Он изначально хотел отказаться, но настойчивость собеседника была слишком очевидной, а цель — слишком явно выраженной. Стоило Янь Циннин взглянуть на него, как он сразу понял: этот стример намеренно держит его на крючке, а сейчас почему-то — совершенно нарочито — от него отстраняется.
Янь Циннин чувствовал себя немного раздраженным. Он демонстративно переводил деньги, пытаясь прощупать собеседника, но обнаружил, что тот не только холоден в общении, так еще и забирает все деньги до последнего гроша.
Янь Циннин подал голос и поинтересовался: — Стример?
— Малыш Чжоу хочет стать сильнее?
По неизвестной причине у Гуй Сянсюня возникло чувство неловкости, словно его имя из соцсетей выкрикнули прилюдно. С трудом переборов смущение, Гуй Сянсюнь опустился на стул и, не удержавшись, поднял взгляд на Янь Циннин: — Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя самая заурядная внешность? — Взгляд Гуй Сянсюня был слегка сложным.
Система: [……] Будь она неладна.
Янь Циннин немного нервничал. Когда дошло до критического момента, он, наоборот, не осмеливался поднять глаза на Гуй Сянсюня. Сейчас он казался совсем не таким, каким был во время переписки. — Серьезно? — Он немного замялся в речи. — А я думал, ты страшный.
Система: [……] Ну вы оба и мастера вести диалоги.
Сам Гуй Сянсюнь испытывал противоречивые чувства, но стоило ему вспомнить мерзкие выходки сидевшего перед ним мужчины, как на лице тут же пропало всякое подобие доброжелательности: — Ты заказал блюда? Если наелся, я пойду.
Янь Циннин замер, не веря своим ушам. Хотя угощал-то он, но вести себя вот так — это уже верх бестактности!
Изначально он стоял за спиной Гуй Сянсюня, но теперь, направляясь к своему месту, попутно удивился: с каких пор здесь сменился ароматизатор воздуха?
Янь Циннин цыкнул: — Когда мы только познакомились, у тебя была совсем другая манера общения.
Гуй Сянсюнь хмыкнул: — Какая же? — Он с улыбкой посмотрел на Янь Циннин. — Молодой господин, мы можем уже поесть?
— М? — многозначительно протянул Гуй Сянсюнь.
Янь Циннин чувствовал, что собеседник совсем не похож на того угодливого человека, который добавлял его в контакты в самом начале. И правда, стоит омеге добиться своего, как он тут же перестает ценить партнера, верно? К своему острому удивлению, он заметил, что на затылке у парня не было и следа метки. Янь Циннин не удержался от мысли: ладно он сам не любит носить ошейник-намордник, но почему этот парень пренебрегает даже стикерами для изоляции феромонов? Это же просто абсурд какой-то!
Гуй Сянсюнь уставился на расставленные по столу блюда — при виде этого человека у него совершенно пропал аппетит. Посмотрев на еду некоторое время, он все же поднял глаза на Янь Циннин и выпалил: — Не хочешь со мной повстречаться?
Янь Циннин не сразу сообразил, что к чему. Его мозг всё еще обрабатывал фразу «повстречаться со мной», едва справляясь с переводом. Выпучив глаза, он уставился на Гуй Сянсюня, думая про себя: неужели сценарий перевернулся с ног на голову? Разве не ты с самого начала относился ко мне холодно и игнорировал? Разве не ты с самого начала относился ко мне холодно и игнорировал?
На этот раз заикаться начал уже Янь Циннин. Когда он изначально нес чушь в сети, предлагая встретиться в отеле, то лишь хотел заставить парня отступить, осознав всю сложность затеи. Кто же знал, что тот станет только упорнее? Янь Циннин невольно задался вопросом: неужели он и впрямь обладает столь неотразимым очарованием?
Впрочем, дело было еще и в том, что Гуй Сянсюнь оказался чертовски хорош собой. У него были невероятно выразительные глаза с поволокой, и если не считать холодного взгляда, изъянов у него практически не наблюдалось.
— Повстречаться? — Янь Циннин снова заикался.
Окинув Гуй Сянсюня оценивающим взглядом, он решил, что внешность парня более чем подходит ему самому. Но неужели тот действительно, как и предупреждал его друг, намеренно держал его на крючке, чтобы привлечь к себе внимание и вызвать интерес?
Гуй Сянсюнь холодно бросил короткое «угу». И хотя он вроде как изъявил желание завязать отношения, особого энтузиазма в его тоне не слышалось.
Глядя на Гуй Сянсюня, Янь Циннин вмиг растерялся: кто из них здесь преследователь, а кого преследуют?
Придирчиво оглядев Гуй Сянсюня, Янь Циннин вынужден был признать, что к внешности придраться невозможно, а вот отношение к нему претерпело разительные изменения. Замявшись, он спросил: — Ты что, ухаживаешь за мной?
— Разумеется, — странным взглядом окинул его Гуй Сянсюнь.
Янь Циннин не выдержал: — Стой, и это твое отношение к делу?
Гуй Сянсюнь ответил: — Нормальное отношение. По-моему, я тебе вполне подхожу. Наша парочка — это в самый раз, горшок нашел свою крышку.
Янь Циннин: — […] В общем-то, верно.
Выражение лица Янь Циннин стремительно менялось. Он не дал ни согласия, ни отказа, а потому посмотрел на Гуй Сянсюня со сложнейшей гаммой чувств на лице: — Слушай, а ты вообще не хочешь ничего съесть?
Гуй Сянсюнь ответил честно: — Что-то аппетита нет.
Янь Циннин не удержался: — Ты что, объелся перед выходом?
Чем дольше Гуй Сянсюнь смотрел на это лицо, до боли напоминающее лицо Янь Циншэна, тем сильнее оно ему претило. — Нет, аппетит пропал просто оттого, что смотрю на тебя.
Янь Циннин подумал, что, похоже, попал на профессиональную разводку на деньги. Его губы едва заметно дрогнули, но в конце концов он так ничего и не произнес. Взяв стакан, он сделал глоток воды, чтобы успокоиться, и все же выдавил: — Погоди-ка, а разве не ты первым добавил меня в контакты?
Гуй Сянсюнь протянул «а-а», приподнял веки и окинул Янь Циннин оценивающим взглядом с ног до головы: — Вообще-то, мне, наверное, больше подошел бы виртуальный роман.
Янь Циннин не поверил своим ушам: — Тогда зачем ты сейчас за мной ухаживаешь?
Гуй Сянсюнь и сам толком не понимал, что творится в головах у этих мужчин-гомосексуалов. Во всяком случае, все предубеждения против Янь Циннин мешали ему сейчас вести с ним хоть сколько-нибудь спокойный диалог. Сохраняя невозмутимое выражение лица, он понес откровенную чушь: — Страсть затмила разум.
Янь Циннин совершенно не видел в нем никаких признаков затмившей разум страсти. Он начал подозревать, что связался с мошенником — разве что внешность у этого мошенника оказалась слишком уж выдающейся.
— Ты все-таки поешь немного? — не выдержал Янь Циннин. — Ты что, правда не притронешься ни к одному блюду с этого стола? Я же специально заказывал всё самое дорогое, тебе точно должно понравиться.
Уловив в его словах скрытый намек на свой меркантилизм, Гуй Сянсюнь бросил на Янь Циннин взгляд: — Не лезет.
Настроение Янь Циннин мгновенно упало ниже плинтуса. Он-то шел на свидание с объектом симпатии, а в итоге всё выглядело так, будто они заклятые враги, встретившиеся на узкой дорожке. И при таком отвратительном отношении Гуй Сянсюнь даже не думал раскаиваться. — Я вообще-то твой главный донатер на стримах, — заявил он. — Нельзя ли быть чуточку поучтивей? Я ведь тоже немало денег в тебя вбухал.
Гуй Сянсюнь приподнял веки, его взгляд упал на Янь Циннин, и он криво усмехнулся, растянув губы в фальшивой улыбке: — Ну что вы, молодой господин, как изволите меня ублажить? Может, номер в отеле снимем, чтобы вам прислуживать?
Янь Циннин потер нос, чувствуя, как внутри зашевелилось смутное желание. Глядя на Гуй Сянсюня, он на мгновение поддался искушению, но в его планы вовсе не входило заходить так далеко — по крайней мере, наглеть до такой степени он не решался. — Я полагаю… — он задрал подбородок, приняв довольно горделивый вид. — Ладно, плесни-ка мне вина.
Стоило зайти разговор о деньгах, как к Янь Циннин вернулась уверенность. Он закинул ногу на ногу, задрал подбородок и кивком указал на бокал перед собой, призывая Гуй Сянсюня к действию.
Гуй Сянсюнь нахмурился, в его взгляде мелькнуло раздражение: — Я не пью.
Янь Циннин это не устроило: — А кто тебя заставляет пить? Заведение здесь приличное, я просил тебя налить вино мне, а не составить мне компанию за рюмкой.
Взяв бутылку Романе-Конти, Гуй Сянсюнь доверху наполнил бокал Янь Циннин. Он с силой толкнул бокал вперед — гранатово-красная жидкость пошла волнами о стенки сосуда, а затем вновь улеглась в зеркальную гладь.
Реакция Гуй Сянсюня показалась Янь Циннин крайне пресной, и он не удержался: — Ты что, и покормить меня не можешь?
Гуй Сянсюнь приподнял веки и насмешливо фыркнул: — Может, мне еще с тобой в постель лечь?
Янь Циннин постарался взять себя в руки, поскольку понял, что между ним и Гуй Сянсюнем пролегла пропасть непонимания. Взяв высокий бокал за тонкую ножку, он сделал небольшой глоток, а затем снова посмотрел на парня. Его внимание привлекли глаза Гуй Сянсюня — сейчас они выглядели невероятно красивыми, глубокими и проникновенными… но казалось, будто они способны прожечь насквозь.
— Сам видишь, я с тобой по-хорошему, — не выдержав, произнес он. — Ничего сверхъестественного от тебя не требую.
Поспорив с ним добрую половину дня, Гуй Сянсюнь и сам немного устал. Побув некоторое время в задумчивости, он среагировал на слова Янь Циннин: — И правда, с тобой занятно. — Его отношение самую малость потеплело, а до того бесстрастное лицо слегка расслабилось. Он уставился на кусочки ананаса в одном из блюд, погрузившись в себя.
Сделав глоток вина и бросив взгляд на точеный профиль Гуй Сянсюня, Янь Циннин вдруг поймал себя на мысли, что вино стало еще вкуснее. В профиль парень казался донельзя мягким и кротким, а растрепавшиеся вокруг лица пряди волос лишили его привычной доли колючести, придавая домашний, уютный вид.
Красное вино мягко скатилось в желудок. Наблюдая за тем, как скованно держится Гуй Сянсюнь, Янь Циннин между делом бросил: — Так как тебя на самом деле зовут? Неужели и правда Линь Сяочжоу?
Глаза Гуй Сянсюня медленно переместились на Янь Циннин. Огромная хрустальная люстра на потолке отразилась в его зрачках тысячей прозрачных осколков, каждый из которых искрился светом, казалось, просвечивая Янь Циннин насквозь. — Откуда узнал? По нику и WeChat догадался?
Угаданный в точку Янь Циннин легко кашлянул и не преминул заметить: — Ну… разве тебя зовут не так?
Гуй Сянсюню показалось, что этот парень, вылитый Янь Циншэн, говорит довольно забавные вещи. Не удержавшись от улыбки, он с самым серьезным видом произнес: — Давай-ка я тогда тоже угадаю твое имя. И как тебе идея?
В сердце Янь Циннин шевельнулось смутное предвкушение. Вообще-то он воспринимал встречу с Малыш Чжоу хочет стать сильнее исключительно как повинность — рассчитывал увидеться просто для того, чтобы утолить любопытство, и точка. Кто же знал, что все обернется так интересно? Сделав глоток вина, он предложил: — Ну попробуй угадай, как меня зовут?
Гуй Сянсюнь тоже налил себе бокал и слегка качнул его. Огромная люстра рассыпалась бликами в гранатово-красной жидкости, и Гуй Сянсюнь, словно зажав в ладони крошечную луну, перевел взгляд на Янь Циннин, отчего упавшая на лоб прядь волос чуть качнулась: — Спорим, твоя фамилия Янь?
Янь Циннин на мгновение изумился: — Какая именно из фамилий?
Гуй Сянсюнь пальцем нацарапал иероглиф на стеклянной столешнице. На этот раз Янь Циннин действительно поразился и не удержался от вопроса: — Откуда ты знаешь?
Сделав небольшой глоток, Гуй Сянсюнь вдруг подумал, что дразнить сидящего перед ним парня чертовски весело — по крайней мере, тот оказался совсем не таким отъявленным негодяем, как рисовалось в воображении (впрочем, возможно, всё дело было в том, что он встретил его по одежке из-за поразительного сходства с Янь Циншэном). Продолжая гнуть свою линию, он произнес: — А еще я знаю, что в твоем имени или в именах кого-то из твоих близких наверняка есть иероглиф «цин» — такой же, как в слове «зеленые горы».
Янь Циннин аж ахнул: — Да ты откуда всё это знаешь? Ты что, пробил мои данные?
http://bllate.org/book/35456/4383045
Готово:
