Тот, на кого жаловались, не выразил ни малейших эмоций. Он прошёл несколько шагов по проходу и с размаху пнул плотно закрытую металлическую дверь летающего катера.
— Уходим.
Оба один за другим выпрыгнули из люка. Пассажиры переглянулись, уже решив, что им удалось избежать гибели, но в следующее мгновение до ушей донёсся неприятный, до зубовного скрежета резкий звук трения.
С грохотом полуразрушенный катер перевернулся и стремительно полетел вниз. Казалось, чья-то невидимая гигантская рука сжала его с двух концов и, переломив пополам, словно тонкую ветку, небрежно швырнула в сторону.
Люди, точно сухие листья, разлетелись в разные стороны.
Когда Янь Сяньчуань пришла в себя, она падала с неба. В левом боку и животе полыхнула дикая боль, а скользнув взглядом в ту сторону, она увидела торчавший там кусок железа причудливой формы, из которого ручьём хлестала кровь.
Она поморщилась, протянула руку, ухватилась за выступающий край железки и единым движением выдернула её. После этого она небрежно зажала рану ладонью, ничуть не переживая по поводу собственного свободного падения, и даже огляделась по сторонам, изучая соседей по несчастью.
Кто-то за спиной затянул нечто похожее на парашют и без паники медленно опускался вниз, а другие, как и она сама — возможно, обладая столь же безрассудной смелостью перед лицом смерти, — позволяли себе падать камнем.
Янь Сяньчуань демонстративно проигнорировала их пронзительные крики и неестественные позы с отчаянно дёргающимися ногами, похожие на барахтающихся в ловушке лягушек.
Состояние невесомости было для неё привычным делом, к тому же, пройдя через крещение бесчисленными инстансами, Янь Сяньчуань давно разучилась испытывать страх.
Какое синее небо, — подумала она.
Свистящий ветер растрепал пряди волос. Прежде чем чувство усталости успело вновь накатить волной, Янь Сяньчуань через силу собралась с духом: в конце концов, это был новый мир, который она выбрала сама.
Ослепительные полупрозрачные пласты породы отражали бесчисленные переливчатые искры, напоминая гигантскую обёртку от карамели.
Прежде чем её ноздри успели уловить фантазийный сладкий аромат, тело пронзила жуткая боль от переломанных рук и ног. Следом голову словно бы со всего маху ударили тяжёлым молотком, вытащили оттуда мозг, засунули в центрифугу, как следует взболтали и влили обратно.
В голове шумело, в глазах стояла темнота, а во всём теле не осталось ни единого живого места, которое бы не ныло. Умереть-то она, конечно, не умрёт, и по сравнению с соседями, превратившимися в лепешки, она ещё вполне способна дышать.
Янь Сяньчуань невольно кашлянула, сплюнув кровавую пену. Перед глазами за взмахом взмахивали праздничные хлопушки, и разноцветное конфетти пестрой пеленой застилало взор.
Не прошло и минуты с тех пор, как она, страдая от головокружения, распростёрлась на земле, как в голове неожиданно раздался голос. Сперва он прерывался и хрипел, но постепенно выровнялся.
— Вы… пожалуйста, обрати… потеря… поврежде… Пожалуйста, не беспокойтесь, я уже связался с медицинской бригадой, они прибудут менее чем через десять минут, вам скоро окажут помощь, держитесь.
Электронный голос, звучавший прямо в её голове… Янь Сяньчуань вдруг стало смешно.
Уж точно не Главный Бог. Учитывая здешний высокий технологический уровень, это, пожалуй, какой-нибудь умный помощник или вроде того.
Янь Сяньчуань молчала, ожидая передачи воспоминаний. Прошло несколько минут, но, кроме доносившихся с разной отдаленностью завываний ветра и криков боли, не было слышно ничего.
Вокруг царила тишина, словно на кладбище. Если точнее, от кладбища это место отличалось лишь отсутствием надгробных холмиков.
Ещё мгновение спустя в её разуме возникло странное, невыразимое понимание: из-за преждевременной гибели прежней владелицы тела физическая оболочка слилась воедино, но память рассеялась.
Впрочем, стоило ли жалеть о паре царапин на животе.
Хорошо хоть она помнила своё происхождение и имя. Человек, изгнанный из дома из-за всеобщей семейной ненависти — такую память можно и вовсе не сохранять.
Вскоре до её слуха донёсся гул зависшего летающего катера. Несколько людей в белой форме выпрыгнули наружу, держа в руках разнообразную медицинскую аппаратуру и складные носилки.
Сотрудники экстренно обработали кровоточащую рану, бегло оценили её состояние, а затем с высочайшим профессионализмом переложили её на носилки, не причинив дополнительных травм.
— Мисс Янь Сяньчуань, пожалуйста, не волнуйтесь. Вы являетесь нашей VIP-клиенткой и приобрели пожизненную страховку от компании Дунъе, так что расходы на нынешнее лечение мы компенсируем вам на восемьдесят процентов.
Главный из них, обладатель аккуратно подстриженных усиков и безупречных манер, с вежливой улыбкой кивнул ей.
Носилки плавно подняло в воздух. Янь Сяньчуань скосила взгляд и заметила неподалёку ещё нескольких полуживых людей.
Дверь катера с хлопком захлопнулась, готовясь взмыть ввысь. Она с некоторым недоумением спросила:
— Там же ещё остались раненые, вы их не спасёте?
Усик лишь мягко улыбнулся:
— Они не покупали наш пакет пожизненного страхования, а потому не входят в зону нашего обслуживания.
Похоже, этот мир отличался от того мирного общества, которое она себе воображала.
Медицинский работник принёс пакет с кровью, закрепил его на стойке для капельниц и тихо произмолвил:
— Сейчас вам перельют кровь. Кровь, которую наша компания предоставляет клиентам, поставляется исключительно здоровыми гражданами третьего гражданского статуса и выше. Она полностью соответствует вашей группе, так что можете не беспокоиться.
С этими словами он мягко вонзил иглу в вену на тыльной стороне ладони Янь Сяньчуань.
Вокруг неё суетились и другие специалисты: один вытирал кровь, другой сканировал повреждения организма, третий составлял план лечения, попутно рекламируя марки используемых медицинских приборов и перечисляя награды лечащего врача.
Всё происходило предельно нежно, заботливо и профессионально, полностью оправдывая корпоративный девиз: предоставить каждому VIP-клиенту самый чуткий сервис.
Более того, чтобы клиенты могли легко и отчётливо разглядеть эту фразу, компания выбила её прямо на потолке.
Катер медицинской группы обладал приоритетом на дороге: он не был обязан следовать правилам полётов и соблюдать скоростной режим. Стоило загореться зелёному свету, как он беспрепятственно мчался в небе над мегаполисом.
А те, кого они обгоняли, или те, кто не успевал увернуться и попадал в аварии, в сферу их заботы не входили.
Янь Сяньчуань поочерёдно доставили в реанимацию, а после долгих хлопот перевели в медицинскую капсулу для глубокого восстановления, откуда её вытащили только к вечеру и определили в палату повышенной комфортности.
Если бы ей заранее не сказали, что это больница, глядя на убранство, Янь Сяньчуань приняла бы её за роскошный номер в пятизвёздочном отеле — не говоря уже о приставленной лично к ней сиделке, готовой явиться по первому зову.
http://bllate.org/book/35224/4350742
Готово:
