Потому что его новый сосед в этот момент уже с невероятным энтузиазмом стоял у стоявшего внизу потрепанного подержанного Бьюика и махал ему:
— Я тут заметил, что у тебя на заднем сиденье целая гора вещей. Нужна помощь?
— Ах... — Тань Цзыцин на мгновение замер у входа в подъезд, но всё же неспешно подошел, достал из кармана ключи и открыл дверцу машины. — Не стоит, тут всего-то вещей, я и сам справлюсь, не буду тебя утруждать.
— Да тут целых четыре коробки, — Цзин Лянь опустил взгляд на Тань Цзыцина, который подошел к нему и согнулся, пытаясь открыть заднюю дверь.
Хотя погода уже начала теплеть, сквозняк между домами все еще казался довольно прохладным, и за те несколько шагов кончик носа Тань Цзыцина успел слегка покраснеть от ветра.
Тань Цзыцин вытянул руки и с усилием вытащил одну коробку.
Книги весили немало, и когда он выпрямился, руки на миг чуть ослабли. У пластиковых коробок из супермаркета не было ручек, а материал оказался скользким, так что ноша тут же съехала вниз на несколько сантиметров. Тань Цзыцин инстинктивно приподнял ногу, уперевшись бельем в донышко коробки, и его слегка качнуло из стороны в сторону.
Цзин Лянь перехватил эту коробку и аккуратно поставил ее в сторонку, затем наклонился, заглянул в салон на заднее сиденье, вытащил еще одну коробку, локтем захлопнул дверь, улыбнулся Тань Цзыцину и качнул подбородком:
— Пошли.
Цзин Лянь стоял в прихожей квартиры Тань Цзыцина, глядя на те четыре коробки на полу, и слегка перевел дыхание:
— Чего это ты тут понапихал? До чего же тяжелые...
— Книги, — Тань Цзыцин присел на корточки у коробок, открыл крышку и достал оттуда фоторамку и стопку книг. — И еще кое-какие мелочи.
— Ты до сих пор это хранишь? — Цзин Лянь подсел ближе, взял рамку и заглянул через плечо Тань Цзыцину. — Фотография с выпускного. Ты помнишь, где тут ты?
Тань Цзыцин как раз был занят тем, что вытаскивал книги из коробки, чтобы разложить их по категориям в книжном шкафу в соседней комнате. Услышав это, он поднял голову, бегло взглянул на снимок и указал на него пальцем.
Парень из третьего ряда терялся среди остальных лиц, на переносице поблескивали очки. Из-за давности лет четкость фотографии оставляла желать лучшего, и можно было разобрать лишь размытый силуэт.
Тань Цзыцин подхватил лежавшие на полу книги и направился в кабинет, слыша, как Цзин Лянь, склонив голову и вглядываясь в снимок, бормочет под нос:
— Да где же я? Почти забыл...
Тань Цзыцин опустил взгляд и протянул руку, расставляя книги на полке.
— Последний ряд, двадцать третий слева.
В том самом месте бессчетное количество раз задерживался чужой взгляд.
— Ладно, не могу найти, проехали. — Цзин Лянь отложил фоторамку, заглянул в кабинет, где виднелась спина Тань Цзыцина, подхватил охапку книг и последовал за ним. — Куда ставить вот это?
Тань Цзыцин повернулся и бросил взгляд на корешки:
— Политическая история — налево, история культуры — в центр, социальная история — направо.
Цзин Лянь кивнул, вчитываясь в названия на обложках, и принялся со всей серьезностью сортировать книги.
Тань Цзыцин повернулся, чтобы взять остальные, и в этот момент невольно позволил уголчикам губ чуть приподняться.
Кабинет оказался единственным помещением в квартире, которое привели в порядок быстрее всего.
Тань Цзыцин стоял перед книжным шкафом, скользя взглядом по названиям на корешках и тщательно проверяя правильность сортировки.
— Пить есть? — неожиданно подал голос Цзин Лянь.
Услышав это, он обернулся — и кончик его носа оказался меньше чем в пяти сантиментах от щеки собеседника.
Цзин Лянь замер на секунду, заметив, как Тань Цзыцин молча отступил на два шага назад, возвращая привычную дистанцию для светского общения.
Он облизнул губы и пояснил:
— Просто в горле пересохло.
— Воды нет, — Тань Цзыцин снова поднял глаза на книги в шкафу. — Иди домой, больше ничего разбирать не нужно, я сам справлюсь, не беспокойся.
Убедившись, что дверь закрылась и сосед окончательно ушел к себе, Тань Цзыцин шумно выдохнул.
Он втащил чемодан в спальню и со дна стопки из рубашек и пальто бережно извлек слегка выцветшую школьную куртку.
Цзин Лянь: Ты серьезно отшарахнулся от меня на два шага...
Случайно опубликовал на одну главу больше, в следующую среду обновление пойдет по графику, я стараюсь изо всех сил
Глава 7. Не бойся, не больно
Тань Цзыцин лежал в стоматологическом кресле, наблюдая, как Цзин Лянь надевает на него защитные очки и темно-зеленые медицинские латексные перчатки.
Инструменты, необходимые для удаления зуба, аккуратно разложили по простерилизованному железному подносу и принесли ближе. До ушей донесся звякающий металлический перезвон.
Тань Цзыцин с некоторым беспокойством взглянул на Цзин Ляня.
Тот взял с тумбочки коробочку с лекарствами, вытащил из пачки небольшой пластиковый пакет, разорвал его, достал шприц, скосил глаза на пациента и мягко произвел:
— Сейчас сделаем анестезию.
Цзин Лянь поднял шприц, щелкнул по нему пальцем, подкатил кресло вплотную к стоматологической установке и протянул руку, чтобы включить бестеневую лампу над головой Тань Цзыцина.
— Открывай рот, а-а... — Цзин Лянь легонько сжал его подбородок пальцами. — Расслабься.
Мягкое прохладное касание к подбородку тут же исчезло, и Тань Цзыцин послушно приоткрыл рот.
Цзин Лянь молниеносным движением вогнал иглу в десну, и анестетик медленно пошел внутрь.
Укол в десну оказался довольно болезненным, Тань Цзыцин поморщился, а руки, лежавшие на коленях, сами собой вцепились в полы одежды.
Цзин Лянь выбросил пустой шприц, взял со стола инструмент и, склонившись, шагнул ближе.
Тань Цзыцин заметил, как глаза за защитными очками слегка сощурились в улыбке:
— Расслабься, не бойся, не больно.
В этих словах не было никакого дурного умысла, но в ушах Тань Цзыцина они прозвучали с неожиданным намеком на легкомысленность.
Он просто закрыл глаза, предпочитая больше не смотреть на человека перед собой.
В ушах не смолкал шум льющейся воды и звонкое постукивание металлических инструментов. Тань Цзыцин держал рот открытым, чувствуя, как замораживающий препарат сковывает ткани, и различая лишь то, как Цзин Лянь чем-то промывает ему полость рта.
— Потерпи еще чуть-чуть, уже закончим, — Цзин Лянь посмотрел на слегка нахмурившегося человека, лежавшего в кресле, и не удержался от утешения: — Сейчас все будет готово.
Тань Цзыцин по-прежнему не открывал глаз, лишь невнятно угукнул с открытым ртом.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Цзин Лянь отложил инструмент в сторону и отъехал на кресле:
— Готово, вставай, прополощи рот.
http://bllate.org/book/35003/4319520
Готово:
