Вэй Сань нахмурился. Его комната располагалась на втором этаже — откуда у окна мог кто-то взяться? В недоумении он толкнул раму и увидел, что на ветке дерева неподалеку от подоконника сидит человек.
Тот был облачен в одежды стражника, закинул ногу на ногу и преспокойно восседал на ветке, зажав в зубах травинку. Заметив, что створка открылась, он развязно помахал ему рукой.
— Ого, да ты и есть Вэй Сань? — На лице незнакомца расцвела улыбка, обнажая ряд белых зубов, а глаза сощурились донельзя.
Вэй Сань слегка кивнул и спросил: — Ты кто?
Хотя на госте и была форма стражника, Вэй Сань точно знал: среди стражи во дворе такого человека не было.
К тому же, разве этот наглец не боялся, что его обнаружат, так открыто карабкаясь на дерево? Внизу под небольшим павильоном и внутри него толпилось столько стражников — как ему удалось пробраться к окну Вэй Саня и остаться незамеченным? Да еще и стучать в раму, привлекая к себе внимание.
— Кто я — неважно. Важно, кто ты такой, — со смешком ответил тот. Его глаза так и бегали, а вот слова заставили Вэй Саня внутренне содрогнуться.
Вэй Сань молча поджал губы и уставился на собеседника. Незнакомец, казалось, заранее предвидел такую реакцию, а потому продолжил:
— Если бы ты не был подставным лицом, которого нанял Чу Фэн, стал бы он так опекать какого-то рядового стражника? Не говоря уже о том, что ты — шпион вана.
Услышав это, Вэй Сань всё понял. Судя по всему, этот человек состоял при ване. К тому же, если верить его словам, ван полагал, что настоящий Вэй Сань уже устранен, а нынешний — лишь самозванец.
— Хватит притворяться немым. Ван послал меня сегодня не только для того, чтобы сорвать с тебя маску, но и выспросить о судьбе Хуан Ци, — незнакомец явно был недоволен молчанием Вэй Саня.
— Хуан Ци мертв. К тому же я и есть Вэй Сань, — спокойно произнес Вэй Сань.
Зрачки собеседника сузились, и он сдавленно выдохнул: — Хуан Ци мертв? Как такое возможно?!
— А сам как думаешь? — не успел Вэй Сань ответить, как раздался другой, мягкий голос с легкой насмешкой.
Лицо человека на дереве мгновенно застыло, и он, не успев даже среактировать, оказался втянут в комнату невидимой силой.
— Значит, и правда ты.
Глава культа с мягкой, едва заметной улыбкой смотрел на мужчину. Лицо того побелело, а губы задрожали:
— Чу… Глава Чу…
— Не ожидал, что господин Нин в одежде стражника будет выглядеть вполне сносно, — негромко проговорил глава культа, правой рукой перехватывая гостя за горло.
— Глава Чу льстит мне, — с окостенелой улыбкой выдавил господин Нин, чувствуя, как хватка на шее лишает его возможности дышать.
— Раз господин Нин проделал столь долгий путь, у меня нет угощения для дорогого гостя. Есть лишь скромный подарок, который я надеюсь вы передадите вану, — договорив, глава культа разжал пальцы на его горле. Следовавший позади слуга шагнул вперед и протянул господину Нину деревянную шкатулку.
Дрожащими руками тот принял ее. Шкатулка оказалась довольно большой и тяжелой; прижимая ее к груди, господин Нин испытывал смутную тревогу, не ведая, что внутри.
— Проводите господина Нина с горы. Только смотрите, чтобы он не спускался так же тяжело, как поднимался — прячась от стражников, перелезая через стены и карабкаясь по деревьям, — холодно бросил слуге глава культа, с полуулыбкой глядя на господина Нина.
Лицо господина Нина залилось краской. Только теперь до него дошло, почему он так легко добрался до павильона: оказывается, главой культа была открыта зеленая улица. А он-то еще гордился своими выдающимися боевыми искусствами!
Когда господин Нин ушел, глава культа перевел взгляд на Вэй Саня: — И каковы твои впечатления при виде бывшего сослуживца?
— У подчиненного нет никаких впечатлений, — почтительно отозвался Вэй Сань.
Помимо того, что он вообще не знал этого человека, раз уж он перешел на сторону главы культа, прежние товарищи по службе неизбежно оставались в прошлом.
— Забавно, — уголки губ главы культа приподнялись, и, судя по всему, ответ Вэй Саня пришелся ему по душе.
Однако следующие слова заставили сердце Вэй Саня подскочить к самому горлу.
Глава культа произнес: — Вэй Сань, кажется, ты сильно изменился.
— Подчиненный осознает, что прежде подводил главу культа, а отныне клянется верно служить ему до самой смерти, — торопливо опустившись на колени, искренне произнес Вэй Сань, опасаясь, что тот продолжит сомневаться в его личности.
Глава культа с бесстрастным видом стоял на месте, непроницаемым взглядом изучая человека на коленях. На самом деле в его сердце все же жили сомнения: пусть перемены в этом человеке и не бросались в глаза, но всё же привлекли его внимание.Если сказать, что он не Вэй Сань, то внешнее сходство слишком велико, а в том, прибегал ли он к искусству изменения облика, глава культа мог убедиться с первого же взгляда. Если же предположить, что это и есть Вэй Сань, то его темперамент и характер казались совсем иными, да и взгляд этого человека вызывал у главы культа странное чувство диссонанса.
Впрочем, глава культа полагал, что преобразившийся Вэй Сань пришелся ему по душе куда больше. Раньше его интересовало лишь тело этого человека, теперь же и сам нрав оказался вполне по вкусу.
Мало кто знал, что на самом деле глава культа питал слабость к таким твердым, как сталь, мужчинам. Хрупкие и нежные красавцы для него годились лишь для того, чтобы ими любоваться или выставлять напоказ.
Главе такой организации полагалось иметь при себе нескольких красавцев, однако, когда дело доходило до любовных утех, эти изнеженные юноши не вызывали у него никакого интереса — всякий раз он довольствовался лишь тем, что те ублажали его ртом, и на этом всё заканчивалось.
Хуан Ци, который уже довольно долго находился при главе культа, случайно разгадал его истинные предпочтения. Именно поэтому он отыскал Вэй Саня, человека, идеально подходящего под вкусы главы культа, и подослал его к нему.Вэй Сань всегда был неглупым малым. Уловив прозрачный намек Хуан Ци, он нашел способ оказаться в постели у главы культа. Когда кто-то сам бросается в объятия, да еще и обладает телом, которое полностью соответствует твоим вкусам, глава культа, разумеется, не станет отказывать.
Только вот в самый разгар событий партнер не выдержал его напора, потерял сознание, а очнувшись, осмелился напасть. В тот момент глава культа всерьез собирался убить его, но взгляд юноши пробудил в нем любопытство. Он пощадил его, решив подержать при себе еще какое-то время, чтобы посмотреть, что будет дальше.
Позже, обнаружив, что тот собирается сбежать посреди ночи, он испытал одновременно гнев и насмешку: до чего же этот человек наивен. Впрочем, его способность ловко уходить от дозорных стражников вызвала у главы культа искреннее одобрение, а вот неуклюжая техника легкости, которую тот продемонстрировал, заставила насторожиться.
Он ведь прекрасно знал, на что способен Вэй Сань. Боевые искусства того не были лучшими в культе, но и слабыми их не назовешь. А в ту ночь на стене его движения выглядели настолько жалко, что казалось, будто перед ним человек, который вообще не владеет техникой легкости.
Поэтому он не удержался и вышел навстречу, чтобы испытать юношу, и неожиданно получил его верность. О том, что Хуан Ци — цепной пес вана, он знал всегда, но никак не ожидал, что Вэй Сань с такой легкостью его предаст.Поэтому он намеренно убил Хуан Ци на глазах у Вэй Саня. Независимо от того, искренне ли тот решил присягнуть ему на верность, это, по крайней мере, должно было послужить уроком для остальных — убить курицу, чтобы напугать обезьян. В то же время ему хотелось посмотреть, какие ещё козыри припас ван.
Вэй Сань стоял на коленях, чувствуя, как взгляд главы культа, не отрываясь, буравит его, отчего по спине градом катился холодный пот. Он не знал, то ли глава культа просто предался раздумьям, то ли действительно заметил, что он отличается от прежнего владельца этого тела.
Прошло немало времени, у Вэй Саня даже начала дрожать левая нога, прежде чем глава культа небрежно произнёс:
— Поднимайся.
— Благодарю, глава культа. — Он отвесил поклон, коснувшись головой пола, и лишь потом медленно поднялся. Заметив, как Вэй Сань придерживает левое колено, глава культа слегка нахмурился.
— Хун И, позови лекаря Чана, — негромко приказал глава культа. Хун И, дежурившая за дверью, тут же приняла приказ и удалилась.
Вскоре вошёл мужчина средних лет с медицинской сумкой за спиной. Глава культа подошёл к кушетке, сел и сказал мужчине:
— Осмотри его колено.
— Господин, пожалуйста, присядьте, — почтительно обратился мужчина к Вэй Саню. Тот удивился поведению главы культа, но всё же послушно подошёл к кровати, сел и вытянул левую ногу, чтобы лекарь мог её осмотреть.
— Глава культа, левая нога господина была когда-то повреждена, но из-за несвоевременного лечения болезнь перешла в хроническую форму, — закончив осмотр, мужчина повернулся и с почтением доложил главе культа.
— Неужели ничего нельзя сделать? — спросил глава культа, полуприкрыв глаза и потирая перстень на пальце.
— Это… ваш подчинённый сделает всё, что в его силах. — Мужчина открыл сумку, достал набор серебряных игл и принялся ставить их Вэй Саню быстрыми и опытными движениями.
Когда лечение было окончено, мужчина вытер пот со лба, с облегчением выдохнул и спросил Вэй Саня:
— Господин, как вы себя чувствуете сейчас?
Вэй Сань потёр место около травмы, снова согнул колено и удивлённо отозвался:
— Мне гораздо лучше, благодарю вас, лекарь. — Судя по словам главы культа, это и был лекарь Чан.
— Лекарь Чан, отныне ты будешь сопровождать Вэй Саня, — внезапно проговорил глава культа. Не обращая внимания на изумлённые лица лекаря Чана и Вэй Саня, он поднялся и вышел из комнаты.
http://bllate.org/book/34756/4290709
Готово:
