Приглашение было выдержано в привычном мрачном и зловещем стиле. Помимо одного-единственного загадочного символа, на нем красовалась лишь короткая подсказка: Когда луна закроет солнце, тишина укажет тебе путь к истине.
— Солнечное затмение? — Линь Му слегка постучал пальцами по столу, погрузившись в раздумья. — Эта фраза прямо указывает на него.
Цинь Чжэн быстро вывел на экран астрономические данные:
— В ближайшее время в городе С ожидается частное солнечное затмение. Оно произойдет послезавтра.
— Значит, время и место определены моментом затмения, — Линь Му перевел взгляд на Бай Е. — Операция будет опасной. Молчальник куда хитрее, чем мы предполагали.
Бай Е расплылся в улыбке, его лицо выражало полную безмятежность:
— Не беспокойся. Я ведь Разрушитель Оков, мастер по вскрытию любых загадок.
Линь Му поднялся, подошел к Бай Е и вложил ему в руку крошечный беспроводной наушник:
— Надень его, будем на связи.
Бай Е принял наушник, ощутив прохладу металла, и поднял взгляд на Линь Му, пытливо вглядываясь в его глаза. Линь Му отвел лицо в сторону, сохранив прежний спокойный тон:
— Будь осторожен. Их методы психологического внушения могли стать еще изощреннее.
Бай Е усмехнулся:
— Знаю. Моя Звериная интуиция не подведет. — Он помолчал секунду и добавил: — А ты сам, не слишком-то переживай.
Линь Му не ответил. Он лишь молча поправил воротник на куртке Бай Е, и его пальцы случайно коснулись шеи собеседника, в этом жесте промелькнула едва уловимая нежность.
В день операции Бай Е, руководствуясь подсказками из приглашения и временем затмения, нашел место проведения Ритуала Молчания — заброшенную обсерваторию на окраине города С. Она одиноко возвышалась среди ночного пейзажа, а массивное белое купольное здание казалось пугающе жутким в лунном свете.
Бай Е глубоко вздохнул, стараясь подавить неприятное предчувствие, и толкнул проржавевшую железную дверь. Внутри обсерватории было еще темнее, чем снаружи, воздух оказался пропитан густой пылью и затхлостью. Над головой высился огромный круглый купол, напоминающий гигантскую черную паутину, окутывающую все пространство.
Место проведения ритуала было оформлено крайне странно: стены завешаны искаженными портретами людей с пустыми, безжизненными глазами, которые, казалось, безмолвно наблюдали за каждым пришедшим. На полу горели черные свечи, отбрасывая тревожные, дрожащие тени. Участники стояли в темноте неподвижно, словно безжизненные изваяния, с остекленевшими, безразличными глазами и застывшими лицами.
Бай Е смешался с толпой, стараясь не привлекать внимания, и включил микронаушник.
— Бай Е, ответь, если слышишь, — голос Линь Му в наушнике звучал привычно холодно.
— Слышу. Здесь всё по плану, — тихо ответил Бай Е, сканируя взглядом обстановку.
Ритуал начался. В центр площадки медленно вышел человек в черном балахоне. Его лицо скрывала серебряная маска, оставляя открытым лишь холодный подбородок. Голос незнакомца был низким и тягучим, словно обладал некой магической силой, отражаясь от стен пустой обсерватории.
— Добро пожаловать в мир тишины... — голос звучал как колыбельная, погружая участников в состояние медитации. — Здесь отбросьте оковы языка и ощутите силу безмолвия...
Бай Е почувствовал, как вокруг сгущается странная атмосфера: музыка стала глухой и давящей, свет начал то вспыхивать, то гаснуть, а в воздухе разлился специфический аромат, вызывающий сонливость. Он изо всех сил старался сохранять ясность ума, концентрируясь, чтобы противостоять незримому воздействию.
— Они начали использовать гипнотическое внушение, — раздался в наушнике серьезный голос Линь Му. — Следи за своим сознанием, не поддавайся им.
Бай Е почувствовал, как мысли начинают путаться, а в висках запульсировала боль. Он тут же прикусил кончик языка, и резкая боль помогла немного прийти в себя. Он про себя повторял техники сопротивления внушению, которым его обучил Линь Му, пытаясь удержать самообладание.
Ритуал близился к кульминации. Участники начали приходить в возбуждение, из их груди вырывалось подавленное рычание, тела начали непроизвольно дергаться, словно люди впадали в состояние безумия. Бай Е почувствовал, как энергетическое поле вокруг усиливается, а давление психологического внушения становится почти невыносимым. Он был на грани того, чтобы потерять контроль над собой.
В этот момент один из людей в черном внезапно заметил микронаушник под воротником Бай Е.
— Хватайте его! Он коп! — взвизгнул человек, нарушив церемониальное молчание.
Мгновенно воцарился хаос. Участники, прежде похожие на изваяния, словно пробужденные звери, яростно бросились на Бай Е.
— Тебя раскрыли! Уходи! — голос Линь Му в наушнике стал резким и тревожным.
Бай Е действовал незамедлительно. Его движения, стремительные, как у леопарда, позволяли проскальзывать сквозь толпу, уклоняясь от атак со всех сторон. Он ловко использовал как руки, так и ноги, отбрасывая одного нападающего за другим. Однако противников было слишком много, и вскоре он оказался в плотном кольце.
В самый критический момент свет в обсерватории внезапно погас, а вместо него раздался оглушительный, пронзительный визг — словно скрежет металла по стеклу, — который тут же отозвался болью в ушах у каждого присутствующего.
— Цинь Чжэн, отлично сработано! — в голосе Линь Му проскользнуло воодушевление.
Это Цинь Чжэн удаленно перехватил управление освещением и аудиосистемой обсерватории. Внезапный переполох полностью разрушил ритм Ритуала Молчания. Участники очнулись от своего исступления, растерянно озираясь по сторонам. Бай Е уловил момент, рванулся вперед и, прорвав оцепление, бросился прочь из здания.
Позади доносились яростные крики людей в черном, но он уже не обращал на них внимания. Ему нужно было как можно скорее убраться отсюда и передать всю информацию Линь Му.
Бай Е удалось сбежать, но в ходе операции поймать Молчальника так и не удалось — он даже не увидел его тени. Организаторы ритуала и люди в черном оказались лишь пешками в игре Молчальника.
Вернувшись в штаб, Бай Е передал Линь Му и Цинь Чжэну записи с места ритуала и личные вещи участников. Новые улики были на столе, но Лабиринт Души по-прежнему оставался окутан густым туманом.
Глава 18
В лаборатории приглушили свет. Мерцали индикаторы на высокоточных приборах, освещая четверых людей в наблюдательном пункте за бронированным стеклом. В экспериментальной зоне, в самом центре, сидел доброволец, к которому были подключены провода энцефалографа.
В лаборатории стояла пугающая тишина, нарушаемая лишь негромким гулом аппаратуры. Бай Е расхаживал из угла в угол, время от времени останавливаясь, чтобы взглянуть на бегущие по экрану данные, и снова с тревогой смотрел в сторону добровольца. Цинь Чжэн, сидя за компьютером, быстро стучал по клавишам, мониторя потоки данных; его лицо казалось почти безжизненным от сосредоточенности. Ли Вэньси дотошно проверяла оборудование, следя за тем, чтобы все работало без сбоев. Линь Му замер перед стеклом, его взгляд был спокоен и глубок, он пристально следил за добровольцем, словно пытаясь разгадать некую тайну.
— Этот эксперимент должен пролить свет на связь между групповой афазией и психологическим внушением, — нарушил тишину Линь Му, его голос звучал низко и отчетливо. — И одновременно помочь нам раскрыть правду об атаках Молчальника.
Он сделал паузу, обведя присутствующих взглядом:
— Это ключ к тому, сможем ли мы найти способ противостоять ему. Крайне важно.
— У добровольца крепкая психика, он прошел жесткий отбор в полиции, — добавила Ли Вэньси, ее тон был профессиональным и спокойным. — Он также прошел психологическую оценку, чтобы гарантировать безопасность эксперимента.
В экспериментальной зоне доброволец слегка нервничал, в его взгляде читалась тревога. Линь Му толкнул дверь и вошел внутрь, остановившись прямо перед ним.
— Расслабься, сделай глубокий вдох, — голос Линь Му стал мягким и уверенным, источая успокаивающую силу.
Он приступил к гипнотическому наведению, говоря медленно и размеренно, каждое слово было наполнено скрытым внушением, а жесты оставались мягкими и плавными. Из динамиков лаборатории полилась тихая, тягучая музыка, создавая особую атмосферу.
— Теперь ты чувствуешь, как твои веки становятся тяжелыми... — голос Линь Му струился, словно ручей, плавно проникая в сознание добровольца. — Твое тело становится все более расслабленным... все более и более...
В наблюдательном пункте Бай Е перестал ходить. Его взгляд был намертво прикован к экспериментальной зоне, а прежняя суетливость сменилась тяжелой сосредоточенностью. Цинь Чжэн замедлил темп работы, кривые данных на мониторе плавно пульсировали. Ли Вэньси замерла, наблюдая за переменами в состоянии испытуемого.
Гипнотическое наведение Линь Му становилось глубже. Его голос будто обрел магическую власть, увлекая добровольца в самые глубины подсознания.
— Твое сознание рассеивается... Ты все легче принимаешь внушение... Каналы подсознания открываются...
Веки добровольца опустились, дыхание стало медленным и ровным, а тело обмякло, откинувшись на спинку кресла.
— Глубокое погружение завершено, — раздался голос Линь Му, и он подал знак Цинь Чжэну.
Цинь Чжэн нажал клавишу, запустив заранее подготовленную программу моделирования. Освещение в лаборатории постепенно померкло, создавая гнетущую обстановку, подобную месту проведения Ритуала Молчания. Аудиосистема начала проигрывать низкие фоновые звуки, в которые были вплетены ключевые слова и фразы, извлеченные из Эхо Chamber: тишина, бессилие, отчаяние, язык — это ложь.
Давящая, жуткая атмосфера мгновенно заполнила все вокруг. Линь Му повернулся к добровольцу, его голос стал жестким и четким, когда он начал внедрять гипнотические установки.
— Твой голос исчезает... Ты больше не можешь произнести ни звука... Твой язык отнят у тебя... Ты не способен выразить себя... Слова бессильны... Только в тишине обретается покой... — внушение Линь Му шло слой за слоем, точно поражая очаг афазии.
В наблюдательном пункте все затаили дыхание, не сводя глаз с добровольца. Бай Е перестал дышать, его лицо напряглось. Цинь Чжэн пристально следил за показаниями энцефалографа, готовый в любой момент зафиксировать результат.
http://bllate.org/book/34667/4279141
Готово:
