Шурша чем-то, Сюй Чжи услышал пронесшийся мимо грохот. Перед тем как собеседник ответил, он снова спросил:
— Глубокая ночь, ты что, со мной по телефону из поезда разговариваешь?
— Мм.
Этот ответ прозвучал с большой задержкой. Сюй Чжи заметил, что в динамике больше не слышно искажения голоса, и, слегка самодовольно поменяв позу во сне, поинтересовался:
— Как тебя зовут?..
Молчание.
Сюй Чжи задал другой вопрос:
— С чего это вдруг вздумалось меня защищать?
На том конце, судя по всему, немного подумали и только потом ответили:
— От нечего делать.
— ...То есть ты так и планируешь продолжать: не встречаться со мной и следить за мной изподтишка?
— Сюй Чжи, — неожиданно окликнул его собеседник и произвел: — Ты совсем не изменился.
Сюй Чжи замер от этих слов, с хмурым видом отняв трубку от уха, словно в его руке и впрямь находился тот самый таинственный незнакомец:
— Хватит играть в эти игры, ни к чему хорошему это не приведет. Лучше скажи прямо, когда мы встретим…
— Ты уже видел меня, — прервëл его тот, и слов в этот раз прозвучало чуть больше. — В следующий раз увидимся — уже окажемся в постели.
Сюй Чжи после услышанного простоял без движения добрых пять-шесть секунд, а затем, словно на него наложили заклятие тесного ободка, швырнул трубку обратно. На всю комнату раскатилось его оглушительное:
— Танхулу, мать твою за ногу!
— Он звонит мне, использует какой-то чертов изменитель голоса, следит за мной, а вчера вечером еще и вздумал устраивать романтику с чужими фейерверками! — Сюй Чжи вышел из лифта и зашагал прямиком в адвокатское бюро. Ци Цзинъи следовал за ним по пятам, а позади тащились еще несколько стажеров. Этот папаша принялся ворчать еще в лифте, и все пассажиры были вынуждены слушать его бубнеж, так что даже Ци Цзинъи не удержался и несколько раз помассировал переносицу.
— По-твоему, я к нему лез или чем-то насолил? — ворвавшись в кабинет Ци Цзинъи, Сюй Чжи плюхнулся в его рабочее кресло. — Как думаешь, когда он успел за мной увязаться? С того раза на мосту? Нет, погодите-ка, черт побери, он ведь еще в тот день назвал меня адвокатом Сюем! Откуда он вообще узнал, кто я такой?
Ци Цзинъи налил чашку кофе и, насыпая туда сахар, обронил:
— Может, дело в деле Чжан Динцюаня? Телевидение, интернет, где ты только не светился лицом?
Сюй Чжи запнулся, и пока он размышлял над этим, то снова услышал вопрос:
— На мосту... это о чем вообще?
— Да так, ни о чем, — Сюй Чжи с досадным видом поднялся на ноги и забрал у него чашку с кофе. — Спасибо, пойду делами заниматься.
Сяо Гао позвонил в два часа дня. Сюй Чжи только-только закончил раскладывать по папкам завершенные дела, которыми занимался последние четыре с лишним месяца, и едва вышел из архива, как звонок Сяо Гао обрушился на него с настойчивостью смертного приговора:
— Адвокат Сюй, ради всего святого, срочно приезжайте в городское управлении полиции! Моего шефа снова эти копы в гости позвали!
— ... — проотдыхав несколько месяцев, Сюй Чжи чуть было не забыл о том, что подписал с Чжан Динцюанем долгосрочный контракт. — Ждите.
Чжан Динцюань, говоря старинной поговоркой, был беспринципен до мозга костей; он годами варился в котле мирской суеты и материальных соблаздов, и даже перешагнув порог пятидесятилетия, по-прежнему производил впечатление человека скользкого и непроницаемого.
Вот только раньше Сюй Чжи совершенно не волновало, что он за человек.
Пин Бокуань вел расследование дела об истреблении семьи Лю, и среди поочередно проверяемых подозреваемых Чжан Динцюань занимал весьма весомую долю. Как и выразился Сяо Гао: Мой шеф только что выиграл суд, а вся та семья в полном составе отправилась на тот свет — любой решит, что мой шеф решил устроить кровную месть.
Позже Сюй Чжи узнал от Линь Дань, что за эти четыре месяца личный автомобиль Чжан Динцюаня бесчисленное количество раз появлялся в окрестностях жилого комплекса Миндэли, а камеры запечатлели лицо самого Чжан Динцюаня. Однако в те дни, когда трое членов семьи Лю погибли, Чжан Динцюань больше туда не совался.
Что же до старого жилого фонда вроде Миндэли, то, помимо камеры наблюдения у парадного входа, во дворах либо вообще не было никаких камер, либо они имелись, но из-за поломок и отсутствия ремонта не позволяли отслеживать входящих и выходящих людей.
Полицейская проверка требовала вызова людей на допрос: добросовестно все объяснил — и свободен. Чжан Динцюань же сотрудничать отказался, так что пришлось вмешаться Сюй Чжи. Проблема оказалась пустяковой, и после нехитрых маневров Сюй Чжи благополучно вытащил мужчину наружу.
В роскошном салоне личного автомобиля Сюй Чжи и Чжан Динцюань сидели лицом к лицу. Спустя долгое время Чжан Динцюань наконец заговорил:
— Можете не переживать, это не я сделал.
— Зачем вы приставили ко мне Сяо Гао?
Не дождавшись ответа, Сюй Чжи задал следующий вопрос:
— Прекрасно зная, что родня семьи Лю жаждет выплеснуть злость, вы все равно лично таскались караулить их дом — это зачем?
Чжан Динцюань с болезненным видом потрогал переносицу:
— Сяо Сюй, понимаете, некоторые вещи в двух словах не объяснишь.
— Если вы не говорите мне правду, то в дальнейшем, если подозрения действительно падут на вас, у меня и ста языков не хватит, чтобы вам помочь.
Чжан Динцюань поднял глаза и после короткого колебания произнес:
— А если я скажу, что заранее знал: члены семьи Лю неминутоменно погибнут, и просто ждал появления того, кто их прикончит? Вы всё еще хотите слушать дальше?
Сюй Чжи почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он смотрел на сидевшего перед ним человека так, будто между ними клубился густой туман, и в этот момент ему стало до конца неясно: пробивается сквозь эту пелену сам Чжан Динцюань или же какая-то другая, бездонная черная дыра.
— Сяо Сюй, — сквозь туман позвал он. — Сяо Сюй?
— А, продолжайте, — Сюй Чжи пришел в себя. За окном мимо них проехала полицейская машина и остановилась у входа в управление. Сюй Чжи машинально глянул в ту сторону: из автомобиля вышло несколько человек — двое в полицейской форме, а третий в повседневной одежде, от которой так и веяло дерзким наплевательством на все правила. И в тот самый миг, когда тот человек повернул голову, Сюй Чжи чуть было не вскочил прямо в машине.
— Эй, Сяо Сюй, ты куда?
Оклик Чжан Динцюаня оборвался о захлопнутую Сюй Чжи дверцу автомобиля. Тот быстрым шагом вошел в вестибюль управления полиции и как раз столкнулся с Линь Дань, который вышел встречать прибывших, так что все они застыли посреди зала, уставившись друг на друга.
— Инспектор Линь, за что вы его притащили? — загородил ему дорогу Сюй Чжи.
Линь Дань, судя по всему, нашел это забавным:
— Адвокат Сюй, только не говорите, что этот парень — тоже ваш клиент. Похоже, ему не по карману услуги столь дорогого адвоката, как вы.
Сюй Чжи перевел взгляд на того парня и, к своему неожиданному сюрпризу, встретился с ним глазами — тот выглядел так, будто наслаждался зрелищем.
Сообразив, что поступил излишне поспешно, Сюй Чжи слегка отступил назад:
— Извините, не смею задерживать.
Парня повели дальше вглубь здания, но его взгляд, словно тягучая карамель, прилип к Сюй Чжи. Бледно-розовый шрам на его лице показался Сюй Чжи неожиданно отчетливым, что невольно заставило вспомнить те сальные словечки, которыми этот тип бросался ранее. Напоследок бросив на него презрительный взгляд, Сюй Чжи вернулся в машину Чжан Динцюаня.
http://bllate.org/book/34675/4280348
Готово:
