— Я тут слышал, Ся Мянь в прошлую пятницу вернулся в общежитие очень поздно, — Ся Цзинмин покусывал ложку и, казалось, обронил это невзначай. — Его привезли на Роллс-ройсе.
— Роллс-ройсе? — Тань Бочэнь опешил, его взгляд резко помрачнел, а голос ускорился: — В прошлую пятницу? В день моего рождения? Он не пришёл в караоке… потому что поехал встречаться с кем-то ещё? Подожди. Не может быть, он же чётко написал мне в сообщении, что придёт.
Ся Цзинмин перевёл взгляд:
— Но потом он ведь перестал отвечать на твои звонки.
Лицо Таня Бочэня окончательно потемнело.
Ся Цзинмин продолжил давить на больное:
— Мама говорила мне, завтра вечером у него вроде снова назначена с кем-то встреча в каком-то небесном саду Розмари…
Субботний вечер, французский ресторан Розмари на крыше.
Мачеха предупредила Ся Мяня, что встреча назначена на шесть тридцать вечера.
Хотя Ся Мянь шёл на это свидание с партнёром по браку по принуждению и под угрозами, он всё же проявил вежливость и прибыл на полчаса раньше.
Он хорошо знал отца и мачеху, поэтому считал, что этот брак вряд ли навязан семьей Лу.
Он ведь только что расстался с парнем, и этот вопрос нужно было прояснить с Лу Сыи. Он надеялся, что характер господина Лу не окажется таким уж мрачным и жестоким, как ходили слухи, и надеялся… что тот не станет слишком сильно его винить.
Следуя за официантом, Ся Мянь прошёл в самый дальний угол элитного ресторана на крыше. Убранство здесь было заметно роскошнее, и этот столик можно было с первого взгляда отличить от остальных зон для гостей.
Это место представляло собой выступающий полукруг: три арочные стены поднимались до самого потолка и целиком состояли из прозрачного стекла. Ужин здесь напоминал трапезу под открытым небом, но без помех от холодного ветра; стоило лишь перевести взгляд, как перед глазами открывался сияющий огнями ночной Юньцзин с высоты птичьего полета.
Ся Мянь только успел занять место и несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы унять волнение, как, бросив случайный взгляд в сторону обычных столиков, невольно замер всем телом.
С грозным видом Тань Бочэнь широким шагом направлялся к нему.
Ся Мянь с трудом приподнялся, опираясь руками о стол, его ноги онемели и двигались, будто в замедленной съёмке.
В мгновение ока Тань Бочэнь оказался перед ним.
— Ся Мянь, ты хочешь расстаться со мной из-за Ся Цзинмина? — нетерпеливо выпалил Тань Бочэнь. — Те кроссовки AJ… я только сейчас узнал, что это ты подарил их мне. Ся Цзинмин не знал, что это подготовленный тобой подарок, вот и принёс их мне. А я-то вообще ни о чём не догадывался… Почему ты мне ничего не сказал? Ты не только ничего не объяснил, но ещё и бросаешь меня, ты вообще думал о моих чувствах? У меня нет абсолютно никаких отношений с Ся Цзинмином. Это всё… это он ко мне пристает! Неужели у тебя ко мне нет даже капли элементарного доверия?
По сравнению с его пространными и самоуверенными речами голос Ся Мяня был едва слышен:
— В тот день в караоке… он поцеловал тебя, а ты… обнимался с ним.
Тань Бочэнь лишился дар речи.
— Я не могу с этим мириться, — побледнев, покачал головой Ся Мянь. До боли знакомый любимый человек в один миг предстал перед ним со столь омерзительным и чуждым лицом, напомнив об изменившем отце. — Дело не в том, что ты виноват… Просто я не могу принять, что в наших отношениях есть хоть малейшая изъян.
— Ся Мянь! — Тань Бочэнь с силой вцепился в хрупкую руку Ся Мяня. — Не в обиду будь сказано, но тебе не кажется, что ты ведёшь себя как капризный ребёнок? Я парень, и большинство моих друзей тоже парней, ты же не заставишь меня порвать со всеми друзьями? По-твоему, мне теперь и от всех рабочих застолий отказываться? Или ты хочешь, чтобы я отирался в женском обществе? Тогда ты будешь счастлив?
Ресницы Ся Мяня затрепетали, словно крылышки хрупкой бабочки, он пятился назад, но никак не мог вырваться:
— Не трогай меня… Мне страшно…
Он наконец набрался смелости и облечь свой страх в слова.
Тань Бочэнь лишь усилил хватку, понизив голос, но от этого его тон не стал мягче — скорее, он походил на демона, выбравшегося из преисподней:
— Мяньмянь… Посмотри, разве кто-нибудь ещё встречается так, как мы? Впервые увидев тебя, я захотел поцеловать тебя, обнять, ты даже не представляешь, какой ты милый… Пойдём со мной прямо сейчас, ко мне домой, и с этого момента я буду слушать всё, что ты скажешь, хорошо?
Ся Мянь чувствовал, как чужое дыхание приближается всё ближе, и как бы он ни старался, освободиться не удавалось.
Глубокое чувство бессилия затопило сердце, и без того бледное лицо полностью лишилось красок.
Тань Бочэнь, снедаемый нетерпением, стремился поцеловать его, полностью игнорируя его страх.
Словно потерявший рассудок зверь, движимый исключительно животными инстинктами.
Не имея сил сопротивляться, Ся Мянь смирился с судьбой и закрыл глаза.
Мгновение спустя.
Ожидаемый кошмар не наступил, хватка на руке внезапно ослабла.
Дрожа, он приоткрыл веки и, словно в бреду, увидел на руке Таня Бочэня мужскую ладонь с выступившими буграми вен.
Эта рука без малейших усилий оттащила Тань Бочэня в сторону.
Затем он заметил, как Тань Бочэнь качнулся от неожиданности, а перед глазами резко потемнело.
В лицо повеяло глубоким древесным ароматом, плечи мужчины были широкими, а талия — узкой, длинные ноги обтягивали строгие брюки. Заслонив его собой, он встал подобно величественной горе, надежно укрыв хрупкую фигуру Ся Мяня за своей спиной.
— Что ты делаешь?
Ся Мянь снова услышал знакомый низкий и глубокий мужской голос.
Он с недоверием поднял взгляд и отчётливо увидел суровый профиль мужчины с глубокими, словно высеченными чертами лица. Очень знакомый. И этот аромат агарового дерева тоже был знаком, действуя лучше любого успокоительного.
Его пульс постепенно выровнялся.
Тань Бочэнь твёрдо встал на ноги, узнал пришедшего, мгновенно сдулся и остался стоять на месте, не смея сделать ни шагу вперед:
— Директор Лу… это вы?
— А ты кто? — мужчина приподнял веки и слегка нахмурился.
— Мой отец — Тань Шэнбан… Директор Лу, я не буду долго отнимать у вас время, у меня тут есть кое-какие личные дела, которые нужно уладить. — Тань Бочэнь испытывал перед ним некоторого рода страх, но упускать последний шанс не хотел и снова попытался протянуть руку, чтобы схватить Ся Мяня, на ходу поясняя: — Это моя жена, мы тут поссорились. Я сейчас же заберу его домой, там и разберемся. Простите, что побеспокоил, Мяньмянь, пошли…
Мужчина не сдвинулся с места ни на дюйм и резким движением сбил протянутую руку Таня Бочэня.
Тань Бочэнь поморщился от боли и с недоумением уставился на него снизу вверх.
Во взгляде Лу Сыи читалось нескрываемое презрение и отвращение, но стоило ему повернуться к Ся Мяню, как он вновь становился мягким и нежным.
— Это так?
Ся Мянь, поддавшись какому-то порыву, покачал головой.
Услышав это, красивое лицо Таня Бочэня исказилось до неузнаваемости. Ему хотелось выругаться, но он не смел, поэтому оставалось лишь отчаянно оправдываться:
— Директор Лу… он и впрямь моя жена, я слышал, что сегодня вечером он собирался встретиться здесь с любовником… Он просто заметает следы из чувства вины, поэтому и отрекается от меня, если не верите — сами посмотрите.
http://bllate.org/book/34972/4315940
Готово:
