Чемодан выплюнуло наружу, и с глухим стуком он упал на багажную ленту. Они выползали один за другим без всякого порядка — медленные и раздражающие, точно у человека с запором.
Дуань Чэньлинь в защитной маске прислонился спиной к стене и прикрыл глаза, пытаясь собраться с силами. Четырнадцатичасовой перелет порядком его измотал, однако прямо перед ним группа шумных молодых людей пылала неиссякаемой энергией. Они толкались и переругивались, а их пронзительный смех резал слух всем вокруг.
Они вовсе не собирались говорить тише, и Дуань Чэньлинь услышал, как две девчонки из их компании, судя по всему, перевели тему на него, уже несколько минут переталкивая друг друга локтями.
— Иди ты, давай же, иди!
— Я не смею, хи-хи, иди сама попроси!
Дуань Чэньлинь с раздражением приподнял голову и в упор посмотрел на них. Его зрачки были черными и глубокими, а в тени от волос казалось, будто на них вовсе нет бликов.
Две девчонки, открыто глазевшие на него, испугались его взгляда и торопливо перебежали в другое место.
— …Чего это он такой страшный?
Его багаж выдали едва ли не последним. Подхватив чемодан, он направился к выходу на парковку — они с Чэнь Шицзинем договорились встретиться именно там.
Зазывалы на нелегальных такси едва не перекрыли вход на парковку. Дуань Чэньлинь шел глядя строго перед собой: почти метр девяносто роста и аура человека, к которому лучше не подходить на пушечный выстрел, создавали мощнейшее давление, так что те, у кого хватало ума, к нему даже не совались.
Однако нашелся один бестолковый водила, который все же привязался:
— Эй, красавчик! Не подбросишься? Куда путь держишь? Как раз одного человека не хватает, сразу поедем!
Дуань Чэньлинь не отвечал — его отказ читался более чем ясно.
В самый разгар удушливой летней жары в нос Дуань Чэньлиню ударил застарелый кислый запах пота. Водитель не отставал ни на шаг и тащился за ним почти сотню метров. Парень нахмурился и, потеряв всякое терпение, бросил:
— Не нужно.
Но собеседник проявил необычайное упорство. Людей было много, преследовал он неотступно, и в суматохе кто-то случайно наступил на его белые кеды, оставив на ткани отчетливый серый след.
Дуань Чэньлинь остановился, опустил голову и несколько секунд молча смотрел на обувь.
Водитель ни капли не смутился:
— Ой, извини, извини! Молодой человек, давай подвезу, очень недорого, поедем?
Дуань Чэньлинь спросил:
— Сколько?
Заметив интерес, таксист тут же пристроился рядом. Впившись в него жадным взглядом, он поспешно затараторил:
— Куда тебе? До Южного вокзала всего двести!
Дуань Чэньлинь снова спросил:
— Через сколько отправление?
Водитель уже протягивал руку, собираясь схватить его за локоть:
— Ой, да прямо сейчас трогаемся! Ждать не надо, машина вон… Ой!
Не успел он договорить, как обо что-то запнулся и тяжело рухнул на землю. Гордость заставила его машинально оглядеться по сторонам, но он встретился лишь с холодным взглядом молодого человека, который смотрел на него сверху вниз. Из-за контрового света рассмотреть выражение лица было невозможно — оно полностью топилось в темных тенях, и парень даже не думал протягивать руку помощи.
Парковку разделяли ряды каменных тумб. Неизвестно в какой момент они забрели сюда, отойдя довольно далеко от зоны ожидания.
Хотя для того, чтобы поймать такси или дождаться автобуса, идти в эту сторону вообще не было никакой нужды.
Народу вокруг было полно, так что таксист поспешно поднялся на ноги и попытался сохранить лицо:
— Ой, ты вот человек какой, даже не предупредил…
Дуань Чэньлинь развернулся на каблуках и зашагал прочь.
— Машина не нужна!
Пожалуй, сообразив, как нелепо это выглядит, преследовать его больше не стали.
Дуань Чэньлинь нашел свободное место и присел. Он уже собирался позвонить Чэнь Шицзиню, как вдруг заметил, что от того не пришло ни одного сообщения. Тот скинул весточку еще два часа назад: Прости, Чэньлинь, у меня тут внезапное совещание, я попросил Сяо Си встретить тебя, просто жди на прежнем месте.
Дуань Чэньлинь прищурился — из-за небольшой задержки рейса он прибыл на полчаса позже назначенного времени, а это значило, что кое-кто опоздал уже черт знает на сколько.
А может, и вовсе не собирался появляться.
Дуань Чэньлинь решительно собрался взять такси до дома самостоятельно, как вдруг перед ним упала тень. Он поднял взгляд…
У пришедшего на веках красовалась маленькая аккуратная черная мурашка, ресницы были черными и густыми, а пухлая ложбинка на верхней губе бросалась в глаза. Когда он говорил, крошечное черное металлическое колечко на его ушном хряще покачивалось из стороны в сторону. Скрестив руки на груди и задрав нос, он обладал донельзя красивой, ослепительной внешностью — если бы только выражение его лица не было таким неприязненным и пренебрежительным.
Шао Си НЕ ЖЕЛАЛ ехать сюда НИ ЕДИНОЙ СЕКУНДЫ!
Хотя они были знакомы еще с детского сада, ладили они с Дуань Чэньлинем из рук вон плохо, а учитывая последний инцидент перед их расставанием четырьмя годами ранее, Шао Си до сих пор понятия не имел, как смотреть тому в глаза.
Больше всего бесило то, что это была вовсе не его вина!
Однако Чэнь Шицзинь, который изначально должен был встречать Дуань Чэньлиня, внезапно оказался занят, и ему пришлось упрашивать Шао Си.
Шао Си возмутился:
— Что, за границей он инвалидом стал?
Но Чэнь Шицзинь знал, что Шао Си смягчится — как-никак, они были товарищами по детским играм.
И вот, пожалуйста, приперся.
Между ними не было и намека на теплую встречу старых друзей, они даже банальным «давно не виделись» не обменялись.
Дуань Чэньлинь молчал, лениво откинувшись на спинку сиденья и в упор разглядывая лицо Шао Си.
Без того неуютная атмосфера от такого прямого взгляда стала для Шао Си еще невыносимее. Но он помнил о природной гнилой натуре Дуань Чэньлиня: если сейчас смалодушничать и спрятаться, тот потом будет подкалывать его даже после кремации, отпуская шуточки прямо на урну с прахом.
Нельзя проигрывать! Он упрямо вытянул шею и встретился с ним взглядом.
Спустя мгновение Дуань Чэньлинь отвел глаза, и его ровный голос прозвучал без каких-либо эмоций:
— Благодарю за столь высокую честь, молодой господин лично удосужился явиться. Я уж думал, твоя благородная память растеряла все былые воспоминания.
Это он так тонко поддевал его за опоздание. Шао Си аж передернуло от досады — на самом деле он перед самым выходом все еще сомневался и чуть не оборвал лепестки с подаренных кому-то роз. Сначала он опоздал всего на несколько минут, но по дороге угодил в пробку, и время понемногу утекло.
Впрочем, благодаря острому языку Дуань Чэньлиня эмоциональный фон между ними сразу встал на нужные рельсы. Они молчаливо проигнорировали то происшествие четырехлетней давности, вернувшись к привычному формату общения.
К той ситуации, которой Шао Си мог управлять.
— С чего бы вдруг? — парировал он. — Ты ведь вернулся на родину с триумфом после учебы, а матушка отдала мне строжайший приказ: пропадет хоть один волосок — спросит с меня по всей строгости. Идем?
Дуань Чэньлинь поднялся на ноги, подхватил чемодан и послушно зашагал следом за Шао Си.
В голосе Шао Си проскользнуло ехидство:
— Впрочем, неудивительно. Спустя четыре года возвращаться на родину в одиночестве, возвращаться этаким бродягой, за которым никто не приехал — это ведь ужасно жалко, верно?
Дуань Чэньлинь уставился на затылок Шао Си, словно пытаясь что-то выведать, и заметил:
— Ты совсем не изменился.
Будь на его месте кто-то другой, он бы наверняка решил, что Дуань Чэньлинь пустился в философские размышления о превратностях судьбы и человеческом тепле. Но Шао Си знал Дуань Чэньлиня лучше, чем кто бы то ни было на свете.
И точно, следующая фраза Дуань Чэньлиня гласила:
— Всё так же любишь совать нос в чужие дела.
— Тц! — Шао Си уже собирался вспыхнуть, как вдруг услышал крик.
Неподалеку несколько девушек, явно приехавших в Город G на отдых, испуганно замахали руками и начали пятиться назад, в то время как мужчина в черной одежде наступал на них по пятам.
— Нам правда не нужно, мы уже поймали машину.
— Ой, да отмените заказ и делов-то! Красавицы, раз вы такие прелестные, я вам скидку сделаю, а? Ну как, поехали?
Дуань Чэньлинь сразу узнал его — это же тот самый прилипчивый водила нелегального такси, который только что вился вокруг него.
Шао Си фыркнул, с лихой удалью отпихнув назад мешавший ему чемодан, и, разминая кулаки, направился туда.
Чемодан был тяжелым, а толчок получился слишком сильным. Не остановившись у самых ног, он наотмашь проехался прямо по белым кедам Дуань Чэньлиня.
Дуань Чэньлинь: «……»
Слева серый след, справа полоса от протектора — полная симметрия.
Снаружи он сохранял невозмутимый вид, но в мыслях уже обдумывал, как заставить Шао Си отмывать его обувь.
У Шао Си был прямой нос и тонкие губы, и когда он хмурился, то выглядело это на удивление грозно:
— Эй, не слышишь, что они говорят «нет»?
Но подобные махровые шовинисты и заносчивые «молодчики» в упор не воспринимали смазливых парней всерьез. Водитель без малейшего почтения шагнул ему навстречу:
— Слышь, тебя вообще какое дело?
Шао Си с детства не проиграл ни одной драки, к тому же Город G был его территорией. Не отступая ни на шаг, он криво усмехнулся:
— Что? Драться собрался?
Таксист просто пытался запугать народ и никак не ожидал, что этакая фифа не испугается. В аэропорту частникам промышлять извозом запрещалось, и как бы власти ни закрывали на это глаза, рисковать никто не хотел — завяжись драка, им самимльготно не покажется.
Сплюнув на землю, водитель ретировался:
— Твою мать, наткнулся на двух психов за день.
Шао Си небрежно бросил:
— Похоже, сегодня кто-то решил вершить правосудие. Интересно, чей это благородный подвиг?
Дуань Чэньлинь ответил:
— Мой.
Шао Си на секунду замер и закатил глаза:
— Похоже, сегодня тут еще и собака собаку съела. Интересно, что это за хорошая собачка.
Дівчата с благодарностью извинились перед Шао Си, и когда он обернулся к ним лицом, его красота вновь заставила их замереть, прикрыв рты руками.
Одна из них набралась храбрости и спросила:
— Ой, послушайте… Красавчик, а у вас есть вторая половинка?
Услышав это, Шао Си улыбнулся. Его глаза изогнулись дугами, а мушка на веке придала взгляду невероятное очарование:
— Нет, но есть кое-кто любимый, простите, девочки.
Девушка перевела взгляд с Шао Си на стоящего рядом Дуань Чэньлиня, внезапно всё поняла, вскинула руки в примиряющем жесте и сложила пальцы в знак «ок». В крайнем волнении она замахала руками, а ее лицо так и кричало: «Я всё поняла!» и «Я шипперю их!».
http://bllate.org/book/35468/4385459
Готово:
