Игра началась очень быстро. Выбранный Гу Ичэнем герой хоть и обладал высоким уроном, но был лишён контроля, в то время как противник взял персонажа со множеством контролирующих умений, что создавало для Гу Ичэня некоторое преимущество в подавлении. Это заставило Лу Чэня выразить сомнение:
— Ты вообще справляешься?
Гу Ичэнь даже бровью не повел:
— Спи спокойно.
Гу Ичэнь держался настолько уверенно, что первоначальная тревога Лу Чэня постепенно улеглась, и он решил, что тот наверняка сейчас победит.
Однако не прошло и нескольких минут после начала матча, как Гу Ичэнь был убит противником. Лу Чэн в панике завопил:
— Ты играть-то умеешь? Зачем подходить так близко, будто сам нарываешься на контроль?!
— Не спеши, — по сравнению с суетливым Лу Чэнем Гу Ичэнь выглядел куда более невозмутимым. — Самое интересное только начинается.
Гу Ичэнь быстро возродился. Стоило ему снова приблизиться к противнику, как тот применил ту же тактику: активировал ультимейт для контроля, надеясь мгновенно отправить его в нокаут. Но Гу Ичэнь давно раскусил этот приём — он совершил рывок вспышкой прямо за спину врагу и мгновенно уничтожил его с помощью собственного ультимейта.
— Красавчик! — даже Лу Чэн не удержался от похвалы, глядя на эту стремительную комбинацию движений.
Уголки губ Гу Ичэня сами собой поползли вверх. Он погиб в самом начале намеренно — исключительно ради того, чтобы изучить боевой стиль соперника. Теперь, когда всё было ясно, его, разумеется, больше не смогли бы убить, и игра закономерно завершилась победой со счётом 7:1.
Отыграв своё лицо в игре, Лу Чэн пребывал в отличном настроении. Но в следующее мгновение, заметив, как Гу Ичэнь направляется на кухню, он мгновенно застыл с улыбкой на лице. Бросив взгляд на Мо Сяобэя, всё еще увлеченного игрой, Лу Чэн решил тихонько умытнуть.
Не успел он сделать и двух шагов, как из кухни выглянул Гу Ичэнь, и раздался его ледяной голос:
— Куда собрался?
Лу Чэн на мгновение замер, затем медленно повернулся, нацепил свою фирменную фальшивую улыбку и, размахивая руками, принялся объяснять:
— Я это... сбегаю в магазин быстренько.
— Поешь и сходишь вместе, — Гу Ичэнь явно раскусил его попытку смыться и вовсе не собирался идти у него на поводу.
Обед был готов очень быстро. В свой обеденный перерыв Гу Ичэнь вычитал в интернете рецепт лапши с луковым маслом — и простой, и вкусной.
Густой соус покрывал упругие пряди лапши, источая аппетитный аромат лукового масла, а венчало всё это великолепие полусварное яйцо-пашот с жидким желтком. Выглядело это просто невероятно соблазнительно.
Наученный горьким опытом, Лу Чэн не стал спешить с палочками и знаком предложил начать Мо Сяобэю.
Мо Сяобэй, сгорая от нетерпения при виде столь соблазнительного блюда, подцепил огромный пучок лапши и отправил в рот. Его прежде разгладившиеся брови мгновенно сошлись на переносице: рот был битком набит лапшой, и выплюнуть он не мог, но и проглотить оказалось выше его сил.
Увидев это, Лу Чэн молча опустил палочки.
Мо Сяобэй отчаянно пытался избавиться от омерзительного вкуса и хотел уже всё выплюнуть, но, натолкнувшись на убийственный взгляд Гу Ичэня, со слезами на глазах пересилил себя, проглотил еду, запил огромным глотком газировки и выдавил:
— Очень вкусно!
Лу Чэн: «...» Смеешь ли ты врать еще наглее?!
С подозрением покосившись на него и не веря ни единому слову, Гу Ичэнь приподнял подбородок и кивнул на Лу Чэня:
— А ты почему не ешь?
Лу Чэн опешил и затряс головой, точно китайским барабанчиком:
— Я не голоден!
— М?
— Ем я, ем, — понимая, что отвертеться не удастся, Лу Чэн кое-как подцепил палочками одну-единственную макаронину и закинул в рот. В ту же секунду его зрачки резко сузились.
— Какая у тебя ко мне смертельная обида, раз ты решил отравить меня вот так? — у Лу Чэня от этого вкуса затылок заломило.
Гу Ичэнь, снедаемый сомнениями, тоже попробовал кусочек. Помолчав с минуту, он произнес:
— Давайте закажем доставку.
Лу Чэн от восторга яростно хлопнул по столу:
— Идёт! — этот звук даже заставил Мо Сяобэя вздрогнуть от неожиданности.
Доставка прибыла быстро. Мо Сяобэй притащил пакет с шашлычками и водрузил его на журнальный столик перед Лу Чэнем. Принявшись за еду, он огляделся по сторонам, но нигде не заметил Гу Ичэня, и спросил:
— А где Гу Ичэнь?
Мо Сяобэй немного подумал и ответил:
— Я только что видел, как он поднялся наверх.
Лу Чэн встал внизу у лестницы и крикнул:
— Гу Ичэнь, спускайся ужинать!
Наверху царила тишина.
Поняв, что тот не собирается спускаться, Лу Чэню пришлось подниматься наверхсамому. Остановившись у двери, он громко крикнул внутрь:
— Эй, фамилия Гу, ты оглох?! Время ужинать!
— Я не голоден, — донеслось из комнаты приглушенное, хмурое ворчание.
Не заботясь больше обр етициях, Лу Чэн толкнул дверь и вошел. Гу Ичэнь с совершенно непроницаемым лицом сидел за столом и изучал какую-то кулинарную книгу.
Лу Чэн подошел ближе, указал на книгу и спросил:
— Когда успел купить?
— Когда вы заказывали доставку.
Тут Лу Чэн вспомнил, что Гу Ичэнь действительно куда-то отлучался на какое-то время. Оказывается, бегал за сборником рецептов! Однако, учитывая результаты его предыдущих двух кулинарных экспериментов, Лу Чэн осторожно поинтересовался:
— Ты всё еще не оставляешь надежды?
Гу Ичэнь одарил его презрительным взглядом и ничего не ответил — даже слепому было очевидно, в каком паршивом настроении он сейчас находится.
Видя, как тот старается, Лу Чэн решил, что подкалывать его больше не стоит, и попытался утешить:
— Знаешь, некоторые вещи просто невозможно сделать одними лишь стараниями. Если небеса открывают перед тобой одну дверь, они непременно закрывают другую.
— К чему ты клонишь?
— Пусть ты отвратительно готовишь, зато у тебя потрясающие успехи в учебе! Не каждый способен достичь твоего уровня, сколько ни старайся! — закончив говорить, Лу Чэн ободряюще кивнул Гу Ичэню.
Гу Ичэнь: «...» И что делать, если от этих слов стало только хуже?
Заметив, что Лу Чэн слегка наклонил голову, а в его тоне больше нет ни насмешки, ни бахвальства, да и на лице не читается злорадство — напротив, вид у него был совершенно серьезный, — Гу Ичэнь переспросил:
— Ты правда считаешь, что я хорошо учусь?
— Ну конечно! — подумал про себя Лу Чэн: это же и так очевидно каждому.
От этих слов раздражение в душе Гу Ичэня немного улеглоссь.
Заметив, что выражение его лица смягчилось, Лу Чэн осторожно поинтересовался:
— Ну как, полегчало?
— Угу, — и впрямь стало чуточку лучше, чем пару минут назад.
— Может, спустимся поедим? Шашлычная у дяди Вана — просто объедение.
Произнося это, Лу Чэн в упор смотрел на Гу Ичэня своими темными, блестящими и пронзительными глазами.
— Ладно, — тихо ответил Гу Ичэнь, в голосе которого послышались едва заметные хрирплые нотки.
Наевшись досыта, Гу Ичэнь собрал мусор и выбросил его за дверь. Вернувшись, он обнаружил, что эта парочка снова рубится в игры, и слегка нахмурился:
— Вы вообще собираетесь делать домашнее задание?
Лу Чэн поднял на него удивленный взгляд и перевел глаза на Мо Сяобэя:
— Нам задавали что-то на дом?
Мо Сяобэй серьезно задумался и покачал головой:
— Нет.
Гу Ичэнь с досадой напомнил:
— ...Он же учится в другом классе.
http://bllate.org/book/34690/4282408
Готово:
