Этот канарейка обладает довольно приятным голосом, в нём чувствуется какая-то мягкость и нежность.
Но, вспомнив о цели своего визита, он отогнал от себя эти посторонние мысли.
— Я Пэй Цзинлан, младший брат Пэй Цзинъе. Ты и есть та самая канарейка, которую содержит мой брат? — представился Пэй Цзинлан. Закончив, он уставился на Янь Чу, ожидая увидеть перемену в выражении его лица.
Янь Чу, как он и ожидал, на мгновение замер, а затем окинул его взглядом с ног до головы. И когда Пэй Цзинлан уже приготовился увидеть на лице собеседника подобострастие, тот просто отвел взгляд.
— Здравствуй, меня зовут Янь Чу.
Вероятно, ему было нелегко это произнести, поэтому он промолчал пару секунд, а затем тихо добавил:
— Да, я та самая канарейка, которую содержит твой брат.
На мгновение Пэй Цзинлан даже перестал понимать значение слова канарейка. Он еще никогда не видел человека, который признавал бы свою роль канарейки с таким достоинством: мало того, что он мягко и спокойно принял его насмешку, так еще и сам невозмутимо подтвердил этот факт.
Этот человек вообще знает, что такое стыд?
Однако, судя по тону, самому Янь Чу роль канарейки вовсе не казалась постыдной.
Пэй Цзинлан невольно усомнился:
— Ты правда канарейка?
Янь Чу кивнул и совершенно естественно ответил:
— Да, именно так!
Пэй Цзинлан: …
Он впервые встретил кого-то, кто с таким спокойствием признавал бы себя канарейкой.
Не удержавшись, он спросил:
— Ты ведь должен знать, что мой брат любит Сяо Луфэна?
Янь Чу кивнул:
— Знаю.
Пэй Цзинлан был в полном замешательстве.
Почему канарейка, которую содержит его брат, совсем не похожа на тех, что живут в домах у других людей?
Но, вспомнив, зачем пришел, он отвел взгляд от этого лица, способного смягчить любое сердце.
— Я пришел, чтобы предупредить тебя: лучше прояви благоразумие и уходи сейчас же, иначе не вини меня, если я применю силу.
Янь Чу перевел взгляд на напряженное лицо Пэй Цзинлана, и его настроение внезапно улучшилось. Он как раз думал о том, где найти человека, который хорошо знает Сяо Луфэна, и вот — сам пришел. Разве не удачно?
Он моргнул и промолчал, будто над чем-то раздумывая. Пэй Цзинлан долго не слышал ответа и невольно снова посмотрел ему в лицо.
Заметив нерешительность в глазах Янь Чу, он с отвращением нахмурился.
Ну конечно, такие, как он, при первой же угрозе пасуют. Где уж им сравниться со Сяо Луфэном…
Его мысли не успели закончиться, как он услышал голос Янь Чу — всё тот же мягкий тон:
— Так не пойдет. У меня с твоим братом заключен контракт, — довольно серьезно произнес Янь Чу.
Когда еще маленькому молодому господину Пэй доводилось слышать отказы? Услышав это, он уже было разозлился, но, переведя взгляд на лицо собеседника, так похожее на лицо Сяо Луфэна, почувствовал, что гнев улетучивается. Упрямо вытянув шею, он пробурчал:
— Какой еще контракт?
Янь Чу ответил:
— Сейчас покажу.
С этими словами он направился к вилле. Пэй Цзинлан, заметив, что Янь Чу уходит, машинально двинулся следом. Идя впереди, Янь Чу услышал шаги за спиной, и в уголках его губ промелькнула искренняя улыбка.
Они вошли в дом. Уходя, Янь Чу не выключил свет, а в гостиной остался беспорядок. Увидев, что гость зашел следом, ему пришлось немного прибраться, после чего он жестом пригласил Пэй Цзинлана присесть.
— Присядьте пока.
Пэй Цзинлан и сам не понял, почему послушался этого канарейку — возможно, его мягкие интонации усыпили бдительность. Только сев на диван, он спохватился.
Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, как вдруг услышал вопрос:
— Вы ужинали?
— Нет, — выпалил Пэй Цзинлан и тут же разозлился на себя.
— Сначала покажи мне контракт! — он нахмурился, выражая недовольство. — Или никакого контракта вовсе нет, и ты всё придумал, чтобы обмануть меня?
— Ну что вы, — тон Янь Чу оставался ровным. Он отставил в сторону чашку, из которой недавно пил Пэй Цзинъе. — Сейчас принесу. Хотите лапши? Есть ли у вас какие-то предпочтения в еде?
Пэй Цзинлан помолчал пару секунд:
— Нет.
Янь Чу кивнул, поднялся наверх за документом и, протягивая его Пэй Цзинлану, добавил:
— Подождите немного, я сварю лапшу.
Пэй Цзинлан промолчал, взял из рук Янь Чу контракт и бегло просмотрел его, задержавшись на двух подписях внизу.
Одна — почерк его брата, размашистый и уверенный; другая — аккуратная, словно сдерживаемая какими-то строгими рамками, ровная и миниатюрная.
Он невольно перевел взгляд на полуоткрытую кухню, где человек уже вовсю хлопотал. Взгляд Пэй Цзинлана снова вернулся к бумаге. Условий в контракте было немного — совсем не в стиле его брата, но, видя подпись, он не мог заподозрить подвох: почерк брата он узнал бы из тысячи.
Тщательно изучив каждую строчку, он почувствовал, как тяжесть у него на душе отступила.
Боги, кто бы знал, что он пережил, когда, вернувшись из поездки, услышал, что его брат завел себе канарейку!
Ведь все знали, что брат и Сяо Луфэн — пара, а семьи Пэй и Сяо должны были породниться. Даже если у Сяо Луфэна были свои недостатки, факт грядущего союза был неоспорим.
К тому же брат и Сяо Луфэн выросли вместе и всегда были довольны друг другом. Откуда взялась эта канарейка?
Поэтому вчера, как только он услышал, что старший брат собрался навестить «питомца», он устроил небольшую провокацию, чтобы задержать его, а сегодня долго выпытывал у дяди Чжоу адрес.
При этой мысли Пэй Цзинлан снова посмотрел на Янь Чу.
Тот на кухне был очень сосредоточен и не стал халтурить, несмотря на то, что гость был с ним груб.
От этой картины гнев Пэй Цзинлана окончательно улетучился.
Он достал телефон, сфотографировал контракт и, немного подумав, отправил снимок Сяо Луфэну.
Пэй Цзинлан: Сяо Луфэн, брат всё еще думает о тебе, он никого не искал.
http://bllate.org/book/34668/4279190
Готово:
