— … — Цзян Сумин проигнорировал его.
Чжоу Юнь скривил губы и мысленно фыркнул: «Строчишь из себя недоступного!»
Цзян Сумин нахмурился и обернулся:
— Ты сейчас не меня случайно обзывал?
— Нет! С чего бы вдруг… — Чжоу Юнь тут же пошел в отказ. — Раз не приглянулся, проехали. Пойдем, поболтаем в отдельной кабинке…
Едва затихли его слова, как неподалеку послышались обрывки чужих разговоров:
— Этот златокудрый так задом виляет, такой похотливый на вид, в постели точно горячий будет! Я сегодня вечером его сниму!
— Эй, чего до вечера ждасть? С таким товаром еще неизвестно скольких он за ночь обслужить успеет, смелости наберись да пойди прямо сейчас полапай…
Что за мерзость забрёл к нему в заведение?!
Чжоу Юнь проследил за звуком и увидел, как Цзян Сумин внезапно занес длинную ногу и отвесил обоим пинки прямо под зад.
Те с размаху рухнули носом в пол и заголосили:
— Ты кто, мать твою?! Какого хрена дерёшься? В этом клубе вообще порядок кто-нибудь охраняет?!
Чжоу Юнь тоже опешил:
— Четвертый…
Цзян Сумин повернулся к нему, с невозмутимым видом опуская ногу:
— Раз уж у тебя тут приличное место, всякому мусору, что не умеет себя вести, здесь не место.
У того парня были длинные-предлинные ноги
Растянутые на полу мужики принялись грязно ругаться и обернулись, но стоило им взглянуть на Цзян Сумина, как они мгновенно ощутили его мощную, несвойственную обычным людям властную ауру.
Они переглянулись, обмениваясь взглядами:
— Брат, кажется, это не тот человек, с которым мы можем тягаться. Жуть какая…
— Ты тоже заметил…
— Что делать? Мне немного страшно, хочу домой к маме…
— Я тоже…
В глазах друг друга они прочли животный страх и, инстинктивно сжавшись от ужаса, мгновенно притихли, превратившись в тише травы ниже воды.
Порядок в баре контролировался четко: охрана тут же подоспела и вывела обоих молодчиков, вмиг растерявших весь свой боевой задор и превратившихся в бесхребетных слизняков.
Всё произошло тихо и буднично, окружающие продолжали самозабвенно отрываться под музыку, даже не заметив только что разыгравшейся драмы.
— Четвертый, что-то ты сегодня излишне вспыльчив…
Чжоу Юнь с трепетом прижал руку к груди.
Уж он-то не видел, чтобы Цзян Сумин лично пула в ход кулаки, уже несколько лет.
Положение Цзян Сумина обязывало: зачем ему пачкать руки из-за пустяков? На самом деле Цзян Янь-ван славился своей жестокостью и силой удара. В студенческие годы, когда к нему кто-то пристал, он едва не забил обидчика до реанимации. С тех пор Цзян Сумин приучил себя сдерживаться и без крайней необходимости кулаками не махал.
Если он одним пинком мог свалить взрослого мужчину, нетрудно было представить, какой сокрушительной силой обладал этот удар. Страшно, до жути страшно…
— Напугал до смерти… — бормотал Чжоу Юнь.
Цзян Сумин холодно бросил:
— В барах публика разношерстная, неужели безопасность артистов не стоит того, чтобы о ней позаботиться?
Чжоу Юнь кивнул:
— Тоже верно! Но я же только открылся, скоро введу VIP-систему, и всякий сброд сюда больше не сунется. У меня тут заведение высшего класса!
— … — Цзян Сумин ничего не ответил и вновь перевел взгляд на танцующего юношу.
Чжоу Юнь потер подбородок и многозначительно глянул в сторону сцены:
— Погоди-ка… Ты случаем не решил гнев ради красоты проявить? Хочешь, я позову его сюда?
— Не нужно. — Цзян Сумин отвел взгляд и направился к кабинке.
— Точно не нужно? Большая редкость, чтобы кто-то тебе приглянулся! Послушай меня, жизнь коротка, надо брать от нее всё пока жив…
Окинутый ледяным взглядом Цзян Сумина, Чжоу Юнь тут же застегнул рот на замок, но, пройдя всего пару шагов, все же не выдержал и предостерег:
— Тот мусор, что только что ушел, вполне мог быть не единственным. В клубе охрана есть, тут проблем не будет, но за порогом нас никто защищать не станет. Если этого златокудрого парня сегодня кто-нибудь решит забрать… или того хуже, силой утащит…
Такая вероятность действительно существовала…
Вспомнив вчерашний вид захмелевшего Янь Юя, Цзян Сумин передумал:
— Как закончится выступление, пусть зайдет.
— Ой, сделано!
Довольный Чжоу Юнь прошагал за ним пару шагов, прежде чем сообразил, что что-то не так:
— С каких пор я чувствую себя… евнухом при императоре, который выбирает наложниц на ночь…
Цзян Сумин даже не обернулся:
— Ну, если от тебя станет чуточку меньше вреда миру, будет только лучше.
— Только не это! — Чжоу Юнь испуганно прикрыл пах. — Я единственный продолжение рода в трех поколениях, на меня вся надежда!
Вспомнив что-то, он ускорился и догнал Цзян Сумина:
— Я тут от отца слышал, будто Старый господин Цзян собрался тебя женить. Неужто всерьез?
Цзян Сумин не сбавил шага, брови его едва заметно дрогнули:
— Он надеется прибрать меня к рукам с помощью этого брака.
Чжоу Юнь усмехнулся:
— Прибрать тебя к рукам? Да человек, способный тобой помыкать, еще даже не родился! Старик, судя по всему, позабыл, как именно ты заставил его передать тебе власть.
Цзян Сумин оставил это без ответа.
Неизвестно почему, но при слове «помыкать» в его голове невольно всплыло лицо Янь Юя.
С самой вчерашней встречи его эмоции, казалось, постоянно зависели от этого Сяо Юя, и ощущение это было из пренеприятнейших.
Янь Юй оттанцевал всю смену вместе с Чу И, рассчитывая пораньше получить честно заработанные деньги и отправиться домой, но менеджер преградил им путь у дверей кабинки.
Менеджер сделал приглашающий жест:
— Хозяин хочет вас видеть.
— Незачем. Мы получим расчет за смену и сразу уйдем. — Чувствуя неладное, Янь Юй дернул Чу И за рукав.
Чу И поспешно закивал:
— Точно-точно! Нас сестрица Цюн устроила сюда подрабатывать, нам необязательно видеться с вашим боссом…
Не успел он договорить, как дверь кабинки отворилась изнутри.
Красивый молодой мужчина с изрядной долей нагловатой усмешки на губах прислонился плечом к косяку, скрестив руки на груди:
— Как так? Вы же прекрасно знаете, что вы тут на подпевке, а вместо нормальных песен устроили какие-то похотливые танцы. Разве я не должен с вами разобраться?
Чу И упер руки в бока:
— Ка… какие еще похотливые танцы?! Ничего ты не понимаешь в искусстве, не болтай ерунды, это чистокровный джаз!
Янь Юй легонько дернул его за рукав:
— Этот человек, похоже, и есть хозяин…
Менеджер почтительно склонил голову:
— Директор Чжоу.
— А… ой, простите… — Чу И молча опустил руки, которые только что держал на талии, и принялся нервно переминаться с ноги на ногу.
Чжоу Юй прищурился и поманил их двумя пальцами:
— Раз осознали вину — заходите.
http://bllate.org/book/35157/4341403
Готово:
