Особая группа пробыла в старом здании слишком долго. Юй Ту ждал их, ждал, да так и заснул. А когда открыл глаза, первым, что он увидел, был белый больничный потолок.
Юй Ту осмотрелся. Палата была одноместной. Окно стояло настежь, шторы аккуратно сдвинули в сторону, и в комнату широким золотистым потоком лился яркий солнечный свет, заливая расставленные по углам горшки с буйно зеленеющими комнатными растениями.
Комната была оформлена в теплых, светлых тонах, и если бы не капельница у кровати, он бы ни за что не догадался, что лежит в больнице.
Рядом на тумбочке стоял светло-желтый термос для еды, на который была наклеена записка:
«Проснешься — первым делом поешь. Береги руку с капельницей, как лекарство закончится — жми на кнопку вызова. Телефон и Духовный лист в ящике тумбочки. Если что, сразу пиши».
Юй Ту достал из ящика телефон и Духовный лист. Экран смартфона загорелся — батарея была заряжена на все сто процентов. Очевидно, кто-то позаботился об этом заранее.
Открыв приложение Лианьсинь, он обнаружил целую стопку непрочитанных сообщений от Гу Хунъина.
[Полумесяц на ветвях]: «Ту-ту, телефон я тебе зарядил, еду оставил на тумбочке. Мы тут заканчиваем с делами, так что побыть с тобой не получается. Как проснешься, черкни пару слов, чтобы мы не переживали».
[Полумесяц на ветвях]: «Ого! Я увидел тех самых духов младенцев, про которых ты рассказывал! Они такие милашки! Только почему мне кажется, что они используют меня вместо когтеточки? Наверное, показалось...»
[Полумесяц на ветвях]: «Помогите, спасите! Я абсолютно ничего не понимаю, что они там лепечут! А-а-а-а, спасите!..»
Хунъин по натуре был страшным болтуном и строчил каждые пять минут. По его хаотичным сообщениям Юй Ту без труда восстановил хронологию того, как продвигалось закрытие миссии.
[Полумесяц на ветвях]: «Ту-ту, ну ты и метеор! Ты умудрился снять с них [Оковы]! Правда, защитные талисманы разнесло в щепки, и теперь нам приходится выковыривать осколки и сортировать их по четырем кучкам... Кхм, сестра Лу тут вовсю ворчит Q^Q»
[Полумесяц на ветвях]: «Ань Цзяцзя пришла в себя! Наконец-то мы во всем разобрались! Нет, ну серьезно — зачем земля носит таких ублюдков? Шли бы сразу топиться, только воздух переводят, бесит!»
[Полумесяц на ветвях]: «Цзяцзя перевела слова духов младенцев. Ту-ту, они безумно за тебя переживают! Но эй! Это еще не повод делать из меня когтеточку! Моя прическа — не птичье гнездо, хватит вить его у меня на голове!!!»
Юй Ту перелистывал сообщения одно за другим, и на его губах сама собой появилась теплая улыбка.
На самом деле Гу Хунъин был очень чутким парнем. Он переживал, что Юй Ту проснется в больнице один и растеряется, поэтому забрасывал его сообщениями, вводя в курс дела.
Поняв, что ситуация под контролем, Юй Ту успокоился. Он отправил Хунъину короткое «Я проснулся» и отложил телефон. Как только напряжение спало, его накрыл дикий, всепоглощающий голод. Желудок тут же разразился требовательной и весьма громкой трелью.
Юй Ту вздохнул.
«...»
Жрать-то как хочется!
Он взглянул на время вверху экрана — три часа дня. Получается, он не держал во рту маковой росинки уже почти сутки!
Юй Ту поспешно открыл светло-желтый термос. В нос сразу ударил аппетитный аромат пшенной каши. Рядом стоял контейнер с тремя отделениями: в одном лежали нежные капустные листья, во втором — приготовленные на пару баклажаны с зеленым луком, а в третьем — хрустящий картофель соломкой, посыпанный кунжутом. Блюда были исключительно вегетарианскими, но выглядели невероятно соблазнительно.
Когда первый голод был утолен, Юй Ту блаженно прикрыл глаза. По телу разлилось приятное тепло. На телефон пришел ответ от Хунъина: они планировали вернуться часам к шести вечера. Раз уж Юй Ту проснулся, все подробности они обсудят при встрече.
Раз уж финал операции лег на чужие плечи, Юй Ту мог расслабиться. Заняться было решительно нечем. Он вытащил смартфон и зашел на манга-портал X. Изначально он хотел просто почитать комментарии к третьей главе, где эффектно дебютировал его тайный образ, но каково же было его удивление, когда он увидел свежее обновление!
«...?»
Новые главы ведь должны выходить раз в десять дней? Прошлый выпуск был совсем недавно!
Читатели в комментариях тоже недоумевали, но разве кто-то станет жаловаться на то, что автор расщедрился на внеочередную главу? Фанаты лишь требовали добавки и умоляли писать еще быстрее.
Глава вышла глубокой ночью, когда Юй Ту крепко спал и проигнорировал настроенное уведомление. На обложке четвертой главы красовался улыбающийся во весь рот Гу Хунъин, а позади него тянулась вереница загадочных полупрозрачных силуэтов.
Юй Ту открыл первую страницу. История начиналась с того, как Гу Хунъин подошел к дверям своего дома и столкнулся с неожиданным препятствием — у него не оказалось ключей.
Сняв с макушки Саньцина, он поднял его на уровень глаз:
— Саньцин, у меня нет ключей.
Над пушистой головой птицы нарисовался жирный вопросительный знак:
— Если их нет у тебя, с чего ты взял, что они есть у меня?
— Ты же умеешь проходить сквозь стекло? — вкрадчиво предложил Хунъин. — Может, проскользнешь в мое окно и откроешь мне дверь изнутри?
На пернатой мордашке отразилось тщательно скрываемое замешательство.
— Сейчас день, — прошептал Саньцин, робко косясь по сторонам. — Поднимется шум, нас заметят. Я не хочу, чтобы мне урезали зарплату!
Хунъин сокрушенно вздохнул:
— Моих предков вечно дома нет, носятся где-то как неприкаянные. Поймать их сложнее, чем призрака встретить...
— Тун-цзай, и о чем же ты тут толкуешь?
Прежде чем он успел договорить, за спиной раздался вкрадчивый, леденящий душу голос. Хунъин замер, словно пораженный параличом, и медленно, со скрипом повернул голову. Входная дверь была распахнута, а на пороге, скрестив руки на груди, стояла его вечно отсутствующая родительница. Ее улыбка не предвещала ничего хорошего. Рядом с ней красовалась аккуратная сноска-описание:
[Мать Гу Хунъина: Гу Синчжу]
Позади нее стоял элегантный мужчина с мягкой, интеллигентной улыбкой. Возле него светилась похожая табличка:
[Отец Гу Хунъина: Хо Ханьчжи]
Отец сочувствующе развел руками, однако в его глазах так и сквозило откровенное веселье — он явно был не прочь посмотреть на семейное шоу.
Услышав свое детское прозвище, Хунъин вздрогнул и чуть не выронил птицу. Обычные люди не могли видеть Саньцина, и парень уже судорожно придумывал оправдание, почему он стоит посреди подъезда с вытянутыми руками, как дурачок. Но тут его мать ласково улыбнулась:
— О, маленький Саньцин! Залетай скорее, я как раз приготовила фруктовую тарелку.
Гу Хунъин остолбенел.
«...»
Мало того, что его мама видит птицу, она еще и знает, как ее зовут! Откуда?!
Поток обрушившейся информации едва не спалил несчастному парню нейроны. На фрейме Хунъина изобразили в виде каменной статуи, готовой осыпаться прахом от малейшего дуновения ветра.
— Синчжу! Синчжу! — Саньцин радостно оттолкнулся лапками от ладони Хунъина и перелетел на плечо женщины, умильно потираясь об ее щеку. — Сколько лет, сколько зим!
— Рада тебя видеть, — Гу Синчжу почесала его под клювом, словно любимого кота. — Спасибо, что приглядел за моим Тун-цзаем и вернул его домой.
Женщина и птица, увлеченно беседуя, скрылись в глубине квартиры, совершенно позабыв о застывшем на пороге парне.
— Пап, — мертвым голосом спросил Хунъин. — Я сплю?
— Поздравляю с официальным вступлением в совершеннолетие и открытием дверей в тайны этого мира, — Хо Ханьчжи изо всех сил старался сдерживать смех. — Мы с твоей матерью целых восемнадцать лет хранили этот секрет. Представляешь, как нам было тяжело? Так что марш на кухню, приготовь нам праздничный ужин в честь такого события!
Гу Хунъин почувствовал, как дергается веко.
«...?»
Отец, ты себя вообще слышишь? Это, по-твоему, слова любящего родителя?!
В отличие от растерянного Хунъина, читатели манги покатывались со смеху:
«Ин-ин такой: „Я точно сплю, это кошмар, разбудите меня!“ 😂»
«Лучший способ узнать, что твои родители — тайные агенты: получить приказ приготовить им праздничный ужин! Ахахаха, я не могу! Прости, Ин-ин, но моя карма уходит в минус из-за этого смеха!»
«А я-то переживала, как он будет выкручиваться из всей этой ситуации...
Хорошая новость: выкручиваться не пришлось.
Плохая новость: о его позоре теперь знает еще больше народу».
Появилась и другая волна восторженных комментариев:
«Какая мамочка шикарная! Я влюбилась!»
«Родители Хунъина смотрятся потрясающе вместе. Я официально объявляю себя шиппером этой пары!»
«Мама Ин-ина: властная и успешная леди. Отец Ин-ина: утонченный и хитрый манипулятор. Сам Ин-ин: ходячая коллекция неловких видеоархивов».
Юй Ту читал страницу за страницей, постепенно понимая, откуда у всегда отстающего в знаниях Хунъина внезапно появилось столько информации о Внутреннем мире. Его родители сами были глубоко вовлечены в его дела.
На следующем развороте действие перенеслось в гостиную. Гу Синчжу заботливо подцепляла шпажкой кусочки фруктов и кормила Саньцина. Птица развалилась на столе, превратившись в пушистый комок счастья:
— О-о-о, Синчжу, ты лучшая!
Как оказалось, Саньцин в свое время сорвал злость на работе и пинком отправил Хунъина сдавать вступительный экзамен только потому, что уловил от парня смутно знакомую ауру. Напрягая память, Саньцин наконец сообразил, чьим сыном является этот оболтус. Он поспешно достал свой особый передатчик и отправил сообщение Гу Синчжу.
[Туаньтуань Цзюцзю]: «Синчжу, прости-и-и-и QAQ! Я случайно пнул твоего сына прямо посреди ночи на вступительный экзамен!»
[Сквозь бамбук смутно видны падающие звезды]: «?»
[Туаньтуань Цзюцзю]: «Прости, я действовал на эмоциях...»
[Сквозь бамбук смутно видны падающие звезды]: «Да ладно, делов-то. Мой Тун-цзай парень крепкий, выдержит. Наверняка у него при себе был Духовный лист. Но раз уж все вышло так внезапно, по правилам ты обязан за ним приглядывать. Так что если действительно чувствуешь вину, запиши для меня парочку забавных видео с его участием~»
[Туаньтуань Цзюцзю]: «?»
[Туаньтуань Цзюцзю]: «Это как-то неправильно... Большинство новичков на первом задании... ну... ведут себя довольно нелепо...»
[Сквозь бамбук смутно видны падающие звезды]: «Ой, да у меня его позорных архивов с младенчества накопилось на пару терабайт. Одним больше, одним меньше — погоды не сделает, но для полной коллекции не хватает!»
[Туаньтуань Цзюцзю]: «...»
[Туаньтуань Цзюцзю]: «Договорились».
Переписка была оформлена в виде флешбэка, пока реальный Хунъин из манги даже не догадывался, какая расплата его ждет.
Саньцин доел фрукты и аккуратно коснулся крылом красного хохолка на голове. Перед ним материализовалась прозрачная хрустальная сфера. Саньцин лапкой поправил ее положение в воздухе. Хунъин с любопытством придвинулся ближе:
— А это еще что за штука?
Наивный малый даже не подозревал о грядущей катастрофе.
Саньцин кашлянул, виновато отводя взгляд:
— Камень запечатления образов.
В душе у Хунъина зашевелилось нехорошее предчувствие. В следующую секунду на белой стене у обеденного стола вспыхнула проекция. Видео было трехмерным и до боли знакомым!
Камень во всех деталях воспроизводил его эпичный подъем на Пустынную гору: вот он в пижаме и нелепых тапочках-акулах карабкается вверх, соскальзывает и летит в грязь; вот истошно орет, когда ветка задевает его спину; вот нарезает круги, уверенный, что его преследуют призраки, и, споткнувшись о булыжник, начинает диктовать завещание...
Гу Хунъин взвыл:
«!!!»
С искаженным лицом он попытался поймать парящую сферу:
— Ты зачем это снял?! Выключи! Немедленно выключи!!!
— Ахахаха! Я сто лет так не веселилась! — его мать буквально сползала со стула от хохота. Отец тоже мелко трясся от смеха, но на всякий случай придерживал жену за плечи, чтобы та не свалилась на пол.
Вытирая выступившие слезы, Гу Синчжу выдавила:
— Не останавливайся, крути дальше! Шедевр!
Гу Хунъин замер.
«...»
Глядя на собственную объемную проекцию, в точности копирующую каждый его позорный шаг, парень ощутил абсолютное, беспросветное отчаяние. Фон за его спиной в манге окрасился в траурный черный цвет, а крошечный чиби-Хунъин в углу фрейма уже испускал дух.
«Ин-ин, бедняга, ахахахаха!»
«Каково это, когда твои родители — главные хейтеры и фанаты твоих фейлов одновременно?»
«3D-публичная казнь прямо на глазах у жертвы... Испанский стыд, как же это больно!»
Чужая радость казалась ему издевкой. Парень страстно желал, чтобы под ним разверзлась земля и он провалился в преисподнюю. Когда этот ад наконец завершился, а Саньцин откланялся, оставив семью наедине, Хунъин немного пришел в себя. До него внезапно дошел один важный факт.
Он ошеломленно уставился на родителей:
— То есть... когда я в детстве спрашивал, чем вы занимаетесь... вы мне не врали?
— Разумеется, нет, — Гу Синчжу переглянулась с мужем, и с их лиц исчезло шутливое выражение.
— Тун-цзай, — она легонько щелкнула сына по лбу и мягко добавила: — Мы действительно спасали мир.
***
После этой душевной сцены наступила ночь. В следующем кадре Хунъин лежал на кровати с абсолютно отсутствующим выражением лица, а рядом громоздилось огромное облако мыслей, забитое мелким шрифтом:
«Что за Внутренний и Внешний миры? Какие еще законы барьера? Университет Миракл? Чат первокурсников? Духовная энергия? Миссии? Почему все это кажется сплошным бредом? Мои предки реально супергерои? В нашей стране существует целое Управление по ликвидации аномалий? Это же антинаучно! Мракобесие какое-то! Хотя нет, если государство это признает, то уже не мракобесие... Но все равно бред...»
«Мамочки, у меня сейчас глаза лопнут от этого текста!»
«От монологов Ин-ина голова идет кругом. Почему он такой болтливый даже в своих мыслях?!»
«Ин-ин, умоляю, прекрати думать! Мне уже дурно от количества букв!»
Спасением для читателей стал резкий звук уведомления на телефоне Хунъина. Поток его мыслей мгновенно иссяк. Он выудил смартфон из-под подушки и увидел сообщение о подтверждении дружбы. Первым делом парень вернул долг, а затем добавил Юй Ту в чат первокурсников.
Дальнейшие события манга пролистала вскользь, сделав акцент на наглядном сравнении их интерфейсов.
На экране Хунъина красовался список из двух десятков заданий: одно класса E, парочка класса F, а остальные — сплошной мусор класса G.
В то же время на экране Юй Ту список выглядел совершенно иначе, и художник выделил его крупным планом:
Одно задание класса E, одно — класса D, еще одно — класса C, и вишенка на торте — класс B. Никакой мелочи вроде класса G там и в помине не было.
«Чего-о-о?! Что у нашего Ту-ту с удачей?!»
«Старт сразу с класса Е... Не слишком ли жестко для новичка?»
«Не знаю, кажется мне или нет, но Ту-ту фатально не везет. Даже во время сбора Эссенции лунного света...»
«Вот-вот! Ин-ину халява буквально на башку свалилась, а Ту-ту чуть не разорвала черная пантера. Если бы не мой любимчик, парень бы не выжил!»
«Не понимаю, почему все смертельные опасности, которые обычно достаются только главным героям, сыплются на нашего бедного кролика?»
Оставив вопросы читателей без ответов, сюжет показал будни Хунъина. Под руководством родителей он постепенно осваивался в новой реальности. Повествование текло в привычном комедийном ключе, пока на экране телефона Хунъина не всплыло системное уведомление:
[Первокурсник Юй Ту активировал задание класса D «Кровавое свадебное платье»]
«У меня просто нет слов...»
«Бедный мой Ту-ту, за что ему все это...»
На фрейме брови Хунъина сошлись у переносицы, а лицо при виде лаконичного ответа Юй Ту исказилось точь-в-точь как на картине Мунка «Крик»:
— Да что у него за карма такая?!
Поворчав, Хунъин не бросил друга в беде. Через родителей он передал информацию о задании класса D в Особую группу по ликвидации аномалий и тут же велел Юй Ту делать ноги. Увы, уйти тому не удалось.
Гу Хунъин застыл.
«...»
Изведясь от беспокойства и прометавшись по комнате полдня, он наконец подошел к отцу:
— Пап, я хочу поехать в посёлок Акациевого Леса вместе с Особой группой.
Хо Ханьчжи, не отрываясь от работы за компьютером, бросил короткое:
— Езжай.
Хунъин, уже приготовивший пламенную речь в свое оправдание, растерялся:
— А... Что? Ты даже не станешь меня отговаривать?
— А какой смысл? — отозвался отец. — Разве мой запрет тебя остановит?
Он наконец поднял глаза и мягко улыбнулся:
— Настоящая дружба не измеряется временем. Твоя готовность броситься в пекло ради едва знакомого человека — это редкое качество, твоя личная искренность. Если ты готов рискнуть ради него жизнью, значит, этот парень того стоит.
Юношеская дружба всегда чиста и порывиста. Безусловное доверие и безрассудная отвага — редкие дары, которые стоит беречь. Пройдут годы, жизнь сгладит острые углы, заставит сомневаться и взвешивать каждое решение, и тогда бескорыстные порывы уступят место холодному расчету.
— Однако, — протянул Хо Ханьчжи, и в его глазах снова заплясали смешинки, — помогать тебе устроиться в Особую группу временным стажером я не буду. Иди и сам договаривайся с Мэн Цзицю. Покажи, на что способен, Тун-цзай!
Юй Ту застыл. Он знал, что Хунъин приехал вместе с Особой группой, но думал, что тот просто увязался за компанию набраться опыта. И представить не мог, что парень прибыл сюда исключительно ради него.
Если бы не эта манга, он бы так и остался в неведении.
«Друг?..»
Юй Ту крепче сжал телефон. Это слово казалось ему непривычным, далеким и почти забытым.
Просидев в оцепенении около минуты, он тряхнул головой и вернулся к чтению.
На следующих страницах Хунъин пришел в Особую группу, где читателям представили троих новых персонажей:
[Руководитель группы: Мэн Цзицю]
[Сестра Лу: Лу Яинь]
[Цинь Фэй]
У каждого из них был свой запоминающийся образ, и все они производили впечатление надежных, опытных профессионалов.
Хунъину пришлось пустить в ход все свое обаяние и упрямство, чтобы сдать устроенный ему экзамен. В итоге он получил статус временного сотрудника и заветное место в машине, мчащейся к посёлку Акациевого Леса.
По пути авторы манги обозначили несколько ключевых зацепок: запрос на отслеживание статуса миссии Юй Ту, воспоминания Хунъина о загадочном незнакомце в густом тумане на Пустынной горе, внезапное исчезновение посёлка с карт и подозрение на активацию аномалии класса C или даже выше.
Эти крупицы пазла подводили сюжет к финалу главы. На последних кадрах внедорожник Особой группы тормозит у границы посёлка Акациевого Леса, упершись в глухую стену белого тумана. Трое оперативников по очереди пытаются войти в него, но неизменно возвращаются на то же место.
Мгла была плотной, осязаемой и бесконечной. Хунъин вызвался попробовать последним. На финальной странице его фигура постепенно удалялась, растворяясь в белом мареве, пока полностью не исчезла в его бездонной глубине.
На этом четвертая глава заканчивалась.
Юй Ту уставился на окутанную туманом финальную страницу. Вопросов становилось только больше.
Он неосознанно прижал ладонь к груди. Сердце билось ровно и мощно. После того как бусина с зелеными узорами восстановила его поврежденные сосуды, а сам он научился управлять зелеными лозами, Юй Ту отчетливо почувствовал, что туман вокруг посёлка рассеялся.
Словно... это он заставил мглу отступить. Если точнее, получив силу бусины, он обрел способность подавлять этот туман. Юй Ту теперь точно знал: миссия класса B «Пустынная гора» в ближайшее время не возобновится. Что касается задания класса C «Акация», интуиция подсказывала — его время еще не пришло.
Но что это за туман? Почему слияние с бусиной дало ему власть над ним? Он даже не успел разобраться в природе бусины с зелеными узорами, как она стала частью его существа.
Да и с мангой творилось нечто странное. Раньше новые главы выходили строго раз в десять дней, так почему в этот раз релиз случился на три дня раньше? График плавающий, или выпуск привязан к объему накопленного в реальности материала?
Остановка на границе посёлка — это просто удачный клиффхэнгер, или все последующие события уже монтируются в пятую главу?
Голова шла кругом. Юй Ту размышлял так напряженно, что внезапно почувствовал странный зуд на макушке. Он шел откуда-то изнутри, сопровождаясь легким покалыванием.
Юй Ту поморщился и обхватил голову руками. Спустя пару секунд зуд сконцентрировался в одной точке прямо на темени, став практически невыносимым.
Глаза Юй Ту непроизвольно увлажнились. Вдруг он ощутил, как что-то острое пробивает кожу на макушке и тянется вверх.
Юй Ту растерялся.
«???»
Он осторожно потянулся рукой к темени и нащупал... тоненький упругий стебелек.
«!!!»
Он потрогал еще раз, проверяя свои ощущения. Ошибки быть не могло — это действительно был росток.
Дрожащими пальцами он разблокировал телефон и включил фронтальную камеру. На экране отразилось его лицо, а над растрепанными волосами гордо возвышалось нечто зеленое.
Крохотный побег размером с мизинец сидел на самой макушке и бодро покачивался из стороны в сторону.
Юй Ту вылупил глаза на экран.
«Наверное, переиграл в телефон, вот галлюцинации и начались».
Не веря своим глазам, он потянулся и слегка потянул за листик.
— А-а-а-а-а-а!
В ту же секунду палату огласил истошный вопль. Боль была такой резкой и пронзительной, словно у него выдирали клок нервных окончаний. Юй Ту едва не лишился чувств и сжался в комок, готовый кататься по кровати.
«QAQ»
Эта ветка была настоящей! Она действительно проросла у него из черепа! Более того, она жила своей жизнью и шевелилась!
На лице парня отразился глубочайший шок.
Он... пророс?!
http://bllate.org/book/34775/4555368
Готово:
