Линь Чжисюй среагировал мгновенно. Едва сорвались последние слова, как его Джарван IV, у которого оставалась едва ли половина здоровья, резко перешел в контратаку. Молниеносное EQ-комбо — и взлетевший в воздух штандарт подбросил вражеских мидера и лесника. Хан Сюнь на Зеде тут же ворвался в драку. Выверенная серия ударов, быстрое позиционирование, и Зед добивает Ксин Жао с помощью Воспламенения.
Оставаясь на лоу-HP, Линь Чжисюй и Хан Сюнь решили не рисковать и начали отступать. У Акали соперника тоже почти не осталось здоровья. Но после того, как Хан Сюнь сначала всухую убил ее на линии, а теперь еще и гонял по собственному лесу, мидер BURN явно закусил удила. Смириться с таким унижением он не мог и бросился вдогонку за раненым Зедом.
На Зеде уже висела метка от «Переворота сюрикена» — Е-способности Акали. Повторное нажатие клавиши гарантировало рывок прямо к цели. Мидер BURN без колебаний активировал умение, взмывая в воздух ради легкого фрага.
Но Хан Сюнь среагировал безупречно. Едва на Зеде загорелась метка, он выбросил теневого клона назад с помощью «Живой тени». Когда Акали уже готова была врезаться в него, Хан Сюнь запустил в нее веер лезвий встречным «Броском сюрикена», а в следующую долю секунды нажал W еще раз, мгновенно поменявшись местами со своим двойником.
Сюрикены вонзились точно в цель. За счет мгновенного перемещения назад Хан Сюнь разорвал дистанцию: соперник не успел даже задеть его, как погиб в полете от рук Зеда.
Хан Сюнь просчитал тайминги и траекторию с математической точностью. Поймав оппонента на особенностях механики его же чемпиона, он хладнокровно заставил Акали самой налететь на смертоносные лезвия. Этот маневр «приманивания под снаряд» был исполнен шедеврально. На этот раз за его экраном следил уже не один Линь Чжисюй. Стоило Зеду изящно приземлиться, как командный чат взорвался восторженными, пускай и слегка утрированными воплями.
После двух этих стычек ранняя игра для вражеских мидера и лесника была полностью разрушена. Для WAVE же это стало мощным трамплином. Полное доминирование на средней линии развязало руки Линь Чжисюю — его Джарван IV чувствовал себя в чужом лесу как дома. Он беспрепятственно забирал вражеские лагеря, устраивал ганки и зачищал объекты, постепенно распространяя преимущество на топ и бот.
Партия шла как по маслу. К лейтгейму Зед, под завязку закупленный дорогими артефактами, превратился в сущий кошмар для тонких чемпионов соперника. Связка лесника и саппорта WAVE действовала агрессивно: Джарван IV и Алистар навязывали драку при первой же возможности. Кха'Зикс Цзянь Цинфаня терпеливо выжидал в засаде и врывался вторым темпом, стирая выживших взрывным уроном. Тимфайты выигрывались без малейшего напряжения.
Во время финального штурма вражеской базы парни немного расслабились. Инициаторы полезли прямо под выстрелы башен нексуса — слишком поспешно, дав сопернику призрачный шанс на контратаку. Но раскормленная Джинкс, не погибшая за всю игру ни разу, не оставила им ни единого шанса. Грамотно используя пространство, которое выигрывали для нее союзники, Вэнь Чэ хладнокровно расстреливал врагов с безопасного расстояния. Стоило сработать пассивному умению «Бодрячком!», как Джинкс вместе с Зедом устроила настоящую бойню. Оформив тройное убийство, они добили остатки защиты и разнесли вражеский нексус.
Тренировочный матч принес море чистого удовольствия. Когда на экранах загорелась надпись о победе, все так и светились от радости. Линь Чжисюй стянул наушники на шею и с легким разочарованием протянул:
— И что, на этом всё? Расходимся?
— Не спеши. Следующие матчи уже расписаны, а если мало — я без проблем организую еще парочку.
Из-за спин бесшумно выплыл голос Шан Цзуна. Линь Чжисюй тут же испуганно замахал руками и расплылся в заискивающей улыбке:
— Да нет, Брат Цзун, что ты, не стоит утруждаться!
— Но мы же так красиво раскатали их! Может, полагается какая-то награда? — не унимался капитан.
— Вот лишнее подтверждение тому, что драфты вам доверять нельзя, — парировал Шан Цзун. — А этот последний заход на базу? Вы играли как в обычном солоку. Слишком много глупых ошибок.
Он быстро и безжалостно разобрал ключевые промахи. Слушая его разбор, Хан Сюнь поймал себя на мысли, что упустил из виду несколько важных микро-моментов. Шан Цзун тем временем окинул взглядом приунывшую команду и, не сдержав улыбки, смягчился:
— Но в целом — отличная работа. Вечером за мой счет едим свиную рульку с рисом, на нашем обычном месте.
Комната мгновенно наполнилась радостным гулом. Проходя мимо Хан Сюня, Шан Цзун ободряюще кивнул ему, и в его глазах читалось искреннее одобрение.
Едва тренер скрылся за дверью, Инь Синцзэ протяжно вздохнул:
— Эх, опять Старина Шан промыл нам мозги.
— А ты крут, Даоцзай, — подал голос Цзянь Цинфань. Хан Сюнь заметил, что тот смотрит на него с легкой завистью. — Научишь как-нибудь на Зеде катать?
Инь Синцзэ подсел поближе к Хан Сюню и, заговорщицки понизив голос, спросил:
— Слышь, Дао, а ты знаешь, почему Брат Цзун вечно тащит нас жрать эту рульку?
Хан Сюнь покачал головой. Серьезное лицо напарника наводило на мысль, что за этим кулинарным пристрастием кроется какая-то глубокая философия или красивая традиция.
Инь Синцзэ с гримасой легкого отвращения выдал секрет:
— Да потому что он сам от нее тащится! А как по мне — ничего особенного.
Хан Сюнь промолчал. В этот момент он почувствовал примерно то же самое, что и вчера вечером, когда Линь Чжисюй рвался показать ему свои «коронные приемы».
Даже одетый по-домашнему, Шан Цзун смотрелся в этой дешевенькой забегаловке чужеродным элементом. Он сидел с идеально прямой спиной за потертым деревянным столом и с предельной серьезностью изучал засаленное, потрепанное меню, выспрашивая, кто чего желает. Контраст казался почти комичным.
Когда Шан Цзун протянул меню официанту, Хан Сюнь невольно обратил внимание на его запястье — там красовались весьма приметные часы.
Сидевший рядом Линь Чжисюй перехватил его взгляд и тихо прыснул:
— Тоже гадаешь, сколько эта игрушка стоит? Спорим, за нее можно выручить парочку таких, как я?
— Ну, это ты загнул, — так же тихо отозвался Хан Сюнь.
— А вот и нет, — зашептал Линь Чжисюй. — Спорим, слухи на форумах про богатство Брата Цзуна — чистая правда?
Хан Сюнь на секунду задумался:
— Я не о часах. Просто тебе самому не мешало бы ценить себя чуть выше.
Линь Чжисюй на мгновение завис, переваривая услышанное, а затем расплылся в улыбке и шутливо ткнул его кулаком в плечо:
— Спасибо, бро, я тронут.
Шан Цзун и менеджер Шао Юань устроились за соседним столиком и о чем-то негромко беседовали. Цзянь Цинфань достал из холодильника несколько бутылок ледяной газировки, и парни шутливо чокнулись стеклянным горлышком об горлышко.
— Ну, за... — Инь Синцзэ задумчиво склонил голову набок, подбирая повод. — Слушайте, а праздновать победу в тренировочном матче — это не слишком убого?
— Да какая разница, наливай да пей! — махнул рукой Линь Чжисюй. — К тому же, отличный повод!
— И то правда, — согласился Цзянь Цинфань. — Меня сегодня вообще шокировало, насколько слаженно вы отыграли. С ходу и не скажешь, что вы с Дао впервые в одной связке.
Вэнь Чэ хмыкнул:
— Признавайтесь, вы вчера тайком от нас всю ночь в дуо катались?
За столом покатился дружный хохот. Хан Сюнь тоже улыбнулся. Откровенно говоря, он и сам не ожидал, что они с Линь Чжисюем, будучи столь непохожими по характеру, найдут на карте общий язык без единой заминки. В ключевые моменты они действовали синхронно, словно читали мысли друг друга.
Впечатления от игры топ-лейнера и саппорта тоже остались самые приятные. Цзянь Цинфань на Кха'Зиксе действовал нагло, но расчетливо. Он дышал полной грудью и на линии, и в командных сражениях, раз за разом ловя соперников на ошибках и влетая в драку с ювелирной точностью. А Инь Синцзэ подкупал своей агрессивной, рискованной манерой — у парня было великолепное чутьё на инициацию.
Однако больше всех Хан Сюня удивил именно Вэнь Чэ, который сейчас вовсю подкалывал их. Во времена выступлений во Лиге развития (LDL) тот славился бешеной реакцией и гиперагрессивным стилем. В связке с талантливым саппортом Ци Янем они наводили ужас на всю Лигу развития.
Обратной стороной медали была дурная слава: Вэнь Чэ журили за полное отсутствие игровой дисциплины. Он часто играл спустя рукава, бессистемно бродил по карте и глупо погибал. Вдобавок ко всему, его обвиняли в апатичном пофигизме — казалось, у парня напрочь отсутствуют амбиции и спортивная злость.
В год, когда его бывший клуб пробился в финал Лиги развития, в решающей партии Вэнь Чэ играл на раскормленной Джинкс. Имея колоссальный перевес по золоту, он умудрился трижды кряду умереть на ровном месте. Это были нелепые, безрассудные ошибки, из-за которых колоссальное преимущество команды растаяло как дым. Противники воспользовались подарком и перевернули игру.
Камбеки в киберспорте — дело обычное, но в тот раз разрыв по золоту был слишком велик, а нелепая череда смертей Джинкс выглядела настолько дико, что зрители до сих пор вспоминали ее с содроганием. В сети поползли слухи о подставном матче. Как раз тогда администрация Лиги развития устроила масштабную чистку, и под горячую руку попал Вэнь Чэ. Проверка подтвердила его абсолютную невиновность — парень попросту словил помутнение разума, — но шлейф скандала потянулся за ним на годы.
Учитывая, что к Лиге развития внимания приковано в разы меньше, чем к высшему дивизиону, прославиться там на всю страну благодаря столь эпичному провалу — тоже своего рода достижение. Неудивительно, что когда Шан Цзун настоял на трансфере Вэнь Чэ в WAVE, фанаты на форумах крутили пальцем у виска, сомневаясь в адекватности тренера.
Трудолюбием можно компенсировать недостаток таланта, но как исправить халатное отношение к делу и слабую менталку?
И все же за первый год в LPL стиль Вэнь Чэ преобразился до неузнаваемости. Он заиграл надежно и выверенно, превратившись в главный оплот обороны WAVE. Каким бы тяжелым ни оказывалось положение на карте, он оставался самым невозмутимым звеном команды. Хотя не исключено, что этот лоск хладнокровия ложился на него исключительно на фоне излишне эмоциональных тиммейтов.
Хан Сюнь знал эту историю, но, столкнувшись с Вэнь Чэ лично, все равно поразился переменам. Каким бы одаренным ни был игрок, кардинально перестроить свой стиль — задача колоссальной сложности. Оставалось лишь гадать: то ли тот кошмарный финал послужил для него ледяным душем, то ли у Шан Цзуна нашлись свои тайные рычаги влияния.
Тем временем за соседним столом вовсю разглагольствовал Шао Юань:
— Нет, ну каков стервец! Глаз-алмаз у тебя, конечно. Как можно было без единых официальных тестов разглядеть, что Сяо Дао так идеально впишется в состав?
— Если честно, — негромко ответил Шан Цзун, — я и сам не ожидал столь мощной синергии.
— А ведь во время трансферного окна я всю плешь себе проел сомнениями, — продолжал менеджер. — Парень-то рукастый, спору нет, но стоило ли устраивать эту войну с OWN? А теперь вижу — каждая копейка отбилась! Ишь, распустили слухи: «нелюдимый, замкнутый, необучаемый»... Вранье чистой воды! Очаровательный же малый, просто скромный. Оставить такого таланта мариноваться в OWN, где на игроков смотрят как на скот — преступление против здравого смысла!
Шан Цзун с улыбкой наблюдал за праведным гневом коллеги, потягивая из чашки дешевый чай. Шао Юань выговорился, перевел дух и подался вперед:
— Слушай, а как тебе вообще удалось уломать нашего прижимистого босса? Помню, когда OWN взвинтили цену, он в бешенстве выскочил из кабинета, пообещав никогда больше не иметь с ними дел. Ты что, подписал с ним кровью какое-то кабальное обязательство?
Шан Цзун усмехнулся:
— До кабалы дело не дошло. На результат команды влияет слишком много переменных, я не провидец и не могу давать стопроцентных гарантий. Но мы действительно подробно обсудили наши планы на сезон.
— Признаюсь честно, — смущенно кашлянул Шао Юань. — Посмотрел я на эту единственную игру, и у меня уже крышу сносит от перспектив. Как думаешь, есть шанс пробиться в топ-4 лиги?
— Моя планка несколько выше, — спокойно заметил Шан Цзун.
— Да ладно? Куда уж выше? — хохотнул менеджер. — Неужели метишь в чемпионы сплита?
Взгляд Шан Цзуна скользнул мимо него и остановился на соседнем столике, где продолжалось бурное веселье. Линь Чжисюй и Инь Синцзэ увлеченно пытались соорудить что-то из пустых стеклянных бутылок под брезгливым взором Цзянь Цинфаня, в то время как Хан Сюнь и Вэнь Чэ с неподдельным любопытством наблюдали за этим процессом.
Шан Цзун улыбнулся:
— Бери выше.
http://bllate.org/book/35492/4477056
Готово:
