Облачный Павильон Мечей — исконно секта мечистов, передающая своё мастерство из поколения в поколение уже тысячу лет. Ныне она стала первой сектой в Поднебесной, свысока взирая на всех героев и мужей. За исключением Секты Синтянь, все прочие знатные семьи и школы склоняли перед ней головы, признавая свою вассальную зависимость. Поскольку Секта Синтянь культивировала окольные пути, всех её адептов считали злыми практиками и в миру звали демонической сектой. Испокон веков праведное и демоническое несовместимы, поэтому Облачный Павильон Мечей и Секта Синтянь считали друг друга заклятыми врагами, ведя тайную и явную борьбу на протяжении сотен лет. Если поначалу силы были равны, то теперь Секту Синтянь всё чаще прижимали к ногтю, и Сяо Ду, разумеется, был вынужден искать иной выход.
Сяо Юйань прежде уже кое-что слышал о молодом главе Облачного Павильона Мечей Гу Лоуине. По слухам, тот был [баловнем судьбы с выдающейся внешностью, чистым, как луна, и превосходящим всех вокруг талантом]. Задумка Сяо Ду была хороша, но заставлять его соблазнять Гу Лоуиня — это, пожалуй, сродни безумию.
Сяо Юйань попытался воззвать к здравому смыслу Сяо Ду:
— Владыка, кто такой Гу Лоуин? Я всего лишь скромный странствующий заклинатель, с какой стати мне его соблазнять?
Сяо Ду ответил:
— Лицом.
Сяо Юйань онемел.
Мэн Чи слегка прикусила губу с улыбкой и произнесла:
— Гу Лоуин — мужчина. Раз он мужчина, ему трудно устоять перед красавицами. Обычных красавиц он, пожалуй, и не прельстит, но на тебя он наверняка взглянет лишний раз.
Мрачным голосом произнес Сяо Юйань:
— Боюсь, парой лишних взглядов тут не обойтись. Владыка, Старейшина Мэн, вы ведь не думаете всерьёз, что Гу Лоуин возьмет в жёны пустоголового болвана с красивой внешностью?
Сяо Ду усмехнулся:
— К чему же так себя унижать?
— Даже если он согласится, разве согласится Облачный Павильон Мечей? Разве согласится глава Облачного Павильона Мечей? Молодая госпожа Первого Меча Поднебесной — не говоря уже о внешности — должна по меньшей мере происходить из праведного клана благородных кровей.
Хотя наставник Сяо Юйаня был могущественным человеком, он не принадлежал ни к какому клану или секте и поддерживал приятельские отношения как с праведными, так и с демоническими путями — проще говоря, был ни от кого не зависящим свободным заклинателем. Сяо Юйаня воспитал наставник, так что он закономерно тоже являлся странствующим заклинателем.
— Верно, — согласился Сяо Ду. — Одной лишь внешности недостаточно, чтобы Гу Лоуин женился на тебе.
Сяо Юйань воспользовался случаем:
— Владыка мудр, боюсь, эту непосильную ношу я…
Сяо Ду перебил его:
— А-Юй, как ты думаешь, какие два слова те, кто именует себя защитниками праведности, ценят больше всего?
Сяо Юйань немного подумал:
— Уровень культивации?
Сяо Ду презрительно фыркнул:
— Долг и справедливость.
Сяо Юйань не слишком понял смысл слов Сяо Ду, и Мэн Чи пояснила:
— Владыка имеет в виду, что ты должен заставить Гу Лоуиня ради долга и справедливости поневоле взять тебя в жёны.
Сяо Юйань попросил:
— Объясни поточнее?
— Тут всё просто, — хихикнула Мэн Чи. — Достаточно сделать так, чтобы рис сварился в кашу.
Лицо Сяо Юйаня потемнело. Какая к чёрту шутка! Он прожил семнадцать лет и даже за руку девушек не держал, а теперь от него требуют сварить кашу с мужчиной, которого он в глаза не видел?
— Я отказываюсь.
Мэн Чи возразила:
— В прошлом году я видела Гу Лоуиня — он поистине подобен бессмертному юноше. Что до его внешности, что до уровня культивации — он выше всяких похвал. Если тебе действительно удастся стать его спутником на Пути Дао, это великое благословение.
Холодно бросил Сяо Юйань:
— Не хочешь ли забрать это благословение себе?
Мэн Чи вовсе не рассердилась и с улыбкой ответила:
— С радостью, да только я ему не по вкусу.
Сяо Ду опустил взгляд на Сяо Юйаня, и его голос прозвучал почти нежно:
— А-Юй, не вынуждай нас.
Красивое и ветреное лицо Сяо Ду оказалось совсем близко, и Сяо Юйань сжал кулаки, так и норовя врезать ему со всей дури.
Сяо Ду лелеял его целых полгода, и даже если поначалу он противился всем сердцем, то позже те многочисленные обращения «братец» не были фальшью от начала и до конца. Накануне того дня, когда Сяо Ду обнаружил, что перепутал младшего брата, он даже думал, что Сяо Юйань и впрямь приходится ему кровным родственником. Ему казалось, что он наконец-то обрёл семью.
Он видел, как Сяо Ду балует людей, оттого нынешнее выражение лица Сяо Ду казалось до боли колючим.
Мэн Чи произнесла:
— Молодой господин Сяо, ты всё-таки пробыл в Секте Синтянь столько времени и наверняка видел наши методы принуждения. Мы вовсе не хотим причинять тебе вред, поверь.
Сяо Юйань помолчал немного и спросил:
— А мой наставник? Где он?
Сяо Ду неторопливо улыбнулся, наклонился и тихо прошептал на ухо Сяо Юйаню:
— Твой наставник отрёкся от тебя.
Тело Сяо Юйаня оцепенело.
— В тот день, когда он привёл тебя в Секту Синтянь, он сказал мне одну вещь.
— Он произнёс: «Раз уж А-Юй твой младший брат, впредь поступай с ним как знаешь».
Реакция Сяо Юйаня оказалась куда спокойнее, чем предполагал Сяо Ду. Сяо Ду слегка удивился:
— Ты будто предвидел это?
Сяо Юйань не стал ни подтверждать, ни опровергать. За тот месяц, что он безуспешно ждал наставника, он уже давно подготовился к худшему.
Сяо Ду выпрямился и с насмешкой произнёс:
— Похоже, наставник твоё сердце трогал не слишком сильно.
Наставник не только передал Сяо Юйаню знания, но и вырастил его, и обладай Сяо Юйань хоть каплей человечности, он должен был бы считать это важнейшим событием своей жизни. Но Сяо Юйань… был лишён человечности. Когда он был совсем маленьким, [Доу Ю] предупреждал его ни на йоту не доверять никому, особенно наставнику. Подспудно он ждал этого дня — ждал, пока наставник от него не откажется.
Голос [Доу Ю] прозвучал в голове Сяо Юйаня:
— Приблизиться к Гу Лоуиню — часть задания.
Сяо Юйань подумал про себя: «Легко тебе говорить, ведь не тебе же заключать союз на Пути Дао с незнакомцем».
[Доу Ю]:
— Ты не станешь спутником на Пути Дао для Гу Лоуиня. Перед этим я позволю тебе уйти и верну тебе свободу.
Хотя [Доу Ю] и раздражал, он никогда не нарушал обещаний. Сяо Юйань поверил, горько усмехнулся и произнёс:
— Владыка прав, у меня действительно нет права на отказ.
Мэн Чи захлопала в ладоши и улыбнулась:
— Молодой господин Сяо и впрямь знает толк в том, как следовать обстоятельствам.
Сяо Ду прищурился, словно оставшись недоволен ответом Сяо Юйаня:
— Согласился ты больно легко.
Сяо Юйань мысленно возмутился: «??? Вы недовольны даже тем, что я легко согласился?!»
В этот момент служанка, которая заходила сюда совсем недавно, снова вернулась:
— Владыка, молодой владыка ни в какую не хочет есть один, просит подождать вас к трапезе.
Сяо Ду поленился тратить время на Сяо Юйаня и бросил Мэн Чи:
— Обсуди с ним остальные детали и не забудь испытать на нём червя.
Зрачки Сяо Юйаня сузились — испытать червя?
Мэн Чи взглянула на Сяо Юйаня и многозначительно улыбнулась:
— Слушаюсь, владыка.
Когда Сяо Ду ушёл, Мэн Чи сказала Сяо Юйаню:
— Возвращайся и готовься, через три дня я отправлю тебя на встречу с Гу Лоуинем.
Сяо Юйань помнил слова Сяо Ду и спросил:
— Сестрица Мэн, неужели владыка собирается подсадить в меня червя? Какого именно?
Мэн Чи ответила туманно:
— Узнаешь, когда придёт время.
Три дня спустя Мэн Чи, как и обещала, прибыла в покои Сяо Юйаня.
Секта Синтянь располагалась на вершине Северных Земель, круглый год скованных снегами и льдом. Во дворе вовсю цвели сливы мэйхуа, источая тонкий аромат. Сяо Юйань, закутавшись в белоснежную лисью шубу, празднества ради любовался цветами, но, услышав, как Мэн Чи зовёт молодого господина Сяо, повернул голову к выходу.
Цвет его зрачков был необычайно светлым, а кожа вокруг глаз слегка отдавала краснотой, создавая дымчатую, затуманенную поволоку; губы казались естественно алыми, будто от хмеля. В тот миг, когда он повернулся, даже строгая красота слив мэйхуа поблекла перед его ослепительной, неземной прелестью.
— А вот и сестрица Мэн.
Мэн Чи на мгновение замерла и с улыбкой произнесла:
— Откуда у тебя на губах румяна? Сестре нравится, поделись со мной.
Сяо Юйань усмехнулся:
— Я ведь мужчина до мозга костей, с какой стати мне мазать губы румянами?
Мэн Чи тихонько рассмеялась и поманила его пальцем:
— Подойди-ка.
Сяо Юйань поколебался секунду и шагнул навстречу:
— В чём дело?
Мэн Чи неожиданно протянула руку, ухватила Сяо Юйаня за щёки, заставив приоткрыть рот, и забросила туда ледяную пилюлю:
— Готово.
— Кхе-кхе… — Сяо Юйань зашёлся в кашле, пытаясь выплюнуть проглоченный шарик. — Ч-что ты мне скормила?
Мэн Чи пояснила:
— Наружный слой — это Ядовитое Пламя, излюбленный яд Секты Синтянь. После приёма человек чувствует себя абсолютно здоровым, но каждые сто дней ему требуется противоядие, иначе огонь забьёт из самого сердца, и внутренние органы сгорят дотла. Впрочем, молодому господину Сяо не о чем беспокоиться: пока ты будешь вести себя послушно, я стану вовремя давать тебе антидот.
Сяо Юйань закатил глаза. Каждые сто дней… Да через сто дней он уже вернет себе свободу, кто станет потакать играм Сяо Ду?
— Что же до начинки… это моё коронное творение — Червь Сексуального Желания.
Плод рук Мэн Чи, да ещё с приставкой Сексуальный Желания — по одному названию понятно, что ничего праведного в этом черве нет.
Сяо Юйань поинтересовался:
— И для чего он нужен?
Мэн Чи похлопала Сяо Юйаня по животу и ответила:
— Этот червь уже поселился в твоём теле и будет заявлять о себе пятнадцатого числа каждого месяца. Когда наступит приступ, тело хозяина охватит жар, бросая из стороны в сторону и лишая сна, разум затуманится, и останется лишь одно желание — телесной близости. Вместе с тем станет источаться аромат страсти, привлекающий окружающих. В выражении лица Мэн Чи промелькнула гордость. — Мой аромат страсти в сочетании с твоим лицом сведёт с ума не только такого неопытного в сердечных делах юнца, как Гу Лоуин, но даже… даже владыка вряд ли устоит.
— Да это же обычное афродизиакное зелье!
Мэн Чи с наигранным гневом укорила его:
— Какое ещё зелье! Как эти низкопробные поделки можно сравнивать с выращенным мной червем?
Сяо Юйань вздохнул:
— …Старшая сестрица, этот твой Червь Сексуального Желания вроде бы ни капли не благороднее прочих зелий.
Ядовитого Пламени он не боялся, но Червь Сексуального Желания бушевал раз в месяц, а значит, до обретения свободы ему предстояло пережить как минимум два приступа, и это доставляло хлопоты.
Ситуация не оставляла времени на раздумья. Мэн Чи скомандовала:
— Готов? Тогда выступаем.
Сяо Юйань оглянулся на домик, в котором прожил больше месяца — судя по всему, возвращаться сюда ему больше не придётся. Вспомнив кое-что, он спросил:
— Сестрица Мэн, почему служанка, которая носила мне еду, вдруг сменилась? Говорят, прежняя провинилась. В чём её вина?
— О, это дело? — Мэн Чи ответила двусмысленным тоном. — Если корить кого-то, так только молодого господина Сяо за его лучезарную красоту, вскружившую голову молоденькой девчонке.
Сяо Юйань удивился:
— А?
— Она тайком спрятала твою ленту для волос и нарисовала немало твоих портретов. Владыка узнал об этом случайно, изуродовал ей лицо и отдал мне — я как раз собираюсь испытать на ней парочку новых червей.
Лицо Сяо Юйаня слегка изменилось:
— Разве не слишком сурово?
Мэн Чи предположила:
— Полагаю, владыке не по нраву, когда кто-то зарится на тебя.
Сяо Юйань нашёл слова Мэн Чи забавными:
— Бросьте. Будь это так, стал бы он отправлять меня соблазнять Гу Лоуиня?
Мэн Чи пожала плечами:
— Нрав владыки непостижим, кто угадает его мысли.
Поразмыслив немного, Сяо Юйань улыбнулся:
— Сестрица Мэн, раз я такой послушный, нельзя ли ради меня пощадить ту служанку? И если удастся заодно исцелить её лицо…
Мэн Чи искоса глянула на него:
— Уж не запала ли она тебе в душу?
Сяо Юйань покачал головой:
— Весь последний месяц она была единственной, кто со мной разговаривал.
Мэн Чи подумала немного и ответила:
— До тех пор, пока ты и дальше будешь слушаться и не доставлять мне проблем, я могу подумать.
Сяо Юйань улыбнулся:
— Благодарю.
— Пошли, — бросила Мэн Чи. — Я отведу тебя к Гу Лоуиню.
Раз уж их целью был молодой глава Облачного Павильона Мечей, Сяо Юйань полагал, что его доставят на территорию Павильона, но Мэн Чи привела его к подножию безымянной горы, объявив:
— Гу Лоуин на вершине.
Сяо Юйань полюбопытствовал:
— Что он там делает, овощи выращивает?
Мэн Чи ответила:
— Охотится.
— Оу.
— Точнее, ему кажется, что он охотится. Владыка заранее устроил на горе засаду, заманив его туда. Они со старшим братом уже три дня ведут там отчаянную борьбу, и сегодня их силы на исходе. Твоя задача — притвориться прохожим, спасти ему жизнь и заставить считать тебя своим спасителем. Когда возникнет долг спасения жизни, дело пойдет как по маслу.
Сяо Юйань с бесстрастным лицом прокомментировал:
— Изящно.
Мэн Чи только собралась ответить, как её взгляд резко изменился:
— Кто здесь?
Из лесной чащи выскочил мужчина в чёрных одеждах:
— Подчиненный приветствует Старейшину Мэн.
Мэн Чи осведомилась:
— Какова ситуация на горе?
Мужчина в чёрном доложил:
— Гу Лоуин выбился из сил и упал, потеряв сознание.
У Сяо Юйаня возник один вопрос. Раз уж у Сяо Ду хватило способностей загнать молодого главу Облачного Павильона Мечей в столь плачевное положение, почему он не прикончил его сразу, а зациклился на каком-то союзе? Уж ума и расчёта Сяо Ду было не занимать, так что он наверняка не стал бы делать лишних движений — должно быть, здесь крылось нечто большее.
Сяо Юйань спросил:
— С его глазами всё в порядке?
Мужчина в чёрном растерялся:
— Полагаю, да.
— Смотрите, чтобы с ними ничего не случилось, — предостерег Сяо Юйань. — Если он ослепнет, как я стану соблазнять его лицом?
— А что насчет его старшего брата? — поинтересовалась Мэн Чи. — Лишнего человека лучше всё-таки убрать.
Мужчина в чёрном ответил пониженным голосом:
— Гу Лоуин до последнего защищал своего старшего брата, и по моей вине тому удалось сбежать.
Сяо Юйань вздохнул:
— Вот это братские узы, просто потрясают небеса и землю.
Мэн Чи холодно усмехнулась:
— Будучи молодым главой Облачного Павильона Мечей, Гу Лоуин ради защиты какого-то ничтожного паренька не пожалел собственной жизни — круглый дурак. Впрочем, так даже лучше: это доказывает, что Гу Лоуин человек преданный и сострадательный, накрепко скрученный по рукам и ногам понятиями долга и справедливости. Она повернулась к Сяо Юйаню. — Молодой господин Сяо, прошу.
— Погодите, раз вы поручаете мне дело, верните хотя бы моё оружие, — беспомощно протянул Сяо Юйань. — Сейчас во мне полно яда и червей, неужто вы всё ещё боитесь моего побега?
Мэн Чи улыбнулась уголками рта:
— Подожди. — С этими словами она опустила голову, извлекла из-за пазухи веер и бросила его Сяо Юйаню.
Сяо Юйань скрипя сердце поймал предмет, чувствуя, будто держит в руках раскалённый картофель.
— Есть ещё одна вещь, которую владыка велел тебе передать.
Сяо Юйань отступил на шаг, опасаясь, как бы Мэн Чи снова не извлекла что-нибудь из столь странного места, но на сей раз она просто сняла с уха серёжку:
— Держи.
Сяо Юйань принял серьгу:
— Что это?
— Вещь на память, символ верности.
Сяо Юйань сохранил невозмутимость:
— Правда? Не верю.
Мэн Чи лукаво улыбнулась:
— Ложь. Знаешь ли ты о Раковине Девяти Звуков?
Сяо Юйань кивнул:
— Знаю. Раковина Девяти Звуков рождается в паре и обладает способностью передавать звуки на тысячу ли — эта твоя серьга превратилась из Раковины Девяти Звуков?
— Совершенно верно. Вторая её половина находится у владыки.
Выражение лица Сяо Юйаня стало неопределенным:
— Выходит…
— Выходит, что владыка в любой момент сможет узнать о твоих делах и передать тебе приказы посредством голосовой связи. — Мэн Чи одарила его сладкой улыбкой. — Молодой господин Сяо, постарайся не разочаровать владыку.
Сяо Юйань холодно улыбнулся:
— Не посмею.
— У подножия горы стоит хижина. Встретив Гу Лоуина, приведи его туда залечить раны. Я обеспечила тебе безупречное начало, а дальше всё зависит от тебя, великий красавец Сяо.
Сяо Юйань скромно ответил:
— Я обладаю лишь некоторой привлекательностью, а звания великого красавца носить не заслуживаю.
Завершив задачу и не теряя времени даром, Мэн Чи стремглав вернулась в Секту Синтянь с докладом.
В ту ночь в Секте Синтянь снова пошёл снег. Сяо Юйань в алых одеждах стоял, опираясь на перила, пока холодный ветер трепал его рукава, подобные окровавленным крыльям бабочки.
Мэн Чи стояла у него за спиной:
— Владыка.
Сяо Юйань справился с делами? — поинтересовался Сяо Ду.
Мэн Чи кивнула:
— Я уже доставила молодого господина Сяо к Гу Лоуиню, всё прошло гладко.
Сяо Ду некоторое время смотрел на падающий снег:
— Он всё так же покорен?
— Молодой господин Сяо всю дорогу вёл себя послушно.
Сяо Ду со странной улыбкой протянул:
— Вот как?
Мэн Чи смутно почувствовала, что настроение Сяо Ду испортилось, и с улыбкой попыталась прозондировать почву:
— Неужто владыка заскучал по молодому господину Сяо?
Сяо Ду обернулся, глядя на Мэн Чи полуулыбкой и говоря полусерьезно, полушутя:
— Как-никак писаный красавец, глядишь долго — и волей-неволей заскучаешь.
— Жаль, нрав у него не красавицы. — На взгляд Мэн Чи, красавицы должны либо возвышаться холодным цветком на вершине горы, либо быть мягкими и податливыми, но Сяо Юйань не подходил ни под одно определение. — Если владыка тоскует, может передать ему весточку через Раковину Девяти Звуков.
Сяо Ду небрежно бросил:
— Посмотрим.
— Братец! — раздался за спиной звонкий, подобный ручейку голос юноши. — Иди скорее пробовать пельмени, которые я налепил!
Сяо Ду стряхнул с себя всю стужу и тронул губы улыбкой:
— Иду.
Стоял разгар суровой зимы, и на той безымянной горе тоже мела метель. Закутавшись плотнее в лисью шубу и продираясь сквозь буран, Сяо Юйань шаг за шагом приближался к юноше, сидевшему под деревом.
Юноша прислонился спиной к стволу, сжимая в руке вбитый в землю длинный меч; его белые, как снег, одежды были пропитаны кровью, голова слегка склонилась набок, глаза плотно закрыты, а на губах виднелся след крови.
Пожалуй, это был самый жалкий момент для молодого главы Облачного Павильона Мечей, но при первом же взгляде на него Сяо Юйань вспомнил те восемь заветных иероглифов — баловень судьбы, чистый, как луна.
Сяо Юйань наклонился и проверил у него пульс. Люди Сяо Ду знали толк в мере — несмотря на обилие крови, меридианы Гу Лоуина остались целы, а потерянное можно было восполнить парой тарелок свиной крови на обед.
Сяо Юйань сбросил с плеч лисью шубу. Под ней на нём была одежка ослепительно-алого цвета, которая среди снежной бури походила на пылающий огонь.
Накрыв юношу шубой и соображая, как бы поудобнее утащить его с горы, он неожиданно почувствовал, как кто-то вцепился ему в запястье.
Сердце Сяо Юйаня дрогнуло — неужто Гу Лоуин собрался очнуться? Собравшись с духом, он произнёс:
— Эй, братец, ты как?
Гу Лоуин слегка затрепетал длинными ресницами; не открывая глаз, он крепко ухватил Сяо Юйаня за руку и еле слышно прошептал:
— …Старший брат.
http://bllate.org/book/35361/4370297
Готово:
