Мы знакомы уже больше двух лет, и ты наконец-то сказал что-то похожее на правду.
Се Юйбай поднялся, сел на край кровати, опустив голову, слегка ссутулив спину; длинные волосы скрывали брови и глаза.
— Ты признался ему во взаимных чувствах.
— Как братья, как друзья. Разве у тебя нет такого?
— Нет.
Се Юйбай спросил:
— Почему ты не останешься с ним, раз его чувства к тебе — это нечто большее?
— Какое большее? Такое безумное, как у тебя?
У Се Юйбая дернулся уголок глаза:
— Говори о своих делах, меня не впутывай.
— У меня все в порядке. Кто бы из парней ни питал ко мне чувств, будущего нет, я традиционной ориентации.
Се Юйбай примерно догадывался об этом. В тот день, когда он случайно услышал, как они изливают друг другу душу, его рассудок вмиг дал трещину.
— Значит, тот по фамилии Чжоу тебе не нравится?
— Верно. У тебя все еще есть шанс, прошу тебя, возьми себя в руки и возвращайся пораньше в школу.
Се Юйбай продолжил уточнять:
— Ты ведь не будешь с ним?
— Если ты еще раз спросишь, меня стошнит. Я же сказал, он мне брат, можно перестать меня тошнить?
Лицо Се Юйбая все еще было мертвенно-бледным.
— Так даже лучше.
Лишь бы он не выбрал кого-то другого, лишь бы ему не приходилось собственными глазами смотреть, как тот повсюду появляется с кем-то еще — этого достаточно.
— Добавишься в Вичат?
Се Юйбай перевел на него взгляд — мягкий, цепляющийся, словно шелковая нить.
— Хочешь — добавляй.
— Я добавил, жду, пока ты примешь.
— Скоро приму.
— Примешь, тогда и уйду. Вдруг я уйду, а у тебя снова начнется приступ? Разве я тогда не провалю поручение учителя Жэнь?
Се Юйбай бросил на него косой взгляд:
— Проклинаешь меня?
Цзян И подумал, что тот сегодня довольно забавен: в нем проступила совсем другая сторона, скрытая под жесткой оболочкой.
Подперев подбородок обеими руками, Цзян И с улыбкой посмотрел на него:
— С таким лицом, как у тебя, в будущем можно найти кого угодно. На крайний случай — забросать деньгами. Будь у меня твои данные, я бы менял по человеку каждый месяц, и никто бы не повторялся.
Се Юйбай закрыл лицо рукой, а на его губах застыла насмешливая улыбка:
— Ну ты и даешь, просто восхищаешься.
Цзян И в белых кедах протянул ногу и легонько пнул его босые пальцы:
— Расскажи, с чего это ты в него влюбился? Я что-то не замечал между вами особого общения.
Се Юйбай убрал ногу, забрался на кровать, прислонился головой к стене и закрыл глаза, чтобы передохнуть.
Цзян И, снедаемый любопытством, придвинулся ближе:
— Каков твой дальнейший план? Будешь добиваться его?
— Не буду.
— Тебе нужна помощь? Предупреждаю: мы с ним очень близки. Он трижды в неделю водит меня обедать, и что бы я ни сказал, он никогда мне не возражает.
Се Юйбай усмехнулся:
— Как же хорошо он к тебе относится.
— Ты думаешь, все относятся ко мне так паршиво, как ты? Смотрят волком?
Се Юйбай спросил:
— Разве я так делаю?
— Конечно. Я знаю, что ты меня недолюбливаешь, только не пойму за что. У меня ведь неплохой характер, к тому же я главный красавец школы.
Цзян И был в неплохом настроении; качая пушистой макушкой, он с легкой улыбкой произвел:
— Посмотри, а я ведь хорош собой, правда?
Се Юйбай отвернулся:
— Так себе.
— Чжоу Цзинцзэ — мой закадычный друг с самого детства. Если ты завоюешь мое расположение, я тебе помогу, шансов на победу станет на один больше.
Между бровей Се Юйбая залегла складка:
— Чье расположение завоевать?
— Мое. Поднимай ко мне уровень благосклонности.
— Я больной?
Цзян И кивнул:
— Оглянись вокруг. Зачем бы ты здесь оказался, если не болен?
Се Юйбай взял телефон и совершил звонок:
— Се Сюэяо, возвращайся в течение десяти минут.
— Быстро прими меня в друзья!
Се Юйбай включил телефон и увидел красную точку с заявкой в друзья. Его густые ресцы задрожали, палец скользнул по экрану, и он нажал кнопку игнорирования.
Се Юйбай: «……»
Цзян И воочию наблюдал, как тот проигнорировал заявку:
— Т-ты… что это значит?
Се Юйбай посмотрел на него мрачным взглядом, в котором сквозило легкое замешательство:
— Если я скажу, что рука соскользнула, ты поверишь?
Цзян И ухватил его за воротник, притянул к себе, и в его глазах вспыхнула смертоносная искра:
— А если я скажу, что у меня сейчас рука соскользнула, ты поверишь?
Его чистые, сияющие глаза смотрели без единого моргания. У Се Юйбая пересохло в горле, дыхание участилось, губы чуть приоткрылись:
— Отправишь еще раз?
— Настолько я беспринципен? Больше не отправлю! — Цзян И вцепился в его воротник, притянув еще ближе, и от злости путался в словах: — Тебе стоит радоваться, что такой человек, как ты, не попался мне в руки. Если бы ты был влюблен в меня, знаешь, как бы я с тобой расправился?
В голове Се Юйбая гудело, он услышал собственный вопрос:
— И как же?
— Наигрался бы и бросил.
Цзян И отпустил его, размял запястье, открыл дверь и вышел наружу.
Цзян И проспал до третьего урока, а проснувшись, потер затекшую шею. Прошлой ночью в баре кто-то затеял драку, он давал показания, и домой вернулся уже за полночь.
Линь Фэйюй тайком играл в телефон под партой. Цзян И скосил глаза в его сторону: синий интерфейс на экране показался ему смутно знакомым — не та ли это игра, в которую играл Се Юйбай?
— Что ты смотришь?
— Приложение «Тайная страсть стала явью», я просматриваю аккаунт Цинь Ваньнин, она только что обновила статус.
— И что за статус?Статус тайной влюбленности, ты даже этого не знаешь. Этот софт стал безумно популярным еще с прошлого года, многие те, кто безответно влюблен, скачали его. Стоит тайной страсти перерасти в явную, как приложение сразу удаляют, говорят, у него очень высокий процент успеха.
Цзян И скривился всем видом:
— Вы, отличники, такая суета. Какая скука, нравится кто — признайся, взаимно — сошлись, нет — скатертью дорожка, ищи следующего. Зачем городить весь этот огород?
Линь Фэйюй посмотрел на него: Цзян И сидел за партой, уперевшись локтями в крышку, линия его плеч была точеной, влажные глаза изогнулись в улыбке, а уголки глаз слегка взлетали вверх.
— То, что я тебе говорю, — чистой воды пустая трата времени. Тебе-то, конечно, не нужно ни в кого влюбляться тайком. Черт побери, с твоей внешностью — мало того что признание сто процентов увенчается успехом, даже если ты совершишь харассмент, и то никто не заявит в полицию.
— Выбирай выражения, моя репутация очень важна. Какой еще харассмент, твою сестру...
Линь Фэйюй:
— У меня и правда есть сестра.
Цзян И:
— ...
— Считай, что я ничего не говорил.
Учитель Жэнь стоял в дверях и, указав на Цзян И, бросил:
— Подойди.
Цзян И подтянул повыше воротник школьной формы:
— Учитель.
— Ты вчера ходил в больницу навестить Се Юйбай, как он себя чувствует?
Цзян И:
— Пока не собирается умирать.
— Выражайся нормально.
— Учитель, я же не врач, откуда мне знать?
— Когда он сможет вернуться к занятиям? Сегодня замдиректора сказал, что десятого числа следующего месяца пройдет олимпиада по физике, и школа надеется, что он сможет принять в ней участие.
— Разве в школе больше никого нет? Он больной человек, ему в первую очередь нужно поправляться.
— Ты хочешь сказать, что мнение замдиректора менее важно, чем твое?
Цзян И:
— Совсем нет.
— Съезди к нему сегодня во второй половине дня, захвати с собой сборник задач по физике. Уговори его: если в этот раз он займет призовое место на олимпиаде, у него останется шанс поступить в Хуада.
— Снова я? Учитель, вы не можете послать кого-нибудь другого? Се Юйбай меня терпеть не может, правда, если пойду я, он наверняка откажется.
— Думаешь, я горю желанием тебя отправлять? О болезни Се Юйбаля знаем только я да ты, такие слухи разглашать нехорошо. К тому же к другим он и вовсе не выйдет, толку от их визита не будет. Вчера я спрашивал его старшую сестру: замдиректора и учителя-предметники хотели его навестить, но она всем отказала наотмашь.
В семье Се дорожили лицом превыше всего, к подобному недугу они отнесутся с максимальной осторожностью.
Цзян И нашел предлог:
— У меня днем урок английского, есть пара непонятных тем.
— Се Юйбай — первый среди зубрил. На прошлом пробном экзамене по английскому максимальный балл был сто пятьдесят, и он набрал его целиком. Какие вопросы он не сможет тебе объяснить?
— У него такой скверный характер, он не станет мне ничего объяснять.
— Ты вообще ученик моего класса или нет? Каждый раз после звонка у его парты выстраивается целая очередь с вопросами, и когда это он отказывал одноклассникам? У него просто нрав холодный, сам же он человек неплохой.
Он вел этот выпуск уже два с половиной года и прекрасно знал каждого ученика. Се Юйбай как раз относился к тем, кто холоден на людях, но мягок в душе. И хотя условия в его семье были превосходными, никакой заносчивости он не выказывал.
— Сделай одолжение учителю. Се Юйбай так талантлив, сейчас самый критичный момент, такая прекрасная молодость — гнить в больнице просто жалко.
Цзян И напустил на лицо улыбку:
— Ладно, учитель. Се Юйбай сейчас болеет, а я как его одноклассник просто обязан оказать помощь.
Цзян И зашел в фруктовую лавку, купил фруктов. В такую жару пришлось сменить два автобуса, прежде чем он добрался до больницы. Тяжелые пакеты с фруктами оттягивали руки. У больничных ворот его неожиданно остановили — охрана оказалась слишком строгой.
Он присел на корточки у входа в больницу и принялся грызть яблоко. Не успел он доесть первое, как на парковке неподалеку остановился красный спорткар Феррари, и из него вышла изящная фигура в ярко-красном платье. Цзян И подумал про себя, что в этой больнице и правда лечатся одни богачи.
Подойдя к воротам, Се Сюэяо опустила солнцезащитные очки пониже и заметила парня, сидевшего на корточках в тени дерева с локтями на коленях. Он громко хрустел красным яблоком, сок брызгал на уголки губ, источая свежую энергию юности.
Она подняла телефон и сделала снимок — вылитый главный герой из молодежной дорамы.
Се Сюэяо подошла ближе:
— Цзян И.
Цзян И поднялся на ноги:
— Старшая сестра, как здорово!
— Пришел навестить Юйбаля?
Цзян И смущенно поскреб в затылке:
— Учитель Жэнь попросил передать материалы для физической олимпиады.
— Почему не входишь?
— Охрана не пускает.
— Идем со мной.
Обладающая мощной аурой Се Сюэяо бросила паре охранников пару фраз, и старший смены тут же подбежал к ним трусцой:
— Извините, молодой человек, мы сразу не разобрались в ситуации, проявили неуважение. Не беспокойтесь, в следующий раз пропустим без задержек.
Вот она, сила богатства? Ощущения простопередаваемые.
Се Сюэяо сняла темные очки, демонстрируя безупречный макияж:
— Извини, Цзян И, доставила тебе хлопот.
— Ничего страшного.
— Ну так что насчет того предложения, о котором я тебе говорила? Ты подумал?
— Какого предложения? — Цзян И задумался. — Неужели насчет тех трех миллионов?
— Именно, — беспомощно вздохнула Се Сюэяо. — Честно говоря, у меня сегодня во второй половине дня намечается сделка на шестьдесят миллионов, но ради того, чтобы навестить Юйбаля, я перенесла ее на завтра, и теперь не знаю, не сорвется ли контракт. Войди в мое положение, оцени мою искренность, подумай еще раз — согласишься мне помочь?
http://bllate.org/book/34925/4310061
Готово:
