Шэнь Цинъюй наступил ногой на землю и попробовал опереться на неё, но от боли его лицо исказилось:
— Больно...
Чэн Че торопливо присел на корточки, оглянулся на него и сказал:
— Залезай, я отнесу тебя вниз.
Шэнь Цинъюй, превозмогая сильную боль, медленно забрался ему на спину. Широкая спина Чэн Че давала ему ощущение полной безопасности.
— Тц, — Лу Сяо, который всё это время наблюдал за ними, не удержался от едкой насмешки. — Смотри не попадись ему на мушку.
Он говорил это Чэн Че.
Шэнь Цинъюй резко сжал руки на чужих плечах и уткнулся лицом еще глубже.
Чэн Че молча посмотрел на него, и в воздухе, казалось, заискрились искры ожесточенного противостояния:
— Не утруждай себя заботой обо мне.
Лу Сяо пожал плечами и скрылся в туалете.
— Открой дверь, — попросил Чэн Че.
— Хорошо, — глухим голосом отозвался Шэнь Цинъюй.
— Очень больно?
— Очень.
— Я постараюсь быстрее. В больнице станет легче.
Теплое дыхание Шэнь Цинъюя щекотало плечо Чэн Че:
— Угу.
Двери лифта медленно открылись, и оттуда пулей вылетел Чэнь Цимин. Тараторя без умолку, он спросил:
— Эй, это вы что тут?
Чэн Че в двух словах объяснил в чём дело, и Чэнь Цимин добросердечно предложил:
— Хотите, мы с братом Сяо отвезём вас на машине? Как раз все поместимся.
— Не нужно.
Чэн Че не хотел, чтобы Шэнь Цинъюй снова пересекался с Лу Сяо.
— Ой, ну ладно тогда. Я пошёл к брату Сяо, мы сегодня выступаем в баре, вообще-то хотели позвать вас выпить.
— Спасибо.
Добравшись до входа в общежитие, Шэнь Цинъюй помог Чэн Че вытащить телефон из кармана брюк — тому нужно было вызвать машину.
Однако в пятницу вечером у Вэньского университета был самый пик заказов на такси, а больница, до которой он поставил геолокацию, находилась совсем рядом со школой — по прямой и километра не наберется, но прошла уже целая минута, а заказ так никто и не взял.
— Может, я тебя пешком донесу?
Шэнь Цинъюй торопливо замахал руками:
— В час пик на дорогах полно машин, тащить меня на спине небезопасно, да и я не пушинка...
— Кто сказал, что ты тяжелый? — в шутку возразил Чэн Че. — Ты же легкий как пёрышко, дойти с тобой до больницы километр — вообще не проблема.
Видя, что Шэнь Цинъюй упорно сопротивляется, ему пришлось отступить.
— Тогда посиди здесь немного, я поймаю такси.
Чэн Че усадил Шэнь Цинъюя на каменные ступени у школьных ворот, сделал пару быстрых шагов, протиснулся сквозь толпу ожидающих машины людей и, встав у обочины, принялся во все стороны озираться по сторонам.
Шэнь Цинъюй с тревожным видом огляделся, как вдруг его внимание привлекли два мотоцикла, стоявших метрах в десяти от него.
Разве в Вэньском университете студенты ездили на мотоциклах?
Хотя Шэнь Цинъюй сам не умел водить, он кое-что в этом смыслил: марку черного байка он разобрать не смог, а вот передняя часть первого мотоцикла была белой, с красно-синим узором... Похоже, это был BMW S1000RR.
Ого, а владелец-то, судя по всему, мажор.
Рёв двигателя при холодном запуске оглушил всю округу, привлекая взгляды окружающих. Шэнь Цинъюй услышал, как какой-то парень потрясенно выкрикнул:
— Ёлки-палки, какая красота! Машина моей мечты!
Шэнь Цинъюй вытянул шею, с любопытством пытаясь разглядеть, кому принадлежит этот мотоцикл.
Тут в поле зрения Шэнь Цинъюя попала знакомая спина: владелец как раз надевал шлем, а затем перчатки. Словно почуяв неладное, он приподнял визор и посмотрел в их сторону.
Всего лишь по паре узких и глубоких глаз Шэнь Цинъюй мгновенно узнал Лу Сяо.
— Машина приехала, я тебя поднесу.
На этот раз Чэн Че не стал взваливать его на спину, а просто подхватил сидевшего на каменных ступенях Шэнь Цинъюя на руки и, зашагав вперед, произнес:
— Так будет быстрее, ты ведь не против?
Шэнь Цинъюй поспешно обвился руками вокруг его шеи, до смерти боясь упасть, и подумал: ты меня уже поднял, чего теперь спрашивать.
Словно угадав его мысли, Чэн Че даже умудрился освободить одну руку, чтобы потрепать его мягкие волосы.
С растрепанной на голове шевелюрой Шэнь Цинъюй забрался в салон.
Сидя у окна, Шэнь Цинъюй невольно снова бросил взгляд в сторону Лу Сяо.
Лу Сяо сидел верхом на мотоцикле и перед тем, как опустить визор, бросил короткий взгляд на сидевшего в машине Шэнь Цинъюя. Уголки его губ дрогнули, изобразив нечто вроде насмешливой ухмылки.
Поняв, что его застукали за подглядыванием, Шэнь Цинъюй с некоторым смущением отвел взгляд.
Чэн Че тоже услышал рёв мотоциклетного мотора и, сделав вид, что интересуется просто так, невзначай поинтересовался:
— Это машина Лу Сяо.
Шэнь Цинъюй тихонько протянул:
— Ого... Какой шумный.
Выехавшее первым такси было обогнано обоими мотоциклами всего за пару секунд, а их колеса подняли с дороги пыль, когда они лихо умчались вдаль.
В больнице врач выписал им несколько пузырьков с лекарствами, в основном в виде спреев.
Доктору на вид было лет пятьдесят-шестьдесят, но он казался весьма прогрессивным. Наверное, из-за того, что Чэн Че принес пациента на руках, врач принял их за парочку, и хотя пациентом был Шэнь Цинъюй, все инструкции по применению лекарств он адресовал Чэн Че.
Чэн Че слушал очень внимательно и даже записал всё в заметки на телефоне.
— Вот и все указания. Ах да, следите, чтобы на рану не попадала вода. Если будет принимать душ, пусть его парень проследит за этим поаккуратнее.
В голове у Шэнь Цинъюя раздался глухой удар, словно что-то взорвалось.
А Чэн Че ни капельки не изменился в лице:
— Хорошо, спасибо, доктор.
На выходе из больницы Шэнь Цинъюй уже не позволил себя нести, а просто понуро прильнул к его спине.
— О чём ты думаешь? — неожиданно спросил Чэн Че.
— Думаю о том... — мозг Шэнь Цинъюя закрутился с бешеной скоростью, — что я забыл надеть маску.
— Ты вроде бы каждый день её носишь.
— У меня аллергия на тополиный пух, лицо начинает жутко чесаться, и я постоянно чихаю.
— Хочешь, я куплю тебе маску? Когда мы шли сюда, я видел по дороге аптеку.
Шэнь Цинъюй покачал головой:
— Не нужно, я же побуду на улице всего пару минут, ничего страшного.
— В следующий раз я буду помнить об этом. У тебя есть еще какие-нибудь аллергии?
— Манго, — с игривой улыбкой ответил Шэнь Цинъюй. — Но я очень люблю манго. Главное, чтобы оно не касалось губ.
Чэн Че хмыкнул:
— И как же ты тогда его ешь?
— Просто широко открываю рот, — Шэнь Цинъюй хлопнул его по плечу, призывая оглянуться. — Вот так.
Чэн Че повернул голову и сразу же уткнулся взглядом в сияющее улыбкой лицо Шэнь Цинъюя. Тот специально приоткрыл губы, и в тусклом, мягком свете фонарей можно было разглядеть кончик розоватого язычка.
У Чэн Че в горле внезапно пересохло. Он с трудом отвел взгляд от его губ, но стоило ему встретиться с искрящимся блеском в глазах парня, как его сердце словно рухнуло под чьим-то ударом.
Заметив, что Чэн Че замер, Шэнь Цинъюй сообразил, насколько глупо он сейчас выглядел. Он захронил рот и виновато хихикнул.
Мыслями Шэнь Цинъюй всё еще был на ночном рынке, поэтому Чэн Че просто взял его под руку, помогая медленно лавировать среди тесных торговых рядов.
Чэн Че был высоким, с широкими плечами; шагая впереди, он служил живым щитом от толпы, а Шэнь Цинъюю оставалось лишь послушно семенить следом. Такого чувства безопасности он, кажется, не испытывал уже очень давно.
— Чэн Че, это так вкусно! — восхищенно воскликнул Шэнь Цинъюй.
— Серьезно?
— Дай попробовать кусочек.
Шэнь Цинъюй насадил кусочек куриного филе на шпажку и протянул к губам Чэн Че.
Тот осторожно прикусил мясо, ощущая, как во рту расплывается пряный и хрустящий вкус, и его ресницы изогнулись в полумесяцы:
— Вкусно.
Еще половину фразы он оставил при себе: всё, чем кормишь ты, неизменно вкусно.
Слегка наклонив голову, он бросил взгляд на пушистую макушку Шэнь Цинъюя и его изящную белоснежную шею, беззвучно улыбнувшись.
Вернувшись в общежитие, парни с удивлением обнаружили, что Сун Юй ужинает прямо в комнате.
С тех пор как они поселились в этом номере — больше недели назад, — Сун Юй возвращался сюда исключительно на ночь, а всё остальное время пропадал в библиотеке.
— С чего это ты вдруг вернулся сегодня? — между делом спросил Чэн Че.
Конструкция комнаты, где кровать располагалась на втором ярусе над письменным столом, отбрасывала тень, скрывая макушку. Сун Юй сидел так, что одна половина его тела погружалась во мрак, а другая освещалась светом лампы. Четкие линии его красивого лица казались разделенными светом и тенью, а на стёклах очков едва заметно отсвечивали блики.
Шэнь Цинъюй прожевал несколько кусочков курицы и замер, тупо глядя на него.
Сун Юй не стал отвечать на вопрос Чэн Че. Его пронзительный взгляд был прикован к Шэнь Цинъюю. У него были очень красивые, слегка тонкие губы, которые в сочетании с холодным и отстраненным нравом мгновенно понизили температуру в комнате до минимума.
— Куда ходили?
Ресницы Шэнь Цинъюя затрепетали:
— Я?
Тот ничего не ответил, но по одному только лицу Сун Юя Шэнь Цинъюй мысленно прочитал два слова: «Сам видишь, какой тупой вопрос».
Чэн Че поспешил ответить первым:
— У Цюя подвернулась нога, я водил его в больницу.
— Подвернулась нога? — Сун Юй поджал губы и перевел взгляд на опухшую щиколотку Шэнь Цинъюя. — Болит?
— ...Уже нет. В больнице врач намазал её мазью, сейчас намного лучше, просто выглядит жутковато.
Он и сам не понимал, зачем вывалил столько оправданий, просто среагировал на чистом инстинкте.
Сун Юй тихо фыркнул — настолько тихо, что Шэнь Цинъюй даже засомневался, не послышалось ли ему.
Он поднялся с места и медленно двинулся вперед.
Чэн Че словно почувствовал исходящую от него угрозу и заслонил Шэнь Цинъюя рукой.
Этот защитный жест заставил Сун Юя остановиться. Он многозначительно покосился на Шэнь Цинъюя и, скользнув плечом о плечо, прошел мимо.
— Лжец.
Шэнь Цинъюй услышал это тихое слово.
От автора:
Лу Сяо сейчас: Брат, не говори, что я тебя не предупреждал, берегись, как бы он на тебя глаз не положил.
Лу Сяо в будущем: Жена, ну взгляни же на меня [умоляю] [умоляю] [умоляю]
http://bllate.org/book/35029/4323352
Готово:
