Съемочная группа также говорила, что вечером нам помогут доставить оставшийся багаж в наши комнаты — даже если в чемоданы, с которыми мы приехали изначально, всё не поместилось.
Но раз богиня привезла с собой такой огромный чемодан, неужели она упаковала туда вообще всё?
Точно, она же раньше говорила в каком-то документальном фильме, что не любит доставлять хлопоты другим.
Кто бы мог подумать, что спустя столько лет она осталась прежней.
У меня в основном осталось пара не засунутых в чемодан пар обуви да несколько курток.
Как-никак сейчас осень, и если погода вдруг похолодает, нужно быть к этому готовым.
И как только продюсеры это шоу спланировали? Разве шоу на свидания обычно не снимают весной, а транслируют летом?
Устраивать съемки осенью — это они решили побороться за атмосферность с шоу о разводах? А когда смонтируют и пустят в эфир зимой, будут соревноваться за прайм-тайм с новогодним огоньком?
Ничего не понимаю.
Ладно-ладно, изюминка этого шоу о свиданиях, судя по всему, заключается вовсе не в романтике, а в «любовной мафии».
Седьмой день влюбленности, как следует из названия, будет транслироваться в общей сложности семь дней.
Мы прибыли сюда сегодня во второй половине дня, так что, строго говоря, сегодня — нулевой день, ведь в последний день съемки завершаются в полдень, что как раз в сумме с сегодняшним днем дает полноценные сутки.
Ужин был приготовлен съемочной группой, а покончив с едой, я принял душ и лег в постель.
Съемочная группа разработала Приложение «Сердцебиение», которое мы заранее установили на свои телефоны.
В этом приложении мы могли в любое время суток в течение дня редактировать Сообщение о симпатии для любого человека, но в итоге каждый день можно было отправить только одно Сообщение о симпатии.
До девяти часов вечера каждый был обязан выбрать одного из сегодняшних участников и отправить ему Сообщение о симпатии.
Приложение временно сохраняет это сообщение, чтобы в девять тридцать вечера разослать их адресатам единым потоком.
Можно сказать, что девять тридцать вечера каждого дня — это момент оглашения результатов.
Сидя на кровати, я покусывал губу в нерешительности: стоит ли всё-таки отправить его богине?
Я размышлял добрую половину дня, рассудив, что в первый день всё же не стоит быть слишком навязчивым, чтобы не спугнуть богиню.
Поэтому я решил отправить его Чжан Шуно.
По-прежнему польщу ей, ну и сделаю парочку простых комплиментов: [Вживую ты выглядишь еще красивее, чем на видео.]
Как только пробило девять тридцать, я, к своему удивлению, даже немного занервничал.
Это чувство возвращало меня в те времена, когда в старшей школе оглашали результаты экзаменов.
Если бы здесь не было еще и богини, я, пожалуй, смог бы встретить всё это куда спокойнее.
Глубоко вздохнув, я зашел в раздел входящих сообщений в Приложении «Сердцебиение», и там неожиданно оказалось три имени!
Что за шутки, это что, мне сценарий всеобщего любимчика подсунули?
Еще большим шоком для меня стало то, что имя Инь Ихань красовалось среди них!
Я невольно приоткрыл рот, и телефон в моей руке с громким шлепком соскользнул на одеяло.
Вспомнив, что вокруг установлены камеры, я тут же подобрал его обратно, а то выглядело бы как-то неестественно.
Иначе мне пришлось бы изображать потрясение еще минут десять.
Одной рукой я прикрыл рот, пряча выражение лица, а другой — слегка дрожащими пальцами — нажал на имя богини.
Внутри было написано: [Спасибо, что помогла мне выбрать комнату.]
Мое сердце забилось от восторга, но задерживаться надолго я не смел: поумиравши какое-то время от радости, я перешел к письму следующего человека.
Съемочная группа ведь предупреждала, что любые действия после входа в приложение будут записываться — например, чью именно почту ты открыл и сколько времени в ней провел. Иначе, если даже нельзя будет понять, чье сообщение открыли, в дальнейшем будет сложно сопоставить отснятые материалы с реакцией участников.
Если бы я задержался слишком долго, разве это не было бы вопиющим проявлением предвзятости?
Зайдя в профиль Чжан Шуно, я обнаружил от нее следующее сообщение: [У тебя отменный вкус.]
Ладно, эта девчонка действительно невероятно самовлюблена.
Впрочем, то, что она прислала его мне, вполне естественно — ведь я всем своим видом изображал ее фаната.
Третьим человеком неожиданно оказалась Мэн Чанцин. Я-то думал, что сегодня мы с ней не сошлись характерами, а она, оказывается, прислала весточку мне.
Мэн Чанцин: [Ты лицом похож на одного человека, которого я знала раньше.]
Что это значит?
Наверное, из-за того, что совесть не чиста, первой мыслью в моей голове пронеслось: неужели, как и в случае с моим «знакомством» с Инь Ихань, мы с Мэн Чанцин были знакомы и раньше?
Но как я ни рылся в памяти, никаких воспоминаний об этом человеке не обнаружил.
В любом случае, съемочная группа позже за ужином планирует устраивать различные темы для бесед, чтобы сблизить всех участников и шаг за шагом узнать о том, какие учебные заведения те окончили, в каких семьях росли и что побудило их выбрать нынешнюю профессию, так что если представится возможность, можно будет спросить ее об этом позже.
Впрочем, Мэн Чанцин та еще странная штучка, вполне возможно, что она просто несет чепуху и чистой воды напускает туману.
Я снова сделал вид, будто случайно, и перечитал Сообщение о симпатии от богини.
Чтобы случайно не записать на камеру свою идиотскую ухмылку, я специально пошел читать его в уборную.
Камеры в комнатах на ночь тоже остаются включенными, но режиссер-постановщик говорил, что те, кто не хочет, чтобы поутру их видели без макияжа или с неприглядным выражением лица во сне, могут перед отходом ко сну сами завесить объектив одеждой или куском ткани, а наутро снова убрать.
Я, естественно, выбрал вариант с завешиванием.
На следующее утро заведенный будильник ровно в семь тридцать поднял меня на ноги.Я думала, что встала уже достаточно рано, но, спустившись вниз, обнаружила, что Ю Лун почти закончила готовить завтрак.
Она подбросила продукты на сковороде, и языки пламени мгновенно взметнулись со дна.
Я как раз удивилась тому, откуда в помещении взялся такой сильный огонь, как вдруг заметила, что Инь Ихань тоже помогает рядом.
Сегодня Инь Ихань была одета в синюю рубашку. Не в какую-то кричающе яркую, а в приглушенную и неброскую светло-водно-голубую. Гладкая текстура ткани струилась по ее фигуре, словно вода.
Две верхние пуговицы у горла были расстегнуты, воротник раскинулся в стороны, обнажая красивые ключицы, отчего эта рубашка казалась не слишком официальной, а скорее непринужденной.
Длинные волосы она небрежно собрала на затылке с помощью крабика, а прядки у ушей завивались изящными волнами.
В этот момент она помогала Ю Лун мыть зеленый лук. Закончив, она стряхнула капли воды с длинных пальцев прямо в раковину, и брызги разлетелись во все стороны.
Она подняла голову, и ее взгляд на мгновение столкнулся с моим.
Мгновение — и оно исчезло.
Я пришла в себя, отвела глаза и подошла к Ю Лун, чтобы спросить, не нужна ли какая-нибудь помощь.
Ю Лун обернулась, оценивая объем работы Инь Ихань, и сказала:
— Тогда порежь лук, который Сяохань помыла. Только помельче.
— Хорошо.
Я подошла, установила разделочную доску на стол и включила кран, чтобы вымыть руки.
Инь Ихань все еще не положила лук на доску.
Мне пришлось повернуться и посмотреть на нее.
На этот раз не через экран, не по фотографиям или видео.
А глядя на нее по-настоящему, вживую.
Она стояла от меня меньше чем в метре.
Улыбка в уголках ее губ была похожа на приманку рыбака, которая заставляла меня невольно плыть к ней.
Она протянула руку передо мной, подавая мне несколько перьев лука.
Подождите, несколько перьев лука?
Прошу прощения, я только что машинально проигнорировала лук в руках Инь Ихань.
Я моргнула и слегка смущенно приняла их.
Двигаясь предельно осторожно, я ни на секунду не коснулась руки богини.
Мне оставалось только мысленно похвалить себя: Цю Чи — настоящий благородный муж.
Жареный рис, приготовленный Ю Лун, выглядел очень аппетитно, но после того, как все было готово, Чжан Шуно и Цзи Чжэнчжэн так и не спустились.
Похоже, эти двое всерьез говорили вчера, что любят поваляться в постели.
Ничего не поделаешь, Ю Лун оставалось лишь разложить их порции по тарелкам и убрать в холодильник на случай, если они не спустятся и чуть позже.
Не успели мы сесть за стол, как обе девушки появились внизу.
Стоило мне увидеть Чжан Шуно, как я сразу поняла, почему она спустилась так поздно.
Ее макияж был безупречно изысканным, словно она собиралась на съемки какого-то глянцевого журнала, — сразу было видно, что на это ушло немало времени.
Цзи Чжэнчжэн же, судя по всему, действительно проспала: она даже не успела замазать темные круги под глазами, и лицо казалось совсем ненакрашенным.
Впрочем, кожа у нее была довольно светлой, и если не считать некоторой бледности и болезненного вида, все выглядело вполне нормально.
Во время еды все заговорили об университетских специальностях.
Когда очередь дошла до меня, я намеренно умолчала о названии вуза и сказала лишь, что изучала журналистику и массовые коммуникации.
Чжан Шуно бросила взгляд на Цзи Чжэнчжэн, а затем перевела его на меня:
— Если подумать, вы обе — работники печатного слова.
Произнеся это, Чжан Шуно издала насмешливый смешок.
Я поняла, над чем она иронизирует.
Я действительно устала душой.
Хватило того, что во время учебы в университете нас пинали все кому не лень, но я никак не ожидала, что даже на работе придется терпеть насмешки.
Я думала, что смогу относиться к этому спокойно, но, по правде говоря, едва сдержалась, чтобы не бросить палочки для еды и не уйти.
Погодите, изучение журналистики и коммуникаций — это что-то презренное?
Благодаря некоему китайскому специалисту по заполнению заявлений на поступление в вузы, сетевое сообщество страны буквально плюется на эту специальность, отпуская едкие шуточки, а уровень дискриминации достиг предела.
Стоит появиться какой-нибудь новости, в которой хоть малейший элемент касается медиа или журналистики, в комментариях тут же всплывает следующее:
Ого, учится на журналистике, тогда неудивительно.
Да журналистика только и делает, что живет за чужой счет.
Я признаю, что в новостной сфере царит тяжелый круг кумовства, но именно поэтому — сколько из тех репортеров, что задают идиотские вопросы на передовой, действительно учились на журналистике или смежных специальностях?
Если кто-то действительно изучал это направление, то знает: преподаватели учат самой заскорузлой и в то же время самой правильной теории.
Почему?
Да потому что для многих стремление покрасоваться и вырывание слов из контекста — вещи, которым даже не нужно учиться, они заложены от природы.
Иначе почему сейчас в интернете так много мастеров кликбейта и людей, которые легко зарабатывают популярность на сочинении историй?
Почему нужно всех, кто учится на этой специальности, грести под одну гребенку?
Каждый раз, слыша подобные рассуждения, я чувствую себя самой невиновной из всех преследуемых бродячих собак.
Я никак не ожидала, что даже в подобном публичном шоу услышу такие слова.
Будь то дискриминация или шуточка — мне было крайне неприятно.
В черный список! Эту Чжан Шуно я тоже отправлю в черный список вместе с Ю Лун и Мэн Чанцин.
Уж не думала я, что на этом шоу, помимо меня, всего пять гостей, а я меньше чем за сутки уже заблокировала троих в своей голове.
http://bllate.org/book/35171/4344109
Готово:
