Черноволосый мужчина поднял лицо на стоящего перед ним человека и медленно нахмурился. Он не понимал, что это значит, и тем более не осознавал, к чему всё это ведёт, но как бы то ни было — учитывая его прекрасное зрение — Шу Мо всё же смог разглядеть: человек с крыльями в самом центре изображения — это он.
— Брат, — маленькая девочка протянула к нему руки, — забери меня отсюда.
— …Абсурд.
Пальцы Шу Мо задрожали, но приближающийся звук бензопилы заставил его кое-как прийти в себя. Плюшевый мишка, что-то волоча в руке, вприпрыжку выбежал из камеры содержания. Под тихий звук на пол скатилась голова конструктора; всё тело мохнатого мишки было покрыто синими спорами. Он хлопнул себя по лапам и радостно произнёс, словно только что играл с другом:
— Мы так весело поиграли с этим другом!
Шу Мо отступил на шаг и свернул свиток, который держал в руке. D-98-IK по-прежнему пристально смотрела на него. Державший бензопилу мишка перевел взгляд с неё на Шу Мо и сказал:
— А теперь я пойду искать новых друзей~
Сердце Шу Мо ёкнуло, и он инстинктивно подумал, что сейчас мишка поднимет бензопилу и бросится на него, но, к счастью, дальнейшие события отвлекли внимание существа.
В конце коридора послышался сумбурный топот ног, сопровождаемый звуками работающих механизмов и несколькими мучительными криками. Это место было вовсе не безопасной зоной: по мере эскалации ситуации всё больше загрязнителей вырывалось из своих камер. Шу Мо повернул голову и увидел, как с другого конца коридора выскорзнул отряд бойцов спецназа. Одного из мужчин внезапная атака сбила с ног. Не успел он испустить крик ужаса, как шедшие рядом люди в спешке перешагнули через него и побежали дальше — лишь один сослуживец попытался протянуть руку и поднять его, но в итоге лишь воочию наблюдал, как на упавшего бросилась внезапно появившаяся огромная ночная бабочка.
К Шу Мо приблизилась черная тень, стремительно карабкавшаяся по стене. Теперь это место почти превратилось в рай для монстров, повсюду разыгрывался кровавый карнавал. Гул механизмов стих. Шу Мо поднял голову и увидел, что к потолку вверх тормашками прицепилась деревянная кукла. Её огромные зрачки замерли на Шу Мо, а мгновение спустя лицо куклы перед мужчиной медленно перевернулось, обнажая другое лицо, скрывавшееся на затылке.
— Хочешь... поиграть... вместе?
Кукла улыбнулась Шу Мо, однако в самый первый миг, заметив её, Шу Мо предпочёл просто закрыть глаза. Из-за этого, после того как глазные яблоки куклы завращались, она в конце концов решила перевести взгляд на стоявшую позади маленькую девочку. Затем её лицо закрутилось туда-сюда, и она сорвалась прямо с потолка, бросившись на D-98-IK, точно огромный паук.
В тот самый момент, когда она решила напасть на D-98-IK, девочка заливисто и радостно зассмеялась. Плюшевый мишка за спиной Шу Мо поднял бензопилу и шаг за шагом приблизился к кукле, терзавшей D-98-IK. Шу Мо чувствовал, как его лоб покрывается холодным потом. С закрытыми глазами сделав пару шагов вперёд, он снова оглянулся через плечо и увидел, что за этой похожей на игру бойней из камеры содержания начало расползаться медленно разрастающееся море цветов, которое беззвучно и незаметно поглощало всё помещение.
Крики, звуки схватки и непрекращающаяся стрельба стали фоновой мелодией, что гремела на весь этаж. Вопли подобных им существ отдавались эхом в ушах. Шу Мо шёл сквозь этот ад, и по пути ему встретилось множество опасных загрязнителей. Непонятно почему, но эти существа не стали его калечить: одни просто проигнорировали, а другие двинулись следом, словно незримо сопровождая его.
Но даже несмотря на это, на теле Шу Мо всё равно появились крупные и мелкие ранения. По дороге Шу Мо также натыкался на панически бегущих коллег — те либо отчаянно пытались спастись бегством, либо впадали в истерику от охватившего их отчаяния.
В подобных обстоятельствах Шу Мо действительно не желал ни с кем контактировать. Из последних сил добравшись до конца этажа, он обнаружил, что проход наглухо заблокирован.
— …Сукины дети.
Шу Мо со злости ударил кулаком по защитной стене, однако эта массивная дверь, способная выдержать Загрязнитель 3-го уровня, оставалась нерушимой. Сжав зубы, он огляделся вокруг и, даже оказавшись практически в безвыходном положении, вовсе не собирался сдаваться.
Повернувшись, он окинул взглядом коридор и решил выбраться наружу по вентиляционной шахте, но из-за личных особенностей движения мужчины давались ему с большим трудом, и он несколько раз чуть не сорвался вниз. Шу Мо принялся подбадривать себя:
— Давай, ты сможешь!
Позади донеслись звуки детской песенки: какая-то женщина в балетной пачке кружилась в танце маленького лебедя, напевая приятную мелодию. Её длинные волосы полностью скрывали лицо, а на груди, судя по всему, красовался алый цветок. Когда она приблизилась, женщина в процессе вращения приоткрыла свою вырванную с мясом грудную клетку.
— Двенадцать богов загадали одно на двоих желание~ И воздвигли двенадцать Высоких Башен~
— Двенадцать богов~ загадали разные желания~ И заплатили разную цену~
— Боги наблюдают за нами~ Больше не нужно сомневаться~ И верить предсказаниям тоже больше нельзя~
Шу Мо наступил на ящик и попытался взобраться наверх, но тут же рухнул обратно. Только он собрался подняться, опираясь на стену, как эта женщина остановилась рядом с ним:
— Ты не видел моё сердце?
Длинные волосы женщины свисали вниз, а в руке она держала окровавленный кинжал:
— Ты знаешь, где моё сердце?
Шу Мо смотрел на неё, и в тот момент, когда его взгляд упал на её грудь, мужчина медленно закрыл глаза, чувствуя лишь одно: его жизнь кончена. В этот миг раздалось несколько выстрелов, и из темноты вышел боец спецназа. Словно обезумев, он палил в женщину рядом с Шу Мо, тратя патроны так, будто они ничего не стоили. Напевавший детскую песенку загрязнитель рухнул на пол. Шу Мо только хотел поблагодарить спасителя, как заметил, что тот направился прямо к нему. Глаза мужчины были налиты кровью.
…Психическое состояние собеседника выглядело крайне нездоровым.
Это было чистой интуицией Шу Мо: он повидал слишком много новичков-уборщиков, которые в первые же мгновения попадания в камеры содержания сходили с ума от страха, поэтому куда лучше разбирался в том зыбком состоянии, когда человек балансирует на самой грани помешательства.
— Эй, — Шу Мо медленно поднял руки, совершая каждое движение предельно аккуратно и неторопливо. — Я Уборщик Y-210, я человек…
http://bllate.org/book/35110/4334613
Готово:
