Мо Нинчэнь, если в его голове и не было никаких проблем с мозгом, всё равно оставался юношей в самом расцвете сил — крайне подвижным. Было просто невозможно, чтобы он целыми днями сидел взаперти дома. Как и любой богатый наследник его возраста, он сейчас либо учился, либо гонял на машине по городу, зависал в клубах или клеил девчонок. Сидеть дома целыми дни напролёт вот таким тихоней было практически нереально.
На самом деле семья Мо вовсе не запрещала ему выходить на улицу.
У Мо Нинчэня не было близких друзей вне дома, кроме Ли Цзюня, но теперь они перестали общаться. Поразмыслив так и этак, Мо Нинчэнь вспомнил про Линь Юаня и пошел спросить его, не хочет ли он куда-нибудь выбраться вместе.
В такую жару у Линь Юаня совсем не было настроения куда-то тащиться, поэтому он без колебаний отказался.
На красивом лице Мо Нинчэня тут же появилось разочарованное выражение.
Линь Юань бросил взгляд на его лицо и тут же отвёл глаза: «Даже если ты будешь строить такую жалостливую мордашку, моё сердце не смягчится».
Мо Нинчэнь спросил:
— И правда не пойдёшь?
Линь Юань ответил:
— А что хорошего в том, чтобы куда-то идти? Снова в парк развлечений? Жарища, народу тьма. Не пойду.
Мо Нинчэнь тяжело вздохнул, теребя пальцы, уселся на корточки у самой кровати, так что видны были лишь его чуть унылая спина да гладкая шея.
Линь Юань вытащил пёрышко и провёл им по задней части его шеи, заметив, как у того слегка задрожали плечи. Улыбнувшись, он лениво произнёс:
— А давай так: отведу тебя в теннис поиграть?
Мо Нинчэнь не проявил к этому особого интереса и даже не обернулся, лишь качнул головой, демонстрируя своё настроение.
Линь Юань продолжил:
— Что хорошего снаружи? Сам подумай: будь мы в деревне, я бы мог сводить тебя в горы пособирать восковницы, половить рыбу и крабиков в речке. А что тут делать? Ничего интересного, жара такая, что кожа облезть может.
Помолчав, он добавил:
— Сходить в бар посмотреть на что-нибудь новенькое ещё куда ни шло, но мы же оба несовершеннолетние. Если припрёмся туда вдвоём, нас ведь живьём сожрут, да?
Он лениво нёс всю эту чепуху и, заметив, что парень опускает голову всё ниже и ниже, словно норовя уткнуться носом в грудь, снова невольно улыбнулся:
— Разве у тебя дома нет развлекательных заведений? Этого более чем достаточно, зачем тебе тащиться в толпу? Давай так: позовём пару ребят, пойдём в игровую комнату рубиться в приставку? На первое время сойдёт, чтобы убить время?
Мальчишкам обычно нравятся одни и те же вещи: видеоигры, новеллы, машины и всё в таком духе.
Мо Нинчэнь поднял лицо, собираясь что-то сказать, но замялся. Линь Юань подбодрил его:
— Хочешь сказать — говори, нечего мямлить.
Мо Нинчэнь произнёс:
— Мне некого позвать.
Линь Юань изумился:
— ...И это у тебя только один друг — Ли Цзюнь?
Мо Нинчэнь мрачно посмотрел на него и спустя мгновение бросил:
— Ты ведь сам его прогнал.
Линь Юань протянул руку и ущипнул его за ухо:
— Ишь ты, неужто всё ещё тоскуешь по нему?
Мо Нинчэнь молчал. Человек вроде него, никогда не знавший нужды в деньгах, на самом деле не понимал истинной ценности тех вещей. Он просто раздавал их налево и направо по собственному капризу, и в этом не было бы ничего страшного, но Ли Цзюнь поступал неправильно, принимая всё подряд. У него оказался слишком широкий аппетит — он стал сам вымогать подарки. Даже оригинальный владелец тела ничего у него не просил, а этот разинул рот на чужое добро, требуя то одно, то другое.
Линь Юань хмыкнул:
— И это всё? Подумаешь, друг! Я сам тебя отведу, сколько хочешь — столько и будет.
С этими словами он поднялся с кровати.
Мо Нинчэнь спросил:
— Мы идём гулять?
Линь Юань ответил:
— Ну да. Разве ты не хотел выйти? Я тебя выведу.
Мо Нинчэнь воодушевился и тут же вскочил с пола.
Линь Юань окинул его взглядом и сказал:
— Переоденься. В таком виде тебе нельзя на улицу.
Мо Нинчэнь удивился:
— Разве некрасиво?
На нём была чёрная майка с американской проймой, и на плечах и руках рельефно вырисовывались невероятно красивые линии мышц. Кожа была белой и гладкой, а падавшие из окна лучи света заставляли её едва заметно мерцать теплым блеском, словно нефрит. Из-за этого его фигура проступала чересчур отчётливо, и стоило ему выйти так на улицу, он гарантированно привлёк бы взоры целой толпы влюблённых девчонок.
С какой стати он должен носить платья и притворяться девушкой, пока Мо Нинчэнь блистает во всей красе? Несправедливо.
Победив мимолётное чувство зависти, Линь Юань заставил Мо Нинчэня переодеться в просторную футболку с коротким рукавом, которая скрывала всё, кроме его широких плеч.
Сам же Линь Юань облачился в длинное шифоновое платье с завышенной талией, натянул на голову белую бейсболку и, слегка опустив голову, явил миру лишь точеный белый подбородок.
Мо Нинчэнь наклонился, заглядывая снизу в лицо Линь Юаня из-под козырька, и пробормотал:
— Из-за этой кепки твоего лица совсем не видно.
Линь Юань выудил из гардеробной ещё одну белую бейсболку и решительно водрузил её на голову Мо Нинчэню:
— Надень тоже, а то обгоришь на солнце.
Парень должен выглядеть чистеньким и ухоженным, чтобы нравиться девушкам. Пусть они и были соперниками друг для друга, но капля благородства у Линь Юаня всё же имелась.
Честно говоря, если бы они соревновались в популярности, он вряд ли смог бы тягаться с Мо Нинчэнем. В конце концов, внешность и фигура Мо Нинчэня были просто выдающимися, а он сам… при росте чуть больше метра семидесяти в реальной жизни однажды услышал от тайно влюбленной в него девочки презрительное «второсортный инвалид»… В общем, вспоминать об этом не хотелось.
Отбросив эти неприятные мысли, Линь Юань ухватил Мо Нинчэня за руку и потащил за собой вниз по лестнице.
— Да, кстати, а ты денег с собой взял? — спохватился Линь Юань, вспомнив о самом важном.
Мо Нинчэнь похлопал себя по карманам и виновато произнёс:
— Забыл, Юань-юань. Подожди секунду, я сбегаю за карточкой.
— Иди, только быстрее! — едва Линь Юань договорил, как Мо Нинчэнь тут же развернулся и умчался.
Линь Юань не стал ждать его на месте, а, придерживаясь за перила, продолжил спускаться вниз, рассеянно поглядывая в экран телефона.
Вдруг нога соскользнула, и Линь Юань полетел вперёд. Издав короткий испуганный вопль, он судорожно вцепился в перила: «Ой мамочка, чуть не убился!» Глубоко вздохнув, он понемногу выровнял равновесие. И в этот самый момент он спиной почувствовал чей-то взгляд. Обернувшись, он столкнулся лицом к лицу с непроницаемым лицом Мо Цзуньвэя.
— Юань-юань! — раздался голос Мо Нинчэня.
Мгновенно среагировав, Линь Юань увидел за спиной Мо Цзуньвэя спешащего к ним Мо Нинчэня.
Яростно подбежав, Мо Нинчэнь заслонил Линь Юаня собой и выпалил, глядя на Мо Цзуньвэя:
— Я всё видел! Ты только что толкнул её! Как тебе не стыдно? Я обязательно всё расскажу папе, пусть он тебя накажет!
Он упорно сверлил взглядом лицо Мо Цзуньвэя, так что переносица у него собралась в лёгкую гармошку.
Линь Юань не совсем понимал, что происходит, и выглянул из-за спины Мо Нинчэня:
— Кто меня толкнул?
Мо Нинчэнь раскинул руки в стороны, заталкивая его голову обратно:
— Не бойся, я с тобой! Он тебя в обиду не даст.
— Эээ… — Линь Юань, оценив обстановку, быстро во всём разобрался. — Послушай… это недоразумение, он меня не обижал.
Голос Мо Нинчэня зазвенел громче:
— Не бойся ты его, я же видел! Ты чуть не упала из-за него, я обязательно скажу отцу, чтобы он заступился за тебя!
Линь Юань лишь слегка призадумался, как всё понял. Неизвестно, когда именно Мо Цзуньвэй спустился вниз и сделал это абсолютно бесшумно, так что Линь Юань даже не догадывался о присутствии кого-то за спиной. Он просто оступился и чуть не рухнул вниз, а поскольку Мо Цзуньвэй стоял прямо позади, с точки зрения коридора выглядело так, будто Мо Цзуньвэй находился за его спиной, после чего он упал. Такой ракурс легко мог натолкнуть на мысль, что это Мо Цзуньвэй толкнул его.
Линь Юань не слишком-то смел связываться с Мо Цзуньвэем и боялся навлечь на себя его гнев, поэтому приложил усилие, дёргая Мо Нинчэня за рукав:
— Говорю же тебе, он меня вовсе не обижал и не толкал! Я сама оступилась, вот и полетела вниз.
Мо Нинчэнь недоверчиво повернул голову, его красивые, слегка округлые и невинные глаза широко раскрылись:
— Но я же сам видел.
Линь Юань спросил:
— Ты видел, как он меня толкнул? Какой рукой он меня толкнул?
Мо Нинчэнь запнулся:
— …Двумя руками?
Линь Юань вздохнул:
— Подумай хорошенько, какой именно рукой.
Будто совершив нечто предосудительное, Мо Нинчэнь уныло опустил раскинутые руки:
— …Я не знаю.
Линь Юань объяснил:
— Ты заметил только, что он стоял за моей спиной, но не видел, чтобы он толкал. С чего ты взял, будто это из-за него я упала?
Слова эти прозвучали, пожалуй, излишне строго. Выслушав их, Мо Нинчэнь помрачнел, бросил яростный взгляд на назналенного им виновника и, развернувшись, сменил тему:
— Пошли отсюда.
Осторожно взглянув на Мо Цзуньвэя и заметив на его лице то же фирменное непроницаемое выражение, Линь Юань невольно занервничал. Связываться с Мо Цзуньвэем он не решался, а вот на Мо Нинчэня было наплевать. Набравшись смелости, он выдавил:
— Раз уж ты всё не так понял, извинись перед старшим братом.
Мо Нинчэнь с изумлением уставился на него, взвизгнув:
— Извиниться? Ты хочешь, чтобы я перед ним извинился?! С какой стати? Я же своими глазами всё видел!
Линь Юань шумно выдохнул и, не глядя на Мо Нинчэня, обратился напрямую к Мо Цзуньвэю:
— Старший брат… Нинчэнь просто всё не так понял. Я приношу извинения за него, не сердитесь.
Разъяренный Мо Нинчэнь не стал слушать Линь Юаня и зашагал к выходу.
Проводив его взглядом, Линь Юань снова повернулся к Мо Цзуньвэю:
— Простите, пожалуйста… У него слишком вспыльчивый характер, вот он и сделал поспешные выводы. Я знаю, что вы ничего не делали, просто я заигралась в телефоне и не смотрела под ноги.
Сказав это, он уже не знал, что добавить, и выдавил напоследок:
— Нам с ним нужно идти, мы побежали.
Не смея проверять реакцию Мо Цзуньвэя, он тут же развернулся и бросился вдогонку за Мо Нинчэнем.
Мо Цзуньвэй отвёл взгляд от спины Линь Юаня. Лицо его по-прежнему оставалось мрачным, источая ледяную, не подпускающую к себе ауру.
Пусть они и были сводными братьями, но в их жилах всё же текла одна кровь. И хоть этот дурачок умом не вышел, а всё же некоторая хватка у него оставалась. Уголки губ Мо Цзуньвэя тронула ледяная усмешка. Он шагнул вперёд и тяжело наступил ботинком на то самое место, где только что стоял Линь Юань.
Мо Нинчэнь хоть и дулся, ушёл недалеко. Линь Юань пробежал пару шагов и заметил его у самого входа.
Мо Нинчэнь сидел на корточках у дверей, прикрывая лицо длинной сильной рукой от палящего солнца. Брошенная им бейсболка валялась на полу рядом.
— И из-за этого ты уже дуешься? — Линь Юань присел на корточки, поднял бейсболку и водрузил её обратно на голову Мо Нинчэню.
Мо Нинчэнь бросил на него косой взгляд, сорвал кепку и снова швырнул на землю.
Ладно, обида оказалась настоящей.
Присев рядом с ним, Линь Юань спролсил:
— Так мы идём гулять или нет?
Мо Нинчэнь холодно бросил:
— Куда еще идти.
— И правда не пойдём? — Линь Юань тоже снял свою бейсболку. — Тогда давай вернёмся в дом под кондиционер, на улице и правда невыносимо жарко.
— … — Мо Нинчэнь пробурчал: — Зачем ты его защищала? Я же своими глазами всё видел!
Линь Юань вздохнул:
— Но ведь то, что видишь глазами, не всегда правда.
Мо Нинчэнь уточнил:
— …Это в каком смысле?
Линь Юань пояснил:
— Это значит, что увиденное твоими глазами — вовсе не обязательно факт. Возьмём то, что ты только что наблюдал: я же непосредственная участница событий? Если бы он реально меня толкнул, я бы непременно это почувствовала! Но на деле я просто сама отеряла равновесие — шла по лестнице и залипала в телефон, так что оступиться было проще простого.
Мо Нинчэнь возмутился:
— Ты всё равно заступаешься за него! Разве ты сама его не терпеть не можешь? Почему ты его выгораживаешь?
Линь Юань почувствовал себя уставшим:
— Да не выгораживаю я его, ты всё не так понял.
Мо Нинчэнь уперся:
— Мне всё равно. Ты ещё и заставила меня перед ним извиняться. С какой стати мне просить у него прощения?
Линь Юань бесстрастно ответил:
— Но ведь ты же не стал извиняться.
Мо Нинчэнь, похоже, сглотнул эту пилюлю, и гнев на его лице немного поутих:
— …Даже если я был неправ, я перед ним извиняться не стану. Юань-юань, ты должна уяснить: мы оба его терпеть не можем, и даже если ошиблись на его счёт, нужно стоять на своём до конца, никаких извинений ему не светит.
Линь Юань удивился тому, что тот способен выдать подобную тираду, однако сейчас лучше было поддакивать, поэтому он кивнул:
— Ты абсолютно прав.
Эффект от поглаживания Мо Нинчэня против шерсти оказался ошеломляющим: на его красивом лице мгновенно расцвела чистая улыбка. Он сам надел бейсболку задом наперед, зачесав назад черные шелковистые пряди и полностью обнажив гладкий лоб:
— Погнали, идем гулять!
Линь Юань тоже натянул свою бейсболку, поднялся на ноги и помог спутнику поправить головной убор.
Сияя от радости, Мо Нинчэнь взял Линь Юаня за руку, и они вместе направились в подземный гараж.
http://bllate.org/book/35441/4381067
Готово:
