Цзи Фанхуай то засыпала, то просыпалась, то снова погружалась в сон. Спустя два таких дня ей стало полегче. Нет родителей — ну и ладно, думала Цзи Фанхуай, и от этой мысли ей делалось намного легче.
Она понимала, что в глубине души всё-таки жаждет семейного тепла.
Иначе с чего бы ей в тот самый миг, когда она услышала, что родителей больше нет, отреагировать так остро?
Просто теперь она и впрямь чувствовала себя одинокой лодкой посреди бескрайнего океанского течения. Раньше она еще тешила себя надеждой узнать хоть что-то о своей жизни от родных и друзей.
Она подумывала о том, чтобы попросить родителей позаботиться о ней — в конце концов, она напрочь забыла Цзян Чжи и не могла вечно доставлять ей неудобства. Теперь же ей оставалось полагаться исключительно на Цзян Чжи.
— Как ты сегодня себя чувствуешь? Голова всё еще болит? — голос Цзян Чжи звучал привычно мягко.
Цзи Фанхуай почувствовала себя еще более виноватой и через силу улыбнулась:
— Сегодня не болит.
— Раз не болит, уже хорошо. Врачи тоже говорят, что твое состояние улучшается, операция прошла успешно. Когда швы окрепнут, сможешь вставать, побольше ходить и разминать мышцы.
Цзян Чжи отрегулировала кровать на самую удобную высоту.
— Правда? — Цзи Фанхуай была вне себя от радости. С тех пор как она пришла в себя, ей приходилось целыми днями лежать пластом, а Цзян Чжи ухаживала за ней лично, из-за чего она чувствовала себя сущим инвалидом.
Цзян Чжи улыбнулась:
— Правда, я тебя никогда не обманываю. В первые дни ты совсем ничего не могла есть, хочешь попробовать сейчас?
При мысли о жирной пище у Цзи Фанхуай слегка подступила тошнота. Побледнев, она замотала головой — пробовать не хотелось.
Цзян Чжи никогда не ела в ее присутствии: она дожидалась, пока та уснет, и уходила перекусить в ресторан поблизости, вероятно, опасаясь, что запахи еды вызовут у больной неприятные ощущения.
— Ничего жирного, легкий голубиный суп. Его приготовил профессиональный диетолог, томился на медленном огне.
Стоило Цзян Чжи открыть контейнер для еды, как Цзи Фанхуай тут же уловила аромат: в нем смешались целебные травы, запах мяса и даже легкие нотки фруктов.
В желудке у Цзи Фанхуай тут же громко заурчало.
Цзян Чжи заботливо поинтересовалась:
— Будешь?
Цзи Фанхуай смущенно ответила:
— Буду.
Цзян Чжи взяла пиалу и налила суп. Прозрачный бульон выглядел самым обычным, но аппетит пробудился от одного лишь аромата.
Правая рука Цзи Фанхуай была травмирована, но она не стала геройствовать. Цзян Чжи сама поднесла ложку к ее губам. Суп оказался приятно-сладковатым на вкус, ароматным, но совсем не жирным. В нем чувствовался не просто бульон, а насыщенный мясной сок.
— Как вам это удается?
Настроение Цзи Фанхуай мгновенно улучшилось. В первые дни она совершенно не могла есть, от одного запаха еды ее тошнило и воротило, а питалась она исключительно капельницами да жидкой кашей.
Какой вообще смысл жить, если нельзя нормально поесть?
— Я и сама толком не знаю. Его помогла приготовить моя знакомая диетолог. Она обожает кулинарные эксперименты и имеет докторскую степень по нутрициологии. Позже я попрошу ее составить для тебя оздоровительную диету.
— Мм, спасибо.
Цзи Фанхуай выпила небольшую пиалу, чувствуя, как в животе разливается приятное тепло.
— А теперь съешь немного банана. Тебе пока противопоказаны резкие движения, можно только бульон да мягкие фрукты, иначе это отразится на голове и начнется головокружение.
Цзи Фанхуай казалось, что она стала донельзя хрупкой — от этой травмы она словно превратилась в Линь Дайюй.
Она приоткрыла рот, принимая кусочек банана, который поднесла Цзян Чжи, и с жагучим стремлением узнать о своем прошлом спросила:
— А раньше я была здоровой?
— Раньше ты была очень живой и подвижной, вечно любила строить страшные рожицы, пугать всех подряд, а потом пугалась сама, — Цзян Чжи погрузилась в воспоминания. — Впрочем, после выздоровления ты снова станешь такой же заводной.
Цзи Фанхуай понимала, что Цзян Чжи просто пытается ее утешить. При ее нынешнем положении, даже после полного восстановления, наверняка останутся какие-нибудь последствия.
— С чего бы мне быть такой трусихой, — возразила Цзи Фанхуай.
Она ни за что не поверила бы, что способна дойти до такого испуга. Поразмыслив же, она подумала: если она и впрямь пугала людей в таком возрасте, то тем самым несчастным, скорее всего, была сама Цзян Чжи — самый близкий ей человек.
И уж кому-кому, а ее невесте Цзян Чжи это было известно лучше всех.
Цзи Фанхуай инстинктивно избегала любых тем, касающихся ее статуса невесты, и произнесла:
— Я хочу прогуляться.
Как ни стыдно было это признавать, но она предпочла бы, чтобы за ней ухаживал кто угодно, только не невеста.
Опираясь на руку Цзи Фанхуай, она сделала несколько кругов по палате. У Цзи Фанхуай все еще слегка кружилась голова, но уже намного меньше, чем раньше.
Через стеклянное окно она посмотрела наружу: в реабилитационном центре внизу под больничным корпусом кто-то бегал трусцой, кто-то играл в китайские шахматы.
Хотя все они находились в больнице, палата казалась настоящим моргом, а то, что было за ее пределами, походило на сказочный оазис.
Прильнув лбом к оконному стеклу, Цзи Фанхуай с тоской смотрела на жизнь по ту сторону.
Проведя в больнице еще полмесяца на восстановительном лечении, Цзи Фанхуай наконец смогла вставать без поддержки Цзян Чжи и самостоятельно ходить в туалет.
Все это время Цзян Чжи неотлучно находилась рядом. Ее рабочее место обустроили прямо в гостиной, и посторонние их не беспокоили.
Цзи Фанхуай страстно желала выписаться, но в то же время испытывала противоречивые чувства.
После выписки она, скорее всего, начнет жить с Цзян Чжи под одной крышей, а она сейчас понятия не имела, как себя с ней вести.
Сегодня Цзян Чжи выглядела несколько озабоченной. Цзи Фанхуай знала, как та загружена на работе — если бы не необходимость ухаживать за ней, та, пожалуй, пропадала бы в компании круглые сутки.
Сама она никогда не расспрашивала Цзян Чжи о ее делах.
Если говорить точнее, они вообще редко разговаривали друг с другом.
— Фанхуай, у меня на работе ЧП, нужно срочно ехать на экстренное совещание, — судя по всему, Цзян Чжи ставила Цзи Фанхуай на первое место, иначе бы не сомневалась так долго.
— Мм, поезжай, я справлюсь сама, — Цзи Фанхуай казалось, что Цзян Чжи слишком сильно опекает ее.
На самом деле она была не такой уж хрупкой. В отсутствие Цзян Чжи можно попросить сиделку присмотреть за ней, а если что понадобится, она и сама сможет нажать кнопку вызова врача или медсестры.
Взвесив все за и против, Цзян Чжи покачала головой:
— Нет.
— Я же в полном порядке, а дела фирмы не ждут, — Цзи Фанхуай попыталась пошутить: — Иначе откуда у нас возьмутся деньги на оплату счетов за лечение?
Цзян Чжи улыбнулась:
— Обо мне можешь не беспокоиться. У меня есть деньги, я сумею тебя прокормить.
Улыбка Цзян Чжи была удивительно красивой: ее холодные, строгие черты лица словно растаяли под лучами солнца, и вся она мгновенно стала невероятно мягкой.
Цзи Фанхуай молча погрузилась в раздумья. Она превратилась в этакого паразита, которому для всего требуется уход Цзян Чжи. К счастью, она хотя бы могла успокаивать себя тем, что они невесты — от этого осознания принимать заботу становилось чуточку легче.
В конце концов Цзян Чжи приняла решение:
— Я попрошу кое-кого прийти и присмотреть за тобой. Если что-то понадобится, сразу звони мне.
Цзи Фанхуай кивнула:
— Хорошо.
Цзян Чжи сделала один звонок, и не прошло и получаса, как в палате появилась молодая женщина. Назвав вошедшую госпожой Цзян, она устроилась у постели охранять покой Цзи Фанхуай.
Мягким голосом Цзян Чжи произнесла:
— Это моя помощница. Если тебе что-то понадобится, можешь спрашивать ее о чем угодно. Я вернусь примерно через три часа, но если возникнут какие-то вопросы, обязательно найди меня.
— Хорошо, — послушно отозвалась Цзи Фанхуай.
После того как она очнулась после операции и потеряла память, она стала немногословна. Цзян Чжи опустила взгляд, легко обняла ее напоследок и ушла.
В палате остались лишь молодая помощница и Цзи Фанхуай, растерянно переглядывавшиеся друг с другом.
— Цзи Фанхуай, я — помощница госпожи Цзян по бытовым вопросам, Ми Ли. По любым делам смело обращайтесь ко мне, — помощница представилась по всей форме, всем своим видом показывая, что относится к Цзи Фанхуай как к важной клиентке.
— Здравствуй, мисс Ми.
Заметив, что та весьма любезна и к тому же совсем молода — судя по всему, студентка, недавно окончившая университет, — Цзи Фанхуай решила, что теперь можно без стеснения задать вопросы, которые неудобно было озвучить Цзян Чжи.
Она спросила:
— А чем занимается компания вашей госпожи Цзян?
Помощница отвечала на любые вопросы:
— Компания занимается разработкой игр. Госпожа Цзян и госпожа Синь — основательницы компании компания Fangyuan Games. Наша компания специализируется на создании и поддержке игр в жанре байхэ, на данный момент под нашим началом успешно работают шесть проектов.
В нынешнюю эпоху однополая любовь стала совершенно привычным делом: союзы между женщинами, между мужчинами ничем не отличались от традиционных браков, а понимание того, что любовь не зависит от пола, воспринималось как нечто само собой разумеющееся.
Игры на соответствующую тематику также активно продвигались на рынке.
Цзи Фанхуай растерянно моргнула:
— А госпожа Синь — это...
— Вице-президент компании, Синь Лин. Обычно она... — помощница изначально не собиралась злословить о начальстве, но, вспомнив наказ Цзян Чжи во всем подчиняться Цзи Фанхуай, продолжила: — Она вечно норовит испытать себя в экстремальных видах спорта, разъезжает повсюду и делами компании почти не занимается, так что всеми проектами ведает исключительно госпожа Цзян.
Цзи Фанхуай всё поняла.
Синь Лин ведет праздный образ жизни, а Цзян Чжи тянет на себе всю компанию.
Помощница оказалась на редкость разговорчивой и послушной, и Цзи Фанхуай решила расспросить ее дальше:
— А что там у вас за ЧП случилось в компании?
— Вроде бы какие-то проблемы с релизом новой игры. Начальник отдела маркетинга самовольно изменил стратегию продвижения, не согласовав это с госпожой Цзян, и компания понесла немалые убытки. Впрочем, подробностей я не знаю, — подчеркнула помощница. — Я ведь всего лишь помощница госпожи Цзян по бытовым вопросам.
Остального она не ведала.
Цзи Фанхуай понимала, что только зря донимает девушку расспросами, и сменила тему.
В больнице ей доводилось видеть лишь врачей, медсестер да Цзян Чжи, так что молодая помощница была первым посторонним человеком за долгое время, и ей безумно хотелось хоть в чем-то убедиться.
— А ты знаешь, кто я такая?
Помощница, судя по всему, заранее подготовилась:
— Вы — невеста госпожи Цзян, Цзи Фанхуай.
Цзи Фанхуай и сама не понимала, зачем задала этот вопрос — то, что она невеста Цзян Чжи, было неоспоримым фактом, но ей всё равно подсознательно хотелось услышать подтверждение от кого-то еще.
Спрашивать больше было не у кого, и ей оставалось лишь лежать на кровати и таращиться на помощницу.
По сравнению с этим проводить время с Цзян Чжи было гораздо проще: та воспринимала ее как любимого человека и не давила на нее ни капли.
Стоило ей хоть чуть-чуть пошевелиться, как помощница тут же подскакивала — словно Цзи Фанхуай была хрупким стеклянным экспонатом на выставке, который может рассыпаться от любого неосторожного движения.
Цзи Фанхуай предпочла вовсе перестать двигаться: она понимала, что девушка просто добросовестно выполняет свою работу, но выносить на себе этот постоянный взгляд было выше ее сил.
Полежав в томительной полудреме с полчаса, Цзи Фанхуай не выдержала:
— Я хочу выйти на улицу, погулять внизу.
Помощница машинально кивнула, но тут же испуганно замерла, вытащила телефон и произнесла:
— Мне нужно спросить разрешения у госпожи Цзян.
— Ладно, — Цзи Фанхуай снова легла на подушку.
Ей было неловко просить саму Цзян Чжи погулять с ней, а вот на помощницу давить она ни капли не стеснялась — видать, и впрямь работало правило бить туда, где мягче.
Помощница быстрой чередой касаний отредактировала сообщение на экране, и уже через мгновение пришел ответ от Цзян Чжи: «Можно, будьте осторожны».
Цзи Фанхуай никак не ожидала, что разрешение придет так быстро. Она приподнялась, собираясь встать с постели, и помощница тут же бросилась ей на помощь.
Возможно, дело было в самовнушении, но Цзи Фанхуай казалось, что у самой Цзян Чжи движения куда нежнее, тогда как у помощницы хоть и чувствовалась забота, но руки были какими-то зажатыми.
— Мы просто прогуляемся по парку внизу, — Цзи Фанхуай все же берегла себя и не собиралась шутить со здоровьем.
— Хорошо, — ответила помощница и уже потянулась за инвалидным креслом. Цзи Фанхуай аж ахнула от удивления: — Я сама дойду, у меня же ноги не отнялись!
— Врач запретил вам делать резкие движения головой, таково было требование госпожи Цзян, — с каменным лицом отрапортовала помощница.
— Да я сама дойду донизу своими ногами, — Цзи Фанхуай выразительно закатила глаза. — Я лежу в больнице почти месяц! Выхожу наружу я для того, чтобы размять мышцы, какой смысл сидеть в инвалидном кресле?
— Тогда я переспрошу госпожу Цзян.
Помощница снова схватилась за телефон, собираясь отправить запрос.
Цзи Фанхуай тут же пресекла ее попытку:
— Не надо ничего спрашивать. Она, должно быть, сейчас на совещании, ты ей только работе мешать будешь.
Победить в споре Цзи Фанхуай помощнице было не под силу, так что ей оставалось лишь спрятать телефон, подхватить пациентку под руку, и они вместе спустились на специальном лифте.
На голове у Цзи Фанхуай красовалась каштановая шапочка для сна. Волосы уже отрастили примерно с сантиметр, но шрам по-прежнему выглядел жутковато, так что головной убор помогал и от инфекций уберечься, и скрыть неприятное зрелище.
Возле больничного корпуса раскинулся парк, предназначенный для реабилитации пациентов. Жадно вдыхая свежий воздух, Цзи Фанхуай чувствовала себя так, словно заново родилась на свет, разве что солнце припекало самую малость сильновато.
И хотя вокруг преобладали больные люди, это место буквально излучало надежду на жизнь.
Вот пожилые люди выполняют восстановительную гимнастику, вот прогуливается беременная женщина, а вот малыш с перевязанной бинтами макушкой с безмятежной улыбкой смотрит вокруг наивными глазами.
Все это было куда лучше, чем беспомощно лежать на больничной койке.
Цзи Фанхуай и представить не могла, что настанет день, когда она будет так сильно мечтать бегать, прыгать и резвиться. Теперь же из-за травмы головы врачи настоятельно рекомендовали ей избегать даже таких простых движений, как наклониться, чтобы завязать шнурки.
Лишь потеряв здоровье, начинаешь по-настоящему ценить его бесценность.
И все из-за какого-то упавшего с высоты цветочного горшка.
Цзи Фанхуай чувствовала себя отчасти несправедливо обиженной — ее жизнь перевернулась с ног на голову просто из-за чьей-то неосторожности.
Она поинтересовалась у помощницы:
— Ты ведь отвечаешь за быт Цзян Чжи, ты часто бываешь у нее дома?
— Я выполняю лишь самые простые поручения, госпожа Цзян пока не звала меня к себе домой, — пояснила помощница. — По сути, моя работа — это просто бегать на побегушках.
Цзи Фанхуай решила поддразнить ее и лукаво приподняла бровь:
— Бегать на побегушках? Выходит, ты считаешь, что уход за мной — это пустяк?
— Нет-нет! — помощница испуганно замахала руками. — Я видела ваши фотографии в кабинете госпожи Цзян, мисс Цзи. Вы не только ее невеста, но и очень важный для нее человек, так что заботиться о вас — для меня великая честь.
Цзи Фанхуай оставила это заявление без комментариев.
В парке нашелся пруд с лотосами, берега которого обрамляли раскидистые ивы.
Цзи Фанхуай вместе с помощницей устроились в тени беседки. Доносившиеся запахи живой природы помогали разуму и телу обрести долгожданное расслабление.
Цзи Фанхуай лишь сокрушалась, что сейчас она — всего лишь больная, а иначе бы непременно поскакала резвиться.
— Ми Ми?
Раздавшийся поблизости чей-то резкий женский голос заставил Цзи Фанхуай насторожиться, но, сообразив, что зовут не ее, она продолжила бесстрастно глазеть на лотосы в пруду.
— Сестрица Ли, — помощница поспешила навстречу знакомой, мысленно проклиная тот день и час, когда ее угораздило выйти поработать в выходной и столкнуться с коллегой.
Женщина по имени сестрица Ли была густо накрашена. Ткнув пальцем в сторону Цзи Фанхуай, она громко спросила:
— Я издалека вас заметила, да все сомневалась, ты ли это. Это твоя девушка?
От такого предположения помощницу едва не передернуло. Она испуганно замахала руками:
— Что вы, это невеста госпожи Цзян!
Ей и в страшном сне не приснилось бы отбивать невесту у собственного босса.
— У госпожи Цзян есть невеста? — изумилась сестрица Ли, а затем на ее лице расплылась подобострастная улыбка. — Я проработала в компании четыре года и понятия не имела, что у нее кто-то есть.
Цзи Фанхуай слегка нахмурилась и навострила уши.
http://bllate.org/book/34730/4287778
Готово:
