Лу Цзыхао был так счастлив, что у него земля уходила из-под ног, когда он узнал, что старший брат собирается переехать к ним. Если не брать в расчет то, что дяде требовалось найти супругу, самого Е Синхэна он тоже искренне и очень сильно любил.
После того как вещи Е Синхэна перевезли, мальчик постоянно крутился вокруг него, помогая то тут, то там, а его звонкий голос всегда был наполнен восторгом:
— Братишка Синхэн, давай я помогу тебе отнести!
По своему настрою он выглядел даже более оживленным и радостным, чем сам виновник торжества.
Комната Е Синхэна находилась по соседству с комнатой Си Юэ. Ее приказали убраться заранее и даже специально украсили.
Стоило только шагнуть внутрь, как в глаза бросалось убранство, похожее на бескрайний синий океан: стены были окрашены в мягкий голубой цвет, на деревянном полу лежал ковер с узорами в виде китов, постельное белье на большой кровати справа было темно-синего оттенка, а диван и шкаф слева выдержаны в бело-голубых тонах.
Повсюду в комнате были расставлены милые безделушки. Везде царила уютная атмосфера, и с первого же взгляда было очевидно, что в оформление вложили немало сил и души.
Е Синхэн замер на несколько секунд. Эта комната безоговорочно понравилась ему с первого взгляда — она словно возвращала его в тот самый дом из детства, где еще были живы родители. И хотя совпадение с цветом вышло случайным, он все равно приписал это стечение обстоятельств их с Си Юэ ментальной связи. Особенно отчетливо в убранстве комнаты читалась забота, отчего на сердце у него стало сладко и тепло.
Он посмотрел на Си Юэ и, застыв на месте, не знал, что и сказать, но радость в его глазах грозила вот-вот через край вылиться наружу. Заметив это открытое, лучистое удовольствие во взгляде юноши, Си Юэ втайне тоже выдохнул с облегчением. Изначально из-за нехватки времени комнату удалось обустроить лишь так просто, и он опасался, что парню не понравится, но теперь в его собственной душе поднялось какое-то необъяснимое чувство удовлетворения.
Лу Цзыхао, находившийся рядом, совершенно не улавливал атмосферу между двумя взрослыми. Последние дни он постоянно проводился у Чу Нина, а теперь, увидев комнату, закрыл лицо обеими руками и восхищенно выдохнул:
— Вау, у братишки Синхэна такая красивая комната!
Услышав это преувеличенное восклицание, Е Синхэн покосился на Си Юэ, а уголки его губ скрытно дрогнули в красивой улыбке.
В ту ночь Е Синхэн так сильно волновался, что мучился бессонницей, и заснул лишь под утро, забывшись беспокойным сном. Он специально завел будильник, а на следующий день встал чуть свет и приготовил роскошный завтрак.
Умывшись и выйдя в гостиную, Си Юэ застал его там и на мгновение остолбенел.
— Почему ты так рано встал? Разве не мог поспать еще немного? — Си Юэ нужно было ехать на работу, и он никак не мог взять в толк, почему подросток на каникулах вскакивает ни свет ни заря.
Е Синхэн сидел в гостиной и при виде него тут же вскочил на ноги, слегка растерявшись. Заикаясь, он ответил:
— Я… я привык вставать рано. — Помедлив секунду, он добавил: — Брат, я приготовил завтрак.
Услышав это, Си Юэ нахмурился, а между его бровей залегла тень недоумения. Изначально он разрешил юноше поселиться у него, чтобы помочь тому решить проблему с отсутствием жилья, а вовсе не для того, чтобы тот прислуживал ему горничным. Он перевел взгляд на Е Синхэна и уже собирался что-то сказать, но, заметив испуганное лицо парня, был вынужден смягчить выражение лица и успокаивающе произнести:
— Тебе не нужно вставать так рано ради того, чтобы готовить мне завтрак.
— Все в порядке, я могу это сделать, — Е Синхэн испугался, что его поступком остались недовольны, и тихонько добавил: — Если тебе не нравится то, что я приготовил, я могу сделать что-нибудь другое.
Сегодня он сварил пшенную кашу, взбил соевое молоко, подогрел молоко в пакете и отварил яйца, а еще сделал сэндвичи и поджарил яичные блинчики. Он постарался разнообразить утренний стол в надежде, что среди стольких блюд обязательно найдется то, что придется Си Юэ по вкусу.
Си Юэ заглянул в столовую и, увидев такое изобилие еды, аккуратно и тщательно сервированной на тарелках, на миг опешил, а в груди у него поднялась волна беспомощной досады. Обернувшись, он посмотрел на Е Синхэна: тот по-прежнему стоял на прежнем месте, и все его лицо выражало тревогу.
Мысленно вздохнув, Си Юэ поманил его рукой, подзывая ближе, и мягко спросил:
— Ты сам-то поел?
Е Синхэн покачал головой.
— Тогда давай поедим вместе.
Тревога в глазах Е Синхэна вмиг сменилась радостью. Он закусил губу и кивнул.
Они вымыли руки и молча сели за обеденный стол. Е Синхэн то и дело исподтишка поглядывал на Си Юэ, подмечая, какие именно блюда тот ест чаще, и молча мотал это себе на ус.
Си Юэ перехватил его взгляды, и ему стало одновременно забавно, но вслух он произнес:
— Все это очень вкусно, но в будущем, если захочешь готовить завтрак, не делай так много.
Си Юэ понимал, что на всё это уходит немало времени, и видел старания парня, но заставить Е Синхэна полностью отказаться от готовки было, пожалуй, невозможно — тот наверняка бы расстроился. Испытывая легкую беспомощность, он решил просто плыть по течению, надеясь, что в следующий раз юноша приготовит поменьше или выберет что-нибудь попроще.
Е Синхэн поднял глаза и робко возразил:
— Совсем не много.
Си Юэ улыбнулся:
— Много. Если бы завтрак готовив я, мне хватило бы просто поджарить тост.
Произнося это, он совершенно не боялся показать свою безыскусность и лень.
Е Синхэн замер, решив, что Си Юэ обожает тосты. Это шло вразрез с его собственными недавними наблюдениями, и он вновь осторожно переспросил:
— Брат любит есть только тосты?
— Нет, просто так проще и быстрее всего, — ответил Си Юэ и слегка кашлянул, поясняя: — Завтрак должен быть самым простым, не нужно с ним возиться.
Сам по себе Си Юэ был человеком серьезным и дисциплинированным, но в быту вел себя куда проще. Не будь у него младшего племянника, он бы даже не стал нанимать тетушку-помощницу для готовки трехразового питания. Обычно его завтрак состоял из тоста и чашки молока, а обедал и ужинал он на работе, не желая тратить время и мысли на домашнюю стряпню.
Е Синхэн упустил суть его слов и вместо этого ответил с предельной серьезностью:
— Нельзя питаться как попало, завтрак очень важен.
В этой серьезности прозвучало нечто такое, отчего Си Юэ на мгновение замер. Снаружи вовсю светило яркое дневное солнце, утренние лучи проникали сквозь стеклянное окно в столовую, заливая ее светом и отчетливо вырисовывая сосредоточенное выражение на лице юноши.
Спустя мгновение Си Юэ потер нос и с редким для него смущением произнес:
— Просто… иногда мне бывает лень. — С этими словами он снова улыбнулся и неторопливо добавил: — Если бы не нужно было идти на офис, я бы предпочел спать до упора и вообще обошелся бы без завтрака.
Для посторонних Си Юэ — генеральный директор компании — выглядел молодым и перспективным человеком, в котором многие наверняка видели трудоголика, похожего на робота, что трудится двадцать четыре часа в сутки. Однако сам он не питал к работе ни пылкой страсти, ни отвращения; он лишь чувствовал ответственность, приняв бразды правления компанией, — долг усердно работать ради ее процветания.
Будучи обычным человеком, он был не чужд человеческой лени, просто природная самодисциплина сдерживала его от излишнего расслабления.
В студенческие годы он мечтал о том, как станет беззаботным богатым праздником, но после получения диплома и вступления в должность всё же начал трудиться не покладая рук.
Теперь настала очередь Е Синхэна изумленно замереть: он явно не ожидал, что у Си Юэ могут быть такие мысли и что он способен вести себя как самый обычный человек. Пережив первый шок, юноша тут же внутренне обрадовался своему открытию — казалось, он стал чуточку ближе к пониманию Си Юэ, — и в то же время принялся усердно подыскивать идеальное оправдание для подобного образа мыслей.
Подумав немного, он с абсолютно серьезным видом произнес:
— Ничего страшного, это вполне по-человечески.
Стоило ему это произнести, как глаза Си Юэ внезапно наполнились смехом, и он не удержался от тихого смешка. Изначально он даже немного переживал, не разрушит ли такая прямота его образ в глазах подростка, ведь ему все еще хотелось поддерживать определенный имидж, но он никак не ожидал, что тот назовет его слабость естественным человеческим свойством.
Стоило вспомнить, что в ранние годы его родители только и делали, что упрекали его за лень и легкомыслие, постоянно требуя соответствовать самым строгим стандартам и никогда не одобряя в подобных мелочах.
Он подумал: почему этот парень одновременно такой милый и такой сладкий? Что бы он ни сказал или ни сделал, это неизменно затрагивало самые нежные струны в его душе.
Заметив, что Си Юэ просто смотрит на него с улыбкой и молчит, Е Синхэн начал нервничать. Решив, что сказал какую-то глупость, он снова погрузился в тревогу.
Обнаружив его смятение и вспомнив, что в последнее время этот парень вечно из-за всего переживает и пугается без видимых причин, Си Юэ не до конца понимал почему, а потому шутливо поддразнил его:
— Я что, такой страшный?
— А? — Е Синхэн ошеломленно хлопал глазами.
— Кажется, ты всегда так сильно напрягаешься рядом со мной. На самом деле можешь расслабиться — теперь мы живем под одной крышей, так что можно вести себя попроще. — Сделав паузу, он продолжил: — Можешь считать это место своим домом.
Дом… Е Синхэн еще несколько лет назад усвоил, что у него больше нет дома. Когда-то у него была счастливая семья и родители, которые любили его больше всего на свете, но, к сожалению, всё это давно осталось в прошлом.
А теперь Си Юэ говорит, что он может считать это место своим домом. Остолбенев, Е Синхэн смотрел на мужчину, а затем торопливо опустил голову и сделал глоток соевого молока, чтобы скрыть боль на лице, лишь едва заметно кивнув.
Увидев кивок, Си Юэ больше ничего не стал говорить. Покончив с едой, он взглянул на часы, быстро привел себя в порядок и сказал:
— Мне пора на работу. Если хочешь спать, можешь лечь досыпать. — Бросив взгляд на остатки завтрака на столе, он всё же добавил: — На каникулах нужно отдыхать, больше не готовь так много по утрам.
Е Синхэн вновь тупо кивнул: впрочем, он уже успел заметить, какие блюда Си Юэ предпочитает, и в следующий раз сможет готовить именно их.
Вскоре Си Юэ вернулся в комнату, переоделся в серебристо-серый деловой костюм и застегнул запонки с драгоценными камнями — в одно мгновение он снова превратился в того самого холодного и отстраненного человека, к которому все привыкли. Шагнув в прихожую, он с удивлением обнаружил, что Е Синхэн уже ждет его там.
Бросив на него быстрый взгляд и тут же отведя глаза, Е Синхэн тихо произнес:
— Я провожу брата.
Си Юэ улыбнулся:
— Я же не ребенок.
Подойдя ближе, он увидел, что Е Синхэн все так же тихо стоит на месте, слегка опустив голову, а на его взъерошенных волосах видна забавная макушка. Пальцы Си Юэ непроизвольно шевельнулись, и он, в конце концов не сдержавшись, потрепал парня по волосам.
Они оказались такими же мягкими, какими он их и представлял.
***
Е Синхэн был очень тихим: он мало говорил, не любил выходить из дома, и его жизнь после переезда сюда, казалось, ничуть не изменилась. Для кого-то такое существование могло показаться однообразным и скучным, но сам он так не считал.
Здесь он мог каждый день видеть Си Юэ, завтракать с ним по утрам, желать ему спокойной ночи перед сном и проводить дни в компании ребенка. Всё вокруг наполнилось радостью, больше не напоминая прошлое, когда он вечно ютился в одиночестве в той съемной квартире.
Переехав сюда, он стал еще ближе к Си Юэ. Он старался как можно лучше узнать его вкусы и предпочтения, тайком изучал кулинарные книги, учился готовить новые блюда и изо всех сил хотел показать себя с лучшей стороны. Более того, когда он однажды готовил десерт для ребенка, то случайно выяснил, что Си Юэ обожает сладкое. Это открытие принесло ему неизъяснимую радость — она была сродни обнаружению сокровища: одновременно волнительной и ревниво оберегаемой от посторонних глаз.
До сих пор в сердце Е Синхэна Си Юэ оставался высокой луной в ночном небе — ослепительно чистой, благородной и недосягаемой, на которую можно было смотреть лишь издалека. Но здесь каждое такое маленькое непредвиденное открытие позволяло ему ощутить настоящую, живую суть Си Юэ, заставляя чувствовать, что мужчина больше не так далеко, а он сам медленно, шаг за шагом, приближается к нему.
http://bllate.org/book/34871/4303432
Готово:
