В их глазах этот мир можно было считать Пустошью Духовной Энергии. Пустошь Духовной Энергии — это место, где духовная ци крайне скудна. Культиваторы в поисках мест с обильной духовной ци занимаются культивацией и преодолевают небесные скорби, кто же добровольно отправится туда, где духовная ци столь слаба? Обычно подобные места представляют собой безлюдные пустынно-труднодоступные зоны. В такой Пустоши Духовной Энергии даже простейшее применение заклинания способно привлечь всеобщее внимание, не говоря уже о битвах культиваторов, отличающихся колоссальной разрушительной силой.
Хотя этот мир и являлся Пустошью Духовной Энергии, в нем все же поддерживал порядок Небесный Путь. Местная духовная энергия имела определенные отличия от духовной энергии Мира Ста Духов и даже в некоторой степени отталкивала ее, поэтому он не осмеливался целиком обращать ее себе на пользу и не стал бы опрометчиво совершать масштабные действия, способные привлечь внимание Небесного Пути.
Услышав слова Су Ланьцина, Сяо Цинь расстроилась и спросила: — Почему это?
Су Ланьцинь выразился коротко и ясно: — Потому что вся созданная тобой карма вернется к Чэнь Вэй. Хоть внешне вы и кажетесь двумя разными людьми, на самом деле ты — лишь ответвление, отделившееся от тела Чэнь Вэй. Су Ланьцин читал о теории круговорота кармы этого мира, и та оказалась удивительно похожа на учение о карме из Мира Ста Духов, с той лишь разницей, что теория этого мира больше проявлялась в вопросах личной морали и нравственности. В мире же бессмертных для преодоления скорби и Вознесения существовало испытание под названием Вопрошание Сердца. Пройти его могли лишь те, чья совесть была чиста, тогда как остальные, чья добродетель была запятнана корыстью, оказывались заблокированы за пределами врат Вознесения, а потому адепты даосизма в Мире Ста Духов уделяли особое внимание усмирению чувств и очищению от желаний.
В определенном смысле Вопрошание Сердца можно было считать местным экзаменом по этике и морали? Только вот если ответы на этом экзамене расходились с мыслями, помыслами и поступками самого человека, Небесный Путь мог обнаружить это напрямую. Су Ланьцин позволил своим мыслям унестись в эту сторону.
Услышав это, лицо Сяо Цинь побледнело. Су Ланьцин заметил это: судя по всему, на этот раз Сяо Цинь собиралась вернуться с твердым намерением добиться своей цели с помощью не самых лучших методов, и Су Ланьцин даже мог догадаться, какими именно.
Устранить человека, создающего проблемы, раз и навсегда.
Сяо Цинь — это не Чэнь Вэй. Чэнь Вэй называла Чэнь Вэя отцом больше десятка лет, и хотя этот отец не слишком хорошо обращался ни с ней, ни с Ли Цинем, порвать с ним окончательно было непросто. Даже узнав впоследствии, что Чэнь Вэй был убийцей ее матери, она все равно испытывала к нему смесь любви и ненависти. Сяо Цинь же, будучи второй личностью Чэнь Вэй, воспринимала саму Чэнь Вэй не иначе как свою родственную душу и защитницу; по-настоящему ее волновала только Чэнь Вэй, да Ли Циня с натяжкой можно было считать разве что наполовину.
Бай Уцзай...
Су Ланьцин мысленно повторял это имя. Сначала он думал, что ему показалось, но в самый разгар той катастрофы фигурой, летевшей к нему в самом конце, действительно был Бай Уцзай. Вот только оставалось неясным, почему тот так и не явился к нему на встречу. На этот раз он хотел не просто отправить Сяо Цинь обратно — он также страстно желал повидаться с Бай Уцзаем.
Раздался резкий скрежещущий звук — кто-то срисовался острым предметом по деревянным перилам у входа, прервав размышления Су Ланьцина.
Су Ланьцин и Сяо Цинь одновременно перевели взгляд на источник шума и увидели рыжего кота в белых носочках, который с огромным энтузиазмом скреб когтями деревянные перила.
Су Ланьцин на редкость хорошо знал этого кота. Этот большой рыжий кот обитал в столовой прилегающей школы — в конце концов, в таких местах часто заводились мыши, поэтому там необходимо было держать нескольких кошек для защиты дома. И этот кот был самым толстым среди всех собратьев, ведь он владел бесчисленными трюками: во время обеда студентов он извивался всевозможными способами, ласкался, терся о ноги и проявлял такую назойливую нежность, перед которой не мог устоять никто. Кот этот обладал игривым нравом: когда выдавалось свободное время, он любил слоняться по окрестностям и особенно сильно обожал точить когти о деревянные перила снаружи дома Су Ланьцина, наведываясь туда при каждом удобном случае.
Глаза Су Ланьцина ярко блеснули, словно он что-то вспомнил.
Крупный рыжий кот всем телом внезапно вздрогнул, словно на уровне инстинктов ощутив какую-то злонамеренность.
Кот уже собирался уходить, как вдруг почувствовал, что какая-то неведомая сила зафиксировала его на месте. Затем его четыре белых носочка помимо его воли зашагали вперед, направляясь прямиком к Су Ланьцину. Кот от испуга вылупил серо-голубые глаза, шерсть на всем его теле непроизвольно встала дыбом, и он целиком окаменел от ужаса.
Неужели жизнь наконец-то решила расправиться с этим бедным котеночком? Мяу-у!!
Рыжий кот подошел к ногам Су Ланьцина, его шкура стояла дыбом по всему телу. Сяо Цинь тоже подлетела ближе, очевидно, испытывая сильнейший интерес к столь круглому существу.
Су Ланьцин протянул руку, аккуратно подхватил кота поперек туловища и усадил к себе на колени. Другой рукой он начал поглаживать вздыбившуюся шерстку, невероятно нежно произнося: — Не бойся, котеночек, старший брат просит тебя об услуге. Хотя он прожил уже несколько сотен лет, произносить слово старший брат ему приходилось с абсолютно праведным и серьезным видом.
Сяо Цинь подплыла прямо к нему и с любопытством спросила: — Что ты задумал? С чего это вдруг ты решил тискать кота? Хотя ей самой безумно хотелось протянуть свои грешные ручки, к сожалению, у нее не было физического тела.
Су Ланьцин, не прекращая гладить кота под подбородком (от чего тот почти капитулировал, задрав подбородок, чтобы облегчить ему задачу, и полностью растаял лужицей на коленях у Су Ланьцина), произнес: — Разве ты не говорила, что боишься после возвращения снова оказаться запертой в теле Чэнь Вэй? Вот я и нашел для тебя подходящую оболочку. Хоть это всего лишь кошачье тело, зато ты сможешь свободно передвигаться.
Сяо Цинь указала на рыжего кота и удивленно воскликнула: — Ты хочешь сказать — использовать тело этого кота?
Не прекращая движений рукой, Су Ланьцин поднял на нее взгляд и кивнул: — Именно так. В этом мире ходит множество легенд, как правдивых, так и вымышленных, но по крайней мере в одной из них, известной Су Ланьцину, утверждалось, что некоторые черные коты действительно способны видеть сквозь злых духов. Это доказывает, что кошки как животные обладают определенной духовной силой. И хотя этот рыжий кот — не черный, Су Ланьцин разглядел в нем немалый духовный потенциал. Чтобы вернуться в прошлое с помощью Солнечных Часов Обратного Времени, помимо неодушевленных предметов, живые существа также должны соответствовать условию: в том мире не могут одновременно существовать два одинаковых человека, если только возвращающийся еще не появился на свет на тот момент, и возвращающийся не имеет права совершать поступки, способные слишком сильно изменить историю — иначе на него тут же обратит внимание Небесный Путь и сотрет с лица земли.
этому коту примерно года три, а когда Чэнь Вэй училась в средней школе, он еще даже не родился. К тому же столь крошечное создание не привлечет к себе внимания Небесного Пути.
Сяо Цинь с сомнением протянула: — А он не умрет?
Су Ланьцин на мгновение замер и ответил: — Не бойся, я лишь временно займу его тело, а его собственную душу сохраню в целости и сохранности. Даже если в процессе она случайно пострадает, у меня есть материалы, чтобы заново воссоздать для него новое тело. Впрочем, кто знает, может, созданное мной тело понравится ему даже больше.
http://bllate.org/book/34994/4318526
Готово:
