Заметив, что следующий автобус уже прибывает и показался на другом перекрёстке, Чэн Лянбай погасил экран и убрал телефон.
Он не знал, что неподалёку Пэй Цзя сидела в той самой машине, которую он только что заметил у учебного корпуса. Бросив на него пару взглядов сквозь тонированное стекло, она отвела взгляд.
Сначала на автобусе до станции метро, а оттуда с пересадкой на другой автобус до жилого комплекса.
Залившее небо оранжево-желтое марево постепенно меркло, и, когда Чэн Лянбай вернулся домой, было уже почти семь часов.
Едва подойдя к двери, он услышал, как Чжао Хаоян играет в видеоигру.
Звуковые эффекты на максимальной громкости и возбужденные, восторженные крики мальчика.
Из двух входных дверей внутренняя была открыта, а тяжелая металлическая дверь распахнута настежь. Сводный брат Чэн Лянбая по матери лежал на подлокотнике дивана и увлеченно резался в игру.
Когда Чэн Лянбаю исполнилось десять лет, его отец Чэн Шумин погиб в автокатастрофе. Ли Яньцзюань забрала его из родного маленького уездного городка и привезла в город Хайши, выйдя замуж за нынешнего мужа и родив Чжао Хаояна.
Чэн Лянбай, опустив голову, подошел к двери и, пошарив в рюкзаке там, где обычно лежали ключи, с досадой понял, что забыл их в школе.
— Хаоян, открой дверь, я забыл ключи.
Услышав его голос, Чжао Хаоян в спешке бросил на дверь мимолетный взгляд, но его глаза тут же снова опустились на экран телефона, и он раздраженно бросил:
— Я играю вообще-то...
— Подожди, пока я закончу катку.
Оставив его стоять на пороге, Чэн Лянбай молча опустил голову и замер.
Закончив партию, Чжао Хаоян швырнул телефон на диван, вскочил, подбежал, чтобы открыть дверь Чэн Лянбаю, и недовольно проворчал:
— Забыл ключи — так тебе и надо, поделом торчать на улице.
Войдя в прихожую, Чэн Лянбай тихо сказал ему:
— Спасибо.
Чжао Хаоян не произнес ни слова в ответ, плюхнулся обратно на диван, схватил телефон и продолжил рубиться в игру.
— Вернулся.
Ли Яньцзюань готовила на кухне. Выйдя за чем-то и увидев, как Чэн Лянбай пересекает гостиную, направляясь в свою комнату, она что-то вспомнила и перевела взгляд на Чжао Хаояна, развалившегося на диване:
— Хаоян, разве твой учитель математики не говорил купить какой-то сборник упражнений?
— Учитель прислал сообщение твоему старшему брату. Твой брат в выходные пойдет в библиотеку и как раз купит тебе его, — обратилась Ли Яньцзюань к Чжао Хаояну.
Чэн Лянбай остановился посреди гостиной, наблюдая, как ее взгляд со смаковавшего победу Чжао Хаояна перешел на него.
— Когда в выходные пойдешь в библиотеку заниматься самостоятельной подготовкой, не забудь купить для младшего брата этот сборник.
— Хорошо.
Тихо ответив, он дождался, пока Ли Яньцзюань вернется на кухню и больше не станет ничего говорить, после чего ушел в спальню и закрыл за собой дверь.
Сама по себе комната была не такой уж маленькой, но свободное пространство завалили всяким хламом, из-за чего она казалась тесной и загроможденной.
Звукоизоляция тоже оставляла желать лучшего: стоило закрыть дверь, как звуки видеоигры Чжао Хаояна, готовки Ли Яньцзюань и доносящегося из телефона сериала стали отчетливо слышны.
Чэн Лянбай уже привык к этому. Привычным движением надев наушники, он расстегнул молнию рюкзака и вытащил пробный вариант экзамена.
--
[Мама: Не забудь купить брату сборник упражнений.]
[Чэн Лянбай: Хорошо.]
Добравшись до места, он сначала отыскал по присланной Чжао Хаояном фотографии нужный сборник упражнений и положил его в рюкзак, после чего сел за учебу.
Но когда подошло время расплачиваться:
— С вас семьдесят восемь юаней.
Чэн Лянбай на мгновение замер. Он никак не ожидал, что одна рабочая тетрадь Чжао Хаояна будет стоить больше пятидесяти юаней. К тому же как раз приближался конец месяца, карманные деньги почти закончились, и свободных средств на руках почти не осталось.
Он открыл WeChat.
Сестьдесят один юань.
Чэн Лянбай слегка нахмурился и убрал с прилавка коробочку со сменными стержнями для ручки.
— Это не нужно.
Продавец ничего не ответил и вычел стоимость стержней.
— С вас шестьдесят восемь юаней.
Чэн Лянбай оплатил покупку, а вернувшись домой и отдав сборник упражнений Чжао Хаояна, обмолвился Ли Яньцзюань, что карманные деньги на этот месяц почти на исходе, после чего она перевела ему сумму за тетрадь.
В старших классах школы при Фучжуне отдыхали всего полтора дня в неделю, поэтому в воскресенье в обед, едва поев, Чэн Лянбай вернулся в школу, но в суете совсем забыл про те злосчастные стержни.
Стоило вернуться в школу, как учитель английского языка объявил о проведении небольшой проверочной работы.
Раньше, когда Пэй Цзя готовилась к поступлению за рубеж, она сдала IELTS на сплошные восьмерки. Теперь же решать задания для выпускного класса средней школы ей не составляло никакого труда: подперев голову одной рукой, она с беззаботным видом отмечала правильные варианты на бланке.
— Прости...
Раздался поблизости приглушенный шёпот — голос был едва слышен, чтобы не привлекать ничье внимание.
— Пэй Цзя...
Пэй Цзя повернула голову, убеждаясь, что Чэн Лянбай обращается именно к ней.
Под ее взглядом Чэн Лянбай слегка закусил губу:
— У меня закончился последний стержень, не могла бы ты одолжить мне один?
После чего он увидел, как Пэй Цзя протягивает ему ручку прямо из своих рук. Когда он в растерянности принял ее, она отвернулась, достала из пенала другую для себя и продолжила решать задачи.
Когда бланки собрали.
Пэй Цзя щелкнула ручкой, бросила ее обратно в пенал и уткнулась лицом в парту, собираясь немного вздремнуть.
Чэн Лянбай тихо позвал:
— Пэй Цзя.
Пэй Цзя повернула голову, не меняя позы лежа на парте, и посмотрела на Чэн Лянбая.
— У меня все стержни кончились, могу ли я одолжить у тебя эту ручку на неделю? — с искренней просьбой в голосе произнес Чэн Лянбай.— Я на следующей неделе… — Он не успел договорить, как услышал слова Пэй Цзя:
— Дарю.
Чэн Лянбай замер. Прошло секунд тридцать, прежде чем он осознал услышанное. Глядя на Пэй Цзя, которая уже спрятала лицо в сгибе локтя, он наконец произнёс:
— …Спасибо.
— Не за что.
Чэн Лянбай посмотрел на Пэй Цзя: в сгибе локтя виднелась лишь крошечная часть её светлой щеки. Он отвёл взгляд и посмотрел на кнопку-ручку в своей руке. У неё было приятное на ощупь покрытие, ярко-жёлтый корпус и красивые узоры. Ручка казалась ему очень красивой, но в пенале среди обычных чёрных ручек того же типа она выглядела совершенно чужеродно.
Прошла ещё неделя. В выходные, когда Чэн Лянбай отправился покупать стержни, на соседней витрине он увидел точно такую же ручку, какую Пэй Цзя когда-то небрежно отдала ему.
Он опешил. Стоило ему сделать шаг в ту сторону и протянуть руку, как он первым делом заметил ценник.
Лимитированная серия. Одна такая ручка стоила столько же, сколько три упаковки стержней, которые он собирался купить.
Чэн Лянбай замолчал, повертел ручку в руках, а затем бережно поставил её на место.
Он не хотел оставаться в долгу. Ему хотелось купить такую же ручку и вернуть её Пэй Цзя, но, судя по всему, придётся ждать следующего месяца, когда выдадут карманные деньги.
Чжай Сюнь и Пэй Цзя изначально учились в одном классе, но когда Чжай Сюнь переходил в старшую школу, родители отправили его за границу, а Пэй Цзя осталась на родине. Так их пути разошлись. Не прошло и двух месяцев с начала учебного года, как Чжай Сюнь воспользовался выходными, прилетел с другого края океана и заявился к Пэй Цзя жаловаться на жизнь.
По телефону он ныл и страдал, но стоило ему вернуться, как он тут же устроил вечеринку у бассейна в своей частной вилле с открытым водоёмом.
Когда Пэй Цзя прибыла на место, атмосфера была уже в самом разгаре.
Чжай Сюнь, распахнув рубашку с сине-зелёным цветочным принтом, обнимал фигуристую красавицу в купальнике и прыгнул в бассейн, подняв огромный фонтан брызг, который едва не намочил брюки Пэй Цзя.
— Пэй Цзя!!!
Увидев её, Чжай Сюнь пришёл в такой восторг, словно они не виделись больше десяти лет. Он вылез из воды весь мокрый, с него текло ручьём, и ему тут же накинули на плечи банное полотенце.
Пэй Цзя приподняла бровь и с удивлением спросила:
— Что с тобой случилось? На пляже не мазался солнцезащитным кремом?
Когда Чжай Сюнь прыгал в бассейн, она не разглядела его как следует, но теперь, когда он выбрался на берег, всё стало ясно: за два месяца разлуки Чжай Сюнь загорел настолько, что кожа приобрела насыщенный пшеничный оттенок.
Чжай Сюнь широко раскрыл глаза и с самым невозмутимым видом ответил:
— Это загар! Я специально загорал!
Пэй Цзя дёрнула уголком губ и в конце концов не сдержала улыбку.
Они устроились на шезлонгах у бассейна и чокнулись бокалами с яркими коктейлями.
По телефону Чжай Сюнь жаловался полчаса и не успел закончить, прежде чем раздражённая Пэй Цзя повесила трубку. Теперь же, встретившись вживую, он наконец-то смог выговориться.
Его слова пролетали у Пэй Цзя мимо ушей. Когда этот болтун наконец умолк и, мучимый жаждой, осушил бокал одним махом, он спросил, как у неё дела. Только тогда она ответила:
— Ничего особенного, всё хорошо.
Чжай Сюнь: «…»
Он смотрел на неё с недовольством, не говоря ни слова, — взглядом упрекая в том, что она так небрежно с ним общается.
Пэй Цзя, поймав его взгляд, покрутила в руках бокал. Её глаза забегали, она на мгновение задумалась, затем повернула голову, посмотрела прямо на Чжай Сюня и с усмешкой приподняла бровь:
— Мой новый сосед по парте…
Чжай Сюнь вскинул бровь, ожидая продолжения, и услышал:
— Тише тебя, учится лучше тебя, даёт списывать домашку и заодно помогает мне разбирать пробники.
Чжай Сюнь: «…»
Когда Чжай Сюнь сидел с Пэй Цзя за одной партой, он мог весь урок приставать к ней с разговорами — за один урок он произносил больше слов, чем учитель, вынуждая Пэй Цзя надевать беруши, чтобы вынести этот источник шума. К тому же ей приходилось каждый день давать этому господину Чжаю списывать все задания, а половину своего стола отдавать под его вещи.
После того, как она села за одну парту с Чэн Лянбаем, Пэй Цзя обрела невиданный ранее покой и уют. Только тогда она поняла, какими на самом деле могут быть соседи по парте.
Чжай Сюнь смущённо отвёл взгляд и, отвернувшись, залпом допил остатки коктейля. Услышав за спиной лёгкий смешок Пэй Цзя, он поспешно обернулся с сияющей улыбкой и заговорил миролюбиво:
— Мой маршрут обратно уже согласовали. Послезавтра лечу в Америку на самолёте, который купил мой дядя. Всё равно твоя учёба — дело такое, хочешь ходи, хочешь нет. Возьми пару дней отгула и полетели со мной, отдохнём. Мы же ни разу не были в Америке вместе.
Услышав это, Пэй Цзя оживилась — ей стало интересно.
В конце концов, в школе было ужасно скучно. За последний месяц она не нашла себе ни одного достойного развлечения и чувствовала, что вот-вот задохнётся от тоски.
Пэй Цзя крутила пальцем основание бокала. Казалось, она глубоко задумалась.
Чжай Сюнь знал, что она обдумывает предложение, поэтому молча пил коктейль, дожидаясь ответа.
— Хорошо.
Пэй Цзя согласилась.
— Староста, староста! Старый Ли вчера говорил про пробники, которые мы будем разбирать сегодня на уроке. У тебя не осталось лишних?
Как только прозвенел звонок, Чжоу Синь подбежал к парте Чэн Лянбая.
http://bllate.org/book/34865/4302587
Готово:
