Но если говорить именно о помощи в культивации…
Новое знание, где и ход рассуждений, и окончательный ответ уже лежат перед глазами, несравненно привлекательнее для культиватора, чем старое, давно освоенное. Ведь Изначальное духовное сокровище — это готовый образец «Пути» и «Закона», тогда как артефакт, выкованный собственными руками, уже до последней детали известен своему хозяину: и «Путь», и «Закон», вложенные в него, не таят загадок.
Тайхэ вовсе не волновало, можно ли использовать Чунъянчжань в бою. У неё и без того хватало средств для атаки — Цинъянь и Печать Куньлунь полностью покрывали все потребности в этом. Защитные артефакты ценны качеством, а не количеством: лишний или недостающий — всё равно без разницы. Главное, чтобы Чунъянчжань помогал в культивации.
Однако раз уж духовное сокровище оказалось у неё в руках, стоило хорошенько изучить его, чтобы избежать непреднамеренного неправильного использования.
Чунъянчжань был белоснежно-нефритовым, с тёплым, мягким блеском и приятной на ощупь поверхностью — не резал ладонь. Тайхэ провела исследование и обнаружила, что этот Чунъянчжань сформировался самопроизвольно из чистейших янских энергий Неба и Земли. По своей природе он находился где-то между «Небом» и «Землёй».
Что до мощи, то, конечно, он не сравнится с Лянтяньчжанем, которым владел её старший дядя-наставник. Но зато его эффект был поистине удивителен.
Лянтяньчжань измерял Небо и Землю и мог вносить в них изменения. А Чунъянчжань даровал Небу и Земле мир и спокойствие.
Как именно?
Просто устанавливая правила.
Если в мире существуют правила, и все им следуют — тогда, естественно, настанет мир и порядок.
Именно так объяснил ей суть Чунъянчжань, передавая это напрямую в её сознание.
Тайхэ, однако, сомневалась. Хотя сокровище и признало её хозяйкой добровольно, она до сих пор не разобралась в его истинной природе — да и к «инструкции», приложенной к артефакту, не питала особого доверия.
В этом отношении все культиваторы Хунъхуаня были одинаковы: каждый верил лишь в руководство, составленное собственным опытом.
Раз уж артефакт достался ей, Тайхэ не собиралась задерживаться в горах Сицзи и уже готовилась возвращаться на гору Куньлунь. В эти времена Хунъхуань окутывали испытания и бедствия, и Тайхэ не желала ввязываться в чужие дрязги — да и не хотела тревожить старших из своей секты.
Но события развернулись неожиданно — или, скорее, получив Чунъянчжань, она автоматически унаследовала и все связанные с ним неприятности.
Без видимой причины возникла сила притяжения, опутавшая её. Энергия, сопровождавшая её, была крайне нечистой и грязной. В мгновение ока Тайхэ поняла, почему Чунъянчжань так стремительно бросился к ней и добровольно признал хозяйкой.
Совпадение их природ было лишь одной из причин. Главное — Чунъянчжань сам искал, кому бы передать свою беду.
Кто именно призывал его? И каким образом сумел издалека, на расстоянии десятков тысяч ли, принудительно вызвать безхозное духовное сокровище?
Будь на её месте другой культиватор, Чунъянчжань, возможно, и не стал бы сопротивляться. Но сила того, кто звал, была слишком нечистой.
Хотя Чунъянчжань и был Изначальным артефактом, не принадлежащим ни к Дао, ни к Демонам, он всё же воплощал чистую янскую гармонию — и никак не мог ужиться с холодной, грязной демонической энергией. Если бы его подчинил себе демонический культиватор, его духовная суть неизбежно пострадала бы. Поэтому он и отказался подчиняться.
Тайхэ подумала, что Чунъянчжань так торопился найти хозяйку отчасти потому, что хотел, чтобы она разрешила эту проблему, а отчасти — просто потому, что она оказалась лучше предыдущего кандидата.
Но как бы то ни было, неприятность всё равно требовалось устранить.
Даже если Чунъянчжань и признал её хозяйкой, это не означало, что можно расслабиться. В Хунъхуане убийства ради артефактов — обычное дело. Многие получали сокровища, но не могли их удержать.
Тайхэ тоже не желала, чтобы за ней постоянно следили из-за этого артефакта.
Лучше сразу покончить с угрозой, чем оставлять её на будущее.
Если бы противник оказался соратником по Дао, следовало бы искать примирения, а не драки. Но если это демонический культиватор…
Тогда его следовало уничтожить.
— Хорошо, будет по-твоему, — решила она и, крепко сжав нефритовую линейку, перестала сопротивляться притяжению. Наоборот — сама шагнула в его поток, направляясь к источнику зова.
Расстояние в десятки тысяч ли преодолевалось мгновенно. Тайхэ легко приземлилась на землю и увидела перед собой лишь демоническую мглу.
Небольшая комната, казалось, простиралась бесконечно. Всё пространство заполняло безбрежное Кровавое Море. В его центре сражались двое. Один — в чёрных одеждах, окружённый тьмой, источал жуткую, зловещую ауру. Другой — в алых одеяниях, стоял на поверхности Кровавого Моря, но его образ резко контрастировал с окружающей кровью.
Два клинка яростно сталкивались, вздымающиеся волны Кровавого Моря бушевали всё сильнее, пытаясь поглотить любого, кто осмелится приблизиться, и превратить его в часть себя!
Тайхэ не обратила внимания на эту мелочь. Надвигающаяся кровавая волна, хоть и выглядела устрашающе, на деле содержала совсем немного энергии. Ей даже не пришлось поднимать руку — свет Верховного Чистого Дао, окружавший её, сам рассеял всё Кровавое Море вокруг.
Там, где стояла дева в зелёном, воцарились чистота и покой.
Она крепко держала нефритовую линейку и с нежностью смотрела на двух сражающихся в центре моря — точнее, на алую фигуру.
Оба клинка — один злобный и жестокий, другой острый и решительный — сражались с неистовой яростью. От одного лишь отголоска их боя Кровавое Море бурлило без устали. Тайхэ стояла далеко и не могла сразу определить, кто имеет преимущество.
Но кого поддерживать — вопроса не возникало.
Один из сражающихся источал демоническую тьму, другой — чистый свет Дао. Любой здравомыслящий человек помог бы истинному даосскому мастеру, а не какому-то демоническому монстру.
К тому же…
— Учитель! — воскликнула Тайхэ.
Статный и величественный даос в алых одеждах одним взмахом рукава перенёс её к себе. В тот же миг злобный клинок чёрного демона вонзился в то место, где она только что стояла — и тотчас выплюнул кровь.
Его защитная демоническая аура была пробита, а спина ещё и получила удар Чунъянчжанем, чья природа прямо противоположна его собственной. Ощущения были отвратительные.
Тайхэ, успешно совершившая нападение, ничуть не испугалась, хоть и понимала, что противник намного сильнее её. Но чего бояться?
— Учитель, что вы здесь делаете? — спросила она, держась за край его одеяния и одновременно направляя свой артефакт, чтобы поддержать наставника в бою.
Юйчэнь — или, точнее, её альтер-эго Линбаоцзюнь — с радостью ответила послушной ученице:
— После твоего рассказа о Лунцзюне я не мог спокойно остаться и решил всё проверить. По пути наткнулся на несколько похожих случаев, проследил их до Восточного Моря — и обнаружил этого человека… А ты, Тайхэ? Разве ты не собиралась возвращаться в Куньлунь? Как ты сюда попала?
Похоже, она пришла сюда сама?
Тайхэ:
— Э-э, учитель, выслушайте меня.
Линбаоцзюнь:
— Я слушаю, Тайхэ.
Её голос звучал очень мягко, хотя её клинок в это время становился всё более беспощадным и неудержимым… Подделка Тунтянь-цзяочжу, которой она противостояла, явно чувствовала себя всё хуже.
Тайхэ же вовсе не обращала на это внимания. Напротив — чем хуже становилось положение противника, тем больше она радовалась.
Сначала она не сразу поняла, кто именно сражается с её учителем. Но теперь узнала: это был тот самый злодей, похитивший суть Духа Хунхэ, из-за чего тот не смог завершить своё формирование, а Тайхэ сама осталась с недостатком первоисточника. От этого её отношение изменилось, и даже её клинок Цинъянь начал целенаправленно атаковать именно его.
Но она не забыла ответить:
— Всё просто. — Тайхэ кратко объяснила, как оказалась здесь и почему решила вмешаться. — Ученица уверена в своих силах.
Линбаоцзюнь:
— О?
Тайхэ:
— Конечно, вполне возможно, что я проиграю и попадусь в ловушку… Но это неважно! — Она лукаво улыбнулась. — У меня ведь есть помощники!
Линбаоцзюнь спокойно заметила:
— Значит, ты уже заметила?
Тайхэ с надеждой спросила:
— Учитель, вы хотите похвалить меня?
Линбаоцзюнь ответила:
— Я просто констатирую факт: ты стала острее, Тайхэ.
Тайхэ:
— А вы рады моему прогрессу, учитель?
Линбаоцзюнь:
— Конечно, рада. Просто…
Тайхэ:
— Мм?
Линбаоцзюнь:
— Ты, наверное, много страдала в пути?
Линбаоцзюнь всегда верила, что только личный опыт ведёт к истинному знанию, и что трудности — самый быстрый путь к росту. Но теперь, видя, насколько Тайхэ изменилась с тех пор, как покинула Куньлунь, она не могла не задуматься: сколько же боли и лишений ей пришлось пережить, чтобы достичь такого прогресса?
Она знала, что обмен страданий на силу — выгодная сделка, все в этом мире проходят через это… Но это не мешало ей, как старшему и наставнику, сочувствовать своей ученице.
Тайхэ:
— Да ладно вам! Я ведь шла вместе с Хэнъэ, а Ваншу обо мне заботилась… Всё было довольно легко.
Она легко обошла стороной все трудности пути — во-первых, потому что всё уже позади, а во-вторых, не видела смысла жаловаться учителю. И тут же перевела разговор на другую тему:
— Кстати, я и не думала, что у этого цзяочжу такие грандиозные амбиции.
Линбаоцзюнь охотно подхватила:
— Бездарь, больше не на что способная, кроме как мечтать.
Тунтянь-цзяочжу, которого они вдвоём методично избивали — одна наносила основные удары, другая поддерживала, — почувствовал, как на лбу вздулась жила. Он был вне себя от ярости:
— Вы двое…
Ладно, болтайте, если хотите. То, что у меня нет ученика, который мог бы так меня поддержать, — ладно, с этим я смирился. Хотя и грубо, и невежливо вести беседу во время боя, но раз уж вы так поступаете — я воспользуюсь вашей ошибкой. Это я ещё могу стерпеть. Но…
С каких это пор вы начали открыто издеваться надо мной?!
Неужели я выгляжу как безобидная тряпка?!
И почему вы говорите это вслух?! Почему не шепчетесь мысленно?!
Тунтянь-цзяочжу бушевал, но Линбаоцзюнь не собиралась его слушать.
Даос в алых одеждах нанесла ещё один удар, показывая на деле: «Я настолько хороша, что могу одновременно вести беседу и драться. А ты, неумеха, даже базовые действия не можешь выполнять параллельно — лучше сосредоточься, а то получишь ещё».
Тайхэ тут же последовала примеру учителя, нанеся свой удар в знак уважения и одновременно заявив о своём присутствии: мол, хоть я тебя и не одолею в одиночку, но вместе с учителем мы тебя точно победим. Так что не питай иллюзий.
Тунтянь-цзяочжу:
— …
Хватит. Больше нельзя терпеть.
Если вас уже на голову поставили — чего ещё ждать?!
В ярости Тунтянь-цзяочжу активировал своё главное умение.
— «Массив Чжусянь», — назвала Линбаоцзюнь массив, не выказывая ни малейшего волнения. — Жаль, — добавила она без тени искренности.
— Твои знаменитые Четыре Меча Чжусянь сейчас не при тебе. Без них «Массив Чжусянь» — всего лишь пустая оболочка.
Энергия меча «Циньпин» неистово бушевала, его сияние было ослепительно. Линбаоцзюнь управляла клинком сердцем, и энергия меча превратилась в Свет Верховного Чистого Дао, уравновешивая массив Тунтянь-цзяочжу. На время бой стал равным.
Тунтянь-цзяочжу не терял уверенности. Он был уверен, что сможет переломить ситуацию, ведь у него тоже имелся козырь…
Он почти растерянно опустил взгляд на клинок, пронзивший его тело, и почувствовал ароматный ветерок.
Прекраснейшая из богинь недовольно вытащила свой меч и с отвращением встряхнула его, чтобы не запачкать алые одежды кровью. Затем она пожаловалась стоявшему рядом:
— Братец, мой меч испачкался.
Мужчина в зелёных одеждах с тёплой улыбкой ответил:
— Ничего страшного. Позже я вымою его для тебя водами Небесной Реки.
— Вы… это вы… — медленно осознал Тунтянь-цзяочжу. — Фу Си, Нюйва… и…
— Тайхэ.
Дева в зелёном, поддерживая даоса в алых одеждах, изящно появилась среди разрушающегося массива и весело произнесла:
— Благодарю вас, цзяочжу, за содействие. Без вашей беспечности наш замысел вряд ли бы удался!
http://bllate.org/book/3536/385162
Готово:
