— Вэньвэнь… — Ли Чжисинь, резко осаженный Ван Вэем, уже с трудом сохранял на лице привычную мягкость. А теперь, увидев, как его девушка с жаром смотрит на Ван Вэя, окончательно похмурел и слегка дёрнул Цзян Вэньвэнь за руку.
Цзян Вэньвэнь поняла, что отреагировала слишком эмоционально, и поспешила сгладить выражение лица. Однако незаметно выдернула свою руку из его ладони. Сяо Сяо заметила, как при взгляде на Ли Чжисиня в её глазах мелькнуло раздражение и даже отвращение.
А вот когда она смотрела на Ван Вэя — глаза её горели жаром, будто она смотрела на возлюбленного.
Сяо Сяо прикусила губу, чуть прищурилась и ещё крепче обняла руку Ван Вэя. Запрокинув голову, она обвиняюще посмотрела на него, но голос остался мягким:
— У тебя с ней… хорошие отношения?
Она спрашивала с улыбкой, но Ван Вэй инстинктивно почувствовал, что она злится. Его мощнейшее чувство самосохранения заставило его тут же замотать головой:
— Я её не знаю! Не помню даже! Честно!
Сяо Сяо чуть шире улыбнулась, ласково похлопав его по руке:
— Ты чего так нервничаешь? Я же не злюсь. Знакомься — и знакомься. Всё равно она просто знакомая.
— Да я правда не знаю её! — Ван Вэй раздражённо повернулся к Цзян Вэньвэнь. — Эй, ты кто такая? Зачем изображаешь, будто мы старые приятели? Теперь мне ещё и перед Сяо Сяо объясняйся!
— Сяо Сяо? Ты здесь?! — Цзян Вэньвэнь только сейчас заметила, что рядом с Ван Вэем стоит ещё кто-то. Увидев Сяо Сяо, она побледнела от изумления. Как так? В прошлой жизни в это время Сяо Сяо ведь уже умерла от лихорадки!
Эмоции захлестнули её, и она, не сдержавшись, выкрикнула это вслух. Лишь осознав свою оплошность, она поспешно прикрыла рот ладонью.
Ван Вэй был вне себя от злости. Он не бил женщин, но это не мешало ему ругаться:
— Ты совсем больна, что ли? Она — моя жена! Мы находимся в доме её родителей! Кому ещё здесь быть, как не ей?
Цзян Вэньвэнь всё ещё не могла прийти в себя от шока, как вдруг получила от Ван Вэя поток гневных слов. Ошеломление сменилось болью, и она растерянно уставилась на него.
Сяо Сяо не упустила ни одной детали её выражения. Немного подумав, она прислонилась к плечу Ван Вэя и с улыбкой спросила:
— Сестра Вэньвэнь, что ты имела в виду? Разве я не должна быть здесь? Под «здесь» ты имеешь в виду… что мне не место в этом мире?
Автор хотел сказать:
Ван Вэй («Что?! Такой смысл?!») пнул Цзян Вэньвэнь ногой: «Как ты посмела проклинать мою жену? Я сам отправлю тебя к чёртовой матери!»
Цзян Вэньвэнь застыла на месте, услышав вопрос Сяо Сяо. Она не ожидала такой проницательности. Но в прошлой жизни она много лет проработала в бизнесе, поэтому сумела взять себя в руки и, восстановив спокойствие, вежливо извинилась:
— Прости, я не имела в виду ничего дурного. Просто слышала, что ты больна, и думала, ты всё ещё дома выздоравливаешь. Потому и удивилась, увидев тебя здесь.
Сяо Сяо протяжно протянула:
— Ааа… Ты слышала, что я больна? От кого же?
Она широко распахнула глаза, будто действительно интересовалась ответом.
С Ли Чжисинем и Цзян Вэньвэнь пришли ещё двое — парень и девушка. Услышав слова Сяо Сяо, вторая девушка тоже с любопытством спросила Цзян Вэньвэнь:
— Да, Вэньвэнь, ты же сама последние дни с лихорадкой лежала и из дома не выходила. Откуда тебе знать, что Сяо Сяо заболела?
Цзян Вэньвэнь мысленно выругалась — одно ложное слово потянуло за собой другое. Но внешне она оставалась совершенно спокойной и легко ответила:
— Не помню. Может, кто-то невзначай обронил. Или я что-то перепутала. В любом случае, главное — что с тобой всё в порядке, Сяо Сяо.
Сяо Сяо уже получила нужную информацию и, улыбаясь, сказала:
— Спасибо за заботу, сестра Вэньвэнь. Хотя на самом деле я действительно сильно болела. У меня была высокая температура, и Ван Вэй всю ночь нес меня в санчасть. Если бы не он, возможно, я и правда сгорела бы от жара.
Говоря это, она подняла глаза и сладко улыбнулась Ван Вэю, а затем, словно кошечка, потерлась щекой о его грудь.
Ван Вэя бросило в жар. Он почувствовал, как всё тело горит, а уши покраснели до кончиков. Он резко придержал её голову, но тут же испугался, что надавил слишком сильно, и осторожно ослабил хватку, лишь слегка касаясь её волос:
— Не смей так говорить о себе! И веди себя прилично!
Разве не видишь, что все смотрят? Особенно Ли Чжисинь!
Подумав об этом, он решительно прижал Сяо Сяо к себе, чтобы Ли Чжисинь не видел её соблазнительной, трогательной мини.
— Чего уставились? — зарычал он на всех. — Ещё раз глянете — вырву глаза!
Раньше они редко общались с этим «волчонком» из деревни Сяоцянь, но теперь поняли, почему за ним закрепилась такая репутация. Девушка из их компании дрожащим голосом потянула Цзян Вэньвэнь за рукав:
— Вэньвэнь, пойдём скорее домой.
В деревне Сяоцянь имя Ван Вэя способно было усмирить даже плачущего ребёнка посреди ночи — он был настоящим злодеем.
Ли Чжисинь и другой парень поставили вёдра у ворот двора и, потянув за собой девушек, поспешили уйти. Только Цзян Вэньвэнь, уходя, всё ещё оглядывалась через плечо, бросая на Ван Вэя сложный, полный противоречивых чувств взгляд.
Убедившись, что Ли Чжисинь и остальные ушли, Ван Вэй наконец позволил Сяо Сяо поднять голову.
Сяо Сяо насмешливо посмотрела на него и лёгким кулачком стукнула по груди:
— Ты что, хотел меня задушить?
Ван Вэй поспешно замотал головой, а затем серьёзно посмотрел на неё:
— Впредь держись подальше от этих людей. Этот Ли Чжисинь — явный подлец. Пусть и красив, но всего лишь фальшивый, надушенный мальчик!
Сяо Сяо захлопала ресницами:
— Он красив? Мне кажется, ты намного красивее!
Ван Вэй не смог сдержать улыбки:
— …Ну это и так понятно.
Все знают, что в глазах возлюбленной даже урод — красавец. Раз Сяо Сяо так его любит, конечно, она считает его самым красивым.
Ван Вэй окончательно забыл о недавней стычке, а вот Сяо Сяо продолжала размышлять о странной Цзян Вэньвэнь. Та явно питала к Ван Вэю чувства, да ещё и выглядела так, будто была уверена, что Сяо Сяо уже мертва…
Сяо Сяо сделала предположение: если бы она не пришла из мира звёзд в это тело, то, возможно, первоначальная хозяйка тела и правда умерла бы от лихорадки. Раз она смогла вселиться в это тело, значит, сознание прежней Сяо Сяо полностью исчезло.
Но тогда возникал вопрос: откуда Цзян Вэньвэнь это знала? Единственное объяснение — она уже пережила эти события и теперь видит, как неизбежное будущее кардинально изменилось. Оттого она и была так потрясена.
— Сегодня ты почти ничего не ела, — сказал Ван Вэй, подходя к своему дому. — Пойду поймаю пару рыбок. Ты пока иди домой.
Сяо Сяо крепко вцепилась в его руку:
— Не ходи. Мне не страшно поголодать.
Ван Вэй рассердился:
— Да что ты говоришь! Посмотри на себя — худая, как росток редиски! Ещё немного поголодаешь — и мне придётся хоронить тебя!
Его слова всегда были грубыми, но Сяо Сяо умела видеть сквозь грубую оболочку его истинную заботу. Она ещё плотнее прижалась к нему:
— Ладно, если пойдёшь — возьми меня с собой. Я буду сидеть рядом и смотреть. Мне за тебя страшно.
— Страшно? Чего страшного? — проворчал Ван Вэй, но уголки его губ предательски дрогнули в улыбке. Даже в дырявой одежде он чувствовал себя так, будто весь светился изнутри.
Ван Вэй, будто на крыльях, повёл свою жену ловить рыбу, а настроение Цзян Вэньвэнь в это время было мрачнее тучи.
По дороге домой от дома Сяо она молчала, не в силах понять: почему в прошлой жизни человек, который к этому времени уже умер, теперь жив и здоров?
Она помнила это очень чётко — ведь после смерти Сяо Сяо между семьями Сяо и Ван разгорелась настоящая ссора.
— Вэньвэнь, что с тобой? — спросил Ли Чжисинь, когда они уже подходили к дому. — С самого утра ты молчишь. И почему ты так разволновалась, увидев Ван Вэя?
Цзян Вэньвэнь задумчиво шла позади всех, погружённая в свои мысли. Ли Чжисинь специально подождал и, когда она поравнялась с ним, схватил её за руку.
Она очнулась и, увидев его, нахмурилась и резко вырвала руку.
— Да что с тобой такое?! — Ли Чжисинь, обычно терпеливый, теперь тоже начал злиться.
Что с ней такое? Цзян Вэньвэнь горько усмехнулась про себя. Перед ней стоял тот самый человек, с которым она прожила почти двадцать лет в прошлой жизни. В следующем году они должны были пожениться. А в 1975-м, когда восстановили вступительные экзамены в вузы, оба поступили в университет в столице.
После выпуска их распределили на руководящие должности в государственном предприятии. В те времена работа в госсекторе считалась самой престижной и уважаемой.
Она думала, что счастлива: муж красив, добр, внимателен. Они были созданы друг для друга.
Но потом началась череда несчастий.
Предприятия начали реформировать и массово сокращать штат. Без связей и влияния они с Ли Чжисинем остались без работы. В отчаянии они решили последовать примеру других и заняться частным бизнесом.
Но они были почти последними, кого уволили, и упустили лучшие возможности для старта.
Их бизнес терпел крах за крахом. Когда они уже почти сдались, на одном из вечерних мероприятий они случайно встретили Ван Вэя.
К тому времени Ван Вэй был таким влиятельным человеком в деловых кругах Хайчэна, что от одного его слова дрожали все. Цзян Вэньвэнь с трудом могла поверить, что этот величественный, зрелый, неотразимо красивый мужчина с изумрудными глазами, в которых, казалось, можно утонуть, — это тот самый «волчонок» из деревни Сяоцянь.
За ним гнались десятки знаменитостей, мечтавших хотя бы обменяться с ним парой слов, и сотни женщин, готовых броситься к его ногам.
Они с Ли Чжисинем нашли возможность поговорить с ним, напомнили о деревне Сяоцянь. Цзян Вэньвэнь заметила, что Ван Вэй почти не помнил их, но всё же согласился инвестировать в их проект.
Они были в восторге: ведь все видели, что они знакомы с Ван Вэем, и в дальнейшем им везде открывали двери. Благодаря его инвестициям и связи с ним они наконец укрепились в Хайчэне.
Когда она уже думала, что худшие времена позади, она узнала, что у Ли Чжисиня давно есть любовница и даже ребёнок лет пятнадцати. А это значило, что он завёл эту связь почти сразу после начала их совместной жизни.
В ярости и отчаянии она потребовала развода. Но при разделе имущества выяснилось, что этот подлец заранее перевёл всё на другие счета.
Развод состоялся, и кроме ребёнка, оставшегося с ней, она ничего не получила.
Тогда каждое утро она просыпалась с мыслью о самоубийстве. Но ради ребёнка не решалась. Собрав всю волю в кулак, она решила начать всё сначала. Однако Ли Чжисинь выгнал её из компании, и без стартового капитала начать заново было почти невозможно.
Ненависть к Ли Чжисиню и любовь к ребёнку помогли ей выстоять. После череды неудач она в отчаянии снова пошла к Ван Вэю.
Услышав её историю, он лишь презрительно фыркнул:
— Вы и правда смогли прожить столько лет с другим человеком под одной крышей!
Тогда она подумала, что он издевается над её плохим выбором, и горько вздохнула: «Да, наверное, я была слепа, раз столько лет не замечала этого урода».
Позже она поняла: он говорил о себе. Видимо, он сам не верил в искренность человеческих чувств и удивлялся, как вообще возможно такое долгое супружество.
В тот раз она снова получила инвестиции. Позже она осознала: оба раза Ван Вэй инвестировал не из чувства ностальгии по деревне Сяоцянь — он вообще не цеплялся за прошлое. Просто в тот момент ему было не до скуки, и он решил развлечься.
Позже они продолжали иногда встречаться. И чем больше она узнавала его, тем сильнее в него влюблялась. Один его внешний вид мог свести с ума любую женщину, не говоря уже о его мощной харизме. Десятки женщин мечтали покорить его сердце, и она, разведённая, обманутая, уже не юная женщина, тоже потеряла голову и стала одной из них.
Множество женщин крутилось вокруг Ван Вэя, но он так и не женился, не завёл постоянной спутницы. Даже в случайных связях он никогда не оставлял женщин на ночь.
Она начала работать не покладая рук — теперь не ради мести Ли Чжисиню, а чтобы чаще видеть Ван Вэя и доказать ему, что она не такая, как все эти пустые красотки. Она хотела показать, что, несмотря на возраст, она достойна стоять рядом с ним на равных.
Благодаря упорству ей удалось наладить частые контакты с Ван Вэем. Однажды за обедом она как бы невзначай спросила:
— Почему ты не женишься?
http://bllate.org/book/3473/379985
Готово:
