— Пошли вместе, — Чэнь Инь распахнул дверь отдельного кабинета.
Снаружи уже сгрудились любопытные посетители и перепуганные официанты. Стоило Чэнь Иню обернуться за рюкзаком, как в зал ворвались охрана и полиция. Район барный, пьяные дебоши здесь дело привычное, так что стражи порядка явились мгновенно.
Чэнь Инь, наученный опытом работы в ресторанчике семьи Чэнь, сработал на опережение: он тут же оттащил Шэн Чанлю в сторону. Он-то прекрасно знал: тех, кто продолжает петушиться при виде полиции, без лишних разговоров валят лицом в пол...
— Вырубите Шэн Чанлю! Прикончите его! — взревел Шэн Чжилан. Заметив подкрепление, он ошалел от наглости и с озверевшим лицом рванул к Чанлю.
Уже через секунду двое охранников скрутили его и прижали к полу. Шэн Чжилан лишь беспомощно дёргался под ними, словно выброшенная на берег рыба.
Глядя на эти конвульсии, Чэнь Инь мысленно похвалил себя за предусмотрительность и тут же вытащил телефон, чтобы набрать госпожу Бай Нинсяо.
— Несовершеннолетний, несовершеннолетний, опять несовершеннолетний... Из восьми человек шестеро сопляков! — В участке дежурный полицейский пробежал глазами бланк регистрации и размашисто хлопнул ладонью по столу. — Где родители? Живо всех сюда!
— Я своей маме уже позвонил, — послушно откликнулся Чэнь Инь. На его белоснежной коже отчётливо темнели свежие ссадины и синяки. Он слегка прижался к Шэн Чанлю и тихо прибавил: — Офицер... а у него... у него родителей больше нет.
Присутствующие в кабинете полицейские и задержанные опешили. Все как один обернулись к Чанлю и Чэнь Иню. По сравнению со своими избитыми соперниками эти двое хоть и выглядели взъерошенными, но их растрёпанный вид вызывал исключительно сочувствие. Красивым людям вообще сопереживают охотнее, а уж после столь печального признания Чэнь Иня у сурового дежурного и вовсе отмякло сердце.
— Вы двое сидите здесь, — смягчился полицейский, а затем строгим тоном ткнул пальцем в Шэн Чжилана: — А ну-ка, марш за мной!
Шэн Чжилан, который сам толком ничего не успел сделать, да ещё и наблюдал, как Чанлю разделался с его приятелем, моментально вспыхнул:
— С какой стати я должен идти?! Это они нас избили! Мы — жертвы!
В подтверждение его слов «жертва» Пань Син, баюкая отбитое Шэн Чанлю плечо, жалобно зарыдал.
Полицейская подошла проверить его травму. Плечо парня налилось глубокой синевой, сустав сильно распух от растяжения. Женщина нахмурилась и недоверчиво бросила взгляд на Шэн Чанлю и Чэнь Иня.
Чанлю слегка толкнул Чэнь Иня плечом. Тот недоумённо воззрился на него. На шее Чэнь Иня пылал багровый след от удушения — не то чтобы сильно болело, но выглядело жуть как жутко.
— Поплачь, — вполголоса шепнул Чанлю.
Чэнь Инь завис на пару секунд. Конечно, плачущему ребёнку достаётся больше всех сладостей, но, глядя на то, как Пань Син размазывает по лицу сопли и слёзы, он решил, что это выглядит катастрофически уродливо.
Чэнь Инь шмыгнул носом, выдавил из себя пару жалобных всхлипов и...
—... Хе-хе~
Он мгновенно закрыл лицо руками, а его плечи затряслись в конвульсиях. Выдавить из себя слёзы не получалось вовсе — от собственной нелепой игры его раздирал дикий хохот.
— Тётушка, не могли бы вы осмотреть моего друга? Он плачет от боли, — с непроницаемым лицом обратился Шэн Чанлю к сотруднице полиции. Он явно услышал это глупое «хе-хе», но и бровью не повёл.
Женщина переключилась на них. Чэнь Инь изо всех сил затаил дыхание, давя смех, и, когда полицейская подошла вплотную, отнял ладони от лица. В его глазах блестели слёзы — правда, от смеха, но кто станет разбираться?
Опустив взор, он с самым несчастным видом указал пальцем на ссадины и раскрасневшийся рубец на шее:
— Старшая сестра, мне так больно...
Все подозрения и недоверие, вызванные видом травм Пань Синя, мгновенно улетучились от этого беспомощного, капризного «старшая сестра».
— И впрямь досталось... Где твои родители? — строго спросила сотрудница, разглядывая повреждения.
— Ещё не пришли... — хлопая ресницами, пролепетал Чэнь Инь.
Едва слова слетели с его губ, как в холл участка, гневно цокая каблуками и сжимая в руках сумочку, ворвалась Бай Нинсяо. Первым делом она выхватила взглядом стоящего в углу сына с синяками на лице. Отпихнув стоящих на пути людей, она подскочила к нему:
— Что здесь произошло?!
— Мама! — Чэнь Инь с ходу уткнулся ей в плечо.
Бай Нинсяо бесцеремонно отстранила сына и принялась пристально осматривать его с ног до головы, ощупывая ссадины и дёргая за одежду:
— А под одеждой? Где ещё болит?!
— Всё цело, мамочка, правда, — Чэнь Инь сжал её ладони, пытаясь успокоить, а затем ткнул пальцем в сторону компании Шэн Чжилана: — Вот они на меня и напали!
— Это вы нас избили! — сквозь сопли заверещал Пань Син. — Сейчас мои родители приедут, посмотрим, как ты запоёшь!
Услышав слово «вы», Бай Нинсяо наконец заметила рядом с сыном ещё одного юношу — высокого, абсолютно хладнокровного, словно всё происходящее вокруг его вообще не касалось.
— Мам, это мой сосед по парте, — представил его Чэнь Инь.
— Здравствуйте, тётушка, — вежливо произнёс Шэн Чанлю, глядя на женщину, с которой Чэнь Инь был весьма схож чертами лица.
— Здравствуй, милый. Ты сам-то цел? Давайте-ка я вас обоих в больницу отвезу, надо показаться врачам, — предложила Бай Нинсяо.
— Спасибо, не стоит, я в порядке, — качнул головой Чанлю.
Выяснив суть произошедшего, Бай Нинсяо вместе с мальчиками прошла в кабинет для дачи показаний. Офицер прочитал им нотацию о недопустимости драчной хулиганки и, завершив протокол, отпустил.
— А... родители той стороны не приедут? — нахмурилась Бай Нинсяо. Она готовилась к суровому разбору полётов с чужой роднёй, но всё разрешилось само собой, да так стремительно, что женщина осталась в некотором замешательстве.
Она видела, что те двое пострадали куда сильнее её сына, к тому же за разгром в ресторане кто-то должен был заплатить.
— Ах да, — вспомнил полицейский. — Опекуны тех ребят просили передать, чтобы вы оставили банковский счёт. Они полностью возместят медицинские расходы и моральный вред, а также закроют счёт перед заведением. Самих подростков уже забрали.
Только тут Бай Нинсяо заметила, что Шэн Чжилан и его компания испарились из холла. Офицер понизил голос:
— Родители там — люди влиятельные в Городе C, светиться в участке им не резон. Хотели просто уладить дело без лишнего шума. Раз ваш ребёнок цел — идите с миром.
До Бай Нинсяо наконец дошло. Впрочем, подобные методы ей категорически не нравились: если ребёнок накосячил, его надо учить уму-разуму, а не заливать проблемы деньгами, иначе добром это не кончится. Оставлять счёт она не стала и, поблагодарив дежурных, вывела мальчиков на улицу.
— Чанлю, ты где живёшь? Давай я тебя подвезу, — предложила Бай Нинсяо, подогнав машину с парковки.
— Я вызову такси, тётушка. Спасибо вам за помощь, — ответил Шэн Чанлю, оставаясь у обочины.
Чэнь Инь, распахивая переднюю дверь, фыркнул:
— Вообще-то больше всех ты сегодня должен благодарить меня!
Шэн Чанлю молча перевёл на него взгляд.
— Ладно, проехали. Смотри там, доберись без приключений, — Чэнь Инь уселся на сиденье, высунул из окна своё разукрашенное синяками лицо и махнул рукой: — До завтра!
Алые габаритные огни машины Бай Нинсяо вскоре растворились в ночном полумраке. На пустынной аллее одинокие фонари отбрасывали длинную, холодную тень от высокой фигуры юноши. Шэн Чанлю достал две сигареты, одну прикурил и зажал в губах, а вторую бросил прямо в густые тени деревьев под ногами.
— Это тебе, — едва слышно прошептал он.
— Чанлю... — внезапно раздался нежный девичий голос.
Шэн Чанлю крепче сжал фильтр зубами и обернулся. Из припарковавшегося на противоположной стороне улицы автомобиля вышла девушка.
— Мой рюкзак! — взвыл Чэнь Инь. Автомобиль проехал от силы пару минут, и Чэнь Инь как раз собирался присесть матери на уши с рассказами о том, как усердно он сегодня учился, когда сообразил, что в руках ничего нет. Рюкзак так и остался в участке.
Бай Нинсяо даже ругаться не стала — лишь тяжело вздохнула и вознамерилась развернуться.
— Мам, затормози у того перекрёстка, я пешком сбегаю! — крикнул Чэнь Инь. Здесь была улица с односторонним движением, и ради разворота пришлось бы делать огромный крюк, зато у магазинов можно было без проблем высадить пассажира.
Машина остановилась, и Чэнь Инь во весь дух помчался обратно.
Улицы в столь поздний час пустовали. Чэнь Инь набрал приличную скорость и быстро выскочил на нужный переулок. Издалека он заметил фигуру Шэн Чанлю, всё так же стоявшего на том же месте. Однако шагов за сто Чэнь Инь неожиданно замедлил ход: рядом с Чанлю... кто-то стоял. Девушка.
Переведя дыхание, Чэнь Инь снова сдвинулся с места, но в этот миг незнакомка внезапно подалась вперёд и обняла Шэн Чанлю. Чэнь Инь с разбегу вцепился в столб дорожного знака и замер как вкопанный.
Теперь он разглядел её лицо. Это была Пань Жун, двоюродная сестра Чанлю.
Чэнь Инь ошеломлённо уставился на них; о рюкзаке он мгновенно забыл. По дороге изредка проезжали редкие авто. Одна из машин, нёсшаяся на большой скорости, чуть не сбила замешкавшегося у края проезжей части Чэнь Иня и с визгом тормозов нервно дала длинный гудок.
Шэн Чанлю повернул голову на звук. Его отстранённый, ледяной взгляд встретился со взглядом Чэнь Иня. Он стоял неподвижно, позволяя девушке прижиматься к нему и греться в его объятиях.
Но едва Пань Жун отстранилась и подняла на него глаза, холод на лице Шэн Чанлю без следа испарился, уступив место привычной тёплой и мягкой улыбке.
— Взрослые сегодня были в бешенстве... Но они и сами понимают, что Чжилан перегнул палку. Я попробую ещё раз переговорить с ними. Вдруг смягчатся, и ты сможешь вернуться в школу при университете?
Губы Шэн Чанлю тронула безукоризненная, вежливая улыбка:
— Всё в порядке. Я сам захотел перевестись. Когда я дома, никому нет покоя.
— А как же мы?.. — сокрушённо пробормотала Пань Жун.
Шэн Чанлю лишь мягко улыбнулся, не дав ей ответа.
Лишь когда Пань Жун села в машину и уехала, Шэн Чанлю перевёл взгляд на противоположную сторону улицы. Под одиноким фонарём тихо шелестели аккуратно подстриженные кусты. Чэнь Иня там давно не было.
Телефон в кармане дважды вибрировал. Шэн Чанлю достал его и открыл новое сообщение в WeChat:
«Не буду мешать вашей с сестрёнкой романтике. Я рюкзак в участке посеял, захвати его завтра в школу».
http://bllate.org/book/34841/4470347
Готово:
