Видимо, захлестнувшие эмоции настолько затуманили разум, что Цзинь Юй даже не заметил, как пошёл совершенно не в ту сторону.
Сделать он успел всего несколько шагов, когда Юй Мяо схватил его за рукав.
Прежде чем Цзинь Юй успел опомниться, тот тихо шепнул:
— Эр Си, ты свернул не туда... Рынок же в другой стороне.
—...
Цзинь Юй замёрз на месте, на мгновение прикрыл глаза и глубоко, тяжело перевёл дыхание.
В эту минуту ему стало до тошноты жаль самого себя.
Его захлестнули досада и едкая самоирония из-за собственной несдержанности. Ведь дал же себе слово, что ему всё равно! Твёрдо решил отрезать всё, сжечь мосты. Так почему же один-единственный человек всё ещё способен выбить почву у него из-под ног, заставив действовать столь опрометчиво и глупо?
Выглядел Цзинь Юй паршиво — Юй Мяо понял это, едва взглянув на его профиль.
Прежние догадки пришлось отбросить: Эр Си совершенно точно знал тех двоих. И речь шла не о шапочном знакомстве — тут явно тянулся длинный шлейф старых счётов.
Впрочем, Юй Мяо сделал вид, будто ничего не заметил. Не стал приставать с расспросами и лезть в душу. Вместо этого он быстро сгладил угол, на ходу придумав безобидную отговорку:
— Эр Си, ты что, заново дорогу запоминаешь? Стоило мне уехать на три дня, как ты уже забыл, где овощи покупают! И как ты без меня жить будешь, если я съеду?
Сведя всё к шутке, он разрядил обстановку.
Цзинь Юй сжал кулаки, а затем резко обернулся к другу.
Он прекрасно понимал: Саньшуэй всё проницательно срисовал. Будь на его месте кто другой, уже засыпал бы расспросами. Но Юй Мяо всегда оставался собой — человеком, который бережёт чужие границы и проявляет заботу без лишнего шума. Потому и молчал.
Но ведь они настоящие друзья. По-хорошему, следовало выложиться до конца.
Дело было даже не в нежелании открыться — просто попытка объяснить потребует вытащить на свет ворох старого грязного белья. Вдаваться в эти бесконечные предыстории безумно утомительно. К тому же, если уж решил отречься от той жизни, к чему втягивать Саньшуэя и вешать на него свои проблемы?
Однако юлить и уходить от ответа тоже было не в правилах Цзинь Юя.
Он стоял перед Юй Мяо, застыв в непривычной для себя растерянности.
Юй Мяо поначалу уставился на него во все глаза, ожидая откровенного разговора, но затем, кажется, всё понял без слов. Поджав губы, он тихо фыркнул и от души расхохотался.
Цзинь Юй опешил от такой реакции и воззрился на друга с немым вопросом.
Юй Мяо поднял голову и абсолютно серьёзно посмотрел на него:
— Эр Си, да чего ты так мучаешься-то?
Он подошёл ближе, с улыбкой хлопнул его по плечу и добавил:
— Забыл, что сам мне твердил? «В жизни всё должно идти своим чередом, живи в своё удовольствие. Что бы ни плели вокруг и как бы ни вели себя другие, главное — оставаться собой. Важно то, как ты сам обустраиваешь собственную жизнь».
Слова друга мгновенно всколыхнули воспоминания. Цзинь Юй действительно говорил нечто подобное — тогда, ещё в старшей школе.
В те годы Юй Мяо страдал от кучи комплексов и выглядел вечно зашуганным. Ужасно боялся сплетен и чужих косых взглядов, из-за чего школьные годы превратились для него в сущий ад. Когда они сблизились, Цзинь Юй вправил ему мозги ровно этими словами. И шаг за шагом Юй Мяо научился забивать на чужое мнение.
Вспомнив прежнего, забитого Саньшуэя и взглянув на стоящего перед ним уверенного парня — двух абсолютно разных людей, — Цзинь Юй не удержался от улыбки.
И то верно! Куда делась его собственная бескомпромиссность? С каких пор он сам стал оглядываться по сторонам и мямлить?
Тот человек оставил его в прошлом. Эта страница перевёрнута и покрыта пылью.
Так к чему цепляться за давно умершее вчера?
— Ты прав, — кивнул Цзинь Юй, проясняясь лицом. — Саньшуэй, на самом деле...
Он уже собрался коротко объяснить, кто такие эти трое, но Юй Мяо качнул головой, перебивая его, и с совершенно беспечным видом увлёк за собой в сторону рынка.
— Да ну их! Посторонние люди, нечего на них время тратить, — бросил он на ходу. — Пойдём лучше за продуктами, обед сегодня на мне. Наготовлю вкуснотищи.
Цзинь Юй позволил увлечь себя вперёд и ухмыльнулся:
— Идёт.
Он охотно закрыл тему, решив окончательно выкинуть Шэнь И и его семейство из головы.
***
В это же время в офисе компании Шэнь И встретил неожиданных гостей. Ци Хуэй и Шэнь Юй даже не думали уходить и дожидались его в приёмной рядом с кабинетом.
Накануне Ци Хуэй удержал муж, Шэнь Фанмин, иначе она ни за что не оставила бы Шэнь И одного. Чай, не за границей, где до него руками не дотянуться! Она намеревалась не просто ходить за ним тенью, но и прожужжать все уши, лишь бы отговорить от переезда.
И пусть вчера сдержаться пришлось, сегодня утренний порыв взял верх.
Всю ночь она ворочалась, прокручивая мысли, и пришла к твёрдому убеждению: нельзя позволить Шэнь И таскаться за этим Цзинь Юем! Это же уму непостижимо!
Шэнь И и без того с каждым днём отстранялся от семьи. Да, вырос, да, с сыновьями непросто, но не попустительствовать же до такой степени! А ну как вовсе перестанет считаться с родительским словом?
К тому же, этот Цзинь Юй... Подумать только, молокосос дерзнул пойти против родного отца и заявить о разрыве с семьей Цзинь! Неслыханная дерзость, совершеннейший бунт! С годами его паршивый характер стал совсем невыносимым.
Ци Хуэй до смерти боялась, что Шэнь И заразится этим ядом. Если сын решит последовать примеру и открестится от рода, как им жить дальше?
Шэнь И уже вывел свой бизнес за пределы «Корпорации Шэнь». А ведь у братьев Шэнь Фанмина подрастают собственные дети. Семейное предприятие давным-давно перестало быть их личной вотчиной. Если Шэнь И откажется брать бразды правления, всё достанется племянникам! Какая катастрофа!
Если раньше Ци Хуэй считала Цзинь Юя просто неблагодарной тварью и опасалась, что сын охладеет к родне, то теперь её тревога переросла в панику. Она во что бы то ни стало решила вбить клин между Шэнь И и Цзинь Юем, а заодно сблизить старшего сына со младшим, Шэнь Юем.
Поэтому она не сводила глаз с двери приёмной. Едва шаги Шэнь И послышались в коридоре, Ци Хуэй мгновенно поднялась, оправила платье и вытащила за собой младшего сына.
Шэнь Юй к тому моменту изнывал от скуки. Старший брат всё равно никогда не обращал на него внимания; годы подлизывания пропали впустую, и он давно бросил эти попытки. Однако спорить с матерью не смел. Поджав губы и скрыв глухое раздражение за послушной миной, он взял контейнер с едой и кротко прошёл за Ци Хуэй.
— А-И, где ты ночевал? — Ци Хуэй тут же расплылась в исполненной материнской нежности улыбке. — Ты же ещё не завтракал? Я приготовила тебе еды, попробуй!
С этими словами она подмигнула младшему. Шэнь Юй шагнул вперёд, с дежурной улыбкой протягивая контейнер:
— Брат, тут дамплинги с крабовой икрой. Очень вкусные.
Он уже вознамерился увязаться за Шэнь И в кабинет, но тот выставил руку, преграждая путь.
Лицо Шэнь И оставалось непроницаемым:
— Не нужно, я позавтракал.
Шэнь Юй уже собрался отступить, но Ци Хуэй не намеревалась сдаваться:
— Да разве покупная стряпня сравнится с домашней? Я же приготовила твои любимые, с крабом! Ну съешь хоть штучку!
В ответ Шэнь И лишь тихо ухмыльнулся — сухо, без единой тёплой нотки.
Ци Хуэй ёжилась: сын никогда раньше так с ней не разговаривал.
Едва она успела нахмуриться, как Шэнь И ровным тоном произнёс:
— Я никогда не любил крабовую икру. Мама, ты разве не помнишь, что мне категорически противопоказана тяжёлая и холодная пища?
Ци Хуэй пригвоздило к месту.
Лишь спустя несколько долгих секунд до неё дошло. Много лет назад Шэнь И сильно промок под дождём и тяжело заболел. С тех пор его здоровье пошатнулось, а каждую зиму он сваливался с простудой. Позже, за границей, из-за изнурительной учёбы и работы он окончательно испортил желудок — острое, холодное и тяжёлое было для него под запретом. А крабы считаются одним из самых «холодных» продуктов.
Стремясь выслужиться и показать материнскую любовь, она села в глубокую лужу.
Лицо Ци Хуэй одеревенело, слова застряли в горле.
Шэнь И одарил её ледяным взглядом, но устраивать сцену не стал. Мать всегда оставалась собой: её заботила не судьба детей, а лишь собственные выгоды и деньги.
Не желая тратить время на бессмысленные разговоры, он прошёл в кабинет и запер за собой дверь.
Подойдя к столу, Шэнь И опустился в кресло и перевёл взгляд на стоящую в рамке фотографию.
Со снимка с ослепительной, солнечной улыбкой на него смотрел Цзинь Юй.
Шэнь И всматривался в родные черты, а затем медленно опустил веки, скрывая под густыми ресницами глухую тоску.
Крабовая икра... Всю эту дрянь любил Сяо Гуай. Раньше мальчишка вечно заставлял его есть за компанию — вот у окружающих и сложилось ошибочное впечатление. Увы, теперь, даже захоти он разделить с Сяо Гуай трапезу, тот и близко его не подпустит.
Утро прошло в делах, а к полудню в кабинете появился Ли Е.
Секретарь получил утреннее поручение собрать сведения о Юй Мяо. В отличие от истории Цзинь Юя, которую семья Цзинь тщательно почистила и спрятала за семью печатями, биография нищего парня без связей и протекции легла на стол уже через пару часов.
— Юй Мяо родом из пригородного района Северного города, — отчитался Ли Е, передавая папку. — Семья неполная, рос с матерью, отец умер от тяжёлой болезни, когда тот был ребёнком. Учился с Цзинь Юем в одной школе и в одном университете, хотя и в разных группах.
Ли Е сделал паузу и продолжил:
— Увлекается танцами на любительском уровне, сейчас безработный. Я выяснил, что в последние дни он рассылает резюме по разным продюсерским центрам — хочет попасть в стажёры.
Закончив доклад, Ли Е наткнулся на пристальный взгляд шефа.
Секретарь, которого привыкли считать человеком, читающим мысли Шэнь И, на сей раз впал в замешательство. Он не мог взять в толк, что означает этот тяжёлый взор.
Ли Е оставалось лишь молча переглядываться со Шэнь И.
— А... их отношения с Сяо Гуаем? — наконец тихо спросил Шэнь И.
Ли Е осеняет мгновенная догадка: босс банально ревнует и боится, что эти двое — пара!
Впрочем, ручаться за это секретарь не мог:
— Я расспросил их однокашников. Никто не берётся утверждать наверняка, но общались они всегда очень близко. В студенческие годы не расставались, всюду ходили вместе... А вот переросло ли это в нечто большее...
Заметив, как лицо Шэнь И буквально окаменело, Ли Е осёкся и проглотил остаток фразы.
В кабинете воцарилась тяжёлая тишина. Наконец Шэнь И заговорил:
— Раз уж этот Юй Мяо так рвётся в стажёры, организуй всё. Пусть его подпишут в нашу компанию.
— Понял, сделаю, — кивнул Ли Е.
— Юй Мяо — лишь предлог, — добавил Шэнь И, и взгляд его стал тёмным, как грозовое небо. — Главное — через него выманить в компанию Сяо Гуая. Ты меня понял?
Да уж куда понятнее!
Ли Е прекрасно знал подоплёку. С чего бы успешному финансисту перед самым возвращением на родину ни с того ни с сего скупать с потрохами чужую медиакомпанию? Зачем лезть в шоу-бизнес? Всё ради Цзинь Юя.
Уяснив задачу, Ли Е поспешил откланяться.
В коридоре перед кабинетом никого не было — мать с сыном, приносившие завтрак, ушли.
Точнее, ушла только Ци Хуэй. Шэнь Юй остался.
Утром, после того как Шэнь И заперся у себя, Ци Хуэй стояла перед дубовой дверью с перекошенным лицом. Шэнь Юй подскочил к ней, аккуратно подхватив под локоть, и фальшиво запричитал:
— Мамочка, не принимай близко к сердцу, ты же не со зла. Главное, что ты старалась для брата, он обязательно это оценит.
Естественно, это была пустая болтовня. Шэнь Юй прекрасно знал: старшему брату плевать на родителей. Впрочем, и мать отнюдь не пылала к сыну бескорыстной любовью. Только высказывать подобные мысли вслух было чревато.
Ци Хуэй, переводя дыхание, перевела взгляд на дверь и стиснула зубы:
— Сгоняю домой, приготовлю обед и привезу обратно. Посмотрим, как он отвертится!
Затем повернулась к младшему:
— Юй-эр, сиди тут и карауль. Если брат соберётся уходить, сразу звони мне.
— Хорошо, мама, — кротко улыбнулся Шэнь Юй.
Едва мать скрылась из виду, послушная мина мгновенно слетела с его лица. Он прошёл в глубь приёмной, завалился в кресло в небольшом закутке и вытащил телефон. Караулить брата он не собирался — многолетний опыт доказал, что любые попытки выслужиться перед Шэнь И бесполезны. Сердце того давным-давно принадлежало другому человеку, и никому иному там места не было. Но и уйти Шэнь Юй не мог: вернись мать или отец, вспыхнет скандал.
Потому он просто лежал, изредка прислушиваясь к шорохам.
Спустя некоторое время в приёмную вошли трое. Через щель в двери Шэнь Юй разглядел Ли Е и двоих сотрудников компании. Поняв, что сейчас начнётся секретный разговор, он шмыгнул за декоративную ширму и затаился.
Ли Е оглядел помещение и, убедившись, что вокруг никого, вполголоса передал инструкции руководству.
Один из его собеседников отвечал за направление реалити-шоу и кастингов, второй — возглавлял новый музыкальный департамент.
Изначально компания, которую приобрёл Шэнь И, специализировалась исключительно на кино и шоу. Но ради своей тайной цели он докупил и присоединил к ней известную звукозаписывающую фирму, объединив их под новым брендом — «Компания по развитию медиа "Фэйюй"». Именно из-за слияния двух гигантов на Шэнь И навалилась куча дел, заставившая его лично сидеть в офисе с утра до ночи.
Раздав указания, Ли Е ещё раз окинул комнату взглядом и увёл менеджеров.
Едва за ними защёлкнулся замок, Шэнь Юй выбрался из укрытия. Его лицо исказила судорога ярости, в груди всё кипело.
Шэнь И утверждал родителям, будто купил обычное развлекательное агентство, и словом не обмолвился про звукозаписывающую компанию!
Шэнь Юй-то радовался, что Цзинь Юй отныне будет перебиваться с хлеба на воду, а старший брат, оказывается, продумал всё до мелочей и постелил ему соломки! Мечта Цзинь Юя стать певцом ни для кого не была секретом. После разрыва с семьёй Цзинь тот не смог бы устроиться даже лабухом в дешёвый бар — а Шэнь И вон как изощряется, собираясь обманом заманить его в компанию и подарить ему карьеру!
При мысли о том, что Цзинь Юй станет известным исполнителем, вспыхнет новой звездой и обзаведётся армией фанатов, Шэнь Юя охватывала слепая ненависть.
С какой стати?! Этот ублюдок испортил ему праздник, превратив в посмешище, а теперь выйдет сухим из воды и взлетит на вершину?!
«Мечтай больше! — сжал кулаки Шэнь Юй. — Не бывать этому!»
***
Цзинь Юй и понятия не имел, какие интриги плетутся за его спиной.
Они с Юй Мяо вернулись с рынка около десяти утра. Саньшуэй состряпал шикарный обед, после которого оба сытно поели и отправились по комнатам соснуть часок-другой.
Проснувшись, Цзинь Юй собрался позвать друга, чтобы вместе отправляться на поиски работы. Но едва он переступил порог спальни, из соседней комнаты донёсся истошный вопль.
Перепугавшись, Цзинь Юй рванул на звук и распахнул дверь.
Юй Мяо сидел перед монитором и в экстазе лупил кулаками по столу.
— Ты чего орёшь? — озадаченно спросил Цзинь Юй.
Юй Мяо повернулся, и лицо его сияло от счастья. Подскочив с места, он налетел на друга и сжал в объятиях:
— Эр Си! Мне пришло приглашение на кастинг от продюсерского центра! Зовут на собеседование в стажёры! Я проверил их: фирма солидная, крупная, всё по-честному!
Цзинь Юй облегчённо вздохнул. На мгновение он испугался, что с Саньшуэем стряслась беда. Но новости оказались отличными!
Похлопав друга по спине, Цзинь Юй искренне улыбнулся:
— Поздравляю! Я же говорил, твой талант обязательно заметят!
— Угу! — Юй Мяо отступил на шаг, а затем смущённо почесал затылок: — Эр Си, они требуют приехать сегодня во второй половине дня. Похоже, я не смогу пойти с тобой искать вакансии в барах...
— Перестань, о чём речь! — качнул головой Цзинь Юй. — Я и сам справлюсь. Ты главное оденься получше. Пройдёшь отбор, встанешь в сетку стажёров — глядишь, и до дебюта рукой подать!
Он шутливо ткнул Саньшуэя кулаком в плечо:
— На собеседовании держись уверенно. Верь в себя, ты лучший!
Вдохновлённый Юй Мяо счастливо захихикал, закивал и бросился к шкафу перебирать рубашки и брюки.
Раз уж планы изменились, Цзинь Юй отправился на поиски в одиночку. Принарядившись, он вышел из дома.
Однако уличные поиски с треском провалились.
Раньше, хоть ему и закрывали путь в крупные продюсерские центры, подработать певцом или музыкантом в нормальном баре не составляло труда. Теперь же перед ним словно выросла глухая стена.
Он обошёл несколько заведений, но везде получал категорический отказ: «Штат укомплектован». Ни в одном месте ему даже не дали пройти прослушивание.
Слишком уж одинаковыми фразами отнекивались арт-директоры — тут явно пахло сговором.
Цзинь Юй без труда догадался, чьих это рук дело: Цзинь Боян включил свои связи.
Мерзость.
Сказано же было — разрыв! С какого перепугу этот старый самодур до сих пор цепляется к нему и перекрывает кислород?
http://bllate.org/book/35369/4567854
Готово:
