Се Чжун мгновенно захлопнул рот. Он давно слышал, что у молодого господина Цзяна колоссальные способности и еще более буйный нрав, но сейчас, после нагоняя, он обрадовался так, что сердце в груди затрепетало, словно испуганный олененок.
Когда все добрались до Крепости Цинфэн, луна уже поднялась над горизонтом. Се Чжун тут же приказал своим подручным поскорее убрать и подготовить одну из лучших комнат.
Пока братья из Крепости Цинфэн, точа ножи, вовсю хлопотали над ужином, Шэнь Сяо и Цзян Юнь уселись друг за другом, скрестив ноги, и Цзян Юнь стал медленно передавать свою внутреннюю силу в его тело, исцеляя раны.
Когда аппетитный ужин был подан к столу, Шэнь Сяо наконец очнулся. Цвет его лица уже вернулся к норме, и он, проявляя запредельную бдительность, неотступно следовал за Цзян Юнем, усевшись рядом с ним.
Получив в компанию столь ослепительно сияющую помеху, Се Чжун почувствовал себя невероятно потерянным.
Се Чжун полагал, что Шэнь Сяо до ужина вряд ли придет в себя, и даже специально велел подчиненным прибрать чистую маленькую бамбуковую хижину. Из ее широкого окна открывался превосходный вид: можно было, подняв кубок, пригласить ясную луну и любоваться белоснежным, безупречным серебряным блюдом в ночном небе.
Внутри хижины стоял лишь один длинный прямоугольный стол, на котором аккуратно разложили нарезанного целиком запеченного барашка, тушеного в соусе карпа, цыпленка нищих, жареную утку и суп из свиных рулек с морской капустой — всё было приготовлено с превосходным кулинарным мастерством и испускало умопомрачительный аромат.
Рядом со столом также стояли два небольших кувшинчика бамбукового вина, а мягкое желтоватое сияние двух высоких светильников придавало обстановке легкую, интимную таинственность.
Стоило только закрыть дверь, и они с Цзян Юнем, два одиноких молодца, оказались бы вдвоем в одной комнате. К сожалению, вся романтика пошла прахом: из-за появившегося третьего человека понадобились лишняя пара палочек с чашкой и дополнительная подушка для сидения, а атмосфера была разрушена напрочь.
— Большое спасибо молодому господину Цзян за исцеление, — Шэнь Сяо с благодарностью поднял чашу с вином и вознес тост в честь Цзян Юня.
Он сидел на месте у самого окна, и холодный лунный свет как раз падал на него. Белые одежды гармонично дополняли образ, делая его похожим на сошедшего с небес небожителя, отчего чистая и утонченная красота Шэнь Сяо приобрела еще больше благородного изящества.
Цзян Юнь бросил на него мимолетный взгляд, а когда перевел глаза на Се Чжуна, контраст во внешности оказался настолько разительным, что смотреть на того было больно.
Он слегка качнул чашей, стукнув о чашу Шэнь Сяо, и залпом осушил свое вино.
Се Чжун почувствовал себя немного неполноценным и принялся пить в одиночку. Сидевшие перед ним двое красавцев — один в черном, другой в белом — смотрелись настолько гармоничной парой, что у него сердце разрывалось: он явно был недостоин.
— Доброту молодого господина Цзян я непременно запомню и в будущем отплачу за нее.
Шэнь Сяо скосил глаза, любуясь тем, как Цзян Юнь с аппетитом уплетает мяса. Ему безумно нравилось, что тот не проявлял ни капли жеманства или церемонности перед лицом изысканной еды.
— У меня выдающиеся способности, и ранить меня невозможно, так что тебе не придется мне отплачивать, — держа в руке куриную ножку и откусывая от нее кусок, ответил Цзян Юнь. Его губы и уголки рта покрылись блестящими масляными пятнами. Если бы не разница в их положении, ему очень хотелось бы тщательно вытереть за ним рот.
Однако сейчас он не смел даже лишний раз взглянуть на него, опасаясь выдать затаившиеся в сердце чувства.
— Верно, теперь, когда есть и выпивка, и закуска, не пора ли тебе рассказать, что в конце концов произошло с вашей Крепостью семьи У? Почему вы скатились до положения лесных разбойников?
Цзян Юнь вздернул подбородок, предлагая Се Чжуну дать ответ.
Шэнь Сяо в этот момент оторвался от своих мыслей и посмотрел на Се Чжуна. Вопрос Цзян Юня волновал и его самого: еще тогда, когда он преследовал Се Чжуна, он уже догадался, что тот является учеником Крепости семьи У.
Но стоило ему подумать о Цзян Юне, как любые другие подозрения тут же вытеснялись из головы. Иначе как мог он, обладавший репутацией непревзойденного в расследовании преступлений Первого божественного сыщика Поднебесной, в прошлых жизнях не только не отыскать убийцу, но и прийти к столь плачевному концу?
Цзян Юнь был единственным, кто мог довести его до безумия и гибели.
— Эх, — Се Чжун преданно смотрел на Цзян Юня и жалобно выдал три вздоха подряд. — Судьба такая.
Он снова налил себе чашу вина и, отпивая на ходу, продолжил:
— Если бы не поход против Культа Святого Лотоса месяц назад, наша Крепость семьи У не оказалась бы в столь плачевном положении.
— Поход против Культа Святого Лотоса?
Цзян Юнь и Шэнь Сяо синхронно переглянулись в полном изумлении.
Се Чжун на секунду опешил от их реакции. Та «кампания по уничтожению нечисти» была грандиозным предприятием: под предводительством Павильона Именитых Мечей, Крепости семьи У и Секты Без Теней, чьи адепты славились непревзойденным легким кунфу, на юг для искоренения зла и защиты Пути собрались целых восемьнадцать старых и новых школ и сект.
То ли кто-то из своих слил информацию, то ли еще что, но в самый критический момент противостояния с Демоническим Культом их ждал крах. В конце концов Демонический Культ победил числом меньшим превосходящие силы противника, и отправившиеся в поход прославленные праведные секты понесли огромные потери.
Глава Крепости семьи У У Идао и глава Павильона Именитых Мечей Оуян Муфэн погибли в той битве, а многие секты либо покатились по наклонной, либо бесследно канули в небытие.
Об этом событии знал каждый в цзянху.
Се Чжун моргнул:
— Разве вы не знали?
— Конечно знали, — Шэнь Сяо незаметно прочистил горло.
Цзян Юнь пару раз кашлянул:
— Черт возьми, конечно знал, просто меня не волновало, кто из вас там передох.
В прошлой жизни поход против Культа Святого Лотоса тоже происходил, причем дважды. Вот только первый раз случился через месяц после его свадьбы с Оуян Инем, и в тот момент в прошлой жизни Оуян Муфэн был еще жив, иначе он никак не смог бы выйти замуж в Павильон Именитых Мечей.
Из-за того, что они только что поженились, Оуян Муфэн строго-настрого запретил им обоим участвовать в той операции. Второй же поход против Культа Святого Лотоса организовывался главным образом ради мести Оуян Иня за отца, но это уже совсем другая история.
Цзян Юнь слегка почувствовал головокружение: столь грандиозное событие в этой жизни произошло примерно на полгода раньше, чем положено. Оуян Муфэн уже мертв... а как же Оуян Инь?
В один миг Цзян Юнь ощутил легкое удушье: как-никак, Оуян Инь был мужчиной, которого он любил.
К тому же он переродился исключительно ради мести. Если Оуян Инь мертв... за что ему тогда мстить? Убить Шэнь Сяо, чтобы они вдвоем составили компанию друг другу на том свете?
Однако, поразмыслив еще мгновение после секундного ступора, он вспомнил утренний разговор с Шэнь Сяо, в котором имя Оуян Иня упоминалось неоднократно.
Шэнь Сяо был человеком при дворе, но странствовал по цзянху куда усерднее и осведомленнее обычных людей. Если бы Оуян Инь погиб, тот не мог об этом не знать.
Трепещущее сердце Цзян Юня немного успокоилось.
Шэнь Сяо сделал глоток вина из чаши. Его собственная душа в этот момент тоже не знала покоя — его заботила безопасность Оуян Иня, ведь тот приходился ему другом.
Но он понимал, что если сейчас начнет чересчур открыто расспрашивать о положении Оуян Иня, это неизбежно вызовет подозрения. Судя же по обрывкам фраз Се Чжуна и тому факту, что Цзян Юнь всё еще целеустремленно направлялся в Павильон Именитых Мечей делать предложение, он мог сделать вывод, что Оуян Инь, скорее всего, в полном порядке.
Цзян Юнь все же чувствовал себя не до конца уверенно. Ради осторожности он, продолжая есть мясо и придавая лицу беззаботный вид, поинтересовался:
— А Оуян Инь отправлялся в поход против Культа Святого Лотоса?
http://bllate.org/book/34698/4283301
Готово:
