Ли Чаншэн, уже выстроивший в голове чёткий план, держался безупречно невозмутимо — на его лице играла лёгкая, непринуждённая улыбка.
— Госпожа придворная дама, — отчеканил он и, не спеша шагнув вперёд, отвесил Вань Лю изысканный, безукоризненный поклон.
Вань Лю едва исполнилось шестнадцать. Хрупкая и миниатюрная, ростом она едва ли доставала до полутора метров, отчего рядом с высоким Ли Чаншэном выглядела совсем крошечной.
Едва взглянув на него, девушка опешила, из её груди вырвался короткий вздох. В голове мгновенно проскочила мысль: до чего же он статен... Да и лицом...
Она напрочь забыла, зачем пришла, и лишь ошеломлённо разглядывала его с ног до головы. «Надо же, обычный дворцовый евнух, — крутилось у неё в уме, — а каков! Ни разу не видела столь высоких и ладных дворцовых евнухов».
От него веяло удивительным благородством. Одно его присутствие успокаивало, точно весенний бриз, и беспричинная ярость, клокотавшая в душе Вань Лю минуту назад, сама собой улеглась.
Она так засмотрелась, что окончательно потеряла нить происходящего. Ли Чаншэн заговорил первым:
— Не изволите ли успокоиться, госпожа? У Чаншэна есть способ возместить вам испорченную краску.
— Кхм-кхм... — Вань Лю опомнилась. Схватившись за лицо, она моментально сменила гнев на милость, напустив на себя вид безутешно страдающей девицы. — Какая дерзость! Знаешь ли ты, что мой лак из недотроги сделан из редчайших цветов, присланных в дань самой Вдовствующей императрице? Ты — всего лишь ничтожный евнух. Чем ты собираешься платить?!
Слёзы были её главным оружием. И сейчас они хлынули из глаз настоящим водопадом. Девушка запричитала, тоскливо всхлипывая:
— Что же мне делать... За что мне такая участь? Ох... Испортили мою прелесть и пальцем не пошевелят, чтобы исправить! А я ведь бессильна... У-у-у... Творите беспорядки, обижаете сироту... Запомните: боги всё видят, не видать вам счастья!
Даже Вдовствующая императрица терялась, когда Вань Лю пускала слезу, что уж говорить о рядовых слугах. Придворные стояли ни живы ни мертвы, опустив головы и боясь пикнуть.
Говорят, перед женскими слезами бессилен любой мужчина — стоит хорошенькой девушке зарыдать, как самое чёрствое сердце сжалится.
Вот только...
Ли Чаншэн оказался не из таковых. Он остался абсолютно равнодушен к её стенаниям, ответив с невозмутимым спокойствием:
— В моих руках есть иная, совершенно невиданная краска для ногтей. Не желает ли госпожа опробовать её? За всё прочее не ручаюсь, но этот лак стократ превосходит тот, что украшал ваши пальчики прежде. Если позволите продемонстрировать, вы затмите всех красавиц во дворце — остальные сгорят от зависти.
Вань Лю рыдала хоть и наигранно, но слёзы текли самые настоящие. Глаза её опухли, нос покраснел, а белила на щеках начали плыть. Однако сколько бы она ни убивалась, толку не было — Ли Чаншэн не поддавался на уловку.
Заметив её замешательство, Ли Чаншэн неторопливо добавил:
— Такой краски нет ни у Вдовствующей императрицы, ни у старшей сестры Цай Фань. Так каково будет ваше решение, госпожа?
Эти слова попали точно в цель.
Вань Лю обожала красоту и больше всего на свете любила соперничать с Цай Фань. Вчера, когда Ли Чаншэн нанёс той макияж, Цай Фань преобразилась до неузнаваемости, затмив Вань Лю и заставив ту сгорать от стыда. Вань Лю вспомнила: Ли Чаншэн — представитель расы жун-ди, да к тому же шаман. Не исключено, что он и впрямь владеет особым чародейством. И если рискнуть...
То сегодня она с потрохами утрёт нос этой Цай Фань!
Сердце девушки забилось от предвкушения, однако гордость не позволяла сдаться без боя. Всхлипнув напоследок, она утёрла слезу и протянула:
— Я ведь не такая злая да злопамятная, как старшая сестра Цай Фань. Все знают: я милосердна и не люблю попусту ссориться. Раз уж ты так просишь... что ж, грех не дать тебе шанс, верно?
Придворные и дворцовый распорядитель перевели дух, но тут же вновь сжали зубы от страха. Никто не понимал, откуда у Ли Чаншэна такая уверенность. В стенах дворца лучшими лаками владела лишь Вдовствующая императрица, так где обычный евнух мог раздобыть нечто ещё более ценное? Чушь и чистейший вымысел!
Вань Лю и сама сомневалась, но рассудила по-своему: если этот пройдоха дерзнёт её обмануть, у неё хватит способов сделать его жизнь хуже смерти!
Пока девушка колебалась, Ли Чаншэн бесшумно вызвал панель управления системой, зашёл в Системный магазин и быстро потратил 30 юаней из бюджета задания.
[Список покупок игрока «Ли Чаншэн»]
[Лак для ногтей Yulu, оттенок P07 «Мягкий таро-шарик» — 1 флакон]
[Стоимость: 28,8 юаня]
[Остаток средств за Задание 3 (1,2 юаня) переведён на основной счёт]
[Баланс счёта: 61,4 юаня]
Получив предмет, Ли Чаншэн жестом пригласил Вань Лю в покои и предложил присесть.
Она сдерживая эмоции опустилась на стул и вновь исподлобья окинула евнуха внимательным взглядом. «Вот почему Цай Фань так рвалась представить его Вдовствующей императрице, — мелькнула догадка. — Эта девка просто лишилась рассудка от его физиономии!»
В императорском дворце не было недостатка в красавицах — наложницы и придворные дамы кишели повсюду на любой вкус. А вот настоящие мужчины водились в крайней скудости.
Нынешний Государь пребывал в преклонных летах; хоть в молодости он и славился привлекательностью, сейчас подобные речи звучали бы откровенной лестью.
Помимо Императора, в покоях регулярно появлялись лишь двое: Наследный принц Цзин Баюй и князь Линчуань.
Маленькому Наследнику исполнилось всего восемь — совсем ребёнок.
Вот и получалось, что младший сын Вдовствующей императрицы, князь Линчуань, оставался единственным идеалом мужской красоты и стати для дворцовых девиц.
Но теперь...
Сверив образ Ли Чаншэна с князем Линчуанем, Вань Лю вынуждена была признать...
Результат выходил поразительный.
Рост, черты лица, манеры, исполненные достоинства и благородства — Ли Чаншэн во всём превосходил высокородного князя. Сложен безупречно, красив, учтив... к нему буквально невозможно было придраться.
— Госпожа, прошу положить руку на стол, — произнёс Ли Чаншэн.
Его бархатный голос вырвал девушку из размышлений. Поправив причёску, она послушно вытянула правую руку.
Настоящий маникюр требовал длительной подготовки, но из-за скромного бюджета Ли Чаншэн располагал лишь одним-единственным флаконом, так что на изысканные тонкости рассчитывать не приходилось.
— Обождите немного, — сказал он, — я нанесу новый лак.
Вань Лю разглядывала его с недоумением. Обычное окрашивание недотрогой занимало несколько часов, требуя кучи притирок и чаш. У Ли Чаншэна же на столе стоял лишь один странный пузырёк.
— Наверное... какая-то диковина людей расы жун-ди, — пробормотала она себе под нос.
— Простите, госпожа, я не расслышал? — уточняющим тоном спросил он.
— Ничего, — отмахнулась Вань Лю. — Делай своё дело и не отвлекайся.
— Слушаюсь.
На самом деле Ли Чаншэн всё прекрасно слышал. Он лишь воспользовался случаем: раз уж она сама списала заморский лак на традицию жун-ди, ему не пришлось ничего выдумывать.
Оттенок, выбранный им, назывался «Мягкий таро-шарик» — имечко столь же поэтичное, сколь и точное.
Полупрозрачная, желеобразная текстура лака давала влажный, чистый блеск: нежно-фиолетовый цвет с утончённым дымчато-серым подтоном выглядел изысканно, свежо и поистине благородно.
Вань Лю привыкла к традиционным алым, оранжевым да жёлтым оттенкам недотроги. Ей и в голову не приходило, что лак может быть фиолетовым! Он переливался, точно редчайший драгоценный нефрит высокой чистоты. К тому же этот цвет подчеркивал белизну кожи, делая её руки несравнимо изящнее, чем с прежним морковно-красным узором.
Сначала девушка собиралась придраться к любой мелочи, но вскоре просто застыла, затаив дыхание.
— Что... что это за краска? — забыв о надменности, выпалила она. — Откуда такой фиолетовый цвет? Почему я никогда ничего подобного не видела? Это же... это же...
Это было так прекрасно, что у неё перехватило дыхание!
— Сиреневая краска — великая редкость, — невозмутимо пояснил Ли Чаншэн. — Неудивительно, что госпожа сталкивается с ней впервые.
«И то правда... — подумала Вань Лю. — Он ведь из людей расы жун-ди. Их земли далёкие и дикие, сама я туда вовек не ступлю, а экзотических вещей там, видать, пруд пруди».
Лак марки Yulu был добротным: ровно ложился, быстро сох и отличался приятной ценой. Впрочем, как и любое подобное средство, он обладал характерным химическим запахом.
Поскольку текстура была полупрозрачной, плотности ему не хватало. Ли Чаншэну пришлось нанести четыре слоя, тщательно просушивая каждый, чтобы на ногтях не образовались пузыри и смазанные полосы.
На всю процедуру ушло около получаса. Вань Лю сидела смирно, позабыв о капризах: она заворожённо любовалась своими точёными пальчиками, радовавшими глаз. В её голове уже созрел коварный план — вернувшись к Вдовствующей императрице, она первейшим делом утрёт нос Цай Фань.
— Готово, госпожа, прошу прощения за задержку, — раздался голос Ли Чаншэна.
Вань Лю вздрогнула, с изумлением переспросив:
— Уже? Неужели всё?
Прошло от силы полчаса, а её ногти засияли сочным, влажным фиолетовым блеском. На ощупь новое покрытие казалось гладким и прохладным, точно полированный шёлк — ничего общего с шершавой краской из недотроги.
— В отличие от цветов недотроги, для этой краски не требуется ждать всю ночь — довольно получаса, — ответил Ли Чаншэн. — Держится она около семи дней. Срок недолгий, но если через неделю госпожа пожелает, она может вновь прийти к Чаншэну, и я подберу для вас новый, ещё более удивительный оттенок.
— Новый? — встрепенулась Вань Лю, вновь попавшись на крючок. — У тебя есть другие цвета? Какие?!
Ли Чаншэн лишь загадочно улыбнулся, оставив вопрос без ответа.
Осознав, что проявила излишнюю нетерпеливость, Вань Лю смущённо кашлянула, приняв независимый вид:
— Что ж... Раз так, загляну к тебе через пару дней.
Она поднялась, сделала шаг к двери, но замерла и обернулась. Взглянув на евнуха, она произнесла:
— Ты исправил мои ногти, так что былую обиду считай забытой. Я ведь не злопамятная какая-нибудь и уж подавно не скупец вроде Цай Фань, верно?
Раздался лёгкий стук.
Вань Лю положила на стол крупную белую жемчужину:
— Возьми. Безделушка, ничего особо ценного.
[Системное уведомление: Получена жемчужина (1 шт.), примерная стоимость — 20 000 юаней]
http://bllate.org/book/35519/4542340
Готово:
