовоспитанную невесту для смотрин.
Подобные встречи случались и раньше, и Чжоу Линсюань обычно справлялся сам, без помощи Цзянь Лэ.
Но на этот раз…
— Мать этого омеги — лучшая подруга моей мамы со школьных времён. Они были так близки, что, когда гостили у моего дедушки, спали на одной кровати…
Просто та вышла замуж далеко, и за столько лет они стали реже общаться, но связь не прервалась. На этот раз сын и дочка этой госпожи Лин приехали в Хайши отдохнуть и навестить мать Чжоу. Та была просто на седьмом небе от счастья и приказала Чжоу Линсюаню как следует развлечь гостей в Хайши, пригрозив голову с плеч снять, если хоть что-то пойдёт не так.
— Какое там гостеприимство, — крутя руль на повороте, бормотал Чжоу Линсюань. — Матушка просто спит и видит, как бы сосватать меня с кем-то из этих двоих омег, хоть со старшей сестрой, хоть с младшим братом, ей всё равно.
А я вовсе не хочу жениться и проводить жизнь рядом с омегой…
— Короче говоря, выручай, сделай одолжение.
Нужно было и поводить эту парочку омег-родственников по Хайши, и притвориться, что у них с Чжоу Линсюанем особенные отношения, чтобы те не вздумали положить глаз на Чжоу Линсюаня, не захотели зайти слишком далеко и не поставили его в неловкое положение.
Выслушав тираду Чжоу Линсюаня, Цзянь Лэ странно нахмурился, ничего не ответил и, опустив взгляд на чёрный экран телефона, погрузился в свои мысли.
Чжоу Линсюань решил, что Цзянь Лэ согласился, и сразу направил машину к отелю, где остановились омеги-брат с сестрой.
Чэнь И: Лэ Лэ, составь мне компанию сегодня вечером, пошли в бар.
Цзянь Лэ, увидев сообщение, как раз набирал ответ с объяснением, что в ближайшие дни он, скорее всего, будет занят, когда пришло второе сообщение от Чэнь И.
Чэнь И: Забей, не надо.
Отправив сообщение, Чэнь И погасил экран телефона, небрежно бросил его на стол и посмотрел на отца-омегу, сидевшего напротив него за длинным столом:
— Пап, зачем ты заставил меня сидеть дома?
Отец Чэнь И, Цзянь Лань, не стал сразу отвечать на вопрос, а вместо этого переспросил сына:
— Кому ты только что писал и звал куда-то погулять?
— Цзянь Лэ.
Узнав, что это был Цзянь Лэ, Цзянь Лань опустил взгляд на безупречно чистую поверхность стола, в его глазах что-то мелькнуло, после чего он поднял голову на своего единственного сына-омегу и произнёс:
— Сяо И, когда у тебя примерно следующий период течки?
Услышав вопрос Цзянь Ланя, Чэнь И мысленно вернулся к датам предыдущего периода течки и принялся загибать пальцы:
— Скоро, уже в следующем месяце.
Не успел он договорить, как тщательно ухоженные брови Чэнь И сошлись на переносице, а во взгляде промелькнуло раздражение.
Как же надоело! Опять этот период течки приближается!
Глядя на недовольное, омрачённое гримасой лицо Чэнь И, Цзянь Лань, похоже, заранее ожидал такой реакции. Сделав небольшой глоток кофе, он заговорил ровным, спокойным тоном:
— Взгляни-ка на это.
Он подвинул к Чэнь И лежавшую рядом стопку документов.
Чэнь И рассеянно пролистал пару страниц и озадаченно поднял на Цзянь Ланя глаза:
— Что это?
Зачем ты подсовываешь мне кучу личных дел каких-то альф?
Цзянь Лань неторопливо поднял чашку, отпил немного чёрного чая и только после этого произмолвил:
— Все они — кандидаты для смотрин, которых твой отец подготовил специально для тебя.
http://bllate.org/book/35553/4397060
Готово:
