— Тебе еще что-то нужно?
— Я хочу, чтобы Цзя Хэ сдох в мучениях, — процедил сквозь зубы Гу Таньвэй, и в каждом его слове, казалось, была замешана кровь. — Если ты сможешь это устроить, я буду в твоем полном распоряжении.
— Цзя Хэ? — Несмотря на то что Сяо Цзэ вращался в кругах шоу-бизнеса, он знал не так уж много певцов, и Цзя Хэ был в их числе. Только сегодня утром агент упоминал его, называя талантливым автором-исполнителем, и даже хотел пригласить Цзя Хэ написать альбом для него самого.
— Кем он тебе приходится? — Сяо Цзэ пронзил его оценивающим взглядом, без труда разглядев в глазах собеседника ненависть.
Только после вопроса Сяо Цзэ Гу Таньвэй пришел в себя и с ужасом осознал, какую глупость только что сморозил. С чего бы постороннему человеку помогать ему сводить счеты с Цзя Хэ? Он отвел взгляд и тихо пробормотал:
— Никем он мне не приходится. Считай, что я ничего не говорил…
— Хорошо, — перебил его Сяо Цзэ.
Гу Таньвэй вздрогнул и повернулся:
— Что ты сказал?
— Я сказал, что могу помочь тебе расправиться с этим Цзя Хэ.
— Правда? — Гу Таньвэй не мог в это поверить.
— Правда, — длинные пальцы Сяо Цзэ коснулись уголка его глаза. — Тебе еще что-то нужно?
Гу Таньвэй пребывал в прострации:
— Мне нужно еще пять миллионов. Моя мама больна, я залез в долги к ростовщикам…
— Я дам тебе десять миллионов. Теперь ты в моем полном распоряжении?
Гу Таньвэй застыл. Он, конечно, знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Сяо Цзэ предлагал огромную сумму, и он не знал, не подвергнется ли жутким истязаниям, если согласится.
Но разве сейчас его жизнь — не сплошное мучение? Он уже однажды умер, чего ему теперь бояться?
Сейчас он хотел только одного — чтобы мама выжила. Она столько натерпелась, поднимая его на ноги, а он еще не успел отплатить ей сыновней заботой.
В этот раз мама обязательно должна выжить.
Гу Таньвэй стиснул зубы и кивнул:
— Да.
Сяо Цзэ улыбнулся; если бы его фанатки увидели это сейчас, наверняка поднялся бы визг.
— Сначала переведу миллион в качестве задатка, — Сяо Цзэ достал телефон. — Твой номер счета.
Гу Таньвэй все еще глупо хлопал глазами, не поспевая за его темпом:
— А?
— Банковский счет, — с раздражением повторил Сяо Цзэ.
Гу Таньвэй послушно продиктовал данные. Сяо Цзэ совершил несколько манипуляций в телефоне, позвонил кому-то, а через некоторое время получил сообщение и убрал аппарат:
— Перевел.
Не успел Гу Таньвэй опомниться, как на его телефон пришло уведомление.
[XX Банк] Уведомление о транзакции: 18 апреля в 23:22 на ваш счет, заканчивающийся на XXXX, было зачислено 1 000 000 юаней, баланс составляет 1 000 240 юаней.
Гу Таньвэй судорожно вдохнул.
Он действительно просто взял и перевел ему миллион!
— Видел? — спросил Сяо Цзэ.
Гу Таньвэй кивнул.
— Тогда теперь ты внеси задаток мне.
— Как я…
Сяо Цзэ смотрел на него, словно хищный зверь на добычу.
— Встань на колени и сделай мне минет.
Гу Таньвэй окаменел, но, вспомнив о миллионе на карте, понял, что пути назад нет.
Он медленно опустился на колени.
Спустя полчаса Гу Таньвэй сидел на полу, тяжело дыша, с раскрасневшимся лицом. Сяо Цзэ, временно удовлетворивший свои потребности, наклонился, погладил покрасневшие уголки глаз Гу Таньвэя и довольно улыбнулся.
Гу Таньвэй уклонился от его прикосновения.
Сяо Цзэ снова натянул маску, вывел Гу Таньвэя из игорного зала и бросил стоявшему в углу телохранителю:
— Отведи его в машину, пусть ждет.
Телохранитель молча увел парня, а мужчина в цветастой рубашке подошел ближе:
— Четвертый братец, этот человек — просто обычный официант!
— Я знаю, — Сяо Цзэ неспешно снял перчатки и бросил их на стол.
— Если ты это знаешь, то зачем…
— Что, у тебя есть возражения? — Сяо Цзэ искоса взглянул на него.
— Нет, что ты, не смею! — Как он мог иметь возражения против великого киноактера Сяо? — Просто любопытно, очень любопытно! Ты сказал, что те двадцать пять человек, которых я для тебя выбрал, чем-то уступают обычному официанту?
Сяо Цзэ прищурил черные глаза, пребывая в отличном настроении:
— У него глаза красные, очень красивые, и выглядит он именно так жалко, как нужно. Хочется взять и запереть его где-нибудь.
Что значит жалко, как нужно!
Он-то думал, что этот господин — сторонник воздержания, не ожидал таких диких замашек.
Теперь оставалось только пожелать маленькому официанту удачи.
Гу Таньвэй сидел в роскошном автомобиле Сяо Цзэ, пребывая в полном отупении на заднем сиденье. Сяо Цзэ, сидя рядом, разговаривал по телефону, кажется, обсуждая какой-то контракт.
Гу Таньвэй с трудом пришел в себя и повернул голову, глядя на сияющие огни за окном.
Мир так прекрасен. Жаль, что все это не имеет к нему никакого отношения.
Телефон в его руках внезапно зазвонил. Мелодией стояла новая песня, которую он написал для Цзя Хэ — любовная баллада, которую он спел сам. Композиция была еще не завершена, но он знал, что она станет заглавным треком нового альбома Цзя Хэ и обязательно выстрелит.
Теперь эта музыка вызывала лишь отвращение.
Ведь он сочинял ее, думая о Цзя Хэ.
И звонил тоже Цзя Хэ.
Гу Таньвэй покосился на мужчину, который вскоре станет его спонсором; Сяо Цзэ тоже бросил на него взгляд.
— Это Цзя Хэ, мне все-таки нужно ответить, — тихо пробормотал Гу Таньвэй. Ситуация была еще неясной, и он не мог спугнуть добычу раньше времени.
— М-м, — Сяо Цзэ завершил свой разговор и жестом позволил ему ответить.
Гу Таньвэй нажал на кнопку приема, и из трубки послышался мягкий голос Цзя Хэ:
— Алло, маленький глупыш, ты где?
Маленький глупыш — так Цзя Хэ называл Гу Таньвэя, и тот всегда считал это проявлением нежности. Кто же знал, что Цзя Хэ всегда видел в нем лишь бестолкового дурака.
— У-у… — Гу Таньвэя внезапно охватил приступ тошноты, и его вырвало прямо на коврик.
От нечистот, оказавшихся на полу, тут же пошел неприятный запах.
Сяо Цзэ, помешанный на чистоте, нахмурился:
— Тормози!
Водитель поспешно прижался к обочине, и Сяо Цзэ, не теряя ни секунды, вышел из машины.
Цзя Хэ на том конце провода уловил что-то неладное:
— Маленький глупыш, ты в машине? С кем ты?
Гу Таньвэй чувствовал себя ужасно и одновременно боялся, что Сяо Цзэ разозлится. В то же время в его голове промелькнула мысль.
http://bllate.org/book/35049/4326337
Готово:
