Увидев, что оба больше не обращают на нее внимания, Шэн Ся с облегчением выдохнула. Прислушиваясь к их разговору, она в то же время рассеянно следила за телефоном в кармане, смертельно боясь пропустить весточку от Цзян Инцю.
— Сяся, дорогая, как по-твоему, что за человек этот Хэ Би из семьи Хэ?
Шэн Ся даже не вслушивалась в то, о чем они толкуют, как вдруг ее окликнули по имени.
— А? Хэ Би? — ошеломленно глядя на родителей, переспросила Шэн Ся. — А что с ним?
— Тебя спрашивают, что ты о нем думаешь? — едва завидев такое выражение лица дочери, Фан Юйхуа поняла, что та абсолютно не слушала их разговор, и ей пришлось повторить вопрос.
— Да отлично, — не понимая, к чему клонят родители, Шэн Ся ответила чистую правду. — Его новые разработки продаются просто прекрасно.
— Да не о способностях твоих речь, а о нем самом — какой он человек, какое у него моральный облик и все такое, — с некоторымдосадой произнес Шэн Сянцинь. Его девчонке уже двадцать шесть-двадцать семь, а она все еще словно не повзрослела.
— А? — изгнала Шэн Ся вопросительный односложный звук. Она растерянно попыталась припомнить образ Хэ Би, но ведь она виделась-то с ним всего два раза, причем один из них — еще в раннем детстве. Поди пойми теперь, какой у него характер!
Видя реакцию дочери, родители сразу все поняли: к парню их девочка совершенно равнодушна.
— Сяся, отец тут надумал на пенсию уйти, — заговорил Шэн Сянцинь о вещах, казалось бы, совершенно не связанных с предыдущим вопросом.
Шэн Ся вздрогнула, ее спина сама собой выпрямилась.
— Папа, с чего это вдруг ты собрался на пенсию?
— Здоровье уже не то, — бросил Шэн Сянцинь, останавливая открывшую было рот Шэн Ся, и продолжил: — В мире бизнеса просто не выжить. Я хочу, чтобы ты сначала вышла замуж и нашла надежную опору, прежде чем самой сталкиваться со всеми этими подводными камнями и бурями делового мира.
Шэн Ся остолбенела. Предлог для сватовства звучал как-то уж слишком нелепо.
— Папа, люди ненадежны, — тщательно подбирая слова, выразила свое мнение Шэн Ся. — Какие бы бури ни бушевали в бизнесе, в конце концов речь идет лишь о выигрыше или проигрыше. Но вот выходить замуж за кого-то... я боюсь удара в спину.
Шэн Сянцинь никак не ожидал от дочурки столь радикальных мыслей. Он невольно задумался: не натворили ли они чего лишнего как родители, не оставив ли у девочки психологическую травму? Однако сколько он ни ломал голову, сообразить, где именно они оплошали, так и не смог, поэтому лишь осторожно поинтересовался:
— Сяся, неужто это мы с мамой в чем-то виноваты? У тебя какие-то уж очень крайние взгляды.
— Нет-нет, — Шэн Ся замахала руками. Замуж ей не хотелось, но и сваливать вину на родителей она вовсе не собиралась. — Просто насмотрелась всякого, — пояснила она. — В чужих компаниях такого добра навалом.
— Но нельзя же из-за страха перед волками не ходить в лес! — Шэн Сянцинь немного встревожился. Как это так — дочь не собирается выходить замуж? Куда это годится?
— Ну... — Шэн Ся не нашлась что ответить. Тут дело было не просто в расхождении взглядов — за этим скрывалась ее сексуальная ориентация, о которой она сейчас никак не могла поверить вслух.
Глядя на беспокойство мужа, Фан Юйхуа покачала головой и протянула ему чашку чаю:
— Разговаривай спокойно, чего ты кипятишься?
— Да я не кипячусь... — Шэн Сянцинь принял чашку. — Просто веду беседу с огоньком.
— Тц, — Фан Юйхуа наградила мужа выразительным взглядом, не стала разоблачать его лукавство и снова перевела взор на дочь, которая, опустив голову, молча пила чай.
— Сяся, мама не неволит тебя выходить замуж прямо сейчас, но с одним человеком тебе все же нужно увидеться. Это не смотрины, просто все мы соберемся вместе и пообщаемся.
Судя по этим речам, родители уже давным-давно все распланировали, и отвертеться ей точно не удастся. Прячась за чашкой, Шэн Ся криво усмехнулась и послушно кивнула.
Родители на словах обещали лишь простую встречу, но на следующий день оба облачились в строгие официальные костюмы. Шэн Ся, одетая в привычную повседневную одежду, с недоумением покосилась на них — не слишком ли официально для обычной встречи?
Ровно в половине одиннадцатого утра семейство Хэ в полном составе прибыло на место.
Шэн Ся с отвисшей челюстью смотрела на еще более парадные наряды гостей. Чего ради они так вырядились? Что вообще происходит? Почему она одна оставалась в неведении обо всем?!
— Братец Хэ, давненько не виделись, — Шэн Сянцинь с утонченной улыбкой шагнул вперед и крепко пожал руку главе семейства Хэ.
— Брат Шэн, — Хэ Чун ответил на рукопожатие, и мужчины обменялись многозначительными взглядами.
Встреча двух семей протекала в исключительно гармоничной обстановке. Старшее поколение мило беседовало, совершенно не собираясь привлекать к разговору троих младших.
Шэн Ся пребывала в еще большем оцепенении: неужели это и вправду были просто смотрины двух семейств?
Обе семьи расположились в гостиной. Когда отцы допили уже по третьей чашке чаю, Шэн Сянцинь словно только что вспомнил о присутствии молодежи и перевел разговор на сыновей семейства Хэ.
— Так это и есть ваш старший сын, Хэ Би? — ласково улыбаясь, обратился Шэн Сянцинь к чинно сидевшему перед ним молодому человеку. — По-моему, чудесный парень, никакой он не бунтарь, как вы рассказывали.
— Дядя Шэн, — Хэ Би слегка склонил голову в знак приветствия, воплощая собой образ элегантного аристократа.
— Это только пока он дома, — Хэ Чун бросил на старшего сына косой взгляд, полный откровенного презрения и предупреждения. — Когда этот сорванец под крышей родного дома, он совсем другой.
Шэн Сянцинь не стал развивать слова Хэ Чуна и повернулся к другому сыну:
— А это, надо полагать, Хэ Сюй? Если не ошибаюсь, он ведь ровесник нашей Сяся? — уточнил Шэн Сянцинь, глядя на Фан Юйхуа.
— Да, — Фан Юйхуа плавным движением опустила чашку на стол и посмотрела на явно нервничающего Хэ Сюя.
Этот парень был на год младше своего брата, в семейный бизнес не лез, а работал преподавателем в университете. По сравнению с Хэ Би этот тихий и простой образ жизни импонировал ей гораздо больше.
Фан Юйхуа улыбнулась и, слегка толкнув сидевшую рядом госпожу Хэ, произнесла:
— Помнится, в детстве Хэ Сюй даже плакал после того, как Сяся его поколотила.
— Было дело, было, — госпожа Хэ повернулась к младшему сыну. — Ты же помнишь, да? Тебе тогда исполнилось семь лет, а после той встречи все уши нам прожужжал, что хочешь поиграть с этой младшей сестричкой.
От столь неловкого детского воспоминания лицо Хэ Сюя мгновенно залилось краской:
— Мам... перестань.
Чем больше Фан Юйхуа смотрела на это смущенное, застенчивое выражение лица Хэ Сюя, тем больше он ей нравился. Однако, следуя их предварительной договоренности, окончательное слово все равно оставалось за самой Шэн Ся.
Фан Юйхуа повернулась к дочери:
— Нам-то взрослым болтать о своем, а вам тут скучно. Сяся, отведи Хэ Би прогуляться, качели у нас в саду сейчас очень даже неплохие.
http://bllate.org/book/34785/4294094
Готово:
