Увидев, как просто Элеонора разрешила проблему, Исаэль почувствовала еще большую стыдливость. Опустив голову, она удрученно и с раскаянием извинилась:
— Герцогиня, сегодняшнее происшествие — полностью моя вина. Мне так жаль, что я доставила вам столько хлопот.
Заметив это, Элеонора легко блеснула глазами, подняла чайник и, налив воду, вложила одну из чашек прямо в руки Исаэль.
— Это была лишь случайность, Святой не стоит принимать все так близко к сердцу. Если бы я стала обвинять вас из-за подобного, это значило бы, что вы меня сильно недооцениваете.
Едва слова затихли, Исаэль опомнилась и уже открыла рот, желая пояснить, что не имела в виду ничего дурного, но Элеонора не дала ей возможности высказаться.
— Напротив, это мне следовало бы перед вами извиниться. Отношения между семьей Коринт и императорской семьей весьма запутаны, и хотя я впервые вижу наследного принца сегодняшним днем, я все же смогла почувствовать, что его отношение ко мне едва ли можно назвать дружелюбным.
— А поскольку из-за меня вы прилюдно отвергли его, это неминуемо отразится на ваших связях с императорским двором. Святой Престол всегда поддерживал с ним добрые отношения, так что, полагаю, этот шаг принесет вам немало трудностей.
— Чуть позже я лично объяснюсь с наследным принцем и переговорю с Его Величеством. Если же он продолжит питать к вам недовольство, вы можете смело переложить всю ответственность на меня.
Сделав небольшую паузу, она добавила с напускной легкостью:
— К тому же, хотя у наследного принца и есть ко мне претензии, он, будучи наследником престола, должен обладать элементарными манерами и широтой взглядов, а потому не станет цепляться за это. Святой тоже не стоит слишком тревожиться.
Вглядываясь в искренний взгляд Элеоноры, Исаэль испытывала все большее угрызение совести, сменившееся затем искренним трогательным чувством. Она никак не ожидала, что Элеонора станет так сильно беспокоиться о ней, поэтому, подняв голову, она твердо произнесла:
— Герцогиня, вы и так уже очень многим мне помогли. Разве могу я ради собственного спасения очернять вас? Поверьте, я все как следует объясню Его Высочеству кронпринцу и расскажу ему, насколько вы благородный человек.
С этими словами взволнованная Исаэль резко поднялась с места и быстрыми шагами направилась к двери. Уже перед самым выходом она обернулась к Элеоноре:
— Герцогиня, большое вам спасибо.
Проводив Исаэль взглядом, Элеонора сбросила благопристойную позу и, лениво откинувшись назад, неторопливо отпила из стоявшей под рукой чашки.
Легко подняв взгляд, она увидела на световом экране все то же прежнее уведомление: второе тестовое задание еще не отобразилось.
Мысленно фыркнув, Элеонора заправила за ухо прядь длинных волос и медленно выдохнула. Весь этот месяц ей пришлось мчаться сломя голову, и она едва успела прибыть в день церемонии клятвы — запоздай она хоть на сутки, ее испытательное задание было бы провалено.
На самом деле, в какой-то момент Элеонора даже подумывала о том, что будет, если провалить это поручение, но при мысли о том, что это может навредить ее семье, она сразу же отбросила эту мысль. В данном вопросе она не желала рисковать даже в малейшей степени.
Поставив чашку, она слегка скосила глаза в ту сторону, куда удалилась Исаэль, и прищурилась: теперь оставалось лишь посмотреть, как поступит главный герой — Его Высочество кронпринц.
Вернувшись в банкетный зал, Исаэль из-за недавнего столкновения привлекла к себе внимание части гостей, и Картер, разумеется, тоже это заметил.
Бросив беглый взгляд, Картер решил, что, исходя как из его нынешнего настроения, так и из достоинства императорской семьи, после того как Исаэль публично отвергла его при всех, он пока вовсе не намерен сам заводить с ней беседу.
Заметив Картера, Исаэль тут же направилась прямо к нему. Остановившись перед ним, она тихо произнесла:
— Высочество, я бы хотела с вами поговорить.
Рядом с Картером в этот момент стояли другие аристократы — до появления Исаэль он как раз вел с ними непринужденные беседы.
Все они расслышали слова Исаэль и уловили намек на то, что им лучше удалиться. Поколебавшись мгновение, они перевели взгляды на Картера.
Однако Картер с улыбкой обратился к Исаэль:
— Уважаемая Святая, прошу подождать. У меня еще есть о чем потолковать с молодыми господами.
Исаэль приоткрыла рот, собираясь что-то возразить, но Картер уже отвернулся, переставая смотреть на нее, и ей оставалось лишь разочарованно опустить голову и встать в стороне в ожидании.
Отношение Исаэль чрезвычайно ублажило самолюбие Картера. Ему нравилось, когда все находилось под его контролем, и ему доставляло удовольствие наблюдать, как человек, которому что-то явно не по душе, вынужден покорно подчиняться. Это доказывало, что именно он здесь стоящий выше и самый главный.
Мужчины, беседовавшие с Картером, переглянулись между собой. По правде говоря, они болтали о всяких пустяках, которые можно было закончить в любую секунду, но поведению Картера было ясно видно, что он намеренно морозит эту Святую.
Желая заслужить расположение наследного принца, они проявили крайнюю понятливость и подыграли ему: преувеличивали жестикуляцию и намеренно повысили голоса, заставляя окружающих невольно коситься в их сторону.
В отличие от царившей у этой группы веселой атмосферы, согбенная фигура Исаэль, стоявшей в одиночестве в сторонке, выглядела до жалкому нелепо. Присутствующие тут же предались разным мыслям, принявшись украдкой шептаться и обсуждать происходящее.
Заметив бледность лица Исаэль, Картер решил, что этого маленького наказания вполне достаточно. Он махнул рукой остальным, а затем обратился к Исаэль:
— Уважаемая Святая, не перейти ли нам на террасу?
Хотя это и звучало как вопрос, Картер, не дожидаясь ответа Исаэль, сам повернулся и направился к террасе.
Исаэль изначально не хотела туда идти, поскольку это место было слишком уединенным, а из-за ее особого положения подобные вольности могли навлечь на нее недовольство Святого Престола.
Но вспомнив об Элеоноре, Исаэль закусила губу и все же последовала за ним.
Оказавшись на террасе, они остались вдвоем, как только за ними закрылась дверь. Стоя к ней спиной, Картер спросил:
— Что ты хотела мне сказать?
Исаэль тут же попыталась объясниться:
— Его Высочество кронпринц, то, что произошло мгновение назад... правда прошу прощения. Во всем виновата моя невнимательность, из-за которой я оступилась на лестнице. К счастью, госпожа из семьи Коринт спасла меня, но из-за этого ее брошь запуталась в моих волосах, а...
— И только из-за этого? — оборвал Исаэль Картер, резко развернувшись к ней с недовольным выражением лица.
Уставившись прямо на Исаэль своими багровыми глазами, он холодно бросил:
— Из-за такой мелочи? Ты хоть понимаешь, какое значение имеют первый танец после церемонии клятвы для императорского дома и Святого Престола?
— Совместный танец каждой новой Святой и наследника престола продолжается уже столько поколений! Я верю, что ты осознаешь всю важность этого события, а значит, это придумала вовсе не ты. Это наверняка Коринт тебя околдовала, верно?
Сначала Исаэль была ошеломлена тоном Картера и, понимая, что тот затаил обиду, терпеливо сносила его упреки — она не могла сказать, что ее след от помады остался на груди Элеоноры, ведь ей необходимо было беречь репутацию благородной барышни.
Но когда Картер громко возложил всю вину на Элеонору, она не стерпела и заступилась за нее:
— Нет, Высочество! Это дело действительно никак не связано с госпожой. Она добросердечная и прекрасная девушка, как вы можете так легко очернять ее!
Картер никак не ожидал, что даже теперь, когда он сам протягивает ей руку помощи, Исаэль не только не примет ее, но еще и станет обвинять его. Гнев захлестнул его с головой. Сделав несколько шагов вперед к Исаэль, он сверху вниз протянул руку и яростно вцепился ей в плечи.
— Что эта женщина вообще с тобой сделала? Мы знакомы уже столько времени, а ты предпочитаешь верить той, кого увидела впервые сегодня, вместо того чтобы поверить мне?
Его голос звучал зловеще, а навалившееся чувство давления разом заставило Исаэль напрячься. Ей было страшновато видеть Картера таким, но она знала, что должна стоять на своем, поступая правильно, а потому, несмотря на весь страх, продолжала говорить.
Опустив голову и сжав руки в кулаки по бокам, Исаэль проговорила:
— Высочество, все совсем не так, как вы думаете. Ошибку совершила я, а госпожа Элеонора пострадала лишь из-за того, что оказалась втянута в это. Разве могу я ради собственного спасения губить честное имя молодой госпожи? Прошу, поверьте мне.
В этот момент гнев в глазах Картера неожиданно сменился удивлением, сменившись хмурым, оценивающим взглядом, которым он окинул стоявшую перед ним Исаэль.
Не дождавшись от него ответа, Исаэль набралась храбрости и подняла голову:
— Я... Его Высочество кронпринц? Что вы делаете?
Слова, сорвавшиеся было с языка, застряли в горле. Исаэль в шоке уставилась на оказавшегося невероятно близко Картера, не понимая, почему он так сократил расстояние между ними и, судя по всему, собирался придвинуться еще ближе.
Ощутив дыхание Картера уже на своих щеках, даже при всей своей наивности она смутно догадалась о его намерениях. В испуге оттолкнув Картера, Исаэль круто повернулась и опрометью бросилась прочь с террасы.
Добежав без остановки до места, где находились служители Святого Престола, Исаэль наконец сбавила шаг. Придерживая воротник платья, она не могла взять в толк: они же только что спорили, почему же Картер вдруг повел себя подобным образом?
При воспоминании о случившемся ее спину прошиб холодный пот от внутреннего отторжения. Лишь спустя долгое время Исаэль пришла в себя, когда к ней подошел один из священнослужителей Престола и поинтересовался:
— Святая, вы в порядке?
Подняв глаза и заметив его бесстрастное выражение лица, Исаэль почувствовала, как остатки искренней признательности улетучиваются. Натянув на лицо улыбку, она ответила:
— Все в порядке.
Причины странного поведения Картера оставались неясными, и если бы она сейчас безрассудно заговорила об этом с Престолом, то, учитывая статус кронпринца, скорее всего, наказали бы ее саму за осквернение святости Святой. Исаэль оставалось лишь сделать вид, будто ничего не произошло.
Убедившись, что та цела, расспрашивавший священнослужитель кивнул и равнодушно произнес:
— Архиепископ крайне недоволен тем, как вы проявили себя сегодня, так что попрошу Святую уделять больше внимания собственному положению.
Услышав это, Исаэль напряглась всем телом и тихо ответила:
— Хорошо, я поняла.
Знакомая волна бессилия нахлынула на нее. Окинув растерянным взглядом весь праздничный зал, она подумала: разве этот прием устраивали не в ее честь? Но почему же ей кажется, будто ее изолировали от всех и у нее не осталось ни единого человека, кому можно было бы излить душу?
В этот момент ее взор привлекло черное одеяние. Этот человек выглядел столь ослепительно, выделяясь даже среди толпы аристократов и одним своим присутствием естественно притягивая к себе всеобщее внимание.
Это была герцогиня Коринт!
Сама того не ведя, сердце Исаэль пронзила горячая надежда на то, что та сможет заметить ее.
Словно услышав ее мысли, окруженная толпой Элеонора в этот момент повернулась, и их взгляды случайно встретились.
Исаэль инстинктивно хотела отвести глаза, но в этот раз пересилила себя: в глубине души она жаждала, чтобы кто-то обратил внимание на ее душевное состояние.
Она заметила, как взгляд Элеоноры замер, и почувствовала, что та действительно смотрит прямо на нее. Но как только Исаэль собралась приподнять руку в знак приветствия, Элеонора совершенно естественным образом отвела глаза и продолжила с улыбкой беседовать со стоявшим рядом человеком.
http://bllate.org/book/34771/4292206
Готово:
