— Я разве тебе не говорил, что сорбета нельзя есть слишком много, он же холодный?
В полумраке спальни оранжевые сумерки пробивались сквозь щели оконных рам, окрашивая комнату в мягкую туманную дымку. У кровати толпилось несколько десятков силуэтов — кто повыше, кто пониже. Шэнь Янь, заняв самое первое место, бесстрастно и безжалостно смотрел на корчившегося на постели Господина Призрачного Вана.
Шэнь Ваньтан уставился на него рыбьим взглядом и, не разбирая правых и виноватых, принялся срывать злость:
— Шэнь Янь, ты, коварный негодяй! Говорил же, с чего это ты вдруг решил мне так угождать, а ты, оказывается, задумал такую пакость. Жди, вот встану с постели, я тебе устрою, я обязательно...
— Ой, брось, — не успел тот договорить, как Шэнь Янь ткнул его пальцем в грудь, заставив выдохнуть остатки воздуха. Расплатившись на постели бревном, Ши Ваньтан окончательно потерял способность двигаться.
Цзи Минь держал в руках маленькую плевательницу и, преданно ожидая рядом, с беспокойством спросил:
— Великий Ван, вас не тошнит? Если вырвет, сразу станет полегче.
Ши Ваньтан безвольно перевел взгляд, но Цзи Минь явно не уловил его высочайшего замысла, так что пришлось перевести глаза на Шэнь Яня. Тот с минуту пристально смотрел на него, а затем перевел:
— Больше не вырвет, он, должно быть, уже выпотрошил весь желудок. Ладно, хватит толпиться здесь, у него, судя по всему, гастрит. Пусть кто-нибудь из духов спустится с горы и приведет лекаря, а на кухне пусть поставят греть воду, шевелитесь быстрее. Он сейчас ничего не может есть, но ему необходимо восполнить жидкость. Свободные пусть пошарят по горе, не завалялось ли каких полезных травок.
Говоря это, он присел на край кровати и только протянул руку, как Ши Ваньтан внезапно вскочил, словно оживший труп, и прикрыл грудь обеими руками:
— Ты что удумал?
— ... — Рука Шэнь Яня замерла в пустоте на три секунды, после чего резко сменила траекторию и щелкнула Ши Ваньтана по белоснежному лбу с громким звуком! — Замышляешь недоброе? Что, еще остались силы сопротивляться?
— Ой! — Ши Ваньтан поморщился от боли, а затем одарил его зловещей ухмылкой: — Прекрасно, показал свое истинное лицо! Признайся, ты просто заришься на мою красоту, Шэнь Янь, лицемер проклятый!
— ...Ты закончил? — Шэнь Янь пропустил его клевету мимо ушей и просто завернул его в одеяло с головой. — Лежи. Плохо себя чувствуешь — не ерзай.
Только тут Цзи Минь смог вставить слово, поднимая руку:
— Молодой господин Шэнь, неужели обязательно звать лекаря?
Шэнь Янь:
— А то как же? Сам посмотри, в кого превратился твой господин.
Цзи Минь нахмурился, словно столкнувшись с трудной задачей, но у Ся Батяня оказалось куда меньше предрассудков, и он тут же выпалил:
— Молодой господин Шэнь, вы просто не знаете обстановки. Стоит лекарям услышать, что мы из Дворца Призраков Десяти Сторонам, как они тут же захлопывают двери. Даже если удается затащить кого обманом, они ни за что не переступят порог главного зала. Притащить сюда бесчувственное тело еще можно, но едва очнувшись, они начинают вопить и норовят перекусить себе язык, мы уже исчерпали все средства. Раз уж вы знаете, что это за болезнь, не могли бы вы выписать рецепт, а мы сами сходим за лекарствами?
Цзи Минь тоже беспомощно улыбнулся, мысленно надеясь, что молодой господин Шэнь, будучи человеком благородным, не станет в такой момент качать права. Шэнь Янь обернулся к ним, и последовал ответ:
— Ничего страшного, приволокните в бессознательном состоянии, а с остальным я разберусь.
Цзи Минь: «...»
Закутанный в одеяло Ши Ваньтан походил на огромную гусеницу. С большим трудом высунув из кокона черноволосую голову с растрепанной прядкой, торчавшей забавным завитушкой, он блеснул черными глазами, в которых читался явный вызов:
— Решили объединить волка с шакалом?
Шэнь Янь:
— Сам себя обзываешь?
Ши Ваньтан приподнял бровь:
— Я волк, а ты шакал.
Шэнь Янь: «...»
Он повернулся к Цзи Миню:
— Не сомневайтесь, скоро стемнеет. Если дождетесь закрытия лавок, ваш Ван будет куролесить всю ночь напролет.
Цзи Минь бросил на него долгий взгляд и, кивнув, вышел.
Несколько патрульных стражников, переживавших за драгоценное здоровье Вана, тоже покинули комнату. Спальня вмиг опустела. Ши Ваньтан вел смертный бой с рукой Шэнь Яня, устроившейся на его загривке, упорно и ожесточенно извиваясь в попытке вырваться из плена и отвесить этому психопату звонкую пощечину.
— Не двигайся. — Когда до победы оставалось совсем чуть-чуть, Шэнь Янь снова прибавил весу, и лицо Ши Ваньтана уткнулось прямо в постельное белье. Он вскричал с горькой обидой: — Шэнь Янь! Нельзя же пользоваться тем, что я болен и слаб, и издеваться наддо мной! Ты оскорбляешь мое достоинство!
Шэнь Янь рассчитал силу идеально, легко и надежно укротив этого брыкающегося большого кота. Из-под одеяла донесся приглушенный голос, а сам он, приподняв кота, перевернул его на спину и опустил руку через тонкое одеяло ему на живот.
Ши Ваньтан еще не успел возмутиться, как вдруг почувствовал, что сквозь постельное белье к его животу устремился теплый поток ци. Невыносимый зудящий дискомфорт мгновенно утих: это Шэнь Янь, поглаживая его желудок поверх одеяла, пустил по кругу мягкие волны духовной силы. Ши Ваньтан растерянно моргнул:
— ...Твоя духовная сила восстановилась?
Шэнь Янь остался невозмутим:
— Совсем чуть-чуть.
На самом деле он уже начал чувствовать, как это тело самостоятельно впитывает духовную энергию небес и земли. Это было хорошим знаком: значит, даже без посторонней помощи он сможет достичь слияния с данным телом на пике возможностей. А пару дней назад он уже с успехом вытащил из ножен тот красивый, но совершенно бесполезный тяжелый меч, наполненный духовной силой.
Ши Ваньтан на мгновение замер, лишь спустя долгое время сообразив, что к чему, и бесстрастно произнес:
— Шакал, вступай в наши ряды, Дворец Призраков Десяти Сторонам приветствует тебя.
Шэнь Янь:
— Прости, но красный галстук на моей груди не позволяет мне этого сделать.
Ши Ваньтан:
— ...А красный галстук — это что такое?
Шэнь Янь легко улыбнулся и, опустив взгляд, произнес:
— Ничего. Отдыхай, полежи немного. Чуть позже напьешься воды, еще навозишься с рвотой.
При этих словах Ши Ваньтан слегка нахмурился:
— Шэнь Янь, может, вернешь Цзи Миня и остальных? Нет нужды звать лекаря. Я заклинатель, тело крепкое и здоровое, циркуляция духовной энергии — и через пару дней сам приду в норму.
— О? Вот как?
— ...
— Два дня всухую терпеть без еды и питья — это не восстановление, это твоя собственная пищеварительная система занимается самоисцелением. Грубо говоря, ты выезжаешь на чистом везении. Ты подумал, что будет, если организм не выдержит?
Ши Ваньтан посмотрел на него, а мгновение спустя громко выругался:
— И правда! Если не выдержу, я что, стану первым Призрачным Ваном в истории, который заживо объелся сорбета?! Черт, и что обо мне подумают остальные? Что скажут другие духи?!
Шэнь Янь: «...»
На это ему возразить было нечего.
В этот момент за дверью раздалось два легких стука, и Цю Юй вошла в комнату с чайником в руках:
— Молодой господин Шэнь, вода готова. Как вы и велели, я добавила в нее солодки и сухого имбиря, но остальное... пуэра, эфедры или чего-то подобного во Дворце Призраков нет в запасе, сейчас не найдешь.
— Хватит и этого. — Шэнь Янь протянул руку и взял чайник. Ши Ваньтан удивленно протянул:
— Надо же, как быстро.
Шэнь Янь ответил:
— Не быстро. Цзи Минь сказал, что тебя рвет и мутит, и я сразу велел Цю Юй готовить. Время рассчитано идеально. — Он зачерпнул ложечкой немного отвара, слегка пригубил и поморщился: — Нет, слишком горячо. Цю Юй, налей еще пиалу, пусть постоит у окна остынет до теплого, а остальное пока подогревай на очаге... Да, и еще: в моей комнате есть Духовные плоды Юньмэн, возьми их, истолки в сок и добавь туда. Пусть диагноз не совсем тот, но плоды обладают мягким свойством, вреда не будет.
Не успела Цю Юй пробыть в комнате и двух секунд, как, едва коснувшись пола, вновь со всех ног бросилась наружу.
Шэнь Янь покорно держал пиалу, дуя на воду маленькими глотками. Ши Ваньтан попытался вытянуть шею, но был безжалостно возвращен на место одним пальцем.
— Лежи.
Господин Призрачный Ван поджал губы, снова завернулся в одеяло подобием гусеницы и уставился в пустоту. Лишь спустя долгое время под мерное дыхание Шэнь Яня он поинтересовался:
— Ты так со мной носишься, у тебя что, есть какие-то тайные виды?
— И то верно, — Шэнь Яню даже лениво было отпираться. — Заришься твоя красота.
Хотя он прекрасно знал, что это лишь дежурная отговорка, у Ши Ваньтана все равно екнуло сердце, а в глубине вен вспыхнуло странное пламя, готовое сжечь самую его душу. Шэнь Янь тщательно остудил отвар и уже собирался протянуть его больному, как, опустив голову, обнаружил, что человека на кровати нет.
Вглядевшись повнимательнее, он увидел, что Ши Ваньтан, как мертвец, плашмя распластался на краю постели, завернувшись в одеяло, и лишь его гибкая голова крутится из стороны в сторону. Поблизости как раз стояло чистое зеркало.
Шэнь Янь:
— Ты чего удумал?
Ши Ваньтан ответил с предельной серьезностью:
— Любуюсь своей красотой.
Шэнь Янь: «...»
Ши Ваньтан еще немного с упоением самовыражался, убеждаясь, что его внешность безупречна, а аура по-прежнему крута и ослепительна, и лишь после этого с чувством выполненного долга улиткой извился обратно. Подползя к Шэнь Яню, он свысока протянул руку:
— Давай, поднеси моему преосвященству.
Шэнь Янь вложил пиалу ему в ладонь и заметил:
— У Господина Призрачного Вана отменное самообладание. Что, уже не больно?
Ши Ваньтан, усевшись на краю кровати по-турецки, маленькими глотками прихлебывал отвар. Солодка придавала питью сладость, но сухой имбирь обжигал язык остротой, так что он никак не мог понять, вкусно это или нет. Попив немного, он посмаковал во рту и вернул пиалу назад:
— Хватит, хватит, больше не хочу.
Шэнь Янь проявил безжалостность:
— Нет, нужно допить до конца. На подоконнике стоит еще одна пиала, нельзя оставлять ни капли.
Ши Ваньтан:
— ...Меня сейчас стошнит.
Шэнь Янь чуть кивнул на стоявшую в ногах кровати плевательницу:
— Валяй.
Лицо Ши Ваньтана несколько раз переменилось, но вырвать так и не удалось. Он лишь откинулся назад, рухнув на постель, и с бледным видом ощущая неприятные последствия попадания жидкости в желудок, обвинил:
— Шэнь Янь, ты не человек.
Шэнь Янь взял с подоконника вторую пиалу, тыльной стороной ладони проверил температуру и, протягивая ее со спокойным лицом, признал:
— Верно, я шакал.
— Пф-ф... — Ши Ваньтан расплевал воду прямо перед собой. Одно дело отпускать шуточки, и совсем другое — когда сам Шэнь Янь поддерживает игру. Короче говоря, его психика никак не могла смириться с тем, что легендарный холодный небожитель, питающийся лишь росой, на самом деле ведет себя вот так.
Шэнь Янь посмотрел на него пару секунд и, видимо, поддавшись приступу чистоплотности, опередив попытку Ши Ваньтана вытереться одеялом, бесстрастно извлек из-за пазухи платок и бросил ему:
— Будьте цивилизованнее, Господин Призрачный Ван.
Господин Призрачный Ван хмыкнул, горделиво утер уголки рта, а затем взмахом руки швырнул платок в дальний угол кровати. Довольно хлопнув в ладоши, он под осуждающим взглядом Шэнь Яня с наслаждением укрылся одеялом, зажмурился и царственно взмахнул рукой:
— Свободен, нашему преосвященству пора спать.
Шэнь Янь так и норовил надеть эту пиалу ему на голову!
Он думал: почему на свете существует столь мелочный, не поддающийся никакой логике, инфантильный мужик? Он либо спорит, либо собирается спорить, изо дня в день клюет окружающих, словно боевой петух, и кажется, будто чужие страдания доставляют ему высшее наслаждение... О нет, постойте, эта его дурацкая привычка проявлялась, кажется, только по отношению к нему самому. До появления Шэнь Яня он вроде бы слыл вполне нормальным злодеем.
Забрав пиалу, Шэнь Янь тихо прислонился к изголовью кровати и опустил взгляд на него. Ши Ваньтан лежал выпрямившись: ноги вместе, руки аккуратно сложены на животе — тот, кто не знал его, вполне мог решить, что он собрался отойти в мир иной. Дыхание ровное и глубокое, но хозяин явно не спал: ресницы, похожие на крылья бабочки, то и дело вздрагивали. Лучи заходящего солнца чертили на его лице изящную тень. Шэнь Янь неотрывно смотрел на него, пока в какой-то момент, поддавшись неожиданному порыву, не подался вперед. Протянув палец, он медленно, едва касаясь, провел по тем мягким ресницам.
Ши Ваньтан не открыл глаз, но его кадык едва заметно дернулся.
Шэнь Янь опомнился, резко выпрямился и какое-то время ошарашенно стоял на месте, чувствуя себя так, будто его только что разбудили. Постояв в растерянности, он неторопливо поправил на Ши Ваньтане одеяло, подобрал пиалу и вышел.
Он знал: за его спиной кто-то открыл глаза и пристально смотрел ему вслед.
http://bllate.org/book/34868/4302985
Готово:
