Цзянь Хуань только тогда вспомнил, что в машине еще кто-то есть, и с досадой бросил телефон вперед, жестом приказывая Чжан Муяну трогаться.
На этот вызов он выехал ради задания класса C: кто-то позвонил в полицию из Розового сада и сообщил, что из пустующего соседнего коттеджа уже несколько ночей подряд доносятся детские крики. Поговорив с управляющей компанией, полиция выяснила, что хозяин этого коттеджа последние два года вообще не был в стране, дом пуст и в нем никого нет, однако заявитель упорно утверждал, что слышал крики ребенка, и потому обратился за помощью к стражам порядка.
Прибыв на место, полиция действовала тем же путем, что и управляющая компания — сначала установила личные данные владельца коттеджа.
Хозяин круглый год жил за границей, камера у входа работала исправно, следов взлома или подделки не обнаружено, а за двадцать четыре часа до и после того, как заявитель услышал детские крики, никто в дом не входил и из него не выходил.
На месте ничего не нашли. По идее, после того как заявитель расписался бы в протоколе, народные слуги закона могли спокойно отправляться восвояси. Однако один из них проявил бдительность: поскольку духовная сила стражей и проводников легко влияет на органы чувств обычных людей, он достал из машины прибор для замера остаточной духовной силы на месте происшествия и в итоге пришел к выводу, что это дело рук Группы по обработке особых происшествий, где работал Цзянь Хуань.
Специальная группа и народные слуги занимались каждый своим делом, не вмешиваясь в дела друг друга, поэтому, обнаружив превышение порогового значения духовной силы на месте, полицейские напрямую передали дело в спецгруппу, оставив ему лишь стажера для координации на месте.
К моменту их прибытия дождь заметно утих, и стажер, держа в руках «малыш-грибок» для измерения духовной силы, стоял под карнизом крыши и вовсю махал ему рукой.
— Руководитель Цзянь, я так по вам скучал! — глаза Чжан Саня излучали зеленоватый свет. — Что вкусненького ты мне сегодня принес?
Цзянь Хуань усмехнулся, подхватил бумажный пакет с легким завтраком и бросил его прямо в окно машины в объятия стажера, а затем спросил:
— Ты скучал по мне или по завтраку, который я тебе принес?
Чжан Сань хихикнул: судя по всему, он проголодался до полусмерти, поэтому тут же сунул измерительный прибор обратно в руку Цзянь Хуаня и принялся жадно уплетать еду.
— И по тому, и по другому, — невнятно пробормотал Чжан Сань. — Руководитель Цзянь у нас просто золото, я уж не буду показывать большой палец — руки заняты. Со сколькими группами мне доводилось работать, везде чужих стажеров ни во что не ставят, и только руководитель Цзянь так хорошо к нам относится, да еще и еду приносит.
У самого Цзянь Хуаня была склонность к гипогликемии, и когда он оставался голодным, его характер становился ужасно скверным, поэтому он привык всегда носить с собой что-нибудь перекусить. С Чжан Санем они работали вместе уже не впервой, но паренек все-таки был новеньким, а по давней традиции новичкам всегда доставалось больше всего тумаков. Цзянь Хуаню претила такая несправедливость, и хотя ничем другим помочь он не мог, принести порцию завтрака труда не составляло.
Пока Цзянь Хуань опустил голову, проверяя показатели остаточной духовной силы, Чжан Муян скалил зубы на стажера, шепотом угрожая Чжан Саню, чтобы тот перестанавливал клянчить еду у руководителя Цзяня.
Цзянь Хуань не обращал внимания на их мелкие перепалки, сам выпрыгнул из машины и принялся шарить в поисках отмычки, чтобы открыть дверь.
Специальная группа обладала особыми полномочиями, и взлом замков не противоречил закону. Цзянь Хуань не слишком преуспел в этом предмете во время учебы в Башне, но навыков вполне хватало: пара ловких движений, щелчок — и дверь коттеджа успешно отперта.
Внутри лежал толстый слой пыли, на полу не было ни единого следа. Цзянь Хуань достал фонарик и бегло осветил пространство: пылинки в воздухе висели абсолютно равномерно, здесь явно уже очень давно никто не появлялся.
Пустой пустующий дом, зашкаливающие остатки духовной силы и детские крики, услышанные обычным человеком — нетрудно было догадаться, что неподалеку кто-то из проводников высвободил свою духовную силу.
Впрочем, судя по опыту, скорее всего, во двор просто выбросили какую-то вещь, пропитанную феромонами проводника, вот она и повлияла на чувства обывателя, заставив того ошибочно принять за детский визг самые обычные звуки.
— Я наелся! — крикнул со входа молодой стажер. — Я тогда пошел, руководитель Цзянь! В конце месяца у нашего отдела будет вечер знакомств, там будет несколько отличных стражей, обязательно приходи!
Цзянь Хуань рассеянно бросил что-то в ответ, давая понять, что поднимается на второй этаж для проверки, а Чжан Муян, отвечавший за осмотр первого этажа, тут же повернулся к Чжан Саню и показал тому средний палец:
— Вали отсюда! Мой старший брат не курит, не пьет, не сквернословит... и вообще дурных слов не говорит! Такого идеального мужа днем с огнем не сыщешь, так что не пойдет он на твой дурацкий вечер знакомств.
Перекидываясь колкостями, они оба ни капли не воспринимали сегодняшнее задание класса C всерьез. Цзянь Хуань провел ладонью по лицу и принялся методично, в строгом соответствии с инструкциями, обходить помещение за помещением. Никаких улик, указывающих на исключительность этого дела, обнаружено не было.
Похоже, поездка оказалась пустой. И это прекрасно, Цзянь Хуань любил такую безмятежную, донельзя стабильную жизнь.
Если бы Фэн И не перевел в его группу Фэн Маньсю, сегодняшний день и вовсе выдался бы идеальным.
Спустя мгновение рассеянности на лестнице Цзянь Хуань едва не подпрыгнул от испуга, заметив за панорамным окном черную кошку. То самое духовное тело Фэн Маньсю, черная кошка, которую он в свое время гладил и целовал бесчисленное количество раз. Цзянь Хуань всмотрелся повнимательнее: кошка скучающе посмотрела на него в ответ, мяукнула, стряхнула с шерстки капли воды и нырнула в кусты.
Ветки и листья прогнулись под тяжестью ее тела — это было живое существо, а вовсе не духовное тело Фэн Маньсю.
Цзянь Хуань тяжело выдохнул, зажмурился и подумал, до чего же все это нелепо.
Всюду мерещатся враги.
— Я все осмотрел, здесь ничего нет, — крикнул ему снизу Чжан Муян, задирая голову. — Брат, может, проверишь еще раз?
Чжан Муян был пареньком, которого он вырастил своими руками — страж, чьи органы чувств были лишь ненамного острее, чем у обычных людей. У него не было ни духовного тела, ни духовного пейзажа, полноценным стражем его назвать было нельзя, да и в Башне он никогда не жил. Но раз уж парня приставили к нему в подчинение, Цзянь Хуань, разумеется, старался изо всех сил и разжевывал Чжан Муяну все те знания, что когда-то сам получил в Башне. Парень во всем был хорош и схватывал на лету, разве что отличался некоторой упертостью. Перевод Цзянь Хуаня в город Лан выглядел добровольным понижением ради спокойной жизни, где уют ценился выше туманных перспектив карьеры, и он никак не ожидал, что Чжан Муян увяжется следом, словно преданный щенок, раз и навсегда признавший своего хозяина.
Тогда Фэн И как раз позвонил ему. При всей изворотливости этого старого лиса Цзянь Хуань вполне мог замолвить словечко, чтобы Фэн И вернул Чжан Муяну его блестящие карьерные перспективы, но в самый последний момент он заколебался и промолчал.
Ему была слишком необходима хоть какая-то незыблемость для поддержания душевного равновесия, а присутствие этого паренька служило прекрасным напоминанием, позволяя помнить о своем статусе полунаставника, сохранять рассудительность и невозмутимость в любой ситуации.
Нити духовной силы проводника устремились во все стороны, заполняя каждый уголок первого этажа. Никаких остаточных следов духовной энергии в помещении не обнаружилось, все было в полном порядке.
http://bllate.org/book/35312/4363089
Готово:
