Госпожа Си Цзы впервые встретила Шэнь Шицзи, когда та сжалась в углу комнаты, а по полу со стуком катились пустые пивные банки. Шэнь Шицзи говорила, что она никчемный взрослый, который никогда не вырастет, и, говоря это, заплакала. Неизвестно откуда у Ань Сяочжэнь взялось столько смелости, но она произнесла: Я позабочусь о тебе, тебе не нужно расти.
Тогда Ань Сяочжэнь было семнадцать лет, а Шэнь Шицзи — двадцать семь.
Эта глупая, всеми нелюбимая собачонка надеялась вечно оставаться рядом с той капризной госпожой Си Цзы.
Три года спустя, когда Шэнь Шицзи вновь увидела Ань Сяочжэнь, та некогда глупая собачонка стала высокой, красивой и недосягаемой. Она заставила госпожу Си Цзы спрятаться обратно в свою раковину и крайне подло мысленно выругалась: Предательница!
И всё же двадцатилетняя глупая собачонка протянула лапу и, аккуратно перебирая лапками, заговорила с тридцатилетней госпожой Си Цзы:
— Смотри, я всё ещё нужна тебе.
— Я всегда буду рядом с тобой. Не взрослей, тебе не нужно расти, а я возьму на себя всю ответственность за взросление.Шесть лет назад Шэнь Шицзи была совсем другой.
В те времена она ходила так, будто за ней следовал ветер, а подбородок всегда был гордо вздернут кверху. Люди поговаривали, что её можно было узнать по одним лишь шагам. У обычных людей шаги звучат мерно: топ-топ, топ-топ. Но у Шэнь Шицзи они звучали как топ-топ-топ-топ, топ. И когда она, завершая движение, останавливалась прямо перед тобой, раздавался звонкий, резкий стук каблуков, она вскидывала брови в улыбке, а её алые губы едва заметно изгибались: Здравствуйте, я Шэнь Шицзи.
Тогда она была начинающим рекламным дизайнером в известной брендинговой компании семьи Сышуй. Ещё в университете её работы приобрели некоторую известность в индустрии, так что после выпуска она без труда устроилась в эту фирму.
У неё были блестящие перспективы, и будущее казалось ясным и светлым. Казалось, дорога была проложена прямо перед ней, и куда бы она ни пошла, всюду её ждали цветы и успех.
Казалось, всю её жизнь можно было разглядеть с первого взгляда.
Так продолжалось до одного дня четыре года назад.
— Малышка Шэнь, а ты не замечала, что ты единственная из своего набора, кто закончил бакалавриат?
— Думаю, это потому, что мои способности соответствуют требованиям нашей компании.
— Нет-нет... это ты так думаешь.
— ...Что вы имеете в виду?
Он сказал: я имею в виду, что мне плевать на твои способности и на твоё резюме.
Мне плевать даже на тебя саму.
— Ты такая красивая, такая эффектная, неужели тебе не жалко зарывать свой талант, просто печатая тексты в офисном кабинете?
Пьяная рука легла на бедро Шэнь Шицзи, и человек, занимавший высокое положение, выдохнув алкогольный перегар, с презрением и скрытой угрозой произнёс:Меня волнует, я положила глаз лишь на... твою оболочку.
Щелк.
Когда Шэнь Шицзи очнулась от этого кошмара, всё её тело пронизывало ощущение полного нездоровья. Холод, тошнота, головная боль, и всё вокруг словно впивалось в кожу. Она попыталась покачать головой, немного пошевелить телом, но всё было тщетно. Даже проснувшись, она по-прежнему словно тонула в мутной, вязкой жиже, не в силах пошевелиться.
Стоило ей чуть качнуться, как снова раздался знакомый звук: щелк.
Шэнь Шицзи приподняла веки и увидела, как мимо неё прокатилась пивная банка — круг-круг... щелк. Она свалилась в общую кучу таких же банок, издав слабый и звонкий металлический стук.
Она попыталась понять, какой сейчас год, день или ночь, который час. Но не смогла. Шторы были слишком тяжелыми, они преграждали путь любому солнечному свету и теплу, и Шэнь Шицзи, словно увядшее растение, поникла своими листьями.
Ей хотелось поспать еще немного — так говорило тело. Но мозг в полумраке настойчиво отзывался: нет. Я больше не хочу возвращаться в тот сон.
Защитные механизмы Шэнь Шицзи уже включились, ей не хотелось делать абсолютно ничего — лишь вечно прятаться в этой темноте. Воспоминания о жизни в мегаполисе Сышуй казались теперь недосягаемыми, словно запертыми в золотую рамку и превратившимися в мыльные пузыри.
Наконец она вспомнила: сейчас ей двадцать пять, и компания уже перевела её в Байюань — глухой маленький городок.
Ты так молода, тебе подойдет новое место, чтобы открыть для себя новый мир.
Но Шэнь Шицзи отчетливо слышала скрытый смысл этих слов. Проходя мимо неё, тот человек, казалось, даже усмехнулся, высмеивая её безрассудство и неумение ценить отношение к себе.
И хотя на его щеке всё еще алел след от её пощечины, он с самым праведным видом бросил ей: Прости, это решение компании. Твоих способностей просто недостаточно, чтобы остаться здесь.
К горлу подступила тошнота, Шэнь Шицзи с болью закрыла глаза, снова погружаясь во мрак.
В полубессознательном состоянии она услышала, как где-то скрипнула открывающаяся дверь. Она уже не помнила, запирала ли её. Да и ладно, плевать. Наверное, это просто галлюцинация. Она почувствовала, как от порога пал свет — всего один луч, неприятно и ярко осветивший её жалкую фигуру.
Шэнь Шицзи свернулась калачиком в углу гостиной. От её движения пивная банка снова куда-то покатилась, она крепче обхватила себя руками, белая рубашка обрисовывала контуры её тела, а глаза еще не до конца проснулись, храня в себе туманную настороженность.
Она увидела, как в дверном проеме замерла маленькая фигурка, увидела, как этот человек тихонько приблизился.
Тот человек что-то опустил на стол, судя по всему, матерчатую сумку. Внутри лежали таблетки и теплый чай от похмелья. Сама того не зная, Шэнь Шицзи почему-то была в этом уверена.
Человек двигался очень легко, но едва ли делал это специально. Она от рождения ступала так бесшумно, словно сгусток воздуха, и если бы не заговорила, никто бы и не заметил её присутствия. Сама того не зная, Шэнь Шицзи была уверена и в этом.
http://bllate.org/book/35047/4326158
Готово:
