Третья стрела. Хэ Чэншуан в третий раз попала в «десятку», а Вань Си снова выбила девятку.
Первая серия завершилась. Общий результат Хэ Чэншуан опережал Вань Си на четыре очка.
Хэ Чэншуан холодно бросила взгляд на Вань Си — в её глазах читалась уверенность в победе.
На трибунах тренер провинциальной сборной по стрельбе из лука Гао Цюй внимательно следил за поединком и тихо обсуждал его с Сун Минхэ, сидевшей рядом.
— Хэ Чэншуан занимается стрельбой из лука с детства. Её родители — предприниматели, семья обеспечена, и они всячески поддерживают её материально. Сама она упряма и целеустремлённа. По моим наблюдениям, она, пожалуй, самая сильная среди всех ребят этого набора, — оценила Гао Цюй.
Сун Минхэ слегка улыбнулась:
— У этой девочки стрелы слишком острые. А всё, что чересчур жёсткое, легко ломается.
Закончив фразу, она перевела взгляд в сторону Вань Си.
Хотя расстояние было немалым, Сун Минхэ отчётливо видела, что на лице Вань Си, отстающей по очкам, не дрогнул ни один мускул.
Началась вторая серия.
В этот раз первой стреляла Вань Си.
Четвёртая стрела. Вань Си отпустила тетиву — стрела, словно молния, точно вонзилась в «десятку».
Хэ Чэншуан слегка нахмурилась, но постаралась успокоить себя: «Ну и что? Всего лишь одна „десятка“, не так уж и страшно».
Однако, несмотря на такие мысли, её четвёртая стрела угодила лишь в девятку.
Пятая стрела — Вань Си снова выбила «десятку».
Хэ Чэншуан заволновалась, на виске выступила испарина, рука дрогнула — стрела попала в восьмёрку.
Шестая стрела: Вань Си — девятка, Хэ Чэншуан — восьмёрка.
Счёт сравнялся.
С трибуны Сун Минхэ похлопала Гао Цюя по плечу:
— Дальше можно не смотреть. Вань Си точно победит.
Гао Цюй приподнял бровь:
— Ты так уверена в этой девочке?
Сун Минхэ улыбнулась:
— Одна — спокойна, другая — нервничает. Какой тут может быть интриги?
И в самом деле, начиная с третьей серии, Хэ Чэншуан стала стрелять всё хуже и хуже, допуская всё больше ошибок.
На самом деле её уровень был куда выше, но всё испортила ссора с Вань Си накануне в общественном туалете. Тогда она в сердцах бросила вызов, а теперь, при первой же неудаче, полностью потеряла самообладание.
А Вань Си всё это время сохраняла невозмутимое выражение лица: в проигрыше не проявляла тревоги, в выигрыше — самодовольства.
Для неё это соревнование ничем не отличалось от обычной тренировки.
Когда все двенадцать стрел были выпущены, поединок завершился.
Вань Си выиграла у Хэ Чэншуан с преимуществом в девять очков.
Ребёнок, занимавшийся стрельбой из лука меньше года, стала обладательницей золотой медали турнира «Надежда» — настоящей сенсацией соревнований.
Стоя на пьедестале, Вань Си коснулась золотой медали на груди — металл казался прохладным на ощупь.
В тот самый момент дождик прекратился, сквозь облака пробился золотистый солнечный свет, а на горизонте едва угадывалась радуга. Всё вокруг напоминало сказку.
Вань Си посмотрела на этот тёплый, мягкий свет и вдруг улыбнулась.
Если есть свет, то мечта горяча.
Если есть любовь, то ничто не сможет остановить тебя.
* * *
Учебный год в спортивной школе Наньчэна заканчивался поздно — уезжать домой можно было только двадцать восьмого числа по лунному календарю.
Последние два дня никто не хотел тренироваться — все мечтали о доме.
Однажды Вань Си обедала в столовой, когда вдруг получила от Чжоу Яоцао ссылку на статью о зимнем математическом лагере для старшеклассников. В материале восторженно хвалили Нин Хэна, набравшего максимальный балл, называя его опорой государства и человеком с великим будущим.
Попав в сборную, Нин Хэн уже получил рекомендацию на поступление в Пекинский университет, факультет математики.
Он поставил себе цель — полностью посвятить себя подготовке в сборной, чтобы войти в состав национальной сборной и выступить на Международной математической олимпиаде (IMO).
Вань Си, жуя кисло-сладкие свиные рёбрышки, читала журналистские восторги в адрес Нин Хэна и с каждым абзацем чувствовала, как всё становится вкуснее.
И рёбрышки, и Нин Хэн — оба были восхитительны.
Вдруг она заметила на странице групповое фото двенадцати участников лагеря от команды Наньчэна.
Вань Си поспешила открыть его. Учителя, как обычно, выбрали «убийственный» ракурс и неудачное освещение, но даже при этом Нин Хэн на снимке выделялся — чёткие черты лица, яркая внешность.
Однако чем дольше Вань Си смотрела на фото, тем сильнее тревожилась. Вскоре перестали нравиться даже рёбрышки.
Она заметила, что рядом с Нин Хэном стоит девушка — изящная, с тонкими чертами лица и бледной кожей.
Более того, её голова слегка наклонена в сторону Нин Хэна.
Вань Си тут же отправила это фото Чжоу Яоцао.
Вань Си: [Кто это?]
Чжоу Яоцао: [А, это Чжао Сяоюй, одноклассница Нин Хэна по олимпиадному классу. Она тоже ездила на зимний лагерь.]
Во втором семестре десятого класса в школе открыли специальный олимпиадный класс для талантливых учеников, готовящихся к конкурсам. Разумеется, Нин Хэн тоже перевёлся туда.
Вань Си и не подозревала, что его соседкой по парте окажется девушка.
Она никогда не спрашивала об этом, но и он сам никогда не упоминал.
Вань Си всё ещё смотрела на фотографию, погружённая в размышления, как вдруг напротив неё уселся кто-то. Она подняла глаза и увидела сияющую улыбку.
Это был Цинь Юньгуань.
Со дня его прошлого дня рождения они почти не виделись: он был занят сборами, а она — соревнованиями.
Цинь Юньгуань отлично выступил на провинциальных соревнованиях по плаванию и попал в поле зрения тренера провинциальной сборной. Ему предложили место в команде.
Вань Си поспешила поздравить:
— Слышала, тебя берут в провинциальную сборную, старший брат по секции! Поздравляю!
Цинь Юньгуань улыбнулся:
— Тебе осталось недолго. Говорят, весной провинциальная сборная по стрельбе из лука приедет к нам в школу отбирать новых спортсменов. Ты, золотая медалистка, точно попадёшь.
Вань Си смущённо почесала затылок:
— Ну, это ещё не факт.
В этот момент Цинь Юньгуань заметил на экране её телефона увеличенное фото Нин Хэна. Его взгляд потускнел.
Он заговорил, и в голосе прозвучала хрипотца:
— Этот Нин Хэн… он твой парень?
Вань Си поспешно покачала головой, но тут же добавила:
— Но мне он нравится.
Её глаза засияли, в них вспыхнул свет.
Цинь Юньгуань горько усмехнулся. Эта девчонка даже шанса ему не оставляет.
Ведь ещё в день его рождения Нин Хэн чётко дал понять, что претендует на Вань Си, а её молчаливое согласие на все его проявления внимания говорило само за себя.
Между ними и так всё ясно — ему здесь делать нечего.
Поэтому Цинь Юньгуань заставил себя отступить.
Они сидели за столиком у окна. В чистом стекле отражались их размытые силуэты — так близко, и всё же так далеко.
Цинь Юньгуань помолчал, а затем решился сказать то, что давно думал:
— Нин Хэн, конечно, выдающийся, но ведь в обычной школе у него наверняка много поклонниц. Вань Си, ты хоть раз задумывалась, что если мы попадём в провинциальную сборную, нас ждут изнурительные тренировки и почти никаких каникул? А если повезёт и мы войдём в национальную сборную, то, скорее всего, окажемся запертыми в тренировочном центре круглый год. Мы полностью погружены в спорт, почти не общаемся с внешним миром. Между спортсменами и обычными людьми легко возникает пропасть. В период карьеры строить отношения с «обычными» людьми — слишком много препятствий.
Спортсмену приходится терпеть тоску по близкому человеку, а тому — сопротивляться соблазнам внешнего мира.
К тому же со временем образ жизни становится всё более разным.
Цинь Юньгуань говорил искренне. Возможно, у него и не было шансов с Вань Си, но он не хотел, чтобы она страдала.
Обычно Вань Си сочла бы такие слова слишком далёкими от реальности или просто посмеялась бы над ними.
Но сегодня, увидев фото Чжао Сяоюй рядом с Нин Хэном, она почувствовала, как эти слова легли на сердце тяжёлой тенью.
* * *
День рождения Нин Хэна приходился на двадцать девятое число по лунному календарю, но уже вечером двадцать восьмого его друзья из олимпиадного и бывшего профильного классов устроили в караоке вечеринку в честь его попадания в сборную и заставили его угощать всех.
Нин Хэн, разумеется, пригласил и Вань Си. Она прикинула время и решила, что успеет вернуться домой, переодеться и прийти вовремя, поэтому согласилась.
Багажа у неё было немного, и она не стала тащить чемодан, а просто набросила на плечи большой рюкзак. У Ли Вэйвэй она взяла фирменный пакет от спортивного бренда и запихнула туда все туалетные принадлежности. Затем заспешила к воротам школы.
Но едва она прошла половину пути, как Хуан Гэгэ резко схватила её за руку:
— Не ходи! Там засада!
Оказалось, что Чжан Мэндэ из секции дзюдо, ещё до отъезда Цинь Юньгуаня, решила сделать ему признание, но получила вежливый отказ. Узнав от «осведомителей», что Цинь Юньгуань всё ещё неравнодушен к Вань Си, Чжан Мэндэ в ярости решила проучить Вань Си и с утра дежурила у школьных ворот вместе с несколькими девчонками из своей команды.
Вань Си не стала рисковать — с дзюдошками шутки плохи. Она два часа просидела в общежитии, размышляя, не прибегнуть ли к крайней мере — пролезть через собачью нору в задней части школьного забора.
Но тут на помощь пришла старшая сестра по секции стрельбы из лука Ма Ян.
— Что за дела? Неужели решили, что в нашей секции некому заступиться? Так открыто издеваться над детьми? Пошли, я с вами поговорю!
Вань Си и Хуан Гэгэ были растроганы и поспешили за старшей сестрой.
Когда за спиной есть поддержка, идти куда веселее.
Однако, подойдя к воротам, они увидели, что Чжан Мэндэ не только не испугалась Ма Ян, но и вспыхнула от ярости, словно готовая растерзать их.
Вань Си и Хуан Гэгэ даже не успели опомниться, как старшая сестра мгновенно развернулась и бросилась бежать.
Поза красноречиво говорила: «Спасайся, кто может!»
Вся её храбрость куда-то испарилась.
В клубах пыли остался лишь её отчаянный крик:
— Это же Чжан Мэндэ! Признаюсь честно — я действительно отбила у неё парня!
Теперь всё было кончено. Трёх «слабаков» из секции стрельбы из лука гнали по всей школе, как зайцев.
В итоге Вань Си всё-таки пришлось пролезть через собачью нору в задней части забора. Выглядела она совершенно жалко.
На беду, по дороге случилась пробка. Домой заехать уже не успевала, и она побежала прямо в караоке с рюкзаком за спиной и пакетом туалетных принадлежностей в руке.
Нин Хэн уже несколько раз звонил ей, подгоняя.
Зал находился на пятом этаже, лифт был забит под завязку. Вань Си, торопясь, побежала по лестнице. Когда она, запыхавшись, добралась до пятого этажа, у входа в коридор стоял Нин Хэн — он как раз собирался звонить ей в очередной раз.
Они не виделись уже полгода.
Нин Хэн, кажется, ещё подрос. Он стоял, прислонившись спиной к стене, всё так же расслабленный и небрежный. Приглушённый свет коридора окутывал его высокую фигуру полупрозрачной дымкой.
В караоке было тепло, и он снял пуховик, оставшись в светло-серой толстовке. Кончики глаз слегка опущены, взгляд холодноват.
Он почувствовал её взгляд и поднял глаза. Их взгляды встретились. Ледяная резкость его взгляда, чёткость черт лица — всё мгновенно смягчилось, будто озарилось светом.
Нин Хэн подошёл к ней и остановился. Его высокая фигура отбрасывала тень, полностью накрывая её. Даже тень казалась осязаемой. Он протянул руку — длинные, чистые пальцы коснулись её щеки.
В этот момент тёплый, приглушённый свет коридора окутал их, словно лёгкая вуаль.
Сердце Вань Си снова забилось бешено, кровь прилила к лицу, щёки залились румянцем.
Однако пальцы коснулись не нежно, как она ожидала, а начали энергично вытирать её щёку.
— У тебя целое пятно сажи на лице. Ты что, через собачью нору лезла? — с лёгкой насмешкой спросил Нин Хэн.
В этот момент Вань Си объявила, что её девичье сердце окончательно умерло.
Она глубоко вдохнула и решила, что раз уж завтра его день рождения, то не будет с ним ссориться.
http://bllate.org/book/3528/384534
Готово:
